Режим берсеркера в реальной жизни. Кто же такие берсерки?
"Слово берсерк образовано от старонорвежского berserkr, что означает либо «медвежья шкура» либо «без рубашки» (корень ber- может означать как «медведь», так и «голый»; -serkr означает «шкура», «шёлк» (ткань))." (с) Вики
Так же я не неоднократно встречал упоминание неких "Ульфсарков" - воинов в волчьих шкурах.
Возможно, я не прав, но берсерки - это воины, облаченные именно в шкуру медведя
что за анимеха в начале?
Времена изменились
Дичь, смех и тоска — сериалы из Норвегии
Норвежские сериалы вы узнаете сразу. Здесь не боятся скользких тем — герои могут подолгу ходить в туалет, их может тошнить, они не стесняются рассказывать друг другу о физиологических проблемах. И если датчане и шведы предпочитают снимать мрачные фильмы в жанре нуар, то норвежцы в своих сериалах и фильмах постоянно прикалываются и смеются над собой, даже когда говорят на серьёзные темы. А ещё — все норвежские сериалы безумно красивы — горы, фьорды, реки и, конечно, много снега.
Давайте посмотрим на несколько странных сериалов из Норвегии, вдруг вы подберёте себе что-нибудь интересное или, вообще, влюбитесь в норвежское кино.
Адский фьорд (Hellfjord) | Кинопоиск | Трейлер
Если хотите вкусить норвежскую дичь — смотрите «Адский фьорд». Непутёвого полицейского по имени Салмандер ссылают в дальние земли — здесь ему придётся работать в окружении местных жителей, которые не любят чужаков. К тому же в озере обитает чудовище, а градообразующим предприятием — рыбным заводом — управляет мутный швед, который точно замешан в чём-то нелегальном.
Салмандер побывает в норвежской тюрьме, подружится с местным шерифом Коббой и попытается расследовать чёрные дела, которые творятся в городе. В общем «Типа крутые легавые», только жёстче.
Полицейский по имени Магнус — непутёвый парень. Зато он умеет гримироваться в кого угодно и мастерить трансформеров из диванов и кресел. Жаль, что на работе его таланты не ценят и не поручают серьёзных расследований. Правда, у Магнуса наклюнулось интересное дело — в городке происходит что-то странное, можно даже сказать потустороннее.
Этот сериал не только дикий, но ещё и сюрреалистичный. После того как вы посмотрите первую серию — ваш мир уже не будет прежним. Норвежцы не стесняются пихать в свои фильмы отсылки к национальному фольклору, даже наоборот, чем больше троллей и гоблинов — тем круче. К тому же режиссёры обращаются с фольклорными персонажами вольготно и заставляют их творить полную дичь.
На этом сериале можно немного отдохнуть от диких сюжетных ходов, ведь это совместная работа американцев и норвежцев, и американцы явно привнесли в сериал порядок. Речь идёт о гангстере, который переезжает в маленький норвежский город по программе защиты свидетелей — он сдал своих и теперь вынужден скрываться. Проблема в том, что у гангстера не сильно получается жить обычной норвежской жизнью, ему хочется нелегально торговать алкоголем, устраивать покерные вечера и давать взятки — в общем, парень тоскует по свободе.
Главную роль здесь исполнил актёр из сериала «Клан Сопрано», но если «Сопрано» был сериалом серьёзным, то «Лиллехаммер» это скорее лёгкий стёб, но сделанный без дичи. Сюжет про нового человека из другой культуры заезжен донельзя, но в случае с «Лиллехаммером» получился удачный баланс комедии и драмы.
Хит норвежского сериалпрома — сериал посмотрели более миллиона норвежцев, это много, учитывая, что всего в стране живёт пять. Норвежцы на всякий случай сняли сериал в двух версиях — на норвежском и на английском. Главные герои сериала — викинги, они живут в 8 веке и ведут обычную жизнь: рубят головы врагам, совершают набеги на соседей и грабят беззащитных.
В отличие от серьёзных «Викингов» — в «Северянах» сплошной стёб. Викинги разговаривают друг с другом уважительно и даже оставляют в живых пленного римлянина Руфуса — должен же кто-то развлекать варваров. При том что сериал комедийный, снят он красиво — тут и корабли викингов, и оружие, и набеги.
