Синдром Отторжения (фанфик / проза / снейджер)
Беты (редакторы): Неллина Фэндом: Роулинг Джоан «Гарри Поттер» Персонажи: ГГ/СС, ГП/ЛЛ Рейтинг: R Жанры: Гет, Ангст, Психология Предупреждения: OOC Размер: Миди, 69 страниц Кол-во частей: 21 Статус: закончен
Описание: Гермиона Грейнджер отправляется за телом Снейпа, дабы тот был погребен как подобает, однако выясняется, что хоронить Снейпа рановато – он жив! Почему же тогда Гермиона скрыла этот факт от магического сообщества и даже от своего декана?
Публикация на других ресурсах: разрешаю
Примечания автора: Благодарю тебя, Annyshka1988, за помощь в работе над ошибками. Без тебя этот фанфик не обрел бы своего настоящего лица. СПАСИБО!
========== Глава 1 Ложь во спасение ========== Лежащий в руинах Хогвартс встретил Мальчика-который-победил неправдоподобной гробовой тишиной. Еще раз оглянувшись на место Последней битвы, Гарри убедился, что Лорд Волдеморт действительно исчез с лица земли.
– Гарри? – осторожно окликнула его Гермиона, пока они пробирались через груды обломков назад в Большой зал. – Твой шрам, Гарри, – его больше нет.
Гарри неуверенно прикоснулся ко лбу – шрама действительно не было. А это значило лишь одно: война с Темным Лордом окончена, теперь уже навсегда!
Поттера вдруг охватило странное чувство нереальности происходящего, но ни особой радости, ни эйфории, ни даже облегчения после долгожданной Победы он не чувствовал. Слишком высока была цена…
Очутившись снова в Большом зале Хогвартса, где все еще царили боль утраты, скорбь и отчаяние, Гарри почувствовал, как в горле встал комок, а внутри растекается темной лужей боль и тоска, глаза начало жечь от слез: он уничтожил Волдеморта, но воскресить погибших ему не дано…
Многие из друзей и преподавателей отдали свои жизни сегодня в этой Битве, сражаясь с ним бок о бок, так и не узнав Победы. Но он смог! Лорда больше нет! Гарри с тяжелым сердцем взглянул на тех, с кем теперь оставалось только проститься: Римус Люпин, его жена – Нимфадора Тонкс, Фред Уизли… и многие другие. Но одного человека здесь не было – никто не знал о смерти Северуса Снейпа, никто не оплакивал его, пожертвовавшего своей жизнью ради этой Победы.
– Гермиона! – Гарри только сейчас заметил, что девушка все это время была рядом с ним.
– Да, Гарри… – она подошла ближе и посмотрела ему в глаза, ожидая того, что он ей скажет, и казалось, что ее единственным желанием было убежать отсюда как можно дальше – туда, где ничто не напоминало бы ей о зверствах Тома Реддла.
Гарри протянул ей свернутую Мантию-невидимку.
– Ты должна вернуться в Визжащую Хижину… профессор Снейп… его тело, – волшебник замер, ожидая, что она откажется… – Он заслужил быть здесь, он не предатель – он Герой, без него я не смог бы сделать Этого, – Гермиона взяла Мантию из его дрожащих рук, и просто кивнула. – А я поговорю с профессором МакГонагалл, мы будем ждать тебя в кабинете Директора…
– Хорошо, Гарри, я перенесу его в замок, – сказав это она незаметно выскользнула из Зала и направилась прямиком к выходу.
Гарри еще раз осмотрел присутствующих: Рон вернулся к остальным Уизли, которые теперь просто молча смотрели на бледное лицо Фреда, не в силах сказать друг другу ни слова; Невилл сидел в углу и обнимал плачущую Луну Лавгуд; профессор МакГонагалл разговаривала с мадам Помфри на возвышении, где лежали пострадавшие.
– Профессор МакГонагалл, – Гарри подошел к своему декану.
Минерва МакГонагалл к его удивлению – крепко обняла его, а когда женщина, наконец, разжала объятия, Гарри заметил в глазах профессора слезы, но она улыбалась.
– Мне нужно поговорить с Вами, профессор. Это срочно. Мне нужно кое-что показать, лучше это сделать в кабинете директора. Это очень важно для меня, – начал было Гарри, но МакГонагалл просто пошла к выходу следом за ним.
Немного притормозив, она обернулась:
Мадам Помфри ответила ей едва заметным кивком и вернулась к работе.
До кабинета шли в тишине. Коридоры замка были завалены обломками, по полу тут и там были размазаны пятна крови, кое-где все еще оставались неподвижные тела Пожирателей Смерти, никто не пришел за ними, никто не оплакивал их – даже после смерти они оставались врагами. Приблизившись к горгулье у входа, Минерва произнесла пароль – «Альбус Дамблдор!» – горгулья отстранилась, пропуская их внутрь.
Декан Гриффиндора оставалась напряженно стоять у директорского стола, пристально глядя в глаза Гарри своим кошачьим взглядом. Гарри тоже неотрывно смотрел на МакГонагалл пытаясь предугадать ее реакцию на то, что он собирался ей рассказать.
