Балтия – СНГ, Латвия, Образование и наука, Прямая речь, Форум
Поэтические вечера Вадима Аввы в этом году уже несколько раз проходили в Риге и в Даугавпилсе. Об этом писали и в прессе, и на новостных сайтах, эмоционально рассказывали знакомые, успевшие посмотреть выступления «юрмальского рижанина».
Моноспектакль «Переходный возраст» удивляет, будоражит и заставляет думать. Он соткан из стихотворений и прозаических размышлений о любви и счастье, красоте и вере, боли и преодолении. Запоминается и великолепное авторское исполнение, оставляющее после себя какое-то замечательное послевкусие и желание остаться, чтобы еще раз побеседовать с автором.
- Расскажите о себе.
— Родился. Окончил 4-ую среднюю школу города Даугавпилса. Учился в Латвийском университете, факультет правоведения. Телевизионный журналист. Десять лет отработал в рекламной и кино индустриях. Лет семь, в общей сложности, возглавлял направление рекламы, службу связи с общественностью и маркетинга одного из крупных коммерческих банков. Сейчас занимаюсь производством рекламных клипов, консультациями в области продаж, пи-ара, маркетинга, немного публицистикой.
- Давно ли Вы пишите?
- Относительно. Два года назад начали приходить стихи. Пока «кнопку» сверху не выключили. Как мне кажется, стихи пишутся либо в состоянии крайней радости — что редко — либо когда у тебя что-то болит. Поэтому на вопрос: «Хотели ли бы Вы не писать стихи?», отвечаю: «Хотел бы!»
- «Мне снилось счастье круглое, как детство…» — строчка из Вашего стихотворения. Расскажите о каком-нибудь воспоминании из детства — теплого, уютного.
- Май. Цветет тополь, улицы засыпаны пухом. Бегу из детского сада на трамвайную остановку. Не вижу ничего. Счастлив и во всё горло пою миру свою песню: «А-А-А!» Мама где-то позади. Оглядываюсь — вдали мелькнуло её платье. Разворачиваюсь и припускаю с новой силой.
- Человек растет и меняется. И, как Вы пишите в одной из статей, «Вадим в пять лет и в сорок — это абсолютно разные люди». Но все-таки что-то остается неизменным в человеке? ЧТО это в Вас?
- Неизменным остается темперамент. Я холерик — и это еще мягко сказано.
- «В детстве все хотят клерками» — строчка из Вашей поэмы «Европейцы NOW». Вы тоже об этом мечтали?
- В детстве я хотел стать милиционером.
- Название поэмы «Европейцы NOW» говорящее, и все-таки, если конкретизировать, это поэма о …?
- О нашем поколении, о тех, кто вступал в сознательную жизнь в 80-90-годы. Мы десятилетиями жили установкой: «Главное — заработать деньги». Но прошло время — многие поняли, что, подчиняясь ей, занимались нелюбимом делом — и в результате оказались в окружении жестких проблем. И каждый сейчас с этим справляется, или не справляется: по-своему.
Поэтому важно с самого детства осознавать ответственность за принимаемые решение. Это очень трудно, но очень важно.
- Часто Вы сами решались изменить свою жизнь кардинально? Жалели ли потом об этом?
- Менял. Четыре раза . Пока никогда не жалел.
- И еще из поэмы о нашем поколении: «Пишут на скалах и в «личное»: «В сочувствии не нуждаемся…»
- Это не только о нашем поколении. Это долговременный тренд. Сочувствия становится все меньше. И здесь есть еще оборотная сторона: мы не только не нуждаемся в сочувствии, но все менее способны на него. Сочувствовать трудно. Проще этого не делать. К сожалению…
- Поэт — это человек, который по-особому осмысляет происходящее. Как Вы можете охарактеризовать нынешнее время?
- Время ускорилось. Наверняка, знаете теорию демографического времени. За 10 лет мы проживаем столько событий, получаем столько информации, сколько раньше люди — за 100 лет. А значит, любое поколение живет на сломе. В нашу жизнь льется потоком новое, незнакомое — мы принимаем все, не осмыслив, ЧТО это и ЗАЧЕМ. И только потом, когда новое становится частью нашей жизни, осознаем, а надо ли было нам это.
Эта же теория объясняет, почему проблема «отцов и детей» не уходит в прошлое, а становится все более актуальной.
- В детстве мы все зачитывались книгами А.Дюма. Как Вы думаете, кем были бы мушкетеры в наше время?
- Мушкетеров в наше время быть не может. Качества этих людей — да, а их самих — нет.