Пришельцы из прошлого (Beforeigners) | Кинопоиск | Трейлер
Этот сериал поднимает серьёзную тему — что делать, когда в страну массово попадают чужаки. Причём не какие-то иностранцы, а собственные граждане, просто из прошлого. В один из дней из моря начинают выходить жители каменного века и викинги. Все они не понимают куда попали и с трудом интегрируются в жизнь современной Норвегии. Пришельцам приходится работать курьерами, правда, некоторые пробиваются наверх — например, в полицию.
Сериал скреплён сюжетом о том, как двум напарникам, современному полицейскому и жительнице эпохи викингов, предстоит вести совместное расследование. Общая серьёзность разбавлена множеством неловких ситуаций, происходящих между напарниками. А ещё — тут есть потрясающая сцена, в которой Тор доставляет суши, падает с велосипеда и рассыпает рыбу с рисом по земле.
Добро пожаловать в Утмарк (Welcome to Utmark) | Кинопоиск | Трейлер (на норвежском)
Норвегия — богатейшая страна мира. Государственный фонд благосостояния составляет 1 300 000 000 000 долларов или 250 000 в пересчёте на одного жителя. Об этом сообщает один из героев этого сериала, прежде чем потребовать деньги от своего соседа за нанесённый ущерб.
«Утмарк» — это тяжёлый драматический сериал, сказывается то, что хоть действие и происходит в Норвегии, но снимал его исландский режиссёр, а сценарий писал датчанин. В этом сериале показаны отношения между людьми в норвежской деревне. Отношения эти не очень хорошие, у людей жизнь складывается несладко — они пьют, изменяют и занимаются нелегальным бизнесом.
Местный полицейский вытягивает редких туристов из болота и ругает за неосмотрительность, при этом вся его жизнь — такое же болото — карточные долги и никаких перспектив.
Несмотря на внешнее благоустройство — у всех жителей есть дом, одежда и еда — жизнь в Утмарке тосклива, а жители поголовно несчастны. Выхода нет, единственное, что остаётся для поднятия настроения — посмотреть что-нибудь смешное по телевизору. Например, норвежский сериал.
Слежу за новинками кино в телеграм канале
Викинги. Сотворение мира
Скандинавы считали, что в центре Вселенной находится исполинский вечнозеленый ясень Иггдрасиль, ветви которого объемлют небеса и соединяют миры богов, ледяных великанов, огненных великанов, эльфов, гномов, людей и царство мертвых. О происхождении Иггдрасиля и его будущности в мифах ничего не сказано, его существование разумелось само собой и полагалось, по-видимому, вечным. Однако при этом Иггдрасиль не упоминается в скандинавской космогонии, где мир творится в результате взаимодействия враждебных друг другу сил. В начале времен было всего два мира: огненный Муспель на юге и ледяной Нифльхейм на севере. Между ними лежала зияющая бездна Гиннунгагап. Там, где жар Муспеля встречался со льдом Нифльхейма, лед таял и капал. От тепла в каплях пробуждалась жизнь, и они превратились в великана, имя которому было Имир. Пока Имир спал, из пота у него подмышкой образовались еще два великана, мужчина и женщина, а одна его нога родила от другой сына. Таким образом Имир положил начало расе ледяных великанов. Лед продолжал таять, и появилась корова. Ее звали Аудумла. Она насыщалась лизанием соленого льда, а четыре молочные реки, текшие из ее сосцов, питали Имира.
От тепла ее языка изо льда появился еще один великан по имени Бури. Огромный, сильный и прекрасный, он произвел на свет сына по имени Бёр: о матери не сообщается ничего, но ею была, по-видимому, ледяная великанша, поскольку тогда в мире только они и жили – не считая Аудумлы. Бёр взял в жены Бестлу, дочь ледяного великана Бельторна, и у них родились три сына: Один, Вили и Ве – первые боги. Один с братьями убили Имира и сделали из его тела землю, а из крови – океан и установили над землей его череп, создав таким образом небо. Затем боги поймали несколько искр и горячих углей, вылетевших из Муспеля, и поместили на небо освещать небеса и землю. Также они посадили на небо темную великаншу Нотт (ночь) и ее прекрасного светлоликого сына по имени Даг (день), чтобы они друг за другом объезжали мир раз в 24 часа, и прекрасных брата и сестру по имени Мани (луна) и Суль (солнце). Теперь по их передвижениям можно было исчислять дни, месяцы и годы.