- Северус Снейп погиб. Его убила змея Волдеморта… - профессор нахмурилась, услышав имя Снейпа. – Мы были там и все видели – продолжал Гарри. – Он успел передать мне свои воспоминания… Я хотел бы, чтобы вы увидели их, профессор. Они все еще в Омуте памяти.
Гарри подошел к емкости, в которой плавали последние мысли Снейпа. Видя нерешительность во взгляде декана, Гарри молча прикоснулся палочкой к своей голове и извлек из нее воспоминание о смерти зельевара. Он делал это впервые и даже удивился, когда серебристая нить его мыслей скользнула в чашу с рунами.
– Теперь этого будет достаточно, – сказал юноша и поставил Омут на стол перед Минервой.
Она, кажется, собиралась задать ему вопрос, но передумала и погрузила лицо в серебристую жидкость. Гарри в ожидании опустился в кресло, и возможно, задремал ненадолго. Потому что когда он очнулся – МакГонагалл сидела за столом директора и рыдала закрывая лицо руками.
- …бедный мальчик! Как ты мог, Альбус… как ты мог?! – она не сразу заметила, что Гарри все еще здесь, продолжая бормотать что-то себе самой и размазывая слезы по лицу.
Заметив Поттера, она с трудом взяла себя в руки, но голос ее все еще дрожал.
– Где он, Гарри, где Северус?
Но Гарри ничего не успел ей ответить. Послышались шаги и в кабинет, без стука, вошла Гермиона Грейнджер. Бледная, заплаканная, она положила на стол перед профессором аккуратный черный сверток, и повернулась к Гарри.
– Его там нет. Думаю мистер Малфой забрал тело, ведь это он привел его туда… Это все, что там было, – она снова взглянула на сверток, а затем подняла глаза на декана.
МакГонагалл, превозмогая охватившую ее дрожь, заставила себя взять со стола сверток и осторожно развернула его: это была черная мантия Мастера зелий. Ткань мантии была почти насквозь пропитана кровью, воротник превратился в лохмотья. К своему ужасу, Минерва обнаружила застрявший, рядом с застежкой в толще сукна змеиный зуб. Вскрикнув, она выронила из рук мантию и покачнулась. Из складок ткани выкатилась на пол волшебная палочка – все, что осталось от Северуса Снейпа – шпиона, верой и правдой служившего на благо Хогвартса до самого конца…
Гарри не мог оторвать глаз от палочки профессора Снейпа. Тоска охватила его с новой силой.
- Мистер Поттер, – декану Гриффиндора как-то удалось совладать с эмоциями. – Гарри, все, что я увидела здесь – это очень личное для вас, но это очень важно. Спасибо, что позволили мне… Я думаю, что эти сведения помогут нам восстановить профессору Снейпу его доброе имя. Он заслужил это, – женщина палочкой вылавливала из омута воспоминания, которые одно за другим помещала в стеклянный пузырек, в котором Гарри и принес их из Хижины.
Положив пузырек в сейф за портретом Дамблдора, МакГонагалл вновь обратилась к ним:
- Вам нужно отдохнуть. Завтра нам предстоит нелегкий день. Думаю, что никто вас не потревожит, так что вы можете идти.
Едва миновав горгулью, Гермиона набросила Мантию на себя и на Гарри и потащила его прочь в неизвестном направлении.
- Куда мы идем, Гермиона? – прошептал Гарри, запыхавшись и еле поспевая за подругой.
- Мы должны спешить, Гарри… он еще жив, – до Гарри не сразу дошел смысл ее слов: «Кто жив?» - хотел переспросить он, но тут же все понял и поспешил следом, пытаясь не отставать, пока они не оказались в подземельях Слизерина прямо перед кабинетом зельевара. Кабинет был открыт, внутри все было перевернуто вверх дном.
- Гарри, не стой, помоги же мне! – прикрикнула на него Гермиона и он, наконец-то, пришел в себя.
- Снейп жив? – переспросил Поттер, все еще не веря.
- Если мы будем так копаться, - до утра он точно не протянет!– протараторила Гермиона, уже впихнувшая в свою безразмерную сумку почти все запасы ингредиентов для зелий, и теперь пытавшаяся затолкать туда же котел. – Не стой как столб! Пойди в его комнату и найди что-то из одежды, мне пришлось его раздеть, как ты понял…
Гарри метнулся вглубь кабинета, откуда, как он знал, дверь вела в личные апартаменты профессора. К его удивлению и эта дверь не была заперта (странно все это, если учесть осторожность и недоверчивость Снейпа), но тут до Гарри дошло: скорее всего профессор знал, что не вернется больше в замок, что не переживет этот день. От этой мысли внутри у Гарри все похолодело.
Жилище Снейпа было таким же мрачным и аскетичным, как и его владелец: холодный камин, кресло, небольшой столик и стеллажи с книгами – ничего лишнего. Быстро переходя из одной комнаты в другую, Гарри очутился в спальне профессора, больше напоминавшую больничную палату, особенно это сходство подчеркивали ряды пузырьков со всевозможными зельями на прикроватной тумбочке.
Чувствуя себя крайне неуютно от того, что вломился сюда без разрешения, Гарри открыл платяной шкаф и машинально выгреб оттуда первое, что попало ему на глаза: пару рубашек, брюки, мантию и пижаму. Поразмыслив, он выдвинул небольшой ящик с нижним бельем и наполовину опустошил его.
