Непотопляемый Анастас. Секреты политического долгожителя Микояна
21 октября 1978 года скончался Анастас Микоян. На протяжении 40 лет он входил в состав высшего руководства страны, став одним из главных кремлёвских долгожителей. Сменялись эпохи и вожди партии, и только Микоян был неизменен. В народе про него шутили: "От Ильича до Ильича без инфаркта и паралича". Всю жизнь ему сопутствовало удивительное везение: он уцелел на фронте, выжил, будучи "27-м бакинским комиссаром", благополучно избежал сталинских репрессий, хотя неоднократно и оказывался на краю пропасти. Лайф выяснил секреты политической непотопляемости Микояна.
Как закалялась сталь
Анастас Микоян родился в 1895 году в одном из сёл Тифлисской губернии. По его словам — в семье бедного деревенского плотника. Грамоте обучился у монахов местного монастыря. Затем по ходатайству местного священника был зачислен в Тифлисскую духовную семинарию.
В своих мемуарах Микоян утверждал, что в партию большевиков вступил в 1915 году. Это достаточно дискуссионный вопрос, поскольку в начале этого года его политические взгляды были предельно далеки от большевизма.
После начала Первой мировой войны в Российскую империю приехал Андраник Озанян. Родившийся в армянской семье в Османской империи, он был одним из самых знаменитых борцов с турками, некоторое время являлся активистом партии "Дашнакцутюн" и после начала войны предложил российскому правительству свои услуги в борьбе с османами. Озаняну было разрешено начать формирование добровольческих отрядов из армян для участия в боевых действиях на Кавказском фронте. В один из этих отрядов в конце 1914 года записался и юный Микоян. Однако пребывание на фронте было недолгим. Через несколько месяцев он заболел малярией и на фронт уже не вернулся.
Но даже если он действительно вступил в партию, то серьёзной роли не играл, поскольку после выздоровления вернулся на учёбу. После революции на Кавказе закрутился настолько стремительный водоворот событий, что зачастую появлялись самые странные и невероятные комбинации. Например, Микоян какое-то время был комиссаром отряда знаменитого армянского фидаи Срванцтяна, который отродясь большевиком не был и им не сочувствовал.
27-й бакинский комиссар
Приехав агитировать рабочих на бакинские нефтяные промыслы, Микоян очутился в эпицентре революционного хаоса, и только он сам знает, как ему удалось вырваться оттуда живым. Ведь никакой блестящей карьеры у него могло и не случиться. Шансы на то, что его жизнь прервётся в 1918 году, были близки к 100 процентам. Хотя бы потому, что он был арестован вместе со знаменитыми бакинскими комиссарами.
Эти комиссары были в СССР предметом культа. О них слагали стихи, в их честь называли улицы и устанавливали памятники. В 1918 году в Баку была провозглашена советская власть и сформировано правительство. Сам Микоян в состав правительства не вошёл, оставшись членом городского совета, в котором преобладали представители других левых течений, но не большевики.
Фото: © РИА Новости/Иван Шагин
Однако власть их была недолгой. На город наступала "Армия ислама" ("Кавказская исламская армия"), сформированная турецкими офицерами из азербайджанцев и дагестанцев. Бакинский совнарком пытался организовать оборону города, но не преуспел. В то же время другие левые стали возмущаться неудачными действиями большевиков и потребовали голосования в Бакинском совете по вопросу приглашения в город англичан для обороны. Большинством голосов это решение было принято. Советское правительство попыталось бежать из города, но было арестовано новыми властями и обвинено в намерении сдать город врагу.
При этом Микоян остался на свободе и фактически стал одним из немногих большевиков в городе. Своё положение он пытался использовать, чтобы вызволить арестованных. Ему это удалось только тогда, когда турецкие войска уже входили в город. Вместе с комиссарами он должен был сесть на советский пароход и уйти в Астрахань, но по какой-то причине на пароход они попасть не сумели. Пришлось плыть на другом пароходе вместе с беженцами из числа эсеров и дашнаков — своих политических противников.
Большевики пытались подкупить капитана корабля, чтобы он изменил курс и доставил их в Астрахань, но этому воспрепятствовали другие пассажиры и команда корабля. Они потребовали сдать большевиков эсеровским властям в Красноводске. Так и было сделано. Микоян вместе с остальными комиссарами оказался в заключении.
