«Сначала педиатр сушила волосы, потом сломалась «скорая», а затем мой малыш умер»
1 января в больнице Кудымкара скончался мальчик Родион, ему был всего годик и десять месяцев. Следственный комитет сейчас расследует смерть ребенка. А его мама все время, которое разговаривала с нами, не прекращала рыдать.
24-летняя Анна Курганова живет в деревне Федотова в Коми-Пермяцком округе, она - бригадир в местном колхозе, а сейчас сидит в декрете. Максим, ее муж, работает вахтовым методом, стараясь хорошо обеспечить семью. Они воспитывали трех детей: 4-летнюю дочку и двух мальчишек, 5 и 2 лет.
27 декабря Анна заметила, что у младшенького заложен нос. На следующий день пошли к местному фельдшеру из села Мижуева. Ее не было, поэтому медсестра назначила капли в нос, полоскать горло и противовирусное.
29 декабря малыш уже чувствовал себя хорошо, вся семья ходила на елку к Деду Морозу.
31 декабря готовилась к празднику. Днем Родион вернулся с прогулки вялый.
- Градусник показал 36,9, - говорит Анна. – Потом температура подскочила до 38,1 градуса. Я спросила, что болит. Сын показал на рот. Я дала ему стандартный набор лекарств от простуды, морсик клюквенный. На 20 минут ушла в баню, вернулась, а у Родиона уже 39,3, еще и грудь заболела. Сразу стала звонить фельдшеру, которая у нас в соседней деревне живет. А у нее телефон отключен.
Анна позвонила в «скорую», но машина была на вызове. Температура у Родиона немного спала. Через час приехали медики.
- Моя мама говорит им: «Везите ребенка сразу в Кудымкар», а медики отвечают, что нас там с ОРВИ не примут, - плачет Анна. – Нас отвезли в соседнее село Ошиб, там маленькая больница. Медсестра нас оформила, позвонила педиатру. А та говорит: «Я после бани, у меня волосы еще сырые». Пока ждали педиатра, у сына еще больше затруднилось дыхание. Медсестра сдала делать Роде ингаляцию. Потом врач пришла, а медсестра антибиотик нам уколола. Родиону все хуже было: изо рта пошла слюна, лекарства глотать не мог. Когда полоскали горло содой, из него пошла слизь, а затем началась рвота.
Анна вспоминает, что в полночь за окном начались фейерверки, а она держала на руках еле дышащего сына. Мальчик был очень бледный, вялый, перестал реагировать на окружающее… В палату пришла медсестра, осмотрела Родиона и стала набирать «скорую».
- Я все слышу, она им говорит: «Я за это ответственность брать не буду!», - рассказывает Анна. – Потом нам поставили еще один укол. Я укутала малыша, выхожу к «скорой». А там фельдшер говорит медсестре и педиатру: «Вы что с ребенком сделали? Когда мы его везли, он нормальный был».
По словам Анны, на полпути автомобиль «скорой» сломался. Через несколько минут примчался муж Анны. Анна с Родионом и фельдшером пересели в его машину, доехали до больницы Кудымкара.
- Я пытаюсь разбудить Родиона, а он не просыпается, - плачет Анна. – В больнице его, зачем-то, стали осматривать, померили пульс, а только потом сказали ехать в реанимацию, она недалеко находится. Мы выбегаем к «скорой», которая уже подъехала к больнице, а автомобиль снвоа глохнет. Быстро к мужу сели, поехали в реанимацию. Примерно в 02.10 Родиона приняли в реанимацию.
Через 35 минут малыша не стало.
- К нам вышел врач и говорит, что сын днем ел суп и захлебнулся, все легкие был заполнены супом, - говорит Анна. – У меня трое детей, я всегда за ними слежу. Ну не было такого! Потом они показали нам с мужем какую-то детальку, которую якобы достали из легкого Родиона. Опять же, в нашем доме мелких предметов нет, так как все дети еще маленькие. Мы в таком шоке были, что слова произнести боялись.
А потом, по словам женщины, врачи поменяли версию и стали говорить ей что-то малопонятное про химический ожог и ОРВИ.
- Еще спросили, почему мы сразу в Кудымкар не поехали, - продолжает Анна. – Я сказала, что с ОРВИ бы нас не приняли – так же нам сказали в «скорой». Какой ужас, в этих поездках по округу мы потеряли шесть часов!
По словам Анны, на днях ее мама ходила в фельдшерский пункт. Там стали разговаривать про смерть внука, и пожилой женщине сказали: «Не было такого, машина «скорой» не ломалась».
- Я не знаю, кого тут винить, - говорит прерывающимся голосом Анна. – Я просто хочу, чтобы гибель моего сына была объективно расследована.
В следственном комитете Кудымкара нам сообщили, что обстоятельства гибели Родиона устанавливаются, назначена судебно-медицинская экспертиза. В ходе расследования будут проверены действия врачей и родителей ребенка.
В больнице Кудымкара главного врача не было на месте, а без него комментировать эту ситуацию никто не стал.
В краевом минздраве нам сообщили, что Родион относился к категории часто болеющих детей. Он получал лечение по поводу ОРВИ дома, но родители на повторный прием не пришли.
- Они обратились за медицинской помощью лишь при значительном ухудшении состояния здоровья мальчика, - сказали в пресс-службе минздрава. - Медицинская помощь в учреждениях здравоохранения ему была оказана, однако течение заболевания было крайне тяжелым, и спасти ребенка не удалось. Предварительная причина гибели – ОРВИ, тяжелое течение.
Случай гибели ребенка будет рассмотрен комиссией минздрава.
Мы еще раз обратились к маме Родиона. Анна сказала, что медсестра повторного приема им не назначала.
Читайте также
Возрастная категория сайта 18 +
Сетевое издание (сайт) зарегистрировано Роскомнадзором, свидетельство Эл № ФС77-80505 от 15 марта 2021 г. Главный редактор — Сунгоркин Владимир Николаевич. Шеф-редактор сайта — Носова Олеся Вячеславовна.
Сообщения и комментарии читателей сайта размещаются без предварительного редактирования. Редакция оставляет за собой право удалить их с сайта или отредактировать, если указанные сообщения и комментарии являются злоупотреблением свободой массовой информации или нарушением иных требований закона.
АО "ИД "Комсомольская правда". ИНН: 7714037217 ОГРН: 1027739295781 127015, Москва, Новодмитровская д. 2Б, Тел. +7 (495) 777-02-82.