Роман М.А.Булгакова "Белая гвардия"
Михаил Афанасьевич Булгаков (1891 – 1940) – русский писатель, драматург, режиссер, один из лучших авторов первой половины ХХ века Родился 3 (15) мая 1891 года в Киеве в семье преподавателя духовной академии Афанасия Ивановича Булгакова. С 1901 года получал начальное образование в Первой Киевской гимназии. В 1909 году поступил в Киевский университет на медицинский факультет. Окончив в 1916 году университет, работал в одном из киевских госпиталей, затем в селе Никольское Смоленской губернии. В этот период писатель пристрастился к морфию, но благодаря стараниям жены смог победить зависимость. Во время гражданской войны в 1919 году Булгаков был мобилизован как военный врач в армию Украинской Народной республики, а затем в армию Южной России. В 1920 году заболел тифом, поэтому не смог покинуть страну с Добровольческой армией. В 1921 году Булгаков переезжает в Москву. Он активно занимается литературной деятельностью. В 1924 – 1928 годах создает самые известные свои произведения – «Собачье сердце», «Роковые яйца», роман «Белая гвардия» (1925), пьеса «Дни Турбиных» (1926), «Бег» (1928) и др. Из-за острой критики революции в своих произведениях (в частности, в пьесе «Дни Турбиных»), Михаила Афанасьевича несколько раз вызывали на допросы в ОГПУ. Булгакова перестают печатать, его пьесы запрещено ставить в театрах. В 1930 году Михаил Афанасьевич лично написал письмо И. Сталину с просьбой предоставить ему право покинуть СССР либо разрешить зарабатывать на жизнь. После этого писатель смог устроиться режиссером-ассистентом во МХАТ. В 1934 Булгакова приняли в Советский союз писателей. 10 марта 1940 года Михаил Афанасьевич скончался. Похоронен Булгаков на Новодевичьем кладбище в Москве.
«Белая гвардия» – это роман, рождённый благодаря любви писателя – любви к своему прошлому, к тому навеки родному городу, где прошли детство и юность, где был домашний уют, друзья, где всё, даже сам воздух, проникнуто тихим счастьем и светлой радостью. Огромная, насквозь интеллигентная, семья Булгакова состояла из людей, умеющих читать мудрые книги и понимать хорошую музыку. За окнами их квартиры постоянно были слышны звуки рояля, весёлые голоса, смех, споры и пение. Там всегда теплилась жизнь… Булгаков вспоминал: «Стал писать, не зная ещё хорошо, что из этого выйдет. Помнится, мне очень хотелось передать, как хорошо, когда дома тепло, часы, бьющие башенным боем, сонную дрёму в постели, книги и мороз…»
Зима 1918/19 г. Некий Город, в котором явно угадывается Киев. Город занят немецкими оккупационными войсками, у власти стоит гетман «всея Украины». Однако со дня на день в Город может войти армия Петлюры — бои идут уже в двенадцати километрах от Города. Город живёт странной, неестественной жизнью: он полон приезжих из Москвы и Петербурга — банкиров, дельцов, журналистов, адвокатов, поэтов, которые устремились туда с момента избрания гетмана, с весны 1918 г. К Р А Т К О Е С О Д Е Р Ж А Н И Е Р О М А Н А
В столовой дома Турбиных за ужином Алексей Турбин, врач, его младший брат Николка, унтер-офицер, их сестра Елена и друзья семьи — поручик Мышлаевский, подпоручик Степанов по прозвищу Карась и поручик Шервинский, адъютант в штабе князя Белорукова, командующего всеми военными силами Украины, — взволнованно обсуждают судьбу любимого ими Города. Старший Турбин считает, что во всём виноват гетман со своей украинизацией: вплоть до самого последнего момента он не допускал формирования русской армии, а если бы это произошло вовремя — была бы сформирована отборная армия из юнкеров, студентов, гимназистов и офицеров, которых здесь тысячи, и не только отстояли бы Город, но Петлюры духу бы не было в Малороссии, мало того — пошли бы на Москву и Россию бы спасли. К Р А Т К О Е С О Д Е Р Ж А Н И Е Р О М А Н А Алексею Васильевичу Турбину, старшему – молодому врачу – двадцать восемь лет. Елене – двадцать четыре…Николке – семнадцать с половиной.
