ФМС хотят наделить силовыми функциями
Давняя мечта главы ФМС Константина Ромодановского вернуть подчиненной ему структуре силовые функции, возможно, будет реализована уже в ближайшие два года. В ведомстве приступили к разработке законопроекта об иммиграционном контроле, согласно которому сотрудники ФМС (в рамках этого контроля) могут получить право на оперативно-розыскную деятельность. А это значит, что они получат право проверять документы у иностранных граждан и осуществлять их личный досмотр, а также проводить мероприятия по контролю за тем, как соблюдают и выполняют миграционное законодательство физические, юридические лица и индивидуальные предприниматели. Таким образом, можно говорить о том, что в рамках ФМС появится миграционная полиция, куда войдут 5 тысяч сотрудников, которые уже сегодня осуществляют иммиграционный контроль по всей России. Эксперты отмечают логичность этой инициативы, так как она продиктована функциями, которыми наделена ФМС. Но есть и те, кто выступает резко против, считая опасным превращение гражданской, по сути, службы в силовую.
Если говорить о функциях, то сегодня Федеральная миграционная служба реализует государственную политику в сфере миграции, предоставляет миграционные услуги, а также осуществляет контроль и надзор в этой сфере. Причем, этот функционал сложился сравнительно недавно. Дело в том, что первоначально миграционные вопросы находились в ведении МВД. И только 10 лет назад их выделили в отдельную структуру – ФМС РФ. Затем, в 2006 году были созданы территориальные органы ФМС, которые объединили подразделения паспортно-визовой службы, а также подразделения по делам миграции МВД, ГУВД и УВД во всех субъектах РФ с выводом их в отдельную структуру. При этом ФМС продолжало подчиняться МВД. И только два года назад, в мае 2012 года службу переподчинили напрямую правительству. При этом в ней продолжали работать не только госслужащие, но и аттестованные сотрудники, которые считались кадрами МВД. Но так как ФМС стала считаться исключительно гражданским ведомством, была устроена так называемая разаттестация людей в погонах. В результате началась сильная кадровая текучка. Та как, переходя на госслужбу, полицейские значительно стали терять в зарплате – более чем в два раза.
Кстати, этот факт, как сообщил источник «Эксперт Online», тоже играет немаловажную роль в желании руководства ФМС заиметь собственный «вооруженный отряд» и получить статус силового ведомства. Кроме того, Константин Ромодановский сам является выходцем из спецслужб – он успел поработать и в ФСБ, и в МВД. И его желание усилить позиции в определенных кругах вполне понятно.
Между тем в числе ярых противников таких новаций известная правозащитница, много лет занимающаяся вопросами миграции Лидия Графова, которая возглавляет «Форум переселенческих организаций». Она всегда ратовала за то, чтобы вопросами мигрантов, переселенцев, беженцев занимались гражданские специалисты. Поэтому ее позиция вполне предсказуема.
– Это просто фантастика! – такой была первая реакция Графовой на просьбу «Эксперт Online» прокомментировать данную инициативу. - Мы долго боролись за то, чтобы ФМС вышло из-под ведения МВД, чтобы генералы сняли погоны, а теперь начинается обратный ход. ФМС превращается в экстра-силовое ведомство. Они уже показали себя даже более крутыми, чем ФСБ. Я имею в виду наложение запрета на въезд в Россию. И при этом они хотят руководить процедурами получения гражданства, создавать комиссии. Все это очень плохие признаки тоталитарного государства, в которое превращается страна. И ФМС здесь на первом плане.
Иначе на проблему смотрит заместитель председателя комитета Госдумы по делам СНГ, генерал милиции Татьяна Москалькова. Она считает, что те задачи и функции, которые сегодня сформировались у ФМС, требуют и получения права и на оперативно-розыскное сопровождение.
- Я считаю, было бы логично наделить ФМС и функциями и оперативно-розыскной и процессуальной деятельности. Так как это ведомство должно выявлять нарушения миграционного законодательства. А это и факты массового незаконного въезда мигрантов в Россию, незаконное нахождение в стране, незаконное лицензирование, выдачи патентов и т.д.. Конечно, им надо иметь свою агентуру, чтобы собирать специальные данные, чтобы осуществлять дознание по делам их категории. А кто это будет делать? Поэтому надо выстраивать весь инструментарий для борьбы с преступностью в этой сфере.
При этом Москалькова отмечает, что в процессе вычленения ФМС в самостоятельную структуру были не только положительные стороны, но и отрицательные:
- В МВД работа по соблюдению миграционного законодательства велась очень эффективно. Так же и по другим направлениям. Несмотря на это, за последнее десятилетие из системы МВД, к сожалению, были вычленены ФМС, противопожарная служба, ГУИН, преобразованный во ФСИН. Затем была передана ФМС еще и паспортная служба, которая тоже способствовала выявлению преступников. Сегодня попытки вычленения из органов внутренних дел различных служб продолжаются. Были предложения вывести оперативно-техническую службу, которая осуществляет оперативно-розыскную деятельность. Чтобы она обслуживала и другие органы. Были предложения по созданию дорожной полиции как самостоятельного органа. А так как количество субъектов становится все больше, расползается и оперативно-розыскная деятельность. В этом есть опасность. Хотя такие функции как прослушивание, наблюдение, скрытое проникновение в помещение остается только за ФСБ. Это не осуществляет ни МВД, ни никакой другой орган. Конечно, было бы хорошо, если бы все было в одних руках. Тогда не рвутся связи, позволяющие эффективно бороться с преступностью. Но так как процесс отделения ФМС уже состоялся и это данность, наделить ее функциями оперативно-розыскной деятельности целесообразно. Но на будущее к такого рода вычленениям надо подходить очень аккуратно.