Бон вояж на Уралмаш! Француженка на районе — от хоррора до арт-хауса
Свердловская область стала третьим регионом России , где снимается документальный фильм « Сесиль в стране чудес» телеканала « Моя планета». По задумке авторов , российско-французская актриса и танцовщица Сесиль Плеже путешествует по стране в компании съемочной группы и ломает популярные мифы, связанные с отдельными регионами. Первые две серии проекта снимали в Кабардино-Балкарии и Вологде , местом действия третьей стал Средний Урал.
— Сесиль , вы раньше бывали в России за пределами Москвы?
— В детстве я была на Байконуре — снималась там в документальном фильме , а жила во Франции. Через 20 лет я туда вернулась , и мы продолжили съемку. Еще я бывала в Питере , на всяких дачах и два дня в Вологде у подруги , когда училась в ГИТИСе. Сейчас , в рамках этого проекта , я , можно сказать , открываю для себя Россию.
Дочь русской пианистки Натали Плеже и французского инженера, Сесиль родилась в Москве , но затем с семьей переехала в Париж. В 2000 году актриса вернулась в российскую столицу , где окончила ГИТИС и сыграла немало ролей в театрах , кино и сериалах. Сейчас Сесиль занимается в основном диджейством , ну и является главным героем документального фильма о российской провинции.
В Екатеринбурге гостье устроили экскурсию по Плотинке, сводили в « Коляда-театр», на модный показ , а затем привезли в Нижний Тагил. На первых кадрах , отснятых во втором городе Свердловской области , Сесиль купается в фонтане и разбивает бутылку себе о голову. Вскоре оказывается , что брутальность Тагила несколько преувеличена: « Мы приехали и увидели много людей с детьми , колясками. Все было так мирно», — рассказывает Сесиль.
Уралмаш удостоился сразу двух визитов съемочной группы. В первый день документалисты познакомились с клубом « Модница» в ЦК « Орджоникидзевский» и даже засняли , как пожилые дамы дефилируют по подиуму. Во второй день , в субботу , экскурсию по району для гостей провел директор Музея истории Екатеринбурга Сергей Каменский. Первые впечатления от уральской столицы у француженки остались самые радужные , и Уралмаш должен был обогатить образ города новыми гранями.
— Сильно ли отличаются города , в которых вы побывали , от Москвы?
— Екатеринбург — нет , Вологда — да , Нальчик — да. Причем разница не в людях , а в самом городе , его состоянии , архитектуре. В Екатеринбурге бросается в глаза его опрятность. У нас сейчас Москва переживает реновацию , везде стройка , ремонт дорог. Так непривычно увидеть город без этого всего. Мне нравится , что есть и сохраненные дома , и новые. Меня не смущает его эклектичность , я вообще люблю эклектику.
Автобус № 33 объезжает площадь Первой пятилетки по кругу , в салоне записанный голос рассказывает истории о НИИ Тяжмаш и детстве на районе. « Я должна это заснять, — отвлекается Сесиль , целясь камерой телефона за окно. — Там написано „ чел-аут“, а надо „ чилаут“. Я очень люблю , когда что-то неправильно написано».
— Так может быть это от слова « человек»?
— Наверное. А out — потому что его куда-то выбрасывают.
Под памятником Серго Орджоникидзе Сергей Каменский рассказывает Сесиль , как в дремучем лесу создавался завод и район вокруг, задуманный как город-сад. Как сюда мечтал попасть любой инженер , и слава Уралмашзавода гремела по всему миру. И что случилось потом , когда производство пришло в упадок , и местные жители враз лишились прежнего внимания к себе персон уровня Фиделя Кастро. « Так это был мегамозг! „ Силикон вэлли“», — периодически всплескивает руками его собеседница.
— Как вам центр Екатеринбурга , Сесиль?
— Когда мы туда пришли , там был праздник , всюду ходили дети — было очень здорово , просто прекрасно.
— А теперь вы в спальном районе. И как?
— Ну , он спальный. Видно , что пожил , но здесь нет адского ада. Я его не испытываю.
