Фотоотчёт о гастрольной поездке в Испанию и Италию
но и предположить не могла тогда, что всё так удачно сложится. Уже в Барселоне мы вспоминали, как в Ясной, в фойе гостиницы, мы обсуждали детали этой поездки: что концерт пройдёт в театре Юрия Михайличенко (он тогда в Ясную заехал на один день — и как удачно!) «ЛЯНТИОЛЬ», что жить мы будем у Хоакина Фернандеса, а после Барселоны Кандида Гидини возьмет нас в Италию, в Пармский университет, провести курс «Русская песня» для студентов. Кажется, что всё сложилось уже тогда, потому что неожиданно вспыхнувшая в светлой голове Сельмы мысль вдруг на глазах начала приобретать реальные черты, которые и воплотились в жизнь полгода спустя.
Перед поездкой моя подруга сказала: «Летишь в Барселону? Это лучшее место на земле».
Я была в Барселоне в 2007 году один день (!) и, водимая по городу экскурсоводом, скользя глазами по домам и улицам, уносимая автобусом, тогда подумала: сюда надо вернуться! А ещё у меня была давняя (появившаяся задолго до первой поездки) мечта — попасть в Дом Бальо архитектора Антонио Гауди. ВЕСЬ Гауди невероятен, незабываем, непревзойдён, но именно в этот дом я хотела попасть больше всего.
Вот он — Дом Бальо Гауди!
Свершилось! Два часа с блуждающей улыбкой счастливого человека я бродила по этому фантастическому дому, открывая всё новые и новые пространства бесконечного таланта Гауди. Самое удивительное то, КАК можно импровизацию (а чувство возникает именно такое: это импровизация, набросок) воплотить в архитектуре. Мы же понимаем — как долог путь от идеи художника до воплощения архитектора. Как пронести через все трудности строительства лёгкость, сиюминутность?! Непонятно!
Сбылась давняя мечта — я в Доме Бальо!
По Барселоне нужно ходить пешком. Только так можно увидеть этот город, потому что КАЖДЫЙ дом здесь можно и нужно подолгу разглядывать. Кажется, нет ни одного, похожего на другой, дома. Интересно, а барселонцы привыкают к такой красоте? Я спросила! Слава Богу, нет!:)
Мы жили в Готическом квартале на маленькой площади Plaza Regomir…
Площадь Plaza Regomir. Не смотря на её миниатюрные размеры, на ней расположены два ресторанчика, продуктовый магазин, музыкальный магазин, магазин одежды, аптека и парикмахерская — думаю, всё, что нужно для жизни!:)
…в большой квартире Хоакина. Хоакин Фернандес — переводчик русской литературы на испанский, а ещё — пианист. Человек очень тонкий, лиричный, очень красивый и сердцем, и душой. Хоакин водил нас по Готическому кварталу, и невозможно было насмотреться этим городом, оставалась внутренняя потребность — ходить и смотреть, смотреть (что мы и делали!)
А потом был концерт в театре «ЛЯНТИОЛЬ». Театром руководит Юрий Михайличенко, человек сам поющий, сочиняющий.
Театр в ожидании концерта…
Честно говоря, мне сейчас очень мало кто из поющих нравится: наверное, с возрастом становлюсь требовательнее и ворчливее:). А когда услышала Юру — с первых нот зацепил, заинтриговал. Каждая нота живая, тёплая, тембр разнообразный (это сейчас большая редкость), а энергетика — насквозь пробивающая! Это всё я услышала ещё в Ясной Поляне: в Барселоне, к сожалению, не было возможности услышать его вновь, но зато он подарил свои диски, которые сейчас постоянно на слуху.
Юрий Михайличенко и его театр «ЛЯНТИОЛЬ».
А концерт был уникальным! :)
Уникальность его была в том, что переводила меня выдающаяся переводчица современности — Сельма Ансира. В том, что она переводила меня великолепно — я не сомневаюсь! А вот — КАК она это делала! Ловя каждую мою интонацию, каждый вдох, моментально подхватывая мысль, настроение. Её перевод был похож на кружевоплетение — ловко ловя ниточки, мною брошенные, она заплетала их в удивительные узелки, соединяя русский и испанский языки.
С Сельмой Ансирой.
В концертной программе я попыталась провести тему Испании в русской музыке. Испанский дух всегда был и будет востребован в России, потому что многое в нём близко русскому человеку — безудержность, но при этом серьёзность, бесконечная глубина чувств, но при этом лёгкость в их проявлении. А ещё притягателен для нас невероятный испанский РИТМ музыки, танца, сердца.
На концерте звучал Глинка — «Я здесь, Инезилья» («испанская» музыка Глинки признана даже самими испанцами), «Испанский романс» Гомазкова, а также звучали песни — переводы Алексея Гомазкова с испанского — «Взгляд Махи» Гранадоса, «Кукуррукуку», и, конечно, «Бесаме мучо».
(Да и сам романс как таковой, кстати, испанского происхождения!)
На концерте…
… И после концерта! Юрий Михайличенко, Крассимир Дамианов, Кандида Гидини, Сельма Ансира, Юлия Зиганшина и Ника Коварская.
