Михаил Эпштейн ЖЕНСКИЙ ЭРОС В ПРОСТРАНСТВЕ ЯЗЫКА Корень «-ём-» и его производные
1 Михаил Эпштейн ЖЕНСКИЙ ЭРОС В ПРОСТРАНСТВЕ ЯЗЫКА Корень «-ём-» и его производные Историко-лингвистическое введение В русском языке много глаголов, описывающих выпуклое пространство и способы его простирания: «толкать», «бить», «ударять», «рубить», «резать», «ломать», «колоть», «давить», «теснить», «долбить», «наступать», «разить», «вонзать», «пронизывать», «врываться», «вторгаться». Гораздо меньше глаголов, описывающих вогнутое пространство: «впускать», «вмещать», «вбирать», «втягивать», «обнимать», «охватывать». Среди слов, означающих вбирание, ведущую роль играют образования с корнем от «-ём-» («ёмкий», «проём», «обнимать» и др.). «-Ём-» один из самых многообразных и многозначных русских корней, который выступает в форме следующих чередований: ём емл им йм я. Праславянский носовой звук, из которого развилось «а (я)» в глаголах «взять», «внять», «снять», обнять» и др., в определенных позициях чередуется с сочетаниями «гласный плюс носовой согласный», например: «объём объемлет обнимать обойму обнять» 1. Слов с корнем «ём» могут употребляться для характеристики разных форм вогнутого, «емлющего» пространства, которое обладает собственной активностью «втягивания», «вбирания». От этого корня с первичным праславянским значением «брать, вбирать» образованы многочисленные слова: «взять», «иметь», «взимать», «имущество», «нанять», «найм», «занять», 497
2 «займ», «взаимный», «наёмный», «заёмный», «изъять», «изъян», «изящный», «объём», «обнять», «обойма», «объятие», «проём», «приём», «подъём», «съёмка», «выемка», «ёмкий», «приемлемый», «неотъемлемый», «снять», «поднять», «занять», «понять», «внимать», «внимательный». Этот же корень предлагается использовать для обозначения «женского естества», его многоразличных действий и состояний. В русском языке нет особого глагола женской сексуальной активности. Те глаголы, что используются в этом значении либо (1) не являются активными и представляют женщину как пассивное существо, послушно «отдающее себя» мужчине, либо (2) не являются специфически женскими и автоматически переносят на женщин глаголы мужского действия. В какой-то степени этот дуализм отражает архаическое положение женщины в патриархальной культуре, где она либо подчиняется мужчине, либо заменяет собой мужчину, но лишена собственной активной половой роли. 1. Пассивные глаголы, изображающие сексуальное действие женщины как отдачу или помощь мужчине: 2. «Отдаваться» стилистически нейтральный глагол с оттенком книжности. «Давать» весьма просторечный глагол, широко употребляемый в устной бытовой речи. «Подмахивать» еще более просторечный и отчасти устаревший глагол с оттенком непристойности. «Подъебывать» непристойный, бранный, матерный глагол. Два последних глагола употребляются в «Заветных сказках русского народа», собранных А.Н. Афанасьевым. «<. > она лихо подъебать умеет! <. > Вить ей стыдно не подъебывать-то; <. > Да, правда! Евто ваше ремесло!» (сказка «Доброй отец»). Все четыре глагола обозначают действие или телодвижение, которым женщина удовлетворяет желание мужчины, идет ему навстречу, пособляет мужскому действию. Этот смысл вторичности выражен и в лексической основе «дать», «давать», и в приставке «под-», которая имеет значение «повторять или сопровождать действия кого-то другого» (ср. «поддакивать», «подтверждать», «подыгрывать»). Все четыре глагола подразумевают, что женщина уступает мужчине, соглашается на связь с ним, поддается его напору и выполняет то, чего от нее требует мужское желание. 3. Активные глаголы мужского действия, которые могут употребляться и по отношению к женщине, подразумевая ее активную роль: она его «употребила», «поимела», «затрахала», «выебала». Действие, которое этими глаголами приписывается женщине, по смыслу ничем не отличается от мужского и просто передает женщине ту роль, которую в ее отношении обычно исполняет мужчина. Только по контексту употребления, но не по лексическому значению эти глаголы могут быть отнесены к женщине: ей приписывается мужская роль, а собственно женская остается необозначенной 2. Лексический пробел в данном случае соответствует культурной лакуне патриархального словаря, где у женщины не должно быть своего глагола, своего способа активного действия. Женское сексуальное действие обозначается либо как пассивное («отдаться»), либо как активность мужского типа («трахнуть»). Между тем в русском языке есть корень вышеупомянутый «-ём-», означающий активное действие свободного пространства, его способность вбирать, втягивать то, что снаружи. Слова «объём», «проём», «выем», «ёмкий» и прочие со значением «содержащий свободное пространство» образованы от исчезнувшего глагола «емати» «брать, вбирать». В ряде диалектов это значение сохраняется, но только в словах, которые остались местными или вообще вышли из употребления, как архаизмы или историзмы. У В. Даля приводится много областных и устаревших слов с этим корнем: Емить (владимирское, костромское) имать или брать, собирать. Ем (владимирское) съем, наем. Ходить по ёму, по найму. Ём пчелы, взятка. Ем (рязанское) сбор, подать, пошлина или взятка. Емля росты, лихва, промысел ростовщика и т. п. 3. В современном языке корень «-ём-» утратил свое исконное значение «брать», «заёмывать», «въёмывать» осталось только значение объема, т. е. статуарной, пассивной емкости, которая сама больше не «емлет», не «ёмит», а ждет заполнения, вторжения извне. Между тем исконное значение этого корня и мотивация образованных от него слов «объём», «ёмкий» и про- чих именно активное действие: «ёмить», «имать», «вбирать». Формы пространства только потому и обладают объёмностью, что «емлют», втягивают, вмещают в себя. Эту действенность начального смысла мы и предлагаем оживить в новообразованиях, таких как «ёмь», «ёмить», «ёмный», последовательно отличая их от слов, передающих понятие «ёмкости» либо пассивно, как данность (например, «объём, ёмкость, проём»), либо объектно, по отношению к вхождению, вторжению извне (например, «влагалище», «вместилище», «хранилище»)
