Казаки по вызову: кубанские наемники в сирийской пустыне
Если вы ничего не слышали о «Славянском корпусе», это нормально. История о «трехстах казаках, воевавших за Асада в Сирии» не получила широкой огласки ни в России, ни за рубежом, хотя по всем параметрам претендовала на славу международного скандала. Как проходил поход «Славянского корпуса» и кто стоит за военной авантюрой — выяснял GQ.
Тот, кто решил вернуться с гражданской войны в Сирии прямиком в Москву, непременно воспользуется услугами международного аэропорта Басиль аль-Асад. Расположенный в главном портовом городе страны Латакии, он носит имя старшего сына Хафеза Асада, предыдущего президента Сирии. Именно Басилю прочили место преемника на посту отца. Его уважала элита и любил народ. Ранним и туманным январским утром 1994 года по дороге в аэропорт Дамаска Басиль погиб.
Несостоявшегося преемника похоронили в родном городе его отца, а аэропорт этого города назвали именем почившего. Спустя шесть лет там же, в семейной усыпальнице, нашел покой и Хафез. Младший брат Басиля — Башар аль-Асад, мечтавший о карьере хирурга, стал новым президентом Сирийской Арабской Республики, сменив офтальмоскоп на погоны генерал-лейтенанта. На его предвыборных плакатах братья Асад стояли рядом. «Басиль — образец, Башар — будущее» — гласил лозунг под фото.
Спустя одиннадцать лет, в июле 2011 года, сирийская армия осадила Хомс, Хаму, Алеппо, Дейр-эз-Зор, Латакию и другие города. Сирию заполонили наемники и добровольцы со всего исламского мира. В стране началась гражданская война.
Как до, так и во время войны один из двух связывающих Сирию с Россией прямых рейсов, RB 441, прилетает из Латакии раз в неделю. Каждый понедельник в районе половины второго ночи один из шести A320 «Сирийских авиалиний» на сто пятьдесят посадочных мест садится во Внуково. И хотя в компании отрицают даже теоретическую возможность этого, в понедельник, 28 октября 2013 года, в Москву из Латакии прибыли два борта.
В отличие от рядовых рейсов, пассажирами которых бывают немногочисленные туристы, журналисты, дипломаты, студенты и бизнесмены, эти чартеры доставили в Москву людей хотя и без погон, но исключительно военных. Всего за десять дней до этого в сирийской пустыне они дали бой превосходящим силам противника. Измотанные, голодные, кто-то раненый – в Москву они прилетели, до конца не понимая, как их примут. Еще в Латакии шепотом они говорили друг другу: «Нас будут крепить. Мы выйдем из самолета, и нас тут же «примут» — мысль, которая висела в салонах обоих лайнеров, словно сигаретный дым в курилке без вытяжки.
Первый Airbus коснулся земли в 01:20. Диспетчеры предупредили экипаж о подготовленной для их пассажиров встрече и велели не подъезжать к стыковочному шлюзу. Они указали на место для стоянки — невидимое из терминалов в ночное время. Командир экипажа, заканчивая маневрирование на полосе, сухо сообщил пассажирам о том, что их борт совершил посадку в аэропорту Внуково, но они пока не могут покинуть самолет.
Следующий A320 приземлился cпустя два часа. Те из его пассажиров, кого при посадке не разбудил толчок о полосу, очнулись, когда в салоне лайнера кто-то веселым басом вскрикнул:
— Гляньте! Це ж наши хлопцы!
Второй самолет встал аккурат рядом с первым. Прильнувшие к иллюминаторам и повеселевшие было пассажиры силились разглядеть в овальных оконцах знакомых. Увидев их хмурые лица, они и сами помрачнели. Закономерный вопрос «почему в салоне еще остаются люди?» был высказан кем-то вслух.
— А вона не наши хлопцы. — раздался уже озабоченный бас.
Через иллюминаторы первого чартера было видно, что по его салону проходят люди с автоматами. Возле лайнера, у трапа, помимо перронного шаттла стояло несколько автобусов внутренних войск, окруженных бойцами в шлемах и с автоматами, направленными на спускавшихся с трапа «наших хлопцев».
Вскоре ко второму самолету также подъехал трап. На борт по нему взошли люди в штатском и несколько автоматчиков.
Первая и последняя операция частной военной компании «Славянский корпус» была окончена.