«Видел бы Снейп – размазал бы по стенке!»
Вернувшись к Гермионе с внушительной ношей, Гарри помог ей разместить все это в сумке, пришлось еще раз наложить на ту расширяющие чары.
Снова скрывшись под Мантией, Гермиона и Гарри почти бегом рванули к выходу из замка. Солнце уже клонилось к закату, когда они приблизились к Бойкой иве. Нажав на нужный сук, ребята без раздумий нырнули в узкий проход под корнями. Гермиона тяжело дышала – ее сумка была очень тяжелой, хоть и оставалась маленькой и незаметной. Двигались по лазу молча, но в голове каждого синхронно билась одна и та же мысль: только бы успеть…
========== Глава 2 Последняя битва Гермионы. ========== Взяв у Гарри Мантию-невидимку, Гермиона с тяжелым сердцем заставила себя вернуться в то самое место, где она пару часов назад содрогалась от ужаса пред лицом Темного Лорда.
Змея, вцепившаяся в шею учителя, жуткий вопль отчаяния, боли и безысходности… кровь, заливающая пыльный пол хижины… голос Лорда, эхом отдававшийся в голове: «…один час…» - все эти ужасы вновь возникли перед мысленным взором девушки, но она не отступила, не поддалась страху и смело спустилась в проход под корнями Бойкой ивы.
«Гриффиндор не зря славится тем, что учатся там храбрецы…» - подумала Гермиона, вползая в Визжащую хижину.
Мантия все еще скрывала ее от возможных врагов, снимать ее она пока не собиралась. Однако девушка была уверена, что живых пожирателей смерти на территории школы уже нет. Осмотрев комнату, Гермиона не сразу поняла, что ее насторожило. Северус Снейп лежал в паре метров от того места, где они оставили его, полагая, что он мертв. Теперь он лежал посреди комнаты лицом вниз в луже собственной, уже потемневшей крови. На пыльном полу были четко видны отпечатки его окровавленных ладоней…
«Неужели он был еще жив, а мы просто взяли и бросили его здесь умирать? Вот ведь недоумки!» – подумала она.
Все еще плохо понимая, что делает, Гермиона склонилась над распростертым телом профессора и попыталась прощупать пульс. Ее собственное сердцебиение грохотало в ушах так сильно, что она сначала даже не поняла, что значат эти едва ощутимые импульсы под тонкой кожей…
Пульс был. Слабый, едва уловимый, такой же призрачный, каким был их шанс на Победу, но ведь они не смотря ни на что победили, а значит и для Северуса Снейпа еще не все потеряно.
Настала ее, Гермионы, решающая битва… Битва за жизнь, правду и честь директора школы и Мастера зелий – Снейпа. Она не видела его воспоминаний, но Гарри сказал, что он не предатель, что он – Герой… и сейчас ей очень хотелось ему поверить. Она сможет, должна, она попытается… Ведь не зря же три поколения Грейнджеров посвятили себя медицине, хоть и маггловской. Не зря же она, еще учась на первом курсе, получила пятьдесят призовых баллов «…за умение хладнокровно мыслить, когда другим грозит смертельная опасность…» - так, кажется, сказал тогда Дамблдор.
- Так. Думай, Гермиона, думай! Змея скорее всего ядовитая, потеря крови, инфекция… - бормоча себе под нос всевозможные рекомендации из учебников, Гермиона начала судорожно рыться в сумочке, пытаясь найти там хоть что-то полезное, но ничего не получалось… Нервы девушки начали сдавать, руки предательски задрожали, она схватила палочку и направила ее на сумку. - Акцио зелья! Акцио безоар!
В тот же миг ей в ладони посыпались склянки и брикеты, порошки и мази. Отыскав небольшой сверток, Гермиона отщипнула кусочек сероватой субстанции, напоминавшей пористый пластилин.
- Безоар – он поможет против яда… если еще не поздно! – подскочив к неподвижному Снейпу, девушка с большими усилиями перевернула профессора на спину и водрузила его голову себе на колени. - Какой же он тяжелый! – с трудом разжав его челюсти, Гермиона впихнула ему в глотку кусочек безоара.
По телу профессора прокатилась волна дрожи, а затем он снова обмяк, но дыхание стало ровнее. Гермиона вздохнула с облегчением. Ее сейчас мало заботили ее руки, по локоть в его крови… только его жизнь, только это, еле слышное дыхание волновало ее сейчас. Весь мир отступил на задний план – она вытащит его с того света, чего бы ей это не стоило. Больше никто не погибнет от руки Волдеморта! Никогда! Пусть ей придется солгать МакГонагалл, что он мертв, пусть пока его считают предателем и убийцей, но ведь если она не сможет его спасти – они уже не узнают правды. Дементорам совершенно все равно виновен осужденный на поцелуй или нет.
Забежав по расшатанной лестнице на второй этаж, Гермиона стала одно за другим накладывать заклятия на переломанную мебель, кровать с пологом, оконные ставни, лишавшие комнату света. Это было то самое место, где был разоблачен Питер Петтигрю, где Сириус Блэк и Римус Люпин наконец-то смогли выяснить правду о смерти Поттеров. Почти все они мертвы. Блэк, Люпин, и Снейп из последних сил цеплявшийся за жизнь.
