Новый и совершенно неожиданный ракурс феномена Битлз.
Давайте-ка теперь поговорим о таланте. В России, где Битлы были, да, пожалуй, и остаются одной из самых чтимых икон в красном уголке сознания "каждого интеллигентного человека", всегда считалось, что Битлы просто не могли не стать The Beatles, ибо были они, выражаясь интеллигентным языком, "невъебенно талантливы". Ну, насчет невъебенности я судить не берусь, так как с Битлами близко знаком не был, а вот насчет талантливости мы вполне можем поговорить. Итак, были ли Битлз талантливы? То, что определенными способностями они обладали, никто, я думаю, отрицать не будет. Одно лишь то, что они попали в шапито к такому человеку как Джордж Мартин, о чем-то да говорит. Тут, правда, необходимо подчеркнуть, что речь идет о Джордже Мартине образца до 1965 года, до того, как он покинул EMI и отдался тому, к чему лежала его душа, то-есть продюсерству как мы его понимаем. До 1965 года задачи и круг интересов товарища Мартина были несколько другими. В его шапито до появления там Битлов было уже немало кукольного народца. О многих из них, как ни печально об этом говорить, мы ничего не знаем, ибо – "не вышло". Карта не легла. Имея дело с такой тонкой материей как музыка, товарищ Мартин счастливым образом одновременно был напрочь лишен глупых сантиментов в обращении с людьми.
Возвращаясь же к теме талантливости, я вынужден заметить, что штука это чрезвычайно относительная. Если к тому же учесть, что относительность эта, согласно старой английской поговорке, накладывается на тот неоспоримый факт, что "tastes differ", то и вовсе каша какая-то выходит. Одному нравится одно, другому – другое, а третьему так и вообще ничего не нравится. Вот на мой вкус, который, может быть, и похуже, чем у товарища Мартина, но тоже неплох, в смысле сценичности и всего, что с этим связано, тот же Мик Джаггер смотрится несопоставимо лучше малоподвижного и однообразно кивающего головой Пола Маккартни, в музыкальном смысле песенка Роллинг Стоунз "Энджи" стоит гораздо выше всего, написанного Битлами, а если мы заведем речь о символах, то символом 60-х, символом rock'a и Рока по-справедливости должна была бы стать запись "We Gotta Get Out Of This Place" группы The Animals, а отнюдь не слащавые песенки сэра Пола и сэра Джона. Если мы углубим тему и перейдем на другой уровень – кинематографический, то каждому, кто видел фильм "Performance" с тем же Миком Джаггером в главной роли, ясно, что это – Кино, а фильмы с участием Битлов это не кино вовсе, а невообразимая любительщина и дилетантщина, преподносимая к тому же с неуместным апломбом. Но. Но, скажем мы, и повторим – но. Есть такой критерий талантливости, как успешность. Критерий этот особенно любим либералами всего мира. О, эта незабываемая сентенция: "Почему ты такой бедный, если ты такой умный?" Если Битлы преуспели, значит они талантливы. Точка.
Ну, что ж… У нас есть, что на это возразить. Дело в том, что в картине мира, написанной уже в постбитловскую эпоху, отсутствует один фрагмент, одна мелочь, что и неудивительно. Ведь эта мелочь – это тот самый scrupulus, тот самый камешек, что "выньте из моего башмака". Идти ведь невозможно. В "истории Битлз" есть одно тщательно затушевывемое и тщательно скрываемое обстоятельство – дело в том, что Битлз были не одиноки. У них был двойник.