3 Таким образом, поиск слов, обозначающих действие выгнутого пространства, тягу «снаружи внутрь», приводит нас к древнему славянскому корню «jьmo», «jeti», индоевропейскому по происхождению, выражавшему активное действие «брать» (ср. лат. «emo, emere» «приобретать»). Первичное значение всех слов с этим корнем не просто «просторный», «вместительный», но «берущий в себя», «забирающий», «втягивающий». Таков деятельный первосмысл этого корня, который в чистом виде выступает в предлагаемых ниже существительных «ёмь» и «ём», «емля» и «поёма», в глаголах «ёмить» и «ёмничать», в прилагательном «ёмный», в наречии «въём» и др. Как отдельный словокорень «-ём-» утрачен в современном языке и «рассыпан» по многочисленным производным, но вторичная лексикализация этого корня, превращение его в отдельное слово позволяет заново собрать все эти далеко разошедшиеся лексические значения в единую лексему, «корнеслово» слово, состоящее из чистого корня. «Ёмь» это ёмкость, которая обладает способностью «ёмить», т. е. активно брать, вбирать в себя, обнимать собой. Заметим, что слово «брать», которое чаще всего используется при толковании корня «-ём-», неточно передает его смысл, поскольку образовано от другого корня, индоевропейского «bhera» («нести, поднимать») и первично означает специфическое действие рук: хватание, несение, держание («хватать руками», «нести на руках», «держать в руках») 4. Отсюда и два глагола, которые в современном русском языке настолько сблизились по смыслу, что образовали видовую пару: «брать» и «взять». Хотя они рассматриваются как совершенный и несовершенный вид одного глагола, но происходят от разных корней с разными зна- чениями. «Брать» это действовать руками, «хватать»; а «ять» или производное «взять» («взимать»), образованное от корня «- ём-» в чередовательной стадии «я/им», это «ёмить», действовать не отростками, а ёмкостями, выемками тела, вбирать в некий объём. Само понятие «ёмкости», «объёма» возникло в языке именно от того специфического действия, которое передается глаголом «(вз)ять»: то, что взимает, занимает, заёмывает, имет, ёмит. Иными словами, «объём» или «ёмкость» это не пассивное вместилище, а активно емлющее, берущее в себя, но берущее не «руками», не выдающимися членами тела, а его ёмкостями, ёмами, проёмами, к числу которых относятся и уши, которые «внимают», и ум, что «понимает». Представление о «ёмкости» или «объёме» как пассивном вместилище, заполнение которого происходит вторжением со сторо- ны, а не его же собственным действием «емли», взятия, въятия, поятия, внимания, понимания, это своего рода проекция мужески-патриархального активизма на лексическую систему языка, одностороннее истолкование слов, относящихся к частям и действиям тела (соматонимика). Активное действие приписано рукам, выдающимся, «выпуклым» членам. Наоборот, вдающиеся, вогнутые, ёмкие и емлющие части тела, «ямки», «ложбинки», «вместилища», представлены пассивными, податливыми, отдающимися, как будто у них нет собственной энергии и потенции «ять», «ёмить», «имать», «взимать». Глагол «взять» сведен к видовой паре глагола «брать» и оторван от своих начальных смыслов, укорененных именно в активной способности «ятия». Ина- че говоря, женский глагол «взять» подчинен мужскому «брать», а корневые, первородные слова «ём», «ёмить», «емля» вообще исчезли из языка, как активные первосмыслы. Они растворились в своих производных, которым приписано либо пассивное значение «вместилища, ёмкости», либо духовного действия восприятия «внимать, понимать». «Ём» как иной вид брания, «ятие» и «емля» как альтернатива мужскому вторжению, хватанию, пронзанию и т. д., было выведено из лексической системы языка как самостоятельное действие женского начала, подрывающее основы мужского гегемонизма. «Ём» было сведено до функции вмещать в себя мужское, быть объёмом и ёмкостью, заполняемой волей, желанием, действием мужчины. Эта же семантика патриархального сознания точнее, бессознательного, как оно выражается в языке, обнаруживается и в обозначении женского естества как «влагалища», т. е. места, куда мужчина «влагает» себя. «Влагалище» по своему внутреннему образу лишено активности, оно служит только местом «вложения», хранилищем мужского, «прибежищем» его желаний. У В. Даля значение этого слова толкуется так: «вместилище, вещь, служащая для вложения в нее другой; мешок, кошёлка; чехол, ножны, футляр» (Т. 1. С. 226). Вообще «влагалище» выразительное слово, удобное для употребления в литературном языке. Двузначность морфокомплекса «-влаг-» («влагать» и «влага») создает дополнительное чувственное напряжение, передавая «влажность» того, куда «влагает» себя мужчина. Причем «-влаг-» сочетается с суффиксальным наращением «ищ», передающим эластичное растягивание, дление пространственного тела, его простирание, вместительность, распростертость, как и в других словах с тем же суффиксом «прибежище», «хранилище», «вместилище», «корневище». Но слово «влагалище» книжное, в нем есть «важность» и