Когда, по мнению Гермионы, все было готово: убран пыльный полог с кровати, которую теперь покрывало чистое белье; отремонтированы стол и стулья, открыты окна, наполнившие мрачную хижину последними закатными лучами, она вернулась вниз за профессором зелий.
- Вингардиум Левиоса! – тело Снейпа оторвалось от пола и зависло на уровне груди Гермионы.
Пока он зависал перед ней, девушка осторожно стащила с него грязную мантию и брезгливо отбросила на пол. Произнеся очищающие заклинания, Гермиона не сразу смогла очистить всю кровь, что пропитала сюртук, рубашку, скрывая лицо профессора под отвратительной коричневатой коркой. Его волосы, напоминающие жгуты грязных веревок, – прилипли к щекам и шее, скрывали глаза.
- Мобиликорпус! – и Снейп медленно поплыл за ней вверх по лестнице.
Тщательно следя за тем, чтобы он не задел ни одной преграды, пока она его перемещала, Гермиона осторожно опустила Снейпа на кровать, предварительно избавив его от всей остальной одежды, оставив в нижнем белье.
Теперь, когда следы крови перестали скрывать под собой лицо и шею Снейпа, Гермиона внимательно осмотрела раны на шее от зубов Нагайны: глубокие, рваные, - они покрывали собой почти всю шею, превратив ее в кровавое месиво. Но, по крайней мере, артерии пострадали не сильно. Кровь сочилась в основном из вен. Хуже дела обстояли с трахеей и гортанью – воздух с тихим свистом вырывался из дыры в трахее, не доходя до рта, поэтому Гермиона не сразу заметила, что он вообще дышит.
«Говорить он сможет не скоро, если сможет вообще…» - подумала она, накладывая на раны заживляющую мазь.
Закрыв наиболее обширные повреждения повязкой, Гермиона спустилась вниз. У нее оставалось еще одно дело – убедить всех, что он мертв. Свернув грязную мантию Снейпа и оградив хижину защитными чарами, волшебница поспешила в замок. Вечер уже окунул территорию школы в голубоватый сумрак, когда она вошла в Хогвартс. Пробираясь по пустынным и жутким коридорам школы, Гермиона бесшумно подошла к кабинету директора – оттуда слышался голос Гарри. Хвала Мерлину, они еще здесь!
Не раздумывая ни минуты, Гермиона толкнула тяжелую дверь.
========== Глава 3 Последствия яда и не только ========== Едва поднявшись на второй этаж Хижины, превращенной ее стараниями в подобие полевого госпиталя, Гермиона тут же развела магический огонь, водрузила на него котел и принялась всыпать туда необходимые ингредиенты. Все это время она будто не замечала присутствия здесь Гарри.
- Почему ты солгала, что он мертв? – спросил Гарри, вглядываясь в безжизненное лицо профессора.
- Ну… я не так уж и солгала – он все еще может умереть в любую минуту. Сначала надо, чтобы его оправдали, а для этого его должны выслушать, а чтобы он мог что-то сказать… - она помедлила. – Он, как минимум, должен выжить! Но я почему-то уверена, что Фадж не дал бы ему ни единого шанса и отправил прямиком на встречу с Дементором. Или все это и так не ясно?! – Гермиона была раздражена недогадливостью Гарри, меньше всего ей сейчас хотелось объяснять ему столь элементарные вещи.
Когда жидкость в котле начала равномерно побулькивать, Гермиона отвлеклась, наконец, от зелья и снова склонилась над Снейпом.
- Хорошо, что в его кабинете были кое-какие запасы зелий для оказания помощи нерадивым студентам, взрывающим на уроках котлы… - прошептала она сидящему рядом Гарри.
- Да уж, с Невиллом приходится быть готовым ко всему, особенно на зельях, – улыбаясь своим воспоминаниям ответил Гарри. Мальчик старался не отвлекать свою подругу, а просто краем глаза следил за тем, как осторожно и умело она снимает присохшую повязку, обнажая увечья Снейпа. При виде страшных ран Гарри начало мутить и он отвернулся.
Теперь Гарри понял, что он чувствует, глядя в неподвижное лицо человека, которого так долго и так беспочвенно ненавидел все эти годы… И которого он теперь больше всего на свете хотел видеть прежним: желчным, язвительным, саркастичным, снимающим баллы, но живым! Хватит смертей! Война окончена! Северус Снейп, пожертвовавший своей репутацией и своей жизнью ради его, Гарри, победы – как никто другой заслуживал спокойной и мирной жизни. Как часто Гарри видел эти черные бездонные глаза своего учителя, не видя его боли, его тоски, его любви и его одиночества, не видя ничего! – он был слеп!
Он видел лишь то, что хотел видеть: крючконосого Слизеринского ублюдка, Пожирателя Смерти, предателя и убийцу, отравляющего жизнь всем, кто был рядом, но почему-то всегда спасавшего его, Гарри, никчемную жизнь, которой, тот так бездумно рисковал на каждом шагу.