21 ОКТЯБРЯ 2013 ГОДА, из сообщения официального сайта «Исламского государства Ирака и Шама»:
«Муджахидами «Исламского государства Ирака и Шама» в области Хомс проведена успешная операция. Штурмовые подразделения атаковали группировку кафиров в населенном пункте Сухна. [. ] Муджахидам удалось уничтожить более ста асадитов и шиитов. [. ] Среди уничтоженных есть и русские наемники. Точно установлено имя по крайней мере одного русского кафира. [. ] Из захваченных документов выяснилось, что набором русских наемников в Сирию для режима Асада занимается компания Slavonic Corps Limited, которая расположена в Гонконге».
Для российской стороны, последний год успешно исполняющей роль «незаинтересованного посредника в урегулировании кризиса», обнаружение в Сирии «русских наемников» было более чем нежелательно. Мировое сообщество, получи история широкую огласку, могло подловить МИД РФ на двойных стандартах: с одной стороны, ярое сопротивление любым военным акциям извне, с другой — непосредственное участие российского контингента на стороне «кровавого Асада». Накануне конференции «Женева-2», посвященной разрешению сирийского конфликта, это могло привести к провалу миротворческой политической линии.
Но история «Корпуса» широкой огласки не получила.
Российские и иностранные СМИ ограничились десятком достойных внимания публикаций и несколькими сюжетами на телевидении. Большая их часть преподносила инцидент в виде авантюры с участием казаков и незадачливых предпринимателей, взявшихся за дело не по силам. Сирийские официальные медиа, как и государственные органы, не обмолвились о «русских наемниках» и словом. Молчание сохранила и ФСБ, отдельные сотрудники которой, по некоторым свидетельствам, выступали посредниками между «Корпусом» и заказчиком операции в пустыне.
Кто же был этим заказчиком — правительство Асада, сирийский олигарх или заинтересованная в том, чтобы скомпрометировать сирийский режим и Россию, третья сторона, — так и осталось тайной.
Не утруждая себя официальными заявлениями, в январе на конференции в Швейцарии МИД России не коснулся темы «Корпуса». Джон Керри не спросил. Сергей Лавров промолчал.
Достоверно в этой истории известно только одно: 17 октября 2013 года штурмовые подразделения «Исламского государства Ирака и Шама» атаковали группировку кафиров в районе города Эс-Сухна.
** За время подготовки этого материала большинство бойцов, принимавших участие в сирийской авантюре «Корпуса», отказались давать интервью. Многие — уже после того, как встречи были назначены. Кто-то переставал отвечать на вызовы.** Другие объясняли свое нежелание тем, что после телефонного разговора с GQ они получали звонки из «конторы». Сотрудники ФСБ, по словам бойцов, напоминали им о подписке о неразглашении материалов следствия и делали акцент на том, что и они могут вскоре составить компанию Вадиму Гусеву в СИЗО, если сболтнут лишнее. Те, кто все же решился поделиться с нами информацией, просили не указывать их имен, поэтому историю о походе «Славянского корпуса» мы решили рассказать от лица безымянного бойца с берегов Кубани.*
В КАДРЕ — МУЖЧИНА ЗА СОРОК, среднего роста, чуть полноват. Темные волосы, тронутые сединой, сбивает набок ветер, он же беспокоит ворот рубашки цвета хаки, расстегнутой до середины груди.
— Мне бабушка моя всегда говорила, — начинает он, по-южному «гхэкая». — «Внучек, все ничего — лишь бы не было войны».
Стоя на командной палубе танкера, проходящего Аденский залив летом 2012 года, Вадим Гусев всматривается в даль:
— Чтобы не было войны, мы тут и делаем свое дело.
Тот же фильм, но кадры хроники 2004 года. Теперь волосы Гусева треплет ветер пустыни. Ирак. Вадим с АК-74 в одной руке и с рацией в другой в джипе, который несется по трассе. Гусев — командир группы сопровождения колонны грузовиков, доставляющей техническое оборудование на электростанцию в Курдистане.
– Вон мост над дорогой, — обращается он к корреспонденту, указывая на то, что должно было стать развязкой. — С него два дня назад с гранатомета шмальнули по фурам.— И что? — голос корреспондента с заднего сиденья чуть надломлен, будто он в мгновение представил всю картину глазами водителя одной из фур.— Сгорели. Две, — без эмоций, по-бухгалтерски пресно отвечает Гусев, не отводя глаз от дороги.