Имя двойника – Gerry and the Pacemakers. Штука в том, что у Брайана Эпштейна была еще одна группа. Штука в том, что давая Мартину на прослушивание запись Битлов, Эпштейн дал ему и запись Джерри. Штука в том, что вечером того дня, когда он повел Джорджа Мартина в "Пещеру" (так назывался ливерпульский клуб, где частенько выступали Битлз), чтобы показать товарец лицом, то после показа он повел охмуряемого Мартина (Боже, знал бы он во что лезет!) на соседнюю улицу и показал ему выступавших в подвале "Джерри и его Иноходцев". Штука в том, что прослушивание в Парлофоне было устроено не только для Битлов, но и для Джерри, штука в том, что контракт был подписан между Парлофоном с одной стороны и Битлз и Джерри с другой, штука в том, что Джерри со своими делателями пейсов играл ровно ту же музыку, что и Битлз, штука в том, что в те же месяцы, когда Битлз проходили стажировку в Гамбурге, там же, в тех же кабаках, пели-играли и их друзья-соперники, штука в том, что, когда в мае 1963 года с подачи Мартина Битлз отправились в турне с Роем Орбисоном, в то же турне отправились и Джерри und его Pacemakerы и перед выходом на авансцену очкастого Роя они занимались развлечением почтенной публики поочередно с Битлз. Да и выглядели они точно так же, как и Битлз. Близнецы-братья.
Здесь сверху – Битлз, а внизу Джерри. Или сверху Джерри, а снизу Битлз. Сам черт не разберет. Хотя одно отличие уж точно было. И отличие это заключалось в том, что Gerry and the Pacemakers именно в смысле успешности выглядели гораздо предпочтительнее Битлов. До сих пор, как неоспоримое свидетельство талантливости Битлов, преподносится тот факт, что первые три их сингла заняли соответственно семнадцатое, первое, первое места в обновляемых еженедельно чартах популярной музыки. Показатель этот действительно выглядит неплохо. Смотря, правда, с чем сравнивать. Дело в том, что три первых сингла Gerry and the Pacemakers, которые Парлофон выпускал одновременно с Битловскими, заняли первые места. Рекорд этот был побит только через 21(!) год. Когда третий сингл Джерри вновь занял первое место, то он, проходя мимо Леннона, сидевшего в оффисе Брайана Эпштейна, язвительно заметил: "Вот что значит быть второй группой у Брайана", очевидно намекая на то, что первая группа – это они, джерревцы. На эту тонкую шутку друга-соперника Леннон злобно ответил в том смысле, что музыка, исполняемая джерревцами – это "bubblegum junk". Отношения в кукольном театре, как видно, были исключительно теплыми.
Джордж Мартин, будучи в высшей степени серьезным человеком, ничего не оставлял на волю случая. В проекте под названием "The Beatles" не могло быть никаких неожиданностей. Все детали проекта должны были быть взаимозаменяемыми. Работа велась с английской тщательностью. Очевидно, что до какого-то момента было даже неясно кто чей дублер. Битлы стали The Beatles только в тот момент, когда было принято решение, что именно они появятся на экранах телевизоров во время концерта в Палладиуме. До этого момента соперники шли ноздря в ноздрю. Почему Битлы? Не знаю… Может быть в нужный момент у Джерри заболел живот, он слег и проиграл свое Ватерлоо. Может быть все было еще проще: "Ну не нравишься ты мне, не нравишься!" Лично я думаю, что все дело было в названии уже сложившихся к тому времени образов. У товарища Мартина всегда был хороший вкус, а Beatlemania по всякому звучит куда лучше, чем Gerrymania. Как бы то ни было, в путешествие из пушки на Луну отправились Битлы.
27 августа 1967 года Брайан Эпштейн был найден мертвым в спальне собственного дома. Рядом с кроватью валялся пустой пузырек от снотворного. Коронер, прибыший на место, по окончании осмотра заявил: "Самоубийство." Однако через несколько дней в официальном заключении о смерти, несмотря на то, что при вскрытии было обнаружено, что перед смертью Эпштейн принял "overdose" из снотворного, антидепрессанта и бромида, было написано, что "причиной смерти явился несчастный случай". Может быть и так. Человек нечаянно выпил пузырек снотворного. С кем не бывает… Тем более, что товарищу Эпштейну это было нетрудно сделать – рядом с его кроватью было найдено семь пузырьков со снотворным и барбитуратами, восемь пузырьков стояло на полке в ванной комнате, и еще два находились в его "дипломате". Но, воля ваша, а меня что-то беспокоит в этой картине, что-то в ней не так, какое-то внутреннее несоответствие, какая-то невыносимо фальшивая нота. Попробуем разобраться.