Но теперь Гарри знал правду, и он поможет, он сделает все возможное и невозможное, чтобы дать этому храброму человеку второй шанс. Северус Снейп еще успеет пожить в мире без Темного Лорда, лжи, пыток и унижения, ему ведь только сорок… Как же состарила его эта война! Сейчас ему на вид было не меньше шестидесяти лет! Гарри и раньше замечал, что Люпин и даже хлебнувший лиха Сириус, выглядели рядом со Снейпом мальчишками, хотя они точно были ровесниками.
Сколько же раз Снейп рисковал своей жизнью во имя любви к его матери, во имя спасения жизни сына женщины, которая предпочла ему другого, предпочла его врага и мучителя?…
Все еще погруженный в свои мысли, Гарри, взял в свою руку холодную ладонь зельевара.
- Только живите, профессор Снейп… ради меня, – тихо прошептал Гарри, склоняясь к учителю. В этот миг, ему показалось, что пальцы Снейпа слегка дрогнули в его руке… но, наверное – это показалось.
Гермиона уже приготовила зелье и теперь стояла у изголовья своего пациента.
– Гарри, приподними его голову, чтобы я могла напоить его зельем.
Гарри осторожно обхватил плечи Снейпа, приподнимая затылок и удерживая его в относительно вертикальном положении. При этом юноша избегал прикасаться к его раненной шее, хоть профессор и был без сознания и вряд ли что-то чувствовал, но, наверняка, это было бы ОЧЕНЬ больно.
Гермиона начала осторожно вливать содержимое небольшой чашки в рот Снейпа.
– Лишь бы проглотил… - шептала она.
- Что это, Гермиона? – нарушил тишину Гарри.
- Восстанавливающее зелье, чтобы придать ему сил, – ответила она, продолжая манипуляции. – Когда я закончу, не отпускай его сразу – нужно дать еще питательное и обезболивающее.
Наконец-то Восстанавливающее зелье достигло глотки зельевара, и тот судорожно сглотнул. Его лицо исказила гримаса боли, а из груди вырвался жалобный стон. Гермиона знала, какой пыткой должно быть для него такое простое действие, как глотание, если учесть все его травмы.
– Пожалуйста, Северус, потерпите еще немного - вам станет лучше, только выпейте это, ради меня. Вот так. Еще один глоточек. Вот, – Гермиона, не обращая внимания на Гарри, уговаривала Снейпа, как маленького ребенка, чтобы тот принял горькое лекарство. Но Снейп больше не мог терпеть. Зелье вытекало, заливая постель, а из-под закрытых век зельевара покатились слезы.
С невероятными усилиями и с долгими уговорами, Гермионе все-таки удалось влить в Снейпа все необходимые для поддержания жизни зелья. Когда Гарри опустил голову профессора на подушку – своих рук он почти не чувствовал от усталости. Наступила уже глубокая ночь. Снейп тут же уснул, а Гермиона (и где она берет силы – сама едва на ногах держится!) - принялась снова менять повязки на его ранах. Часть повязок намокли от пролившегося зелья.
Увиденное ее озадачило: заживляющая мазь (самая сильная из всех) не возымела совершенно никакого эффекта, более того – состояние раны стало значительно хуже: кожа воспалилась и покраснела, а из отверстий сочилась сукровица и гной.
В течение следующего получаса, Гермиона опробовала все известные ей приемы магического лечения ран и укусов, но отчаявшись – просто разрыдалась от бессилия.
- Ничего не помогает, Гарри! Эти раны нельзя вылечить магией! - не зная, как быть, Гарри обнял подругу и позволил ей выплакаться на своем плече.
Когда Гермиона отстранилась от него, она уже не плакала. – Ты должен вернуться в замок, а утром отыскать что-нибудь для таких случаев у мадам Помфри, а еще найди в библиотеке что-нибудь о незаживающих ранах. Я останусь с ним, – видя озабоченный вид друга, Гермиона трансфигурировала кресло в раскладушку. – Я тоже планирую немного вздремнуть, не волнуйся.
Набросив Мантию, Гарри скользнул в ночь, оставив вымотанную морально и физически Гермиону у постели Снейпа, который, возможно пропустит одно из самых интересных событий в своей жизни – собственные похороны.
Проводив Гарри, Гермиона с надеждой посмотрела на раскладушку, мечтая поспать хоть пару часов, но перед тем как лечь, наложила следящие чары на мирно спящего Снейпа. Чтобы знать, если тот придет в себя или если ему станет хуже.
Едва ее голова коснулась подушки – она крепко уснула, сном без сновидений, какой бывал у нее после экзаменов. Но долго ей спать не пришлось. Буквально через час она проснулась от протяжного стона, быстро переходящего то в крик, то в сдавленное рычание – Северус Снейп метался, сгребая простыни, срывая бинты. Он был покрыт холодным потом, но кожа его словно горела, а из ран снова хлестала кровь. Гермиона бросилась к нему, перехватывая его руки, которые уже готовы были разорвать то, что не смогла разорвать Нагайна.
- Северус Тобиас Снейп! Немедленно прекратите буянить! – заорала Гермиона, тщетно пытаясь удержать зельевара от попыток навредить себе еще больше.
Казалось, что он услышал – руки его бессильно опустились, крик сменился стоном, и только мелкая дрожь продолжала сотрясать измученное тело.