-Современные дети на вопрос: «Что такое вечные ценности ?» ответили: «Мобильник и планшет». Что думаете об этом?
- В наше время сказали бы : «Джинсы и жвачка». Современные дети в этом смысле не отличаются от детей другого поколения.
- А в чем отличаются?
- Думаю, в способности перерабатывать массивы информации. «Компьютеры» молодого поколения гораздо мощнее наших.
- Дети в жизни мужчины — это…?
- Все зависит от того, какой это мужчина. Для меня дети — смысл жизни.
- В некоторых Ваших стихотворениях возникают очень теплые картинки — описания домашнего уюта.
- Да, для меня это важно. Мы ведь гонимся за тем, чего не имеем или имеем в степенях, нас мало удовлетворяющих.
- Вы живете в Юрмале. Почему? Что Вам особенно нравится?
«Собрание в колхозе. Вызывают главную доярку. Марьиванна, расскажите нам, как Вы — примерная многодетная мать и жена, передовик производства, член партии — стали валютной проституткой?
Марьиванна, покраснев и опустив глаза:
- Да просто повезло…»
Вот и мне: просто повезло.
- В каких уголках мира чувствуете себя уютно?
- Очень нравятся Альпы. И Северная Италия, и Швейцария, и еще — очень — город Лион.
- Ваши стихи наполнены любовью. Что для Вас это чувство?
- В ответ хочется промолчать. Если бы я был композитором, я бы попробовал наиграть. Любовь — самое простое и самое сложное чувство. И неважно — безответная она или счастливая. Важно, что человек не может жить без неё. Он превращается в зомби. Поэтому любовь — это главное.
- Идеальная женщина — какая она?
- Вопрос космического масштаба): Идеальная, потому и идеальна, что ее не существует. Идеальная женщина — это твое ALTER EGO, не имеющее твоих недостатков и умеющее прощать. Наверно, этого ищут мужчины. Правда, сначала — ноги, а потом уже то, что я сказал.
- Слово мое « чистое и звучит валторной…» Когда пишите, Вы взвешиваете и оттачиваете каждое слово?
– Бывает по-разному. Каждое стихотворние — это комбинация чувств и мысли Когда она появляется — приходят и слова, иногда сразу, иногда —нет, подбираешь, правишь многократно, вроде закончил. Читаешь уже опубликованное стихотворение через месяц , два, три, и вдруг возникает нужное слово, то, что искал раньше, — и все стихотворение начинает звучать иначе, чувствуешь некий прогресс в гармонии.
- А в обычной жизни, в общении, также бережно и осторожно относитесь к словам?
– К сожалению, нет. Я очень эмоционален.
- Строчка из Вашего моноспектакля «Взрослость — это степень ожесточения души» звучит как афоризм…
- Это мое ощущение на данный момент. С возрастом меняется не только тело, но и душа. В редких случаях мы остаемся такими же, как в детстве: подрались — и через 20 минут уже целуемся. Мы утрачиваем открытость, способность искренно радоваться и быстро прощать. Помните, слова, обращенные к Фаине Раневской: «Фаиночка, Вам пять, и никогда не будет восемь.» Редко о каком человеке можно так сказать. Ведь это очень большая работа — сохранить в себе душу ребенка.
- Кризис среднего возраста Вы называете переходным возрастом сорокалетних. В чем его суть?
- Вся наша жизнь — это переходный возраст. Суть — в постоянном движении, в поиске, в эволюции. Как только остановишься — жизнь заканчивается.
- В этом постоянном движении приходится еще и постоянно делать выбор…
- Представьте, что Вам предлагают стать летчиком или капитаном, а Вы решаете стать сапером. Так вот между подлостью и гадостью мне очень хотелось быть святым. Но у меня ничего не получилось. Я делаю гадости и подлости, и с этим борюсь. Куда это приведет? Надеюсь, не в колею Иуды.
- И все-таки давайте вернемся к вопросу о месте поэзии в нашем стремительно несущемся, скачущем времени?
- Стихи созвучны нашему времени. Они емкие по смыслу, в их основе — ритм. Стихи — это круто. Популярность РЭПа не случайна. Это тоже форма, поэзия, хотя зачастую дворовая, когда мир рисуется в черно-белых тонах, а чувства вульгаризируются. И мне это в РЭПе не нравится.
Стихи — это крючок, который вытаскивавет на свет Божий то, что находится внутри и заставляет думать. А думать, поверьте, очень важно. Я бы на уровне конституции утвердил статью, которая бы обязала каждого думать не менее трех раз в сутки. Некоторые либералы настаивали бы на шести. Но я считаю, и трех будет достаточно.