Гей тебе не товарищ? Почему Россия не хочет избавляться от гомофобии
Отношение россиян к гомосексуалам ухудшается. Гомофобные заявления – не редкость в устах депутатов и артистов.
Больные или извращенцы?
В 2005 году 17% россиян полностью соглашались с тем, что геи и лесбиянки должны пользоваться в России такими же правами, как и другие граждане, к 2013 году таких осталось только 7%. 45% наших сограждан считают, что гомосексуалистами чаще становятся в результате совращения или распущенности, а 38% уверены, что их надо лечить (данные Левада-Центра). Есть и другая статистика: по данным ученых, в мире насчитывается от 3 до 10 процентов людей нетрадиционной ориентации.
В некоторых странах Западной Европы легализованы однополые браки. В России, напротив, принят закон о запрете пропаганды гомосексуализма. Недавняя громкая история о московских геях, которым по ошибке проштамповали паспорта на основании регистрации брака в Дании, закончилась тем, что товарищам пришлось залечь на дно и, судя по всему, уехать из страны. Были в России и более печальные истории вроде убийства волгоградца Владислава Торнового подростками-гомофобами.
– Гомофобия – это не только российское явление, – сказала «Собеседнику» общественный деятель и правозащитник Евгения Дебрянская. – Это было и в Европе, и в Америке. Но там есть антидискриминационные законы, которые не позволяют гомофобным людям нарушать права других. Гомофобия никуда не делась, просто многие государства взяли на себя труд защитить геев. А у нас вообще очень слабое движение за гражданские свободы. Была недавно волна насчет угнетения геев в Чечне. Кому-то правозащитники помогли оттуда бежать. Позор! Мы не говорим о том, чтобы этим людям адаптироваться в обществе, а говорим о побеге.
– Думаю, что гомофобия – это не российский продукт, – соглашается ЛГБТ-активист Евгений Писемский. – Так сложилось, что в европейских странах учились принимать разности друг друга, а у нас это подавлялось. Во время перестройки граждане нуждались в свободе, и уровень гомофобии был низким. А сегодня стараются искать врага.
Опасения консерваторов, если отбросить банальную брезгливость, основаны на двух вещах. Во-первых, на необходимости естественного продолжения рода, что невозможно при гомосексуальных отношениях. Во-вторых, на рефлекторном нежелании столкнуться с ситуацией, когда дочь приведет домой девушку, а еще хуже сын – парня.
Купировать агрессию
– Ситуация осложняется тем, что в нашей стране не сформированы модели поведения, то есть, грубо говоря, мужчина не знает, как себя вести в общении с гомосексуалистом, – сказал «Собеседнику» социальный психолог, преподаватель МГУ Алексей Рощин. – Появление такого человека пугает, а чтобы выйти из этой ситуации, включается механизм агрессии. Вторая проблема: у нас очень сильна блатная культура. Многие прошли через тюрьмы, по числу заключенных на душу населения Россия занимает второе место после США, и «понятия» глубоко внедрены во все слои общества. А в этой культуре гомосексуализм, особенно пассивный, воспринимается как унижение. Гомосексуальные отношения воспринимаются не как сексуальные, а как отношения, связанные с властью. Это выражается и в куче идиом: «Я тебя. » или, наоборот: «Они меня. »
– Почему в России ужесточается отношение общества и государства к геям, а на Западе – наоборот?
– Это связано с усилением роли государства в стране. Вообще, если ничего не делать и пустить общество на самотек, отношение большинства к гомосексуалистам будет, мягко говоря, плохим. Сдерживать эти инстинкты может только культурная насадка, которую по идее должно поддерживать государство, как это и происходит на Западе, иногда даже в опережающем режиме. А у нас сделана ставка не на воспитание и окультуривание населения, а на следование большинству. Это дает власти дополнительные очки.
– Западной власти очки наверняка тоже нужны.
– Там идет тренд на купирование агрессии вообще. Ко всем. Идея в том, что чем меньше в обществе агрессии, тем комфортнее, расслабленнее и защищеннее себя чувствуешь. Поэтому идет защита меньшинств по всем направлениям. В этом есть издержки (если все время избегать конфликтов, получишь массу неврозов), но в целом западное общество идею принимает. Человек – примат, не хищник, и чем более нормальная у него жизнь, тем больше стремление от конфликтов уходить. К тому же там есть понимание, что, как ни пытайся это явление извести, все равно его не изведешь. А у нас противоположная идея: все «плохие» пусть спрячутся, и тогда настанет хорошая жизнь.
ЦитатыЯ считаю, что штрафовать геев за пропаганду гомосексуализма среди подростков – мало. Им нужно запретить донорство крови, спермы, а их сердца в случае автомобильной катастрофы зарывать в землю или сжигать как непригодные для продолжения чьей-либо жизни. Дмитрий Киселев, 2012.
Я бы их всех живьем в печку запихал. Это содом и гоморра, я как верующий человек не могу к этому относиться равнодушно, это живая опасность моим детям!Иван Охлобыстин, 2013.
Пидарасам вход запрещен.Вывеска на магазинах Германа Стерлигова, 2017.
Иван Охлобыстин: Некоторые темы лучше деликатно обходитьПо окончании съемок сериала «Интерны» с гееборцем Иваном произошел курьезный случай. Вскоре после его громкого заявления о том, что всех геев нужно сжечь в печи, друг Ивана – американский актер Один Байрон, игравший интерна Фила – признался, что сам из «этих».
На съемках «Интернов» Иван Охлобыстин не знал, что его друг Один – гей// Фото: Global Look Press
– Это было очень печально узнать, – вспоминает Охлобыстин. – Он мог бы мне намекнуть раньше. А в слухи, которые ходили, я не верил. Гей-культура мне отвратительна, но так чтобы я с флагами ходил «против». Зачем мне с этим ассоциироваться? Некоторые темы лучше деликатно обходить, если они не касаются конкретно тебя.
– Да, но ваше тогдашнее заявление никак не назовешь деликатным.
– Оно было спровоцировано тем, что с той стороны были сделаны громкие заявления. Какие-то стороны человеческого бытия, тем более столь порочные, не должны затрагиваться средствами массовой информации и нарочито пропагандироваться. Так вот, когда мне шептали, что Один – вот такой, я махал рукой: «Да перестаньте, обычный интеллигентный парень». А когда заканчивались «Интерны», он приехал к себе в Миннесоту и его нашла какая-то журналистка. Как раз тогда обострился кризис между Америкой и Россией, а он долго работал у нас. В общем, подозрительный момент в биографии. И видимо, чтобы показать, что он свой, в интервью местной газете сделал этот каминг-аут, дурачок. Он долгое время от меня бегал – наверное, думал, что я его ножом пырну, хотя мы работали с ним четыре года. Но все-таки однажды мы встретились. Я говорю: «Один, ты дурак, что ли? Ты не мог с концами уехать в свою пиндосию и там рассказывать, что ты гомик? Тебя же любили миллионы!» А он, видимо, всю ночь стоял у зеркала, репетировал – и гордо мне ответил: «И будут любить!» «Будут, – говорю. – Но теперь из жалости». На этом наше общение прекратилось, хотя о нем я могу сказать только хорошие слова.
Материал вышел в издании «Собеседник» №13-2018 под заголовком «Гей тебе не товарищ?».