4 длиннота, которые в современном тексте выбиваются из стиля и ритма. В нейтральном стиле у него нет соответствий: матерное «пизда» и медицинское «вульва» не могут его заменить (так же, как не покрывают средних стилевых зон современного языка матерное «хуй», научное «пенис» и архаическое «фаллос»). Следует особо подчеркнуть, что образования от корня «-ём-» никак не сводятся к сексуальным значениям, но могут обозна- чать разнообразные отношения в пространстве, интеллектуальные и эмоциональные действия, связанные с взятием вовнутрь, активным охватыванием, действием большего по отношению к меньшему и т. д. ГИНЕКОН Проективный лексикон женского эроса В этом лексиконе приводятся 27 слов с толкованиями и примерами употребления, взятыми из разных речевых стилей от книжного до разговорного и от научного до фольклорного. ЁМЬ ПРОСТРАНСТВО ВСЕХ ИЗМЕРЕНИЙ Ёмь общее название для всех измерений пространства: глуби, выси, шири и дали; ёмкость, объёмность, просторность, распахнутость, вместимость; женское начало бытия, естество, лоно; то, что ёмит, вбирает, затягивает в себя; нутро, скрытая суть, главное содержание. «Ёмь» отличается от близкого по значению слова «простор», поскольку указывает на свойство свободного пространства втягивать, захватывать в себя, а не просто простираться, расти вовне. За словами «простор» и «ёмь» стоит совершенно разная геометрия. Простор то, что простирается, имеет свойство расширения, экспансии наружу; ёмь, напротив, то, что втягивает, вмещает, «въемливает» в себя. У пространства могут быть две формы активности: распространение вширь и вбирание в себя, движение «изнутри наружу» и «снаружи внутрь», которые передаются соответственно глаголами «простираться» и «ёмить». Простор это центробежное, а ёмь центростремительное движение пространства. Примеры употребления: 5 Ты посмотри, какая вокруг ёмь: воздух гулкий, плавкий, растягивается на все четыре стороны и сам втягивает в себя. Кажется, бросишь шапку он ее проглотит и выплюнет вон за тем лесом. Пока наша вселенная находится в стадии расширения, она лучше описывается понятием «простор», но, как только она вступит в фазу сжатия, потребуется понятие «ёми» для ее описания. Если простирание вселенной было задано большим взрывом, то возрастание ёмности приведет, как предполагают физики, к большому схлопу: вселенная постепенно вожмется сама в себя и станет бесконечно ёмной в бесконечно малом интервале «пространства времени». «Нигде на свете нет такой ёми, как в России, мечтательно произнес Закиров. Есть страны с более высоким уровнем жизни, с более глубокими культурными традициями, а вот чтобы так было ёмно вокруг нет, такого я нигде не встречал». В русскую ёмь мало кто нашел вход, а вошедшие не сумели найти выхода. В нее как в смерть уходят назад не возвращаются и вестей не приносят. «Нет, Николай, в ёмь этого вопроса ты еще не вошел, скользишь по поверхности». ЁМИТЬ ДЕЙСТВОВАТЬ ПО-ЖЕНСКИ Ёмить Поёмить Ёмиться Поёмиться Ёмить-поёмить Заёмить Ёмничать Ёмить активно вбирать, захватывать в себя. Этот глагол описывает действие самой ёми: объёмов, ёмкостей, вместилищ, влагалищ, которые не просто служат местом вторжений, но сами «ёмят», «ёмничают», втягивают в себя, обнимают собой. Выделяются три основных значения глагола: пространственное, интеллектуальное и сексуальное действие. 1. Втягивать, вбирать, засасывать (как тяга пустого или вогнутого пространства). «Ёмить» может употребляться и как безличный глагол категории состояния, противоположный по значению таким глаголам, как «дуть», «брызгать», «хлестать». Например, «дуть» выбрасывать струю воздуха, а «ёмить» втягивать в воздушную воронку. Странное его окружало пространство: ёмило со всех сторон. Казалось, то справа, то слева открывались незримые вь шки и туда уносило снежинки, только что пар вшие у него перед глазами. Можно было бы сказать «дуло», только это был не выпуклый, а вогнутый ветер. Всюду была ёмь
5 Ёмило всё сильнее: вещи начинали срываться с мест, сначала уносились куда-то вперед, потом стали разлетаться по сторонам. «Приближаемся!» восторженно закричал Севастьянов и схватился за голову: у него унесло шлем. 2. Активно постигать, захватывать умом. Ёмишь ты или нет. Понять мало надо еще и ёмить проблему, вытягивать из нее всю цепочку причин и следствий. А ты слушаешь и не спрашиваешь. Ёмить это уметь задавать вопросы. 3. Глагол женского сексуального действия: активно принимать, «имать», вбирать в себя мужчину. В этом значении «ёмить» конверсив глагола мужского действия «µрить» 6. «Конверсия» способ выражения субъектно-объектных отношений в эквивалентных по смыслу высказываниях. Слова «муж жена», «тяжелее легче», «продавать покупать», «перед за» конверсивы, поскольку одно и то же значение можно передать двояко: «Иван муж Марьи» или «Марья жена Ивана»; «Петр продает Семену» или «Семен покупает у Петра»; «я сто перед вами» «вы стоите за мной». В данном случае: «солнце ярит землю» «земля ёмит солнце». «Приходи ко мне вечерком, шепнула она ему на прощанье. Наливочкой угощу. Всю ночь тебя ёмить буду». Девка огонь: пристанет к парню, уведет на сеновал и давай ёмить. До зари так уёмит, умает, что парень потом мотается за ней как присушенный. Ёмная девка. И не жадная, всегда поделиться готова. Мил-дружка поёмила с подругой познакомила. Ёмиться соединяться с мужчиной, вступать в половую близость. У нас бабы по этой части охотливее мужиков. Те дурью маются по пьяному делу, а эти приберутся, принарядятся, накроют на стол. очень ёмиться горазды. Жизнь теперь легкая, без особого подходу. Сегодня познакомятся, а завтра и поёмятся. «Ну что, Вася, когда в гости позовешь? Если мамки боишься, то сам ко мне приходи почаевничаем, полюбовничаем, поёмимся маленько». Tяжелая была жизнь у женщин тех времен приходилось изворачиваться, о чем и пелось в народной песне: С начальником поёмилась Пред мужем оскоромилась. Ёмить-поёмить усиленно, страстно заниматься любовью. Привела к себе солдата молодая вдова, чарочкой угостила и давай ёмить-поёмить. Солдат сначала растерялся от такого натиска, но потом, блюдя воинскую честь, стал в ответ ее наяривать, так что дело они завершили вполне полюбовно. Заёмить этот глагол имеет два прямых значения: 1. Заловить в ём, завлечь, заманить, залучить для любли- ёмли. Федька только с парнями ходил, машинами да футболом интересовался, на девок вообще не глядел, пока Танька его не заёмила. 