И ещё этот концерт был для меня уникальным, потому что на него приехали издалека — Сергей Красавин, например, из России («Как же я могу пропустить твой концерт в Барселоне?!« — сказал он мне:)). Приехал не один, а с камерой. И снимал этот концерт! Серёжа — человек удивительный: преданный делу, песне, творческим порывам, лёгкий на подъём, всегда готовый поддержать и помочь!
И ещё на концерт приехала из Италии Кандида Гидини, но о ней чуть позже:).
Конечно, после концерта (а это был последний вечер в Барселоне) у нас оставалось ещё одно дело — отметить успех вкусной барселонской паэльей!
Сергей Красавин, Хоакин Фернандес и паэлья!
Кандида Гидини и Ника Коварская, а за окном — Барселона!
Часть вторая.
Дальше нас ждала Италия. Не она, конечно, нас ждала, а мы с нетерпением ждали встречи с ней! :).
Миланский аэропорт встретил нас туманом и лёгким снежком, зато в самый первый вечер мы попали в тёплый дом настоящей итальянской семьи — семьи Кандиды Гидини.
У Кандиды дома всё спокойно(!). Лелеющая слух итальянская речь, огромный стол, за которым собралась большая семья, а на столе настоящая итальянская домашняя пицца и много всего вкусного — итальянского! Вот так встретила нас Италия и Канди!
А на следующий день мы поехали в Парму — преподавать.
Я подготовилась: Парма 183 год , родина Тосканини, пармезан, пармская фиалка, «Пармская обитель». А ещё удивительная роспись Корреджо в Домском соборе. Там есть одна хитрость — стоит терминал, куда вы бросаете 2 евро, и вдруг под куполом зажигаются прожекторы и освещают роспись на 2–3 минуты. Ощущение чуда полное!
Роспись Корреджо в Домском соборе, освещённая фонарями.
А рядом с собором (конечно рядом!) стоит баптистерий из розового камня. Нам рассказали, что этот камень — из Вероны. Когда строительство было в самом разгаре, Парма и Верона повздорили, и поставки камня прекратились. И около ста лет собор терпеливо ждал, когда разногласия завершатся, и камень вновь будет поступать в Парму для окончания строительства.
Одно из потрясений в Парме — это деревянный театр в Палаццо делла Пиллота. Там даже тётеньки — билетёрши трепетно спрашивают: «Вы уже бывали у нас? Видели? Нет?!" И, кажется, искренне завидуют тому, что эта встреча у нас ещё впереди. Огромный театр невероятной красоты и идеальных пропорций!
Театр в Палаццо делла Пиллота. Вид со сцены. Действия здесь порой разворачивались не только на сцене: пространство под зрительными рядами иногда наполняли водой и устраивали «морские сражения».
Парма — центр гастрономии. Надеюсь, что дни не пропали даром, и многое нам удалось попробовать!:). Особенно пармезан, который стоит на каждом столе каждого ресторана просто в сахарнице (наверное, это скорее сырница) и которым посыпают буквально всё, даже суп — (вместо сметаны!).
В пармском университете (это старинный — второй по возрасту в Европе университет) я провела трёхдневный курс «Русская песня».
Студенты сперва оробели от моего напора и натиска в желании обучить русской песне буквально всех. Но постепенно осмелели, быстро включились в работу, и нам удалось за три дня выучить ряд песен и подготовить маленький концерт для самих себя.
После занятия по «Русской песне».
И что мне особенно приятно, на этих занятиях я вновь встретилась с двумя молодыми переводчицами — Леной и Джулией. Вот когда охватывает почти не белая зависть, когда видишь и слышишь таких молодых и талантливых людей. Мне кажется, они говорят так же, как !
Встречу с Италией нам подарила Кандида Гидини. Она переводчик, профессор Пармского университета. Никогда в жизни я не видела такого профессора! Человек, абсолютно лишённый какого бы то ни было осознания собственной значимости, полный невероятного обаяния, встретив которого, думаешь — а как я жил без него? А какая самоирония! Каждый её рассказ начинается словами: «Это было так смешно!» А потом следует полутрагическая история с преодолением трудностей, жизненных неприятностей, но рассказанная с таким юмором, с такой самоиронией, что невозможно удержаться от хохота! Канди для меня — новое открытие. Человек, который мне теперь просто необходим. Пусть она далеко, но я знаю, что она есть в моей жизни, и мне от этого тепло и радостно!
Мы с Кандидой на площади перед «Ла Скала».
Заключительным аккордом нашего путешествия стал Милан. Так же, как я один день была в Барселоне, так же в этот раз — один день в Милане, и сюда тоже надо вернуться! Правда, лучше не в сезон скидок, а то в это время Милан похож на русскую провинцию. Нет, не в смысле на провинцию, а в смысле — на русскую. Родная наша речь звучит чаще итальянской. Даже продавцы, по их признанию, с утра, до работы изучают с преподавателем русский язык — язык основного клиента. Но это всё не в счёт! Милан — удивительный город, по которому тоже надо гулять и гулять! А одно из самых сильных впечатлений — это музей театра «Ла Скала». А самое сильное впечатление от музея это то, что можно было пройти в зал театра, который СТОЛЬКО слышал и СТОЛЬКИХ видел! Я даже напела себе под нос. Как вы думаете — можно теперь говорить, что я пела в «Ла Скала»? :)))