Гермиона знала, что ему больно, но что она могла поделать? Поэтому она просто осторожно обняла его и прилегла рядом. На миг ей показалось, что приступ прошел, когда вдруг Снейп завалился на бок и его вырвало остатками зелий… Через мгновение он захрипел и снова потерял сознание.
Теперь Гермиону охватила паника. Бессильна была не только магия, но и зелья, более того – все это было ему сейчас противопоказано.
Неужели все ее усилия – тщетны?
- Змея – ядовита. Змея – крестраж, подчиняющийся только своему хозяину – Темному Лорду! Магия бессильна против змеи, бессильна и против ее яда. Это логично.
Если бы от яда можно было спастись зельями, разве бы Лорд использовал ее против лучшего зельевара Британии? Волдеморт был чудовищно жесток и хотел помучить Снейпа, оставляя его медленно подыхать от ран, сознающего свое бессилие. От осознания подобной жестокости у Гермионы закружилась голова. Это было хуже сотни Круциатусов.
- Должен быть выход, альтернатива… - шептала она, заламывая руки.
И тут на нее снизошло озарение – обычная маггловская медицина, какой бы примитивной она ни казалась здесь в волшебном мире, - там, где Гермиона выросла, - только эта медицина спасала и спасает человеческие жизни.
Возможно… В голову Гермионы влетела шальная мысль: она не только волшебница, она потомок трех поколений маггловской врачебной династии. И пусть ее родители-стоматологи мало что смогли бы сделать в подобной ситуации, но ведь были еще и дедушка-хирург и бабушка-анестезиолог, которые всю жизнь проработали в службе спасения… Теперь она знала куда идти, что искать и как помочь тому, кому сейчас не смог бы помочь даже Альбус Дамблдор, если бы был жив. Зацепившись за спасительную мысль, Гермиона аппарировала.
========== Глава 4 Спасительная нить из прошлого. ========== Дедушка и бабушка Гермионы умерли несколько лет назад, с тех самых пор их дом пустовал. Сначала родители хотели сдать его новым жильцам, но затем передумали, так и не решив, куда деть медицинское оборудование и обширную библиотеку Марка и Элизабет Грейнджер. Тем более, что взрослая дочь, окончив школу, наверняка пожелает жить отдельно от родителей – дом сохранили.
Оказавшись в бабушкиной гостиной, Гермиона включила свет – здесь совсем ничего не изменилось с тех пор, как она была еще совсем маленькой. Только пыльные чехлы на креслах и диване напоминали о том, что дом давно необитаем.
Собравшись духом, Гермиона вошла в кабинет своего деда – она знала что искать: небольшую металлическую коробку с хирургическими инструментами. Обнаружив искомое на привычном месте – в шкафу, Гермиона открыла коробку и оценила содержимое. Многие предметы были ей знакомы, о назначении некоторых она могла лишь догадываться.
Уложив найденное в свою сумку, она еще раз вернулась к шкафу, надеясь найти что-то еще, что могло бы помочь. Пробежав взглядом по корешкам книг, она схватила старый учебник по хирургии, который так же быстро перекочевал в сумку.
- Что-то еще… Ах, да! – Гермиона поднялась на второй этаж в спальню бабушки Лизи – под ее прикроватной тумбочкой лежал оранжевый чемоданчик для срочных вызовов: бабушку часто вызывали по ночам…
Как и в кабинете деда Гермиона не прошла мимо книжного шкафа – закинув с полки несколько книг, она выключила свет и дезаппарировала.
Оказавшись в Визжащей хижине, Гермиона услышала душераздирающий крик, переходящий в стоны и рычание. Профессор метался по кровати, все тело сотрясала крупная дрожь, а простыни были насквозь пропитаны потом и кровью. Повязка была сорвана, раны кровоточили, пачкая подушки.
С трудом сохраняя хладнокровие, Гермиона открыла чемоданчик для неотложной помощи. Названия многих препаратов она видела впервые, попытки почерпнуть на этикетках нужную информацию не увенчались успехом. Глаза уже слезились, руки дрожали… в душе поднималась паника. Отчаявшись, Гермиона выхватила палочку и крикнула первое, что пришло в голову:
- Акцио Обезболивающее! – и к ее удивлению, в руку ей скользнул флакон из темного стекла, доза была указана фломастером на этикетке бабушкиной рукой с пометкой В/В (внутривенно). Отыскав шприц, Гермиона метнулась к Снейпу… - Профессор, пожалуйста… я сейчас, только дайте мне помочь вам, – казалось, что мужчина ее не слышал, поэтому девушке пришлось навалиться на него всем телом.
Поражаясь тому, как быстро ей удалось попасть в вену, она осторожно ввела лекарство. Не зная как еще облегчить его страдания, обессилив от борьбы, Гермиона положила голову ему на грудь и разрыдалась, шепча непрерывно, как мантру:
– Пожалуйста, профессор, я только хочу вам помочь… только помочь… - через несколько минут крики зельевара сменились стонами, а еще через какое-то время, Гермиона поняла, что он уснул.