2. Утомить, изнурить, уморить, умучить, измотать, заездить, умаять люблей-ёмлей. Справный был мужик а заёмила его вконец эта чертова баба. По- чернел, высох. 3. «Заёмить» может иметь и переносное, расширительное значение: заполучить, присвоить, «захомутать». Ты с Нюркой лучше не связывайся. Она баба радушная, но прилип- чивая. Заёмит так уже не отпустит. Ёмничать действовать, играть ёмом, сжимать и отпускать, вбирать и выталкивать. А ты заметил, как ёмничает русская равнина на каком-нибудь пригорке или овраге? Так заёмит проезжего еле выберется. Об этом еще Пушкин писал: Посмотри: вон, вон играет, Дует, плюет на меня; Вон теперь в овраг толкает Одичалого коня. Да, «Бесы». Бешенство матки-земли, крутолюбой ёми нашей. Она любит в постели поговорить, прямо энциклопедия лежачая. То о театре, то о политике. Я ей говорю: «Ты не умни- чай, ты лучше ёмничай». ЕМЛЯ ДЕЙСТВИЕ ПО-ЖЕНСКИ мля Ёмие Bтие Поёма Емля вбирание, овнутрение, втягивание, действие полого
6 Уёмище особый тип хищного, хваткого пространства; прорва, то, что умыкает, складывает в себя и не возвращает обратпространства по отношению к тому, что вовне; действие женщины по отношению к мужчине, соитие. Чередование «м» с «мл» приводит к появлению ударного «е» вместе «ё» в корне, поскольку непосредственным источником образования данного слова представляется форма «млет», а не «ёмить». мля как действие ёми или ёма может иметь разные значения и происходить в разных планах: космическом, интеллектуальном, сексуальном. Реже употребимы синонимы: ёмие, µтие. Более специфически они указывают на однократное действие, тогда как «мля» обозначает процесс в целом. Ученые всё знают, даже сколько µтий случается в среднем за одну емлю. «Главное в женщине способность к ятию, душевному и телесному, проповедовал Десницкий новое учение, которое его ученики называли ж нопр вием, ж ноµтием или ж ноёмием. Для женщины ятие не означает только приятие или восприятие мужчины, как учила старинная мораль. Это значит способность окружить его собой, сделать частью чего-то большего. Мужчина идет к женщине не затем, чтобы взять, а чтобы отдаться, влиться и раствориться. Мужчина хочет войти в ёмь бытия, в необъёмность, необъятность. Емля это космическое действие, каким большое емлет, вбирает в себя малое. Мы учим мужчину отдаваться. Он обретает силу по зову женщины. Такой мужчина не способен к насилию: он потентен, но не агрессивен. Мироёмие это практика почитания Ёми как главной силы мироздания. Не вакуума, как в «мужской» физике называется это «нулевое» состояние материи, а именно Ёми как великой активности, исходящей из Ничто». Зал молчал, а на глазах у некоторых женщин выступили слезы. «Наконец-то, шепнула Маринa подруге. Это не пустые феминистские байки. Начинается наше время Великая Ёмь». Поёма действие женщины по отношению к мужчине; то же действие с несколькими участниками, игрище. В отличие от слегка книжного слова «мля» слово «поёма» носит более разговорный характер, с оттенком простонародного, фольклорного употребления. Вашего Ерёму На зав дишь на поёму. А наш Федот Всегда пойдет. «Приходи на поёму, шепнула Катя своей лучшей подруге Лизе. Только никому не сказывай. Нам много девок не надо». ЁМ ПРОСТРАНСТВО В ЖЕНЩИНЕ, ЖЕНЩИНА КАК ПРОСТРАНСТВО Ём Ёмище Уёмище Ёмка Ёмочка Ёминка Ёмушка Ёмница Ёмщица Ём глубокое, нутряное, сокровенное место; женское естество, лоно; бездна, проём. Слово «ём» это вторичная тематизация и лексикализация корневой морфемы «-ём-» в таких словах, как «ёмкий», «объём» и др. В любом деле хорош совет: не поверху скользить, а в ём забирать. Ты прости, но эта книжка твоя плоская. Нет в ней настоящего ёма, чтобы забрать читателя. Яркого в русской культуре было много, а вот яристого, такого, чтобы пробрало матушку-россию до самого ёма, почти ничего не было. «Ну что ты кисель разводишь: Пенье соловья, голубой цветок. Надо пис ть коротко и ясно: Он вонзился во влажный ём ее тела». Сравнение слов «ём» и «ёмь». Ёмь более общее понятие, чем ём; между ними такое же соотношение, как между «высь» и «высота» (в значении «высокое место») или «глубь» и «глубина» (глубокое место). Сходное отношение может быть установлено между «сонь» (сонное царство) и «сон» (единичный); «цветь» (царство цветов) и «цветок» (один из многих). «Ём» это конкретно очерченное проявление ёми. Если ёмь охватывает все измерения пространства, то ём находится внутри пространства как одна из предметных форм и воплощений ёми. Ёмище большой ём. Приснилось мне ёмище, и помню, что ужаснулся не столько его вида, сколько самог слова, ты послушай, как звучит «ёмище»! «Ё-моё, ну и ёмище! восхитился Петрищев, стоя на краю Гранд-Каньона. В России такого нет. Интересно, какой яр его выдолбил»