Боги сотворили мир в виде огромного круга. Область по периферии они отдали великанам. Это страна звалась Йотунхейм, и там великаны строили планы мести за убийство Имира. В середине боги из ресниц Имира построили для защиты от враждебных йотунов крепость, окруженную водами океана. Назвали ее Мидгард, то есть «Срединная земля». Наконец, боги взяли мозг Имира и разбросали по небу – так получились облака. На этом с утилизацией Имира покончили. Гуляя по берегу только что созданного океана, Один, Вили и Ве нашли два древесных ствола и вырезали двух первых людей, назвав мужчину Аск (ясень), а женщину Эмбла (вяз), и от этих первых произошло все человечество. Аску и Эмбле отдали на жительство Мидгард. Создав людей, боги занялись строительством собственного царства – Асгарда – небесного города высоко над Мидгардом, к которому присовокупили огненный радужный мост Биврёст, соединивший два царства, чтобы боги могли ездить к людям. О том, давно ли, по верованиям викингов, происходили эти события, мифология не сообщает. Как большинство дописьменных народов, викинги не имели точных методов датировки, и любые события, произошедшие не на памяти живущих, вероятно, существовали в некоем подобии Времени сновидений австралийских аборигенов.
Эйнхерии – гвардия Асгарда
В скандинавской культуре эйнхерии – павшие в битве воины, души которых валькирии перенесли в Вальхаллу. Этимологически речь идет о древнеисландском слове «einherjar» (в единственном числе – «einheri»), однако на сегодняшний день не существует ни одной лингвистической теории, которая могла бы объяснить его происхождение и значение. То есть мы не знаем, что значит слово эйнхерий.
В эддических текстах эйнхериями называют только погибших воинов, то есть при жизни человек при всем желании не может быть записан в воинство Всеотца. При этом после гибели на поле боя он попадал либо к Одину, либо к Фрейе, они делили души павших поровну. Что интересно – в скандинавском эпосе нет объяснений, по каким критериям происходит отбор. Известно, что эйнхериями становились лишь те, кого забрал Один. Души, которые попадали к Фрейе, отправлялись в ее чертог, который назывался Фольквангр.
Важный момент – количество эйнхериев строго ограничено. В Старшей Эдде (песнь «Прорицание Вёльвы») на этот счет есть прямое указание: в кровавый час Рагнарёк Один поведет в битву свое воинство, при этом через каждую из 540 дверей Вальхаллы пройдет по 800 эйнхериев. В сумме получается 432 тысячи. И хотя это вовсе не значит, что Вальхалла не способна вместить в себя большее число эйнхериев, маловероятной выглядит ситуации, что кто-то из них останется в Залах Одина в последний день мира.
Загробная жизнь эйнхериев
В Эддах говорится, что воины Вальхаллы каждый день выходят на битву и каждый вечер мирно пируют. Нет прямых упоминаний о том, что эйнхерии сражаются с каким-то внешним врагом, так что речь может идти о тренировочных спаррингах. При этом даже самые жестокие раны эйнхериев всегда затягиваются, иными словами они потенциально бессмертны.
Эйнхерии пьют мёд, который течет из вымени козы Хейдрун. Неизвестно, какими свойствами обладает этот напиток и справедливо ли отнести его к числу алкогольных. Едят эйнхерии мясо, которое принадлежит волшебному вепрю по имени Сехримнир. Сехримнира каждый вечер готовит главный повар Асгарда, Андхримнир. Особенность вепря заключается даже не в том, что он способен прокормить почти полмиллиона воинов. Каждый вечер Сехримнира съедают, но каждое утро он вновь оживает, целый и невредимый (очевидная аналогия – козлы Тора, но козлы «вставали» лишь после освящения Мьёльниром).
