«Я живу в гараже-фаре Константина Мельникова» Житель авангардной постройки на Авиамоторной — о пожаре, жизни на промзоне и счете за электричество в 40 тысяч рублей
Модерновые доходные дома, сталинские высотки и многоэтажки 70-х годов — не просто жилые здания, а настоящие городские символы. В рубрике «Где ты живешь» The Village рассказывает о самых известных и необычных домах и их обитателях.
Гараж Госплана
Архитектор: Константин Мельников
Постройка: 1934–1936 годы
Адрес: ул. Авиамоторная, 63, стр. 1
Стиль: авангард
О месте
Гараж Госплана — последнее построенное здание авангардиста Константина Мельникова. В профессиональном сообществе архитектора недолюбливали за выразительность его зданий практически всю его карьеру, обзывая формалистом. Но после гаража-фары, построенного в 1936-м, терпеть зодчего стало совсем невыносимо. На этом здании закончилась эпоха авангарда и конструктивизма: нет более непохожих зданий, чем скромная мельниковская постройка на Авиамоторной и, например, пышный Северный речной вокзал. А ведь между ними всего год разницы.
Александра Селиванова
историк архитектуры, глава «Центра авангарда»
Это — самый поздний из осуществленных проектов Константина Мельникова, одного из известных сложных архитекторов советского авангарда. Самобытность — если не сказать странность — его пластических решений всегда поражала. Мельников — мастер запрещенных приемов, неудобных форм, рискованных диагоналей и опасных консолей. Он всегда был неудобен для коллег, врагов и исследователей, потому что не вписывается ни в какие рамки, группы и каноны. За десятилетие Мельников спроектировал в Москве четыре гаража (два ведомственных для автомобилей — Госплана и «Интуриста», для грузовиков — на Новорязанской, и Бахметьевский — для автобусов) и два нереализованных в Париже, на набережной Сены.
Гараж для автомобилей Госплана — крупнейшего ведомства — расположился, как ни странно, на тогдашней промышленной окраине Москвы. Соавтором Мельникова выступил его ученик, сотрудник мастерской № 7 Владимир Курочкин. Он же участвовал в проектировании гаража «Интуриста», а до того самостоятельно выступил как автор конструктивистского таксопарка на Зоологической улице, который позже снесли.
Гараж Госплана, как и все остальные проекты Мельникова 1930–1950 годов, не вписывается в рамки наших представлений об авангарде, будучи абсолютно свободной пластической игрой на грани дозволенного. Интерес Мельникова к символизму и даже к изобразительным элементам (вспомним его двойную VV в честь второй пятилетки в плане циклопического здания Наркомтяжпрома в Зарядье) в поздних проектах, когда все вокруг «осваивали наследие», зазвучал в полную силу. При желании в них можно увидеть и постмодернизм 1960–70-х, и современные эксперименты.
В гараже Госплана, как всегда у Мельникова, есть одна главная идея, которая схватывается глазом моментально: композиция из круга и призмы. Небывалого размера огромное круглое многослойное окно-цилиндр, освещавшее столовую для работников, организует весь фасад. Это уже не окно в стене, это фасад, целиком состоящий из окна-фары. Его пронзала насквозь труба, тонкая вертикаль, рассеченная ближе к верхней части странным, скругленным карнизом (ныне разобранная). Рядом стелился плоский приземистый объем самого гаража. Рядом с фарой, прижимая ее, высится собранный в гармошку четырехэтажный административный корпус, ассоциирующийся с решеткой радиатора автомобиля. Но не только, это еще и модный прием ар-деко, когда элемент классической архитектуры (в данном случае — утрированные гигантские каннелюры, полукруглые складки) вместо того, чтобы облегать ствол колонны, натянут на четырехгранную призму. Эти игры любили постконструктивисты 1930-х, но чаще всего их странные эксперименты, предвосхитившие трюки постмодернистов Бофилла и Вентури, не воплощались в материале. Мельникову же, вопреки всему, удавалось реализовывать многие свои проекты, хотя лишь до 1936 года.
Лишившись трубы, первоначального остекления, перенеся пожар в январе 2014 года, гараж Госплана по-прежнему остается одним из самых эффектных и необычных сооружений Москвы ХХ века.
О переезде
До 2010 года я снимал студию на «Красном Октябре», потом нас оттуда прогнали, пришлось искать новое помещение. А в гараже Мельникова, часть которого фирма моего отца купила в 2001 году, как раз пустовал конференц-зал. Его отдали мне и переоборудовали под студию. Два года ездил туда с «Кропоткинской», где продолжал жить, но в 2012 году нас выселили и из этой квартиры. Я полгода-год метался, жил то у девушки, то у родителей. В итоге отец предложил забрать у него еще одно помещение и сделать там квартиру. Там работали 12 человек, мы их пересадили в другую комнату, которая освободилась, потому что загруженность у фирмы отца снизилась.