7 но. В противоположность убежищу, куда скрывается гонимый, уёмище само заглатывает и не отпускает. Это не роковая женщина и не вамп то были бы слишком легкие, романтические определения. Это женщина-уёмище, мужское кладбище. То место, куда проникает Сталкер в фильме Тарковского, можно назвать уёмищем. Это огромное, ручьистое, хлюпающее лоно матушкиземли. Вела меня жизнь и по кручам, и по ущельям, но в такое уёмище я еще никогда не попадал. Чудом вырвался. Ёмка разговорное название ёма, женского лона. Ты чего, бесстыжая, ёмкой вертишь, кобеля зазываешь. Эх, Надя, как же ты ёмку свою не уберегла. Кто тебя теперь замуж возьмет? Ёмочка уменьшительно-ласкательное от «ёмка». Куда ни ступит Тёмочка, Ему навстречу ёмочка. Тёма, Тёма, не зевай, Нашу ёму засевай. Он её затёмит, Она его заёмит. Мы с ней в аккурат подходим друг другу. Наконец-то мой неуёмный нашел свою ёмочку. Где моя любимая ёмочка, как же она соскучилась без меня?! запри- читал Спешнев, не замечая насмешливого взгляда жены. Приходи, милой дружок, На веселой вечерок. Рюмочку пригубишь, Ёмочку прилюбишь. «Ёмка», «ёмочка» могут быть отнесены и к женщине, если с ней связывают интимные отношения (в значении «милочка, возлюбленная, любовница, подруга»). Он свою ёмку наряжает теперь в меха и бархат. Богатеет мужик а вкус портится. Он всюду появляется со своей ёмочкой, которая половины не понимает из того, что говорится вокруг. Ёминка ложбинка, извилинка, складка, бороздка, выемка; особенность, прелесть, изюминка. Красивая, статная женщина а какой-то ёминки ей не хватает, не поймешь, в чем дело. «Я познакомился с одной девушкой. У нее такая ёминка в вырезе закачаешься!» Ёмушка ласковое название или обращение к близкой женщине в значении «подружка», «голубушка». Ну что, куда сегодня поедем, ёмушка, в лес или на озеро? Везде гладьблагодать, трава-мурава. Ёмница, ёмщица любовница, сожительница, близкая подруга. Зачем он свою ёмщицу на банкет притащил? Здесь только семейные пары. Ах ты моя ёмница-умница, как же ты меня ублажила! ЁМНЫЙ, ЁМНО: ЖЕНСКИЕ ПРИЛАГАТЕЛЬНЫЕ И НАРЕЧИЯ Ёмный Ёмистый Ёмность Ёмно Въёмно Въём Ёмный просторный, забирающий в себя, открытый и ищущий заполнения; относящийся к ёму; склонный, охочий к мле, расположенный к иному полу (о женщине). Между «ёмкий» и «ёмный» заметная разница в значении. «Емкий» объёмный, способный вместить в себя большое количество чего-то. «Ёмный» скорее означает «склонный принимать, вбирать в себя», не просто вмещающий, но втягивающий, вовлекающий, ищущий заполнения своей ёмкости. Выделяются пространственное, интеллектуально-эмоциональное, сексуальное значения этого прилагательного: Как сказать о силе, которая влечет Пушкина, Гоголя, Достоевского к России сразу и вглубь ее, и вдаль, и ввысь? «Ёмкая»? Нет, язык не повернется. Ёмная это сила, потому что и даль, и глубь, и высь это всё она, ёмь. У Гёте был необычайно ёмный ум. Он не только многое в себя вмещал, но и жадно втягивал в себя новые знания, что и позволило великому поэту стать признанным авторитетом и в ботанике, и в палеонтологии, и в учении о цвете. Справная баба, ёмная, с такой будешь как сыр в масле кататься
8 Там две подружки: брюнетка и блондинка, одна томная, другая ёмная. Выбирай любую. Женщина ёмная, да умная: дорого возьмет, и не деньгами, а затратами ума и души. Выслушает, оценит. За просто так ее не получишь. «Ёмная сила» междометное выражение, восклицание со значением удивления, застигнутости врасплох или возражения, возмущения. Ёмная сила, Любушка, как же ты меня испугала, набросилась в темноте. Ёмистый то же, что ёмный, но с большей степенью качества. Суффикс «-ист-» выражает более сильное присутствие признака, чем суффикс «-н-», и вместе с тем придает слову более разговорный оттенок. Ср.: Объёмный то, что имеет объем, относится к объёму. Объёмистый то, что имеет большой объём, способно много обнять. Иван яристый хлопец, девки от него млеют. Марья ёмистая девка, не дает спуску парням. Ёмность существительное по значению прилагательного «ёмный». Ёмность этого, казалось бы худенького, тела заряжала его прежде неведомой силой. Ёмность в природе вещей. Это только кажется, что действие исходит от деятеля. На метафизическом снимке проступают бесчисленные втяги, охваты, обжимы, засосы, какими вещи добиваются от тебя всего, чего хотят. Каждая вещь маленькая вьюшка. Вот если бы фотосъемка была действительно съ-ёмкой, умела воспроизводить эти ёмности, тяги, минус-формы в явлениях! Ёмно, въёмно, въём (наречия) вводя или впуская внутрь, в ём; глубоко забирая в себя. На сердце у него в этот вечер было ёмно: просились туда воспоминания далеких дней и видения близкого будущего. Она сильно и ёмно приняла его, с таким всплеском, как будто хотела утопить в себе. Въёмно ласкались, переворачивались, катались по всей полянке и всё им было мало места. Казалось, что так, не разнимаясь, они могли бы раскатиться по всей земле, только бы им оставаться друг в друге. И въём, и в разъём им одинаково хорошо было друг с другом. Вместо послесловия Почему я не люблю мата Мат в России больше чем мат, т. е. одна из многих лекси- ческих подсистем языка. Мат выступает как бытовая идеология общества, полубессознательная система ценностных или, точнее, «обсценных» установок. Термин «обсценный» (непристойный), хотя и заимствован из английского языка (obscene), удачно подчеркивает, в духе народной этимологии, то «обесценение», которое активно проводится матом по отношению ко всем ценностям жизни. «Верхние», государственные, идеологии от монархизма до коммунизма, от национализма до либерализма приходят и уходят, а мат остается, определяя и интимные, и дружеские, и полупубличные формы общения. В советское время, на фоне высокопарного словоблудия официальной идеологии, блудословие мата приобрело обаяние «честного», «сочного» слова. Мат в литературных текстах стал восприниматься как чуть ли не диссидентство, форма свободомыслия, и эта культура «протестного мата» достигла вершины в произведениях Юза Алешковского, о чем впоследствии с нежностью писал Андрей Битов. Но лишь по форме матерный диалект низов противостоял диалектическому материализму верхов: между ними было глубинное сродство. И матерное, и