Вальхаллу справедливо назвать раем для скандинавских воинов, так что стать эйнхерием, вероятно, мечтал каждый из них. Но здесь существует ряд специфических критериев. К примеру, в некоторых источниках говорится следующее: чтобы воин был принят в эйнхерии, валькирии должны найти его убитым, но не выпустившим оружия из рук. В традиционных эддических текстах такого упоминания нет. Зато в Старшей Эдде говорится, что в Вальхалле мёд эйнхериям подносят именно валькирии, и вместе они составляют свиту Одина. При этом валькирии не служат эйнхериям, вероятно, они обладают равным статусом и об этом говорит в том числе тот факт, что и валькирии и эйнхерии будут вместе биться во время Рагнарёка.
Эйнхерии, хьяднинги, асгардрейден
Многие исследователи ассоциируют эйнхериев с хьяднингами. Хьяднинги – это воины двух враждующих конунгов Хедина и Хёгни (впервые этот сюжет упоминается в Младшей Эдде). По легенде, дочь Хёгни (она же – супруга Хедина) по имени Хильд («битва») каждую ночь воскрешает погибших (с обеих сторон), чтобы они могли продолжить бой. Хильд в этом мифе называется валькирией. Все это действительно сближает образы эйнхериев и хьяднингов (более подробно об этом сопоставительном анализе можно прочесть в работах О. Хёфлера).
Зачастую эйнхериев также сравнивают с хариями (в оригинале – «harii»), которых неоднократно упоминает Тацит (вообще это германское племя, но римский историк порой метафорически называет их воинами-призраками, наводящими ужас на врагов). В германских мифах присутствует армия мертвых/призраков, которая движется по небу под водительством Вотана, как предзнаменование великого кровопролития. Позже в европейском фольклоре эта армия получила название Дикая Охота, а в Скандинавии воинство Одина стали называть асгардрейден (этимология слова не выяснена). И на самом деле, здесь сложно сказать – кто у кого заимствовал. То есть очевидно, что средневековая культура скандинавов во многом «выросла» из культуры ранних германцев, но затем некоторые фольклорные элементы очевидным образом просачивались обратно на юг, формируя новые мифологические наслоения.
Некоторые исследователи (например, уже упомянутый О. Хёфлер) предполагают, что вопрос об эйнхериях сложнее, чем кажется. Возможно, что в мифах о воинах Вальхаллы скрыто указание на воинские братства или культы древних германцев и скандинавов. В пользу этой теории говорит тот же Тацит, описывающий «воинов-волков», плюс многочисленная археология с изображениями оборотней, а также воинские суб-культуры викингов, известные как берсерки и вульфхеднары. Тем не мене, хотя эти версии выглядят логично, на данный момент они выступают лишь гипотезами.
Бальдр Прекрасный:миф об умирающем боге
Бальдр Прекрасный:
миф об умирающем боге в интеркультурном контексте.
Опыт деконструкции и художественного мета-анализа
Бальдр Прекрасный – младший сын Одина, один из самых часто упоминаемых персонажей Старшей Эдды. В Младшей Эдде Снорри Стурлусон пишет, что Бальдр был «самым добрым, самым мудрым и самым честным из асов». Также Стурлусон отмечает, что скандинавы сравнивают Бальдра с растением, известным как дикая ромашка, и называют это растение Челом Бальдра (вид Tripleurospermum inodorum, Трёхрёберник продырявленный).
Самый известный миф, связанный с Бальдром, это миф о его гибели, ставшей первым событием в цепи обстоятельств, приведших в итоге к Рагнарёку, уничтожению мира. Наиболее подробно этот миф описан в Стурлусоновой Эдде, хотя есть много текстов, так или иначе ссылающихся на него или описывающих отдельные фрагменты (среди них саги Старшей Эдды – «Прорицание Вёльвы» и «Сны Бальдра»).
Оригинальный эддический миф о Бальдре
Согласно этому мифу, Бальдр очень боялся смерти, и в какой-то момент увидел ее во сне. А так как его сны всегда сбывались, он поспешил предупредить об этом свою мать – Фригг, супругу Одина. Тогда Фригг взяла нерушимую клятву с каждого предмета в мире – живого и неживого – что он не причинит Бальдру вреда (цитата из Младшей Эдды: «С огня и воды, с металлов бранных, камней и деревьев, болезней и ядов, птиц и зверей…»). Единственный предмет, с которого богиня не взяла клятву, это омела – взглянув на молодой побег, Фригг решила, что он слишком юн и безобиден.