Выжил он благодаря невероятной случайности. Красноводские эсеры не знали бакинских большевиков, и в их распоряжении был только список тюремного старосты, который распределял довольствие в бакинской тюрьме. Недолго думая, решено было всех содержавшихся в этом списке расстрелять. В итоге в число 26 "комиссаров" попали совершенно незначительные большевики, не занимавшие никаких постов и практически случайные люди. Тогда как Микоян, будучи достаточно видным бакинским большевиком, этой участи избежал и через несколько месяцев был на свободе. Такова официальная версия, рассказанная в том числе и Микояном.
А как было на самом деле, сейчас уже никто не знает. Дело это очень загадочное. Когда в 2009 году проводилось перезахоронение комиссаров, в могиле были найдены останки только 23 человек, а не 26. Сам Микоян вспоминал, что в годы репрессий Сталин однажды многозначительно сказал ему: "История о том, как были расстреляны 26 бакинских комиссаров и только один из них — Микоян — остался в живых, темна и запутанна. И ты, Анастас, не заставляй нас распутывать эту историю".
Иосиф Сталин (в центре), Вячеслав Молотов (второй слева), Анастас Микоян (слева) и Михаил Калинин (справа) приветствуют участников первомайской демонстрации на трибуне Мавзолея В.И. Ленина. Фото: © РИА Новости
Возвышение совсем ещё молодого Микояна было сталинской инициативой. Ещё при живом Ленине в верхах партии развернулась ожесточённая борьба за влияние. Сталин в этой борьбе изначально выглядел явным аутсайдером, поскольку, в отличие от Троцкого и Зиновьева, не имел своего клана. Поэтому начиная с 1922 года Сталин начал подбирать потенциальных союзников. У всех их было много общего. Это были совсем молодые (зачастую не старше 30 лет) и амбициозные коммунисты, не имевшие значительного дореволюционного партийного стажа и не очень разбиравшиеся в теоретических хитросплетениях марксизма. Для этих людей Сталин был величиной (ленинская гвардия всё же посматривала на него свысока), и именно из них он вербовал свою гвардию.
В то время Микоян работал в Нижегородском губкоме. Сталин решил проверить его, доверив деликатное поручение. Микоян должен был отправиться в Сибирь к Лашевичу и передать, чтобы тот проконтролировал делегатов будущего съезда партии и постарался не пустить в столицу как можно больше людей Троцкого. Микоян выполнил поручение без вопросов, после чего по настоянию Сталина был назначен на Северный Кавказ. Сначала секретарём Юго-Восточного бюро ЦК, а затем секретарём Северо-Кавказского крайкома, объединявшего нынешние Ставропольскую область, Северную Осетию, Адыгею, Кабардино-Балкарию, Чечню, Ингушетию и Карачаево-Черкесию. В то время Микояну ещё не исполнилось и 30 лет.
Для Сталина этот регион был стратегически важной точкой. Не случайно трое из четырёх первых секретарей крайкома в 20-е годы были людьми из сталинской обоймы (Микоян, Орджоникидзе и Андреев).
Кроме того, Микоян был введён в состав Секретариата ЦК КПСС. Но настоящий взлёт его ждал после смерти Ленина. После того как Сталин, Зиновьев и Каменев лишили влияния Троцкого, Сталин разбил своих недавних союзников. В 1926 году Зиновьев был выведен из состава политбюро, а Каменев из членов стал кандидатом. Кроме того, Сталину удалось ввести в состав политбюро группу своих людей: Микояна, Кагановича, Андреева, Орджоникидзе и Кирова. Войдя в состав сначала кандидатом, а затем и полноправным членом, Микоян оставался в политбюро 40 лет.
После падения Зиновьева его союзник Каменев также был лишён поста наркома торговли. На эту должность Сталин наметил лояльного Микояна. Тот пробовал возразить, что он ничего не понимает в торговых делах, но Сталин успокоил его тем, что Каменев тоже в них ничего не понимал и тем не менее работал.
Стоит отметить, что это повышение в имиджевом плане было достаточно сомнительным. Многие большевики торговлю недолюбливали и считали буржуазным пережитком. Поначалу торговые отношения даже пытались отменить (в годы военного коммунизма частная торговля считалась серьёзным преступлением, "мешочников" отлавливали и порой даже расстреливали), заменив их системой распределения. Но в конце концов от этих экспериментов ушли. Тем не менее наркомат торговли всё равно считался некоторыми большевиками чем-то непрестижным, недостойным их брата.
Хотя назначение казалось случайным (на период, пока Сталину требовался надёжный человек в правительстве), торговля стала вотчиной Микояна почти на половину века.