материалистическое мировоззрения содержат общий «посыл по матери», кровосмесительную формулу, богохульный и сквернословный смысл которой не меняется от того, что облекается в наукообразные понятия типа «материя первична, а дух втори- чен». «Мат», или «посылание по матери», имеет в русском языке тот же корень, что и «материя» (а «материть», как переходный глагол, соответствует непереходному «матереть»). Связь их можно порой проследить в каламбурах, выражающих «отношения остроумия к бессознательному» (если воспользоваться названием работы Фрейда). В конце 1920-х на- чале 1930-х годов среди ироничной советской научной элиты имел хождение каламбур: партийное начальство обожает диалектический материализм, тогда как массы предпочитают матерный диалект. Если вдуматься, эта шутка имеет в виду не противопоставление материализма и матерщины, а их неожиданное сближение. Партия и народ едины в своем обращении с матерью-материей: верить в первичность материи, отделять ее от Отца (Бога) и отдавать в полную власть сыну (человеку) это на философском языке означает то же самое, что в вульгарном просторечии послать в материнское лоно
9 Когда речь заходит об интимных отношениях, современный русский язык не предоставляет большого выбора говорящим. Либо мат, сквернословие, либо книжные слова и медицинские термины: «совокупление», «половой акт», «копуляция». Есть ли такие слова, которые могли бы откровенно обозначить эту сферу жизни и вместе с тем не нарушить речевой этики, оставаться в границах литературного приличия? Бросить вызов мату невозможно сочинением «из ничего» новых, небывалых слов, которые конечно же никогда не привьются. Мы пытаемся задействовать те древнейшие индоевропейские и общеславянские слои языка, которые залегают глубже и более органичны для русского языка, чем матерщина. Речь идет о славянских и индоевропейских корнях мужского и женского действия «яр» и «ём» и их производных, которые откровенно обозначают половые признаки и действия и вместе с тем могут прилично употребляться и в литературе, и в разговоре. Они стилистически нейтрально описывают ту сферу человеческих отношений, которая покрывается тремя основными матерными корнями: «хуй», «пизд» и «ёб». В отношении полового акта можно выделить, как мне представляется, следующие стилевые зоны: Низкая ебать (матерное); трахать, драть, втыкать, харить, бросить палку, дать, сношать (просторечное, вульгарное). Средняя ярить, ёмить, отъярить, заёмить (разговорно-литературное, экспрессивное); (пере)спать (с кем), сойтись (с кем) (разговорно-литературное, неэкспрессивное); вступить в половую связь, совершить половой акт, сожительствовать (канцелярское). Высокая овладеть, отдаться, совокупиться (книжное); пенетрировать, копулировать, совершить коитус (научное). Особенность слов с корнями «яр» и «ём» не только в том, что, в отличие от мата как вульгарной лексики, они стилисти- чески нейтральны, но и в том, что, в отличие от мата как бран- ной лексики, они положительно экспрессивны. Мат это весьма экспрессивная, оценочно-выразительная лексика, исторически возникшая как нарушение табу, как ругань, проклятие. Поэтому дело не только в том, чтобы найти стилистически средние слова в роли таковых выступают «(пере)спать», «сойтись», но чтобы эти слова обладали иной экспрессией, чем матерные, чтобы в них звучало не презрение и брань, а радость, пыл, страсть. «Яр, ярить (от того же корня, что «Ярила», славянское божество весеннего плодородия), ёмь, ёмить» и другие слова, образованные из древних индоевропейских и славянских корней, мне представляется, могут воплощать эту экспрессию. Мат это тематико-стилистически-экспрессивная группа слов, причем все три параметра в ней пересекаются: тематическая отнесенность к так называемому «телесному низу», особенно к половой сфере; стилевая отнесенность к просторечной, вульгарной, непристойной, обсценной лексике; экспрессивная отнесенность к бранной, ругательной, проклинательной лексике. Следует различать между стилистической окраской, которая может быть нейтральной, высокой, низкой, торжественной, просторечной и экспрессивной окраской, выражающей отношение говорящего к предмету: положительное и отрицательное, одобрительное или презрительное, серьезное или ироническое. Например, слово «мерзопакостный» имеет отрицательную экспрессивную окраску, но относится к высокому, книжному, архаическому стилю. А выражение «классная чувиха» имеет вполне одобрительный смысл, но относится к вульгарному стилю, просторечию. Слова «совокупление» и «половой акт» относятся к книжной и научной лексике и лишены какой бы то ни было экспрессивности. Мы отсылаем читателя к известным штудиям Б.А. Успенского, посвященным «матерно-экспрессивным» аспектам русского лингвистического субстрата (что включает в себя все важные учёно-мифологемные коннотации). Но разве язык обречен только на такой выбор: либо выразительно-ругательные слова, либо сухие, чисто назывательные, лишенные эмоциональных оттенков? Разве у любви, у эроса не может быть в языке своей положительной экспрессии, выражения восторга, упоения, наслаждения? Слова с корнями «-яр-» и «-ём-» растут из той древней мифологической, индоевропейской почвы русского языка, где имя Ярилы священно, где эрос еще не подавлен и не осквернен, не воспринимается как кощунство и не служит средством