Вскоре Сесиль предстоит испытать адский ад , но пока она об этом не знает. Следует предложение отправиться в общежитие на Стахановской , 2. Стены этого здания потрескались так , что сквозь трещины видно улицу , и все же здесь по-прежнему живут люди. Полтора года назад активисты пришли сюда и раскрасили коридоры этого убитого дома разноцветными картинками , чтобы жильцам было не так тоскливо. Вскоре власти приняли решение о сносе аварийного дома, вот только до дела так и не дошло.
В темном коридоре с обшарпанными стенами слышен шум воды — это в общей кухне кто-то охлаждает под струей фунфырик с неизвестным содержимым. Мимо Сесиль , в ужасе застывшей на входе , снуют туда-сюда пьяные с утра молодые люди и озабоченные чем-то бабушки. Пока съемочная группа запечатлевает для истории ужас на лице француженки , попавшей в сердце уралмашевского гетто , два молодых человека подшофе начинают настойчиво интересоваться происходящим: « Зачем снимаете? Чтобы быстрее снесли? Чтобы не сносили? Давайте мы все вам расскажем!»
Избавиться от навязчивых помощников удается с трудом. Делегация следует на второй этаж , где стены украшены рисунками. Вдруг из-за угла возникает хорошо пьяный мужчина и начинает кричать , что он « не будет это смотреть» и « никому не позволит». Пока оператор и Сергей Каменский успокаивают буяна ( выясняется , что он даже не живет в этом общежитии , но мнение свое по нему имеет), Сесиль стоит в стороне и плачет. « Мне страшно», — говорит она. Вокруг пьяные люди , стены с обнаженной дранкой и застоявшийся табачный дух — шокирующая обстановка для столичного бомонда.
— Почему вы плачете?
— Я очень впечатлительная. Как только что-то происходит , я всегда придумываю развитие сценария по худшему варианту. Я могла бы стать прекрасным режиссером фильмов-катастроф. Я испугалась этого человека , но я вовсе не презираю людей , которые здесь живут. Мне их очень жаль.
Съемочная группа отправляется на бульвар Культуры , чтобы найти здесь эталонных гопников с семками и в трениках , посидеть с ними на кортах и сплясать. Как ни странно , в излюбленном месте уралмашевских алкоголиков на этот раз оказывается все сплошь приличная публика , в основном , мамы с детьми. Долгие поиски подходящих персонажей не дают результата , и Сесиль и ее команда уже готовы махнуть рукой на свою идею , когда замечают двух колоритных парней в спортивных костюмах и лишь слегка пьяненьких. Договориться оказывается легко , и вот простые парни с района становятся героями фильма.
Уралмашевский трип заканчивается для Сесиль на Белой башне: PODELNIKI пригласили ее на концерт. Перед тем , как вскарабкаться на самый верх культового сооружения, француженка надевает каску: вполне закономерно для человека , постоянно рождающего в уме апокалиптические сценарии.
Впрочем , в последнее время Башня выглядит вполне мило , и даже голые кирпичи и граффити в стиле « лофт» здесь как будто специально созданы модным дизайнером. На концерте в баке гости просто сидят и слушают Николая Шабуневича ( Blues Bastards) и Глеба Васильева ( экс-N.E.V.A.).
Концерт окончен , съемки тоже. На следующий день Сесиль ждет прогулка по городу с Сашей Гагариным из группы « Сансара», а может быть и встреча с « чайфами». Затем на три недели самолет вернет путешественников в Москву , а затем опять умчит в один из далеких российских регионов. В планах Калмыкия , Алтай и еще три субъекта РФ. Сколько времени займет подготовка сериала к прокату , его создатели пока не знают. Возможно , похождения Сесиль в Екатеринбурге телезрители смогут увидеть уже в сентябре.
— Сесиль , вам не кажется , что у русских и французов в чем-то схожий менталитет?
— Наверное , так сложилось исторически. Вспомните « Войну и мир». В России было принято знать французский , Россия симпатизировала Франции. Почему? Это вы мне скажите. Схожесть в менталитете? Может быть , но для меня это вопрос открытый. Может быть , наверное… У французов есть что-то общее с вами , но я пока не могу понять , что. У меня много знакомых французов , не экспатов ( я с ними не особо общаюсь , потому что я в эмиграции). И они говорят — здесь что-то такое есть. Мы , действительно , чувствуем здесь некоторое притяжение. Драйв!