Насекомые: враги домашних животных
У домашних животных врагов среди насекомых значительно больше, чем у человека. Это, прежде всего, подкожные, носоглоточные и желудочные оводы, кровососущие двукрылые (гнус), зоофильные мухи, накожные паразиты, кровососки; вши, блохи, клопы, пухоеды и др. Общие потери в животноводстве от насекомых трудно даже подсчитать. Мы остановимся лишь на некоторых, наиболее жестоких тиранах животных.
Овод
Как не трудно догадаться, речь пойдет о подкожных оводах. Подкожные оводы крупного рогатого скота относятся к семейству гиподерматида. На территории нашей страны встречаются два вида: подкожник обыкновенный, или строка, и южный подкожник (пищеводник). Первый распространен по всей территории России (кроме Крайнего Севера), второй причи¬няет серьезный вред на юге и юго-востоке европейской части.
В южном полушарии оба вида, несмотря на неоднократный завоз инвазированного (зараженного личинками) крупного рогатого скота из Европы, не смогли акклиматизироваться. Что препятствует их акклиматизации в южном полушарии остается загадкой.
Личинки этих оводов паразитируют на домашних и диких животных. Самки обоих видов почти одинаковой длины 13—15 мм. Головка узкая (в отличие от слепней, с которыми их часто путают), хоботка нет, так как взрослое насекомое не питается. Тело и ножки покрыты густыми, местами желтовато-красными, волосками, крылья коричневые. Яйца откладывает на шерсть.
Личинки через волосяные фолликулы проникают под кожу и по подкожной соединительной ткани или мышцам пробираются к спине животного. Путь этот занимает несколько месяцев. На спине образуется большой желвак со свищом, через который поступает воздух. За это время личинка увеличивается в размере в 30 раз. Через свищ она выползает наружу и падает на землю, где и окукливается на небольшой глубине или под слоем листьев (травы).
В зависимости от температуры и влажности почвы куколка развивается 4—6 недель. В сырой почве много личинок погибает.
Вылетевшие мухи сразу спариваются, и самки приступают к откладке яиц. Откладка яиц не причиняет болезненных ощущений животным. «Однако,— пишет И. Акимушкин,— олени, косули, коровы,лошади при приближении оводов, взбрыкивая и отчаянно мотая головой, пускаются в бегство. Как они узнают, что подлетающая муха — овод и что контакт с ним грозит болезненным заболеванием? Исследователям, изучающим поведение животных, тут есть над чем поразмыслить».
Для защиты животных от овода разработана комплексная система, предусматривающая: профилактические мероприятия, включающие пастьбу животных в ночное время; содержание скота летом под теневыми навесами в часы лёта овода; недопущение на пастбища пораженных животных, а также истребительные мероприятия. Последние включают обработку желваков фосфорорганическими инсектицидами, контрольные осмотры животных и обработку больных, профилактические летне-осенние опрыскивания коров и молодняка с интервалом 20—25 дней трихлорметафосом-3 и другими рекомендованными для этих целей инсектицидами.
Вольфартова муха
Миазы, или «зачервление» ран,— широко распространенное на юге России заболевание различных животных, особенно овец. Вызывают его личинки, откладываемые живородящими мухами в ранки и ссадины на коже и слизистых оболочках. Наиболее широко распространенный и опасный вид миазов (вольфартиоз) вызывают личинки вольфартовой мухи. Поражаются ими преимущественно тонкорунные овцы на Северном Кавказе, в Средней Азии, Киргизии, Казахстане и на юге Сибири.
Муха довольно крупная (9—13 мм), светло-серого цвета, с тремя продольными темными полосками на груди. Самка откладывает до 200 личинок, «пристраивая» их в ранки и повреждения кожи. Личинки хорошо приспособлены к паразитированию в тканях животных, имеют сильно развитые приротовые крючки и мелкие шипики по всему телу, помогающие им удерживаться в тканях и постепенно пробуравливаться в их толщу. Личинки сильно разрушают ткани, в результате первоначально небольшие дефекты кожи быстро увеличиваются. В отдельных ранах скапливаются десятки, сотни, а в старых, запущенных — до 1500 личинок, вызывающих сильную боль.