Уроженца Ростовской области Вадима Гусева больше не показывали по телевидению. Еще раз его имя всплыло осенью 2012 года, когда, как об этом сообщали, «группу российских моряков задержали в нигерийском Лагосе по подозрению в контрабанде оружия».
В то время Гусев был в Петербурге, а среди задержанных действительно были моряки и оружие. Судно же, Myre Seadiver класса «река – море», было плавучей базой и арсеналом компании Moran Security Group, занимающейся вооруженной охраной судов в пиратоопасных зонах Индийского и Атлантического океанов.
Тянувшаяся почти год история закончилась освобождением судна, моряков и бойцов Moran, снятием всех обвинений и ареста с оружия. По телефону в сюжете каналу «Россия 24» заместитель директора Moran Гусев говорил, что вся история — это «шаг, который предприняли антироссийские власти [Нигерии]; мы знаем все, что там происходит, и уверены, что, будь это граждане другой страны, этого бы никогда не случилось; это один из шагов по шантажированию России». Еще до освобождения своих сотрудников Гусев заверял в другом интервью, что Moran, как частная компания, готова провести операцию по вызволению «заложников». С одобрения правительства России, при участии вооруженных сил или без него. Ни тогда, ни в октябре 2013 года санкции на силовую операцию он так и не получил.
Утром 28 октября 2013 года его, вернувшегося из Сирии в составе контингента компании «Славянский корпус», задержала ФСБ, как и Евгения Сидорова, отвечавшего в «Корпусе» за кадровую политику. В отношении них впервые в российской истории было возбуждено уголовное дело по статье № 359 «Наемничество». До восьми лет лишения свободы.
После нескольких судов они и сейчас в Лефортово.
Из Москвы в Минск. Оттуда в Тегеран (Вадим говорит, что так дешевле; кого-то и через Бейрут отправляют). Пару дней в Иране побыли, а оттуда самолетом на Дамаск; пересадка и перелет уже до базы, в Латакию.
Слышал, что Сирия — это пустыня. Говорили, в пустыне днем жара душит, а ночью колотун. Здесь, в Латакии, днем тепло, а ночью со Средиземного моря в лагерь доносится свежий бриз. Латакия — не пустыня. От нее тут только песок на берегу.
На пляже пробуем свои АК-47. Хорошие АК, добро смазанные и, видно, почти не стреляные, хоть и 1962 года выпуска. Прижимаю приклад к плечу. Солнце не слепит совсем — с утра оно спину только греет.
Делаю семь выстрелов по дощечке, а она — метрах в двадцати. Смотрю — песок нигде не взбивается. Непонятно, куда бьет.
Подхожу к дощечке — сантиметров тридцать всего в поперечнике. Эх ты ж! Все в цель пошли: шесть дырок и один скол сбоку. Пристрелянные, значит. Такой только держи крепко, он сам все сделает.
Вечером, после инструктажа, Вадим еще раз знакомит всех с Джабаром. Говорит, мы на него работать будем, охранять поля нефтяные. Потом к «баобабам» своим идем. Это мы так называем кедры ливанские, под которыми (человек по двадцать на дерево) и спим. Предлагали казармы, но там духота и плесенью несет. Отказались.
ПЕРВЫМ ЖУРНАЛИСТОМ В РОССИИ, кто провел расследование дела «Корпуса», стал корреспондент питерского издания «Фонтанка.ру» Денис Коротков. Высокий мужчина в очках, верхнюю губу которого скрывают седоватые усы. Любитель курительной трубки и, как он сам о себе говорит, «бывший мент».
— Я просто проверил факты, вот и все. Было сообщение об «убитых кафирах», фото, документы, имена, видео опять же.
На пленке один из бойцов «Корпуса» разбивает о голову сослуживца деревянную балку. Голова в кевларовом шлеме, поэтому вместо криков звуковая дорожка несет протяжную одобрительную реплику оператора: «И-ди-о-ты ******* [неадекватные]».
Оператор — Алексей Малюта, тот самый «русский кафир», объявленный «муджахидами» убитым. Видео — один из трофеев, захваченных боевиками после «уничтожения неверных». Помимо него ими были опубликованы удостоверение Малюты, выданное охранной фирмой Moran Security Group, его контракт с «Корпусом» и фотографии бойцов компании. Улыбки, современная пустынная униформа, обшитые импровизированной броней белые джипы и старые АК-47.