Для защиты от наступающих войск Петлюры в Городе начинается формирование русских военных соединений. Карась, Мышлаевский и Алексей Турбин являются к командиру формирующегося мортирного дивизиона полковнику Малышеву и поступают на службу: Карась и Мышлаевский — в качестве офицеров, Турбин — в качестве дивизионного врача. Однако на следующую ночь — с 13 на 14 декабря — гетман и генерал Белоруков бегут из Города в германском поезде. Полковник Малышев распускает только что сформированный дивизион: защищать ему некого, законной власти в Городе не существует. К Р А Т К О Е С О Д Е Р Ж А Н И Е Р О М А Н А
Полковник Най-Турс к 10 декабря заканчивает формирование второго отдела первой дружины. Считая ведение войны без зимней экипировки солдат невозможным, полковник Най-Турс, угрожая кольтом начальнику отдела снабжения, получает для своих ста пятидесяти юнкеров валенки и папахи. Утром 14 декабря Петлюра атакует Город; Най-Турс получает приказ охранять Политехническое шоссе и, в случае появления неприятеля, принять бой. Най-Турс, вступив в бой с передовыми отрядами противника, посылает троих юнкеров узнать, где гетманские части. Посланные возвращаются с сообщением, что частей нет нигде, в тылу — пулемётная стрельба, а неприятельская конница входит в Город. Най понимает, что они оказались в западне. К Р А Т К О Е С О Д Е Р Ж А Н И Е Р О М А Н А И, можешь себе представить, прекрасно одеты – в папахах, в валенках и с пулемётной командой. Привёл их полковник Най-Турс.
Часом раньше Николай Турбин, ефрейтор третьего отдела первой пехотной дружины, получает приказ вести команду по маршруту. Прибыв в назначенное место, Николка с ужасом видит бегущих юнкеров и слышит команду полковника Най-Турса, приказывающего всем юнкерам — и своим, и из команды Николки — срывать погоны, кокарды, бросать оружие, рвать документы, бежать и прятаться. Сам же полковник прикрывает отход юнкеров. На глазах Николки смертельно раненный полковник умирает. Потрясённый Николка, оставив Най-Турса, дворами и переулками пробирается к дому. К Р А Т К О Е С О Д Е Р Ж А Н И Е Р О М А Н А
Тем временем Алексей, которому не сообщили о роспуске дивизиона, явившись, как ему было приказано, к двум часам, находит пустое здание с брошенными орудиями. Отыскав полковника Малышева, он получает объяснение происходящему: Город взят войсками Петлюры. Алексей, сорвав погоны, отправляется домой, но наталкивается на петлюровских солдат, которые, узнав в нем офицера (в спешке он забыл сорвать кокарду с папахи), преследуют его. Раненного в руку Алексея укрывает у себя в доме незнакомая ему женщина по имени Юлия Рейсе. К Р А Т К О Е С О Д Е Р Ж А Н И Е Р О М А Н А
Через несколько дней рана Алексея воспаляется, а кроме того, у него сыпной тиф: высокая температура, бред. По заключению консилиума, больной безнадёжен; 22 декабря начинается агония. Елена запирается в спальне и страстно молится Пресвятой Богородице, умоляя спасти брата от смерти. «Пусть Сергей не возвращается, — шепчет она, — но этого смертью не карай». К изумлению дежурившего при нем врача, Алексей приходит в сознание — кризис миновал. К Р А Т К О Е С О Д Е Р Ж А Н И Е Р О М А Н А
В ночь со 2 на 3 февраля начинается выход петлюровских войск из Города. Слышен грохот орудий большевиков, подошедших к Городу. К Р А Т К О Е С О Д Е Р Ж А Н И Е Р О М А Н А
Тяжелое время Велик был год и страшен год по рождестве Христовом 1918, от начала же революции второй. Город, где несколько раз менялась власть: гетман, Петлюра, большевики… В городе… были офицеры. И они бежали и с севера, и с запада – бывшего фронта… боевые армейские гусары, как полковник Най‑Турс, сотни прапорщиков и подпоручиков, бывших студентов… Были юнкера. В городе к началу революции оставалось четыре юнкерских училища … Они кончились и развалились в грохоте солдатской стрельбы и выбросили на улицы искалеченных, только что кончивших гимназистов, только что начавших студентов, не детей и не взрослых, не военных и не штатских, а таких, как семнадцатилетний Николка Турбин…
Что там делается – уму непостижимо. На путях четыре батареи насчитал, стоят неразвернутые, снарядов, оказывается, нет. Штабов нет числа. Никто ни черта, понятное дело, не знает… Тяжелое время И когда доходили смутные вести из таинственных областей, которые носят название – деревня, о том, что немцы грабят мужиков и безжалостно карают их, расстреливая из пулеметов, не только ни одного голоса возмущения не раздалось в защиту украинских мужиков, но не раз, под шелковыми абажурами в гостиных, скалились по‑волчьи зубы и слышно было бормотание: – Так им и надо. У меня во взводе пятнадцать человек не имеют понятия о винтовке…(Мышлаевский) В ночь со второго на третье февраля у входа на Цепной Мост через Днепр человека в разорванном и черном пальто с лицом синим и красным в потеках крови волокли по снегу два хлопца, а пан куренной бежал с ним рядом и бил его шомполом по голове. Голова моталась при каждом ударе, но окровавленный уже не вскрикивал, а только ухал. … А зачем оно было? Никто не скажет. Заплатит ли кто‑нибудь за кровь? Нет. Никто…