С трудом отстраняясь от Снейпа, на негнущихся ногах Гермиона отошла к креслу - ночь обещала быть длинной. Она не собиралась спать, выпив Бодрящее зелье, которое Снейпу все равно без надобности. Гермиона принялась изучать содержимое бабушкиного чемоданчика: обезболивающие, противовоспалительные, сердечные и противошоковые средства; препараты для наркоза, физраствор, шовный материал, даже нашатырь; шприцы разного калибра, капельницы, прибор для прямого переливания крови и прочее.
Затем последовала очередь дедушкиного стерилизатора с инструментами.
Старательно борясь со сном, Гермиона штудировала учебник по хирургии – там было все, что нужно, просто и с картинками. Это же учебник для студентов – дедушка последние годы преподавал в медицинском колледже.
- Я смогу. Нужно что-то делать, или он умрет не приходя в сознание от потери крови или от инфекции. Пусть он потом убьет меня, если пожелает, но я попытаюсь… - говорила сама себе Гермиона.
Не теряя времени, она начала готовить профессора к операции.
Трансфигурировав старое кресло в длинный стол, Гермиона левитировала на него все еще спящего Снейпа, чтобы не лицезреть нижнее белье Мастера зелий, она прикрыла его простыней. Подготовив все необходимые инструменты и препараты, Гермиона приступила к наркозу. Поскольку Снейп был практически без сознания, она мысленно молилась, чтобы местной анестезии хватило – общего наркоза он точно не переживет. Содрогаясь от мысли, что его придется еще и привязать (не все под наркозом ведут себя мирно).
Как бы Гермиона ни старалась сохранить спокойствие, но руки предательски дрожали, ноги подкашивались, а из глаз текли слезы. Наложив следящие чары, чтобы знать о состоянии пациента без приборов жизнеобеспечения, девушка приступила к обработке раны. Глядя на жуткого вида инструментарий, она все еще думала о том, как ей хватит мужества применить все это на живом человеке, причем не просто на человеке, а на таком как Снейп.
«Будь он в сознании, превратил бы меня в жабу, прежде чем бы я успела взять в руки шприц» - эта мысль ее немного развеселила, и Гермиона смело взялась воплощать задуманное, периодически сверяясь с учебником: очистить рану и удалить омертвевшие участки тканей.
Осознав, что наркоз действует и профессор точно ничего не чувствует, Гермиона принялась срезать скальпелем лоскуты кожи вокруг раны, открывая обзор на более глубокие повреждения.
Когда раны были очищены, гриффиндорка наконец смогла увидеть масштаб увечий: мышцы, сосуды, гортань и трахея пострадали намного сильнее, чем могло показаться на первый взгляд.
«Наверняка будут проблемы с приемом пищи, а уж говорить он точно сможет очень не скоро…» - сделала вывод девушка.
Следуя инструкциям, прибавив наркоза, Гермиона принялась осторожно сшивать пострадавшие ткани, трахею, где были сквозные отверстия от зубов змеи, мышцы, кожу, послойно обрабатывая все это безобразие противовоспалительными и антибактериальными растворами.
Уже почти падая от усталости, волшебница молилась, чтобы хватило наркоза и шелковых ниток, которые уходили, казалось, в неимоверном количестве.
Сосредоточившись на выполняемой работе, она потеряла счет времени. Операция длилась не менее трех часов.
Обработав и перевязав рану, Гермиона вернула профессора в его постель, которая теперь сияла чистотой, благодаря магии. Повесив над его головой капельницу с глюкозой, девушка бессильно опустилась в кресло, послужившее ей операционным столом, и мгновенно уснула. Снов не было.
Практически сразу (как ей показалось), ее разбудил слабый стон профессора Снейпа.
Через мгновение она уже была на ногах, склоняясь у его изголовья. При дневном свете Гермиона наконец-то заметила как он исхудал и постарел: лицо зельевара было бледным и осунувшимся, под глазами залегли тени, губы потрескались… даже волосы, кажется, подернула седина…
Повязка на шее оставалась чистой – рана не кровоточила. Убрав уже ставшую ненужной капельницу, Гермиона склонилась над ним, осматривая результаты проделанной за ночь работы, ее волосы коснулись щеки профессора.
Удовлетворенная состоянием швов (кажется их было больше сотни), Гермиона не сразу заметила, что профессор пришел в сознание.
Впавшие черные глаза на мгновение встретились с карими, девушка вскрикнула от неожиданности и отшатнулась, опрокинув стоявший позади столик с инструментами, который так и остался стоять посреди комнаты после вчерашних трудов. Груда покрытых спекшейся кровью металлических предметов с грохотом рассыпалась по полу. Ликвидировав последствия своей неосторожности палочкой, Гермиона снова подошла к пациенту.
- Профессор Снейп, вам нельзя говорить, поэтому, если вам что-то нужно моргните два раза.
С трудом сфокусировав зрение, Снейп не сразу понял смысл сказанного, но через мгновение с трудом моргнул дважды, пытаясь облизать пересохшие губы. Язык не слушался и скреб во рту как наждачка, ощущая привкус крови.
- Вы хотите пить? – догадалась Гермиона. Зельевар снова моргнул.
Гермиона наколдовала стакан воды. Осторожно приподнимая затылок профессора, девушка стала вливать ему в рот воду небольшими порциями, каждый раз ожидая, когда он проглотит.