10 или предметом проклятия. Слова «µрить», «µристый», «ёмить», «ёмистый» и пр. выражают горячее, страстное, вовлеченное отношение к тому, что они обозначают. Эти новообразования с корнями «-яр-» и «-ём-» я бы назвал неомифологическими, поскольку они пытаются возродить ту жизнестроительную экспрессию, что свойственна древним культам плодородия, где названия половых признаков и отношений выражают страсть, воодушевление (разумеется, речь идет о первообразном смысле корней, о жизни языка, а не о возрождении самих этих культов). Что касается матерных слов, то они не просто относятся к низкой, точнее нижайшей, стилевой зоне, но, как правило, имеют и отрицательную экспрессию, выражают насмешливое, наплевательские-безучастное или ругательно-презрительное отношение к обозначаемым явлениям. Вот почему я не люблю мата (хотя признаю его художественные возможности, в частности, для речевой характеристики персонажей, в том числе лирических). Мат оскорбляет то, что я люблю, что лежит в природе вещей, что освящено Творцом («плодитесь и размножайтесь»). Иногда о матерщиннике говорят: «Вот как он выражается». Выходит, что «выражаться» и «браниться» это синонимы, что только брань по-русски и выразительна. Во всяком случае, когда говорится «про это». Неужели нельзя выражаться страстно, любовно, увлеченно, пылко? Если мат берет своей выразительной силой, то нельзя противопоставлять ему канцелярщину типа «сожительство», «половые отношения». Нужна выразительность, но восходящая, пробуждающая. Вот слово «Ярила» мне представляется очень выразительным, даже возбуждающим, и та же «ярная» сила, надеюсь, входит и в другие образования от того же корня. Неужели по-русски может быть только «Лука Мудищев» и не может быть своей, непереводной Песни Песней? Матерные слова непристойны вовсе не потому, что они обозначают «это», а потому, что они «это» низводят до предмета издевки и проклятия. Матерщина, если попытаться определить выраженное ею состояние, это злобное бессилие, раздраженное состояние человека, которому хочется плюнуть в источник жизни, потому что нет желания или сил черпать из него. Мат это выражение инстинкта смерти, который прежде всего обращается против пола, против корня и влаги жизни. Огромная опасность нависает над обществом, язык которого так пронизан хулой на жизнь, страсть, рождение. Ведь язык это не просто сотрясение воздуха, это система понятий, оценок и смыслов, по которой мы действуем, мыслим, организуем себя. Как ни странно покажется на первый взгляд, но катастрофическая убыль населения в России и беспрецедентное количество абортов напрямую связаны с разливом матерщины, презрительно-глумливым отношением к полу, как оно выражается в языке. И не только к полу, а к жизни вообще. Ведь если всё в мире «хуйня» и «говно», если в отношениях друг с другом люди «пиздят», «бздят», «подъёбывают» и «берут за жопу», если работают они до «охуения» и «остоебения», то многократными актами такой экспрессивной речи жизнь постепенно превращается в то, чем она представляется говорящим. Приведу высказывание филолога и «матолога» Юрия Левина: Легко представить себе мир, описываемый лексикой [мата] <. >: мир, в котором крадут и обманывают, бьют и боятся, в котором «всё расхищено, предано, продано», в котором падают, но не поднимаются, берут, но не дают, в котором либо работают до изнеможения, либо халтурят но в любом случае относятся к работе, как и ко всему окружающему и всем окружающим, с отвращением либо с глубоким безразличием, и всё кончается тем, что приходит полный пиздец» 8. Представляется, что не только язык, но и судьба всего общества зависит от того, продолжит ли оно «посылать по матери» (всех и самое себя) или в нем возникнет положительная экспрессия слов, любящих свой предмет, любящих саму любовь. Запрет на обсуждение бранных слов уже снят. Но творчески, т. е. в плане создания иного экспрессивного слоя эротического языка, альтернативных слов и выражений, этот вопрос не обсуждался. Между тем мат становится своего рода общенациональной теневой языковой валютой, как во времена бурной денежной инфляции значение всеобщего эквивалента передается натуральным продуктам мешку картошки, батону хлеба, бутылке водки. Инфляция знаменательных слов и их зна- чений приводит к росту междометности в языке, засилию «утробных», «жвачных» выкликов, отрыгиваний и отругиваний. Как замечает писатель и журналист Игорь Шевелев: Логику в России заменил мат. Более-менее развитые дискурсы снимаются эмоциональной вспышкой, при которой четырьмя словами и их производными заменяется, по сути, большой академический словарь. Тут кон- чается цивилизация и начинается Россия, у границ которой напрасно будет томиться то НАТО, то Наполеон. Пока есть мат, Россия неисправима 9. Оматерение страны иногда оправдывают тем, что живется трудно, страшно, и мат «эмоциональная вспышка» будто бы разряжает отрицательные энергии, скопившиеся в душе:
11 выругаешься и полегчает. Вроде бы так, но, разряжаясь руганью, заряжаешь ею окружающий воздух, близких и дальних, и те самые отрицательные энергии, которые вытолнул из себя, возвращаются к тебе усиленными вибрациями. Еще одно утонченное оправдание мата, недавно высказанное на ТВ писателем Виктором Ерофеевым, состоит в том, что по мере распространения в обществе он теряет свою матерность, табуированность. В эпоху своего постсоветского разлива русский мат как бы «разрушает себя изнутри» и скоро станет предметом ностальгии; нужно не гонения на него устраивать, а беречь как вымирающий вид речи, как хрупкое национальное достояние. Но ведь сам Виктор Ерофеев пишет в книге «Мужчины»: Я никогда не назову мужские гениталии постыдным постным словом член. Хуй есть хуй, и я буду писать это слово с заглавной буквы, как в слове «Родина». Я вычеркиваю его из словаря нецензурных слов. Что же, устраивать поминки по русскому мату, скорбеть об утрате его первородной силы, если сам «русский писатель» снимает с него табу и цензуру, ставит в тот же торжественный ряд, что и «Родину»? То, что Ерофеев говорит