Известны случаи поражения вольфартовой мухой и людей. Миазы возникают на голове или в носовой полости, вызывая сильную боль и кровотечения. После удаления личинок патологические явления проходят. Личинки быстро растут и через пять дней, пройдя две линьки, достигают 1,7—2 см, после чего вылезают из раны и уходят в почву для окукливания. Вылетающие через три недели мухи спариваются и уже через 10 дней приступают к живорождению личинок. Наиболее интенсивно это происходит в солнечные дни при температуре 20—30 °.
Живут мухи около кошар и загонов для овец, возле водоемов, питаясь соками растений и сладкими выделениями тлей. Летают с весны до осени. Больные овцы плохо едят, отстают от стада, часто ложатся, быстро худеют, теряя в сутки до 1000 г массы тела, тяжелобольные нередко погибают.
Борьба с вольфартиозом довольно сложна. Она включает мероприятия, не допускающие травмирования кожи овец, лечебную обработку ран фосфорорга-ническими инсектицидами, проведение дезинсекции в местах скопления мух (обработка территории вокруг кошар, загонов, водопоев) и др.
В настоящее время благодаря успехам в области синтеза высокоэффективных инсектицидов имеются все необходимые предпосылки для значительного снижения потерь от вольфартовых мух.
Мясная муха
Эта история началась в Центральной Америке. Карибское море. Край, овеянный легендами, край Колумба и испанских конкистадоров, ацтеков и индейцев майя, сражавшихся за свою землю, «империя пиратов» и авантюристов всех мастей.
«Но мало кто знает,— пишет проф. И. Заянчковский,— что на островах Карибского моря, в Мексике и на юге Соединенных Штатов Америки был совершен научный подвиг. Здесь ученые вступили в бой с врагом, который для местных жителей-скотоводов был куда страшнее, чем пираты и разбойники. Этот враг — так называемая мясная муха, паразитирующая на домашних животных».
Сама муха откладывает яйца на домашних и диких животных (200—300 яиц) в места повреждения кожи. Через 12 часов рождаются личинки, которые питаются тканями и кровью животных, превращая раны в кровоточащие язвы. Через неделю они покидают раны и уходят на окукливание. Нередко все тело животного превращается в сплошную рану и оно может погибнуть. Чтобы избежать этого, скотоводы очищают раны от личинок, обрабатывают животных ядами, накладывают защитные повязки.
Но это лишь полумеры. Через несколько дней — новое нашествие мух, и картина повторяется. Животные находятся в постоянном возбуждении, теряют аппетит, снижаются надои и привесы, наступают истощение организма, отравление токсинами, сепсис, животные гибнут. А те, что выжили, долго «приходят в себя», остаются бесплодными.
И вот в столь драматичной обстановке молодой, тогда еще мало кому известный энтомолог Э.Ф. Киплинг предложил использовать для уничтожения мясной мухи оригинальный метод — стерилизацию самцов мясной мухи с помощью облучения и выпуска их на волю с таким расчетом, чтобы на одного нормального самца приходилось девять стерильных. В этом случае большинство самок будут откладывать нежизнеспособные яйца и через пять поколений муха сама себя «изживет».
Лабораторные испытания прошли успешно и вскоре энтомолог перешел к массовому разведению мясной мухи, облучению куколок и разбрасыванию их с самолета над полями, лесами, лугами. «Пришельцы» спаривались с аборигенами и все произошло так, как и думал ученый. Мухи исчезли уже к четвертому поколению.
Фермеры-скотоводы юго-восточных штатов США добились от правительства расширения программы «самоистребления» мухи на территории штатов Флорида, Алабама и Джоржиа. Эта кампания также закончилась полной победой над мухой-калитрогой. Уже в первом поколении бесплодных мух было 68—69 %, во втором — 86—88, в третьем — около 100 %, а в четвертом мух не стало.
Об объемах операции можно судить из отчетов Э.Ф. Киплинга, которые свидетельствуют о том, что 20 специально оборудованных для разбрасывания мух самолетов налетали более 5 млн. километров. На площадь 19 млн. га они «обрушили» десант из двух миллиардов самцов мухи. Для их разведения было израсходовано 2932 т китового и конского мяса и 704 т крови. Общие расходы по ликвидации калитроги составили 4 млн. 850 тыс. долларов.
Но эта сумма по сравнению с 25—40 миллионами потерь, причиняемых мухой, вполне допустимая «роскошь». Надо сказать, что при этом был достигнут только временный успех. Через несколько лет калитрога снова появилась на территории, где она была уничтожена. Программе «самоуничтожения» был придан долговременный характер и причиняемый мухой вред удалось свести до хозяйственно неощутимых размеров.