Каждый глоток для Снейпа становился испытанием: он задерживал дыхание и морщился, глаза слезились.
– Потерпите, профессор, скоро вам будет лучше, я позабочусь о вас… И, осторожнее с повязкой – рана еще не зажила, – Гермиона провела рукой по его щеке, убирая волосы от лица, а затем вышла прихватив с собой стерилизатор с инструментами, которые срочно требовали помывки.
========== Глава 5 В лабиринтах памяти. ========== Северус Снейп с трудом пытался вспомнить, что произошло с ним за последнее время, и сколько вообще прошло времени?
Смутные образы: Лорд Волдеморт… палочка, змея… жгучая боль… слабость… Гарри Поттер… - жив ли он? А вдруг сын Лили погиб, так и не победив Лорда. Гермиона…
Она знает, что случилось, он спросит ее, когда сможет. Почему она здесь?
Сначала он понял, что умирает, увидел зеленые глаза Гарри и извлек воспоминания, самое ценное, что было в его никчемной жизни – память о Лили… свет померк, стало холодно.
Потом он пришел в себя в пустой хижине, в луже собственной крови, извиваясь как червь от жгучей разрывающей на части боли… Он был там совсем один и его крики были бесполезны…
Северус помнил, как умолял о смерти, чтобы только прекратить боль, которая была страшнее сотни круциатусов, казалось его молитвы достигли цели… мир снова погрузился во тьму…
Во тьме он, кажется, различал голоса: Гарри… Гермиона? Или ему это показалось?
Снова боль, снова голос, который успокаивал, давал надежду… он не один, кому-то не все равно, кому-то он нужен…
Когда он слышал ее голос, боль отступала. А теперь, открыв глаза, он увидел склонившуюся над ним кудрявую головку Гермионы Грейнджер – Гриффиндорской зубрилки. Снова услышал ее голос, это она была с ним все время?
У нее очень встревоженный вид, глаза влажные и покрасневшие, она плакала? Выглядит неважно… Почему она здесь с ним. Почему она так взволнована – из-за смерти Гарри или из-за него Северуса Снейпа? Нет! Точно не из-за него… Ведь он – предатель, Упивающийся Смертью, убийца Дамблдора… он не заслужил ничего кроме смерти, поэтому его бросили умирать от ран в заброшенной хижине на пыльном полу, где никто не найдет и не поможет – он заслужил именно такой смерти! Даже сына Лили спасти не смог, хоть и обещал…
«Она испугалась меня? Сказала, что говорить нельзя. Что ж, поверю на слово. Что это за ужасные приспособления, которые она уронила? На них кровь, много крови… моей? Мерлин великий, что же ей пришлось сделать со всем этим. со мной… Пить хочется неимоверно. Она спрашивает, хочу ли я пить – догадалась… молодец».
Почувствовав живительную влагу, ощущая на себе заботливые руки своей ученицы, Северус наконец-то осознал, что он жив. Надолго ли? Откинувшись на подушки, он сосредоточился на своих ощущениях:
«Так. Я определенно в постели, а не на полу, но… практически раздет, холодно… Глотать невыносимо больно, говорить… лучше пока забыть об этом… Все тело как ватное, слабость… мышцы и кости ноют, как будто по нему протоптался табун кентавров. Шея болит, как будто кто-то пытается поковырять там вилкой, но уже терпимо».
Где же они находятся? Северус попытался повернуть голову, чтобы осмотреться. Резкая боль, пронзила шею и, тяжело дыша, он оставил эти попытки.
Гермиона уже вернулась, и теперь неотрывно следила за его действиями, нервно ерзая на краешке старого кресла. Гермиона, кажется, поняла о чем он думал, - уж не владеет ли она лигилименцией?
- Мы на втором этаже в Визжащей хижине, профессор Снейп. Вы были без сознания почти двое суток, потеряли много крови. Мы все подумали, что вы умерли. Когда все закончилось, Гарри послал меня сюда за вами… за вашим телом… Сегодня будут хоронить остальных погибших. Когда я пришла, то поняла, что вы живы, что мы зря вас тут бросили… Простите… - она снова разрыдалась. - Я перенесла вас наверх, вы бы не пережили аппарации куда-то еще. Мне пришлось сказать профессору МакГонагалл, что вы мертвы, и предоставить доказательства… иначе вас бы осудили и отдали Дементорам, как Пожирателя Смерти. Чтобы подтвердить вашу смерть, нам пришлось отдать ей вашу волшебную палочку, мантию и наши воспоминания о нападении Нагайны… этого хватило. Гарри предположил, что ваше тело забрал Люциус Малфой, так как тот знал, что вы здесь. Простите, сэр, но у нас не было выбора. Гарри сказал, что сделает все возможное, чтобы вас оправдали…. Посмертно… - Гермиона старалась сдерживать слезы, но у нее не получалось.
От услышанного у Северуса Снейпа закружилась голова. Девочка солгала своему декану, что он мертв, а сама теперь возится с ним здесь, рискуя жизнью и репутацией, скрывает преступника… Он снова посмотрел на нее, ожидая продолжения.
- После того, что здесь произошло, Гарри посмотрел ваши воспоминания в омуте п