Момент с омелой показателен, потому что в действительности под этой метафорой скрывается традиция, распространенная среди древних германцев и раннесредневековых скандинавов. Согласно этой традиции, молодые люди не имели права давать никаких клятв, потому что еще не обрели достаточно жизненного опыта и устойчивых взглядов на окружающий мир (по М. Каплану «Еще раз об омеле»).
Клятвы, взятые Фригг, сработали буквально – ни один предмет теперь не мог убить или хотя бы ранить Бальдра, он стал неуязвим. И асы быстро превратили это в развлечение – они стали бросать в Бальдра различные предметы, но они все время отскакивали, а бог лишь улыбался. Локи, будучи классическим трикстером, не мог пройти мимо этой ситуации, поэтому обернулся одной из служанок Фригг и пришел в ее покои. В разговоре с богиней Локи ненавязчиво увел тему в сторону Бальдра и выведал у Фригг, что она не взяла клятву с побега омелы. Причем в мифе упоминается конкретный побег – «что растет на западе от Вальхаллы».
Локи сорвал побег и по одной версии мифа сделал из него копье, по другой – стрелу (различные версии появились потому, что эддические тексты найдены в разных списках и так как у них были разные составители и переводчики, эти тексты зачастую сильно отличаются). Затем Локи дал эту стрелу-копье Хёду, брату Бальдра, слепому богу судьбы. До этого Хёд стоял в стороне и не принимал участие в развлечениях богов, потому что не видел Бальдра и не смог бы в него попасть. Но Локи вручил ему импровизированное оружие и сказал, что направит Хёда в нужную сторону. Хёд, который страстно желал принять участие в необычной забаве, сразу согласился.
По одной из версий, Хёд метнул омеловое копье в Бальдра, по другой – он лишь держал лук, а тетиву с омеловой стрелой натягивал Локи. Так или иначе, но омеловый прут поразил Бальдра и он умер. Многие упускают этот момент, но в мифе также упоминается, что Один и другие асы по какой-то причине не могли наказать Хёда сами. Для этого Всеотец и «принцесса с востока» Ринд зачали ребенка, который вырос за один день. Его назвали Вали и он довольно часто упоминается в эддических текстах, однако везде прямо говорится, что он был рожден с конкретной целью – убить Хёда. Что он и сделал в первый же день своей жизни.
Еще важно отметить, что во всех списках Старшей Эдды Локи не связывают со смертью Бальдра, поэтому вполне вероятно, что это лишь более поздняя интерпретация мифа (возможно, вариант самого Стурлусона). По поводу смерти Бальдра в Младшей Эдде сказано: «Так величайшее несчастье стряслось для богов и людей». Тело Бальдра асы омыли и перенесли на его ладью, которая называлась Хрингхорни (в переводе с древнескандинавского – «с кольцом на форштевне»). Это была самая красивая и большая ладья во всем Асгарде, но она оказалась столь тяжела, что асы не сумели сдвинуть ее в воду. Для этого они пригласили великаншу Хюрроккин (в переводе «сморщенная от огня») и она легко столкнула ладью в море, при этом бревна, положенные под ладью, вспыхнули, а по всей земле прокатился грохот.
Когда о смерти Бальдра узнала его жена Нанна, у нее разорвалось сердце и она мгновенно умерла. Ее тело уложили рядом с телом мужа на ладью. Затем ладью подожгли и далее в Младшей Эдде присутствует любопытная фраза (цитата): «Тор освятил ладью Мьёльниром». До этого тот же оборот упоминается в мифе о путешествии Тора в Утгард, но там Тор освещает своих мертвых козлов, чтобы вернуть их к жизни. Соответственно, можно предположить, что могучий ас таким образом попытался вернуть брата из мертвых.
Эпизод с похоронами Бальдра в точно описывает ритуал похорон у скандинавов. Тело умершего укладывалось в корабль/лодку, вместе с ним туда же укладывались предметы одежды, доспехи и оружие. Затем корабль отталкивали от берега и поджигали. Более поздний вариант этого ритуала – когда умершего хоронили в земле (при этом тоже в лодке), а место захоронения огораживали камнями, выкладывая их в форме корабля.