о стилевом самоубийстве мата, от- части верно: распространяясь среди тех слоев населения и в тех общественных кругах, где раньше мат не допускался (интеллигенция, литература, журналистика, политика, парламент), мат постепенно переходит из крайне вульгарной, непристойной зоны просторечия в разговорную и даже отчасти литературную зону. Но, стилистически приподнимаясь, точнее расходясь вширь, мат не утрачивает своей унизительной экспрессии, своей бранности, похабности, установки на оскорбление и бесчестие. И такая стилевая карьера мата, его восхождение по ступенькам приличия в хорошее и даже высшее общество означает только то, что само общество роет себе языковой котлован. Да, стоит пожалеть о мате, который теряет свою убойную силу силу заклятия, святотатства, нарушения табу. Но еще больше, наверное, стоит пожалеть об обществе, в котором мат уже почти никому не режет слуха. ПРИМЕЧАНИЯ 1 См. «емлю», «имать» в изд.: Фасмер Макс. Этимологический словарь русского языка: В 4 т. М.: Прогресс, Т. 2. С. 19; «взять» в изд.: Цыганенко Г.П. Этимологический словарь русского языка. Киев: Радяньска школа, С Помимо пионерского исследования Бориса А. Успенского (Религиозно-мифологический аспект русской экспрессивной фразеологии // Semiotics and the History of Culture. Ohio, С ) здесь, вероятно, стоит также упомянуть поистине титаническую и подвижни- ческую работу, которую осуществляет Алексей Плуцер-Сарно в деле каталогизации и дальнейшего осмысления всего комплекса русской бранной лексики на протяжении ее исторического развития. См. его блистательную и немало нашумевшую монографию: Плуцер-Сарно А. Материалы к словарю русского мата: Опыт построения справочнобиблиографической базы данных лексических и фразеологических значений слова «хуй» (19 значений, 9 подзначений, 9 оттенков значения, 23 оттенка употребления слова «хуй», 523 фразеологических статьи, в которых представлено около 400 идиом и языковых клише и более 1000 фразеологически связанных значений слова «хуй»). М.: Лимбус-пресс, См. также его каталог: Библиография словарей «воровской», «офенской», «разбойничьей», «тюремной», «блатной», «лагерной», «уголовной» лексики, изданных в России и за рубежом за последние два столетия» // Логос С И, кроме этого, например, такую его небольшую работу: Матерный словарь как феномен русской культуры // Новая русская книга. СПб., С Неплохая библиография по данному вопросу содержится также в изд.: Мокиенко В.М. Русская бранная лексика: цензурное и нецензурное // Русистика. Берлин, С Заметим, что дело дальнейшего «размывания» границ «лексически допустимого» и «литературно-возможного» получило фундаментально важный импульс благодаря недавнему текстологически безупречному и научно выверенному критическому изданию лицейской баллады А.С. Пушкина, см.: Пушкин А.С. Тень Баркова: Тексты. Комментарии. Экскурсы. М.: Языки славянской культуры, 2002, осуществленному московскими филологами М.И. Шапиром и И.А. Пильщиковым. Авторство Пушкина в отношении данного (во многом нецензурно матерного) текста можно считать однозначно и позитивно установленным как, в частности, недавно заявил академик РАН В.Н. Топоров в прениях по докладу И.А. Пильщикова и М.И. Шапира «Еще раз об авторстве баллады Пушкина Тень Баркова: новые аргументы», прочитанному им 10 марта 2004 г. в Институте высших гуманитарных исследований (ИВГИ) РГГУ) (Примеч. ред. Д.И.) 3 Даль Владимир. Толковый словарь живого велокорусского языка. М.: Олма-пресс, С Все цитаты из Даля по этому изданию. 4 Преображенский А.Г. Этимологический словарь русского языка. М.: Гос. изд-во иностр. и нац. словарей, Т. 1. С ; Черных П.Я. Историко-этимологический словарь современного русского языка. М.: Русский язык, С Здесь и далее все примеры принадлежат автору статьи. Зада- ча: представить как можно шире разные стилевые контексты, жанры и жизненные ситуации употребления данного слова от науч
12 ного до бытового, от научной фантастики и авангардной прозы до школьного сочинения и деревенской частушки. Все примеры выделены петитом. 6 Глагол «µрить» плотски любить, обладать; действовать µро, пылко, с напором. О корне «-яр-» и его производных см.: INTELNET/dar8.html 7 Подробнее на эту тему см.: Эпштейн Михаил. Эдипов комплекс советской цивилизации // М. Эпштейн. Вера и образ: Религиозное бессознательное в русской культуре ХХ века. Tenafly (NJ): Эрмитаж, С Левин Юрий. Об обсценных выражениях русского языка // Антимир русской культуры. Язык. Фольклор. Литература / Сост. Н. Богомолов. М.: Ладомир, С Шевелев Игорь. Год одиночества. М., Фр. 45 (без указания издательства и постраничной пагинации). СОДЕРЖАНИЕ Д.Г. Иоффе. От редактора. 5 ЛОКУСЫ ОПИСАНИЯ К постановке проблемы изучения эротических координат культуры Леонид Геллер (Лозаннский университет). В поисках Нового Мира Любви. Русская утопия и поливалентная сексуальность. Пер. с фр. Дм. Калугина Д. Ранкур-Лаферьер (Калифорнийский университет. Дэвис). К постановке проблемы семиотики пениса. Пер. с англ. М.Д. Клебанова и Д.В. Соловьева МИР КОМПАРАТИВИСТСКИХ СХОЛИЙ Этапы синтеза в очерчивании конкретики сюжетов М. Клебанов (Университет Технион. Хайфа Торонто). К трансгрессии внутреннего опыта, или Бесконечная история означающего: Пределы эротографической стилистики у Жоржа Батая и Пьера Гийота А.А. Аствацатуров (СПбГУ). Эротическая утопия и симулякры сознания у Генри Миллера В. Хазан (Иерусалимский университет). «Могучая директива природы»: Три этюда об эротических текстах и подтекстах СПЕЦИФИКА РУССКОЙ ПАРАДИГМАТИКИ Отдельные case-studies русского литературоцентричного звена науки о культуре М.В. Михайлова (МГУ). Эротическая доминанта в прозе русских писательниц Серебряного века