Первым делом Коротков воскресил Малюту. Журналист связался с человеком, назвавшимся Сергеем, братом Алексея. Денис попросил Малюту С. подтвердить факт того, что Малюта А. действительно жив. В ответ Коротков получил видео, на котором уже нетрезвый Алексей Николаевич Малюта, уроженец Абинска Краснодарского края, произносит речь на собственных поминках, вознося стопку и желая всем отмечать свои «девять дней», как это делает он.
Далее Коротков попытался выяснить, что вообще собой представляет фирма «Славянский корпус» и как именно она оказалась в Сирии для «охраны объектов энергетики», если верить словам братьев Малюта.
Рассказывая о своем расследовании, Денис не пытается скрыть довольной улыбки и даже откладывает трубку.
— Руководителем Slavonic Corps Limited, зарегистрированной в феврале 2013 года в Гонконге, значится капитан 3-го ранга в отставке Сергей Крамской. Он же — один из руководителей Moran. Как мы можем это доказать? Мы смотрим фильм «Солдаты напрокат», где товарищ Крамской, представленный одним из руководителей, расхаживает в шортах по палубе танкера. Кто единственный собственник Slavonic Corps? Арестованный товарищ Гусев. Эта информация была опубликована Foreign Policy, который проверил реестр юрлиц в Гонконге. И Гусев же — о чудо! — еще и заместитель гендира Moran. Итак. В качестве руководителя и учредителя мы имеем сотрудников Moran. Поехали дальше. Что такое «Энерджи»? Это российское ООО, сто процентов которого кому принадлежит? Правильно — сраному кипрскому офшору. Этот же офшор контролирует и Moran Security Group. То есть у «Энерджи» и Moran один общий собственник. Кто же у нас генеральный директор фирмы «Энерджи»? По странному совпадению гендир «Энерджи» и начальник оперативного отдела Moran — одно и то же лицо, Илья Шабанов. Откуда мы это знаем? Об этом мы знаем потому, что его так называет президент Moran товарищ Калашников в своем интервью. Да и из контракта его подпись никто не вымарывал. Но, как мне сказали в Moran, они никакого отношения к Сирии не имеют.
Позже Денис встретился с двумя бойцами «Корпуса», которые поведали ему некоторые детали боя при Эс-Сухне и рассказали, что были завербованы президентом Moran Security Вячеславом Калашниковым и заместителем директора той же фирмы Борисом Чикиным. Они же рассказали о том, что весь «Корпус» представлял собой двести шестьдесят восемь человек, поделенных на две роты. Одна — «мужики со всей России», вторая — кубанская казачья. По их словам, всех контрактников заверяли в легальности операции и говорили, что ФСБ в курсе происходящего.
Говорят, уже скоро, через неделю, выдвигаться. Мы было расслабились, но теперь опять стрельбы. Сформировали отделения человек по десять-двенадцать. В каждом есть медик, гранатометчик, пулеметчик и снайпер. У меня только АК. Назначили командиром отделения.
Толстый, так мы называем Юсефа, в лагере все чаще. Иногда с Мохамедом, который то ли брат его, то ли просто генерал какой-то. Постоянно о чем-то разговаривают с Вадимом через переводчика. Вадим потом идет к Дегтярю.
Дегтярь, ротный, тоже казак абинский, свой. Нормально смотрит, чтоб все было, чтобы ни в чем не нуждались. Говорит, поля, которые охранять поедем, этот Толстый в аренду взял у правительства. Олигарх он местный.
Надо будет километров пятьсот проехать и там уже нормальным лагерем встать. Дегтярь говорит, дорога чистая, все под контролем армии.
Прибегали сирийцы-сварщики. Сказали, что не успевают броню к джипам приладить. Делают такой «арабский вариант» — джип с турелью. Наши КПВТ приваривают.
Зарядили им своих человек пять сварщиков.
С танками беда какая-то. Обещали дать Т-72 хороших, а сейчас 62‑е уже предлагают. Рухлядь ржавая, с места не сдвинуть. Минометы тоже могли и получше найти, а не 1939 года выпуска. Зато сирийцы народ хороший. Говорят, здорово, что из России приехали, поддержали.