Человеку для того, чтобы посредством то ли самоубийства, то ли "несчастного случая", добровольно уйти из жизни, нужны ведь очень веские причины. Или, во всяком случае, причины, которые хотя бы в его глазах выглядят таковыми. Взглянем же на жизненные обстоятельства товарища Эпштейна. В 1967 году ему было 32 года, он был, как выражается официальный летописец житий Битлз Хантер Дэвис – "comletely happy and fulfilled", он был "good-looking", он был "charming", он был "popular" и, главное, он был "rich". Заметим, что слово "богатый" в данном случае не совсем верно отражает реальность, Брайан Эпштейн был миллионером в фунтах стерлингов, и это в те времена, когда купленный им роскошный дом в Кингсли Хилл стоил 25000 фунтов. Чтобы вернее понять кем был сын торговца мебелью и владелец магазина грампластинок до встречи с Джорджем Мартином и кем он стал, давайте представим себе следующую сценку, произошедшую в 1965 году. Брайан Эпштейн, сидя в кабинете своего оффиса в компании нескольких друзей и сотрудников, со смехом что-то рассказывает почтительно внимающим ему слушателям. В это время на столе одного из сотрудников звонит телефон. Звонят из Америки. Сотрудник говорит, что у мистера Эпштейна сейчас совещание и пусть звонящие изложат свою проблему ему. Проблема излагается. Оказывается, что звонят с американского телевидения, где снимается сериал с популярной тогда Люсиль Болл, и по сценарию рыжая Люсиль должна будет пройти по Пикадилли и на углу разминуться с Битлзами. Это все. Как посмотрит мистер Эпштейн на возможность того, что сьемочная группа вылетит в Англию и снимет этот крошечный эпизод? Сотрудник стучит в дверь кабинета, приоткрывает ее и говорит: "Прошу прощения, но тут звонят из Америки и хотят то-то и то-то." "Не сейчас, – не поворачиваясь, недовольно говорит Брайан, – скажи им, что у меня важное совещание, пусть позвонят попозже." Сотрудник, вернувшись к телефону, передает им то, что ему поручено. Американцы настаивают, говоря, что дело срочное, что от Битлов не потребуется никаких усилий, что весь эпизод займет меньше минуты и что они готовы заплатить сто тысяч долларов. Ошарашенный сотрудник вновь идет в кабинет, извиняется и говорит: "Брайан, они хотят знать ответ прямо сейчас и они предлагают…" тут он пишет сумму на клочке бумаги и показывает Эпштейну. Тот взрывается: "Скажи им, чтобы они не трудились меня беспокоить. НЕТ, НЕТ, НЕТ, НЕТ!" Позже сотрудник, которого звали Дон Блэк, тараща глаза, говорил: "Он отказался от ста тысяч, как от чашки чая!"
Beatles – самая знаменитая и успешная рок-группа ХХ века, и это не только мнение ее поклонников, за них говорят цифры. Вот лишь некоторые из них.
В 2004 году журнал Rolling Stone назвал 500 лучших песен всех времен и народов и больше всего в этом списке песен Beatles - 23.
Четвертый альбом группы - «Beatles For Sale» - дебютировал на первом месте британского хит-парада и оставался на вершине 11 недель из 46, проведенных в первой двадцатке. До сих пор повторить этот успех никто не смог.
А седьмой альбом - «Revolver» - оказался на первом месте в рейтинге 100 лучших альбомов в истории рок-н-ролла, по версии телеканала VH-1.
В 1964 году Beatles удерживали за собой всю пятерку первых мест в рейтинге синглов Billboard. Они оказались единственной группой, которая смогла установить подобный рекорд, пишет сайт dailyshow.ru.
Во время гастролей в Америке Beatles дважды выступили в телепрограмме «Шоу Эда Салливана», собрав рекордное в истории телевидения количество зрителей — 73 миллиона (40 % населения США в то время). Этот рекорд тоже до сих пор никем не побит.