В описании похорон Бальдра есть еще два коротких эпизода. Первый – во время ритуала сожжения рядом пробегал темный альв Литур (в переводе – «цветной»), Тор пнул его ногой и тот погиб, угодив в огонь. С чем связан этот эпизод – неясно. Второй момент – перед тем, как ладья с Бальдром отчалила от берега, Один нагнулся к сыну и прошептал ему на ухо фразу, о которой также говорится в более древнем тексте «Речи Вафтруднира» из корпуса Старшей Эдды. Что именно сказал Один сыну – неизвестно, и на это указывает великан-мудрец Вафтруднир («Никто никогда не узнает, что шепнул ты сыну, на костре лежащему»). Возможно, этот эпизод указывает на сакральную часть ритуала погребения, сведения о которой до нас не дошли.
Один и Фригг, не в силах примириться со смертью Бальдра, посылают в мир мертвых Хельхейм другого своего сына Хермода Храброго. Хермод отправляется в путешествие на Слейпнире, восьминогом скакуне Одина. Он пересекает мост Гьялларбру («золотой мост»), переброшенный через реку Гьёлль, что отделяет Нифльхейм от Хельхейма. Затем проезжает через Железный Лес Ярнвид, в котором родился Гарм и народ троллей, и оказывается в Хельхейме. Хермод рассказывает Хель, что проститься с Бальдром пришли даже инеистые великаны, столь любим он был всеми живущими. Хель ответила, что если Бальдра действительно любили все, то каждый сейчас проливает по нему слезы, и если это правда – она вернет сына Одина в мир живых.
Хель взглянула на Девять Миров и увидела, что каждое живое существо плачет по Бальдру. Каждое, кроме великанши Трекк (имя с древнескандинавского переводится как «благодарность»). Хель показал Трекк Хермоду и сказала, что не может отпустить Бальдра. При этом в Младшей Эдде на этот счет говорится: «Люди полагают, будто то был Локи» (имеется ввиду великанша Трекк). Однако нет никаких указаний на то, что трикстер действительно причастен к этой ситуации.
Хермод забирает у Бальдра (который воссоединился в Хельхейме со своей женой Нанной) магическое кольцо Драупнир, которое Один вложил в ладонь сына на погребальной ладье. Хермод передает это кольцо Всеотцу, как доказательство того, что он действительно был в Хельхейме и видел Бальдра. И тут важно отметить один момент – Один посылает Хермода в Хель лишь после того, как тело Бальдра сожжено. То есть, вероятно, в посмертный мир, как полагали скандинавы, может попасть лишь надлежащим образом погребенный человек. Это согласуется с мифами о драугах – восставших мертвецах, которые в ряде случаев восстают как раз потому, чтобы не были правильно похоронены.
Еще один знаковый момент – Бальдр с женой попадают не Вальхаллу к Одину и не в Фольквангр к Фрейе, а именно в Хель. Согласно эддическим текстам, Хельхейм – удел тех, кто умер от старости или болезни. Тех же, кто погиб в битве или иным образом, но при этом вел достойную жизнь, ждут чертоги Асгарда. Отсюда неясно, почему же Бальдр попал именно к Хель? С другой стороны, когда Хермод встречает его, Бальдр вовсе не опечален своей гибелью, он улыбается, обнимая Нанну, то есть вполне вероятно, что посмертная жизнь в Хельхейме не так уж плоха.
По оригинальному эддическому мифу после гибели Бальдра начинается Фимбульвинтер (в переводе – «великанская зима»), а все миры Иггдрасиля охватывают хаос и войны. После финальной битвы на равнине Вигрид, когда Сурт сжигает Вселенную, Бальдр и Хёд возвращаются из мира мертвых и примиряются. Вместе с сыновьями Тора Моди и Магни, а также с двумя смертными Лив и Ливтрасир они будут строить новый мир.
Другие версии мифа о Бальдре
В «Деяниях данов» Саксона Грамматика этот миф рассказывается иначе, причем Грамматик утверждает, что это исторический факт. По этой версии, Бальдр и Хетеус соперничали за руку Нанны, дочери короля Норвегии. Так как Бальдр был по этой версии полубогом, Грамматик говорит, что обычная сталь не могла причинить ему вреда. Кроме того, на стороне Бальдра сражались Один и Тор. Тем не менее, Хетеусу каким-то образом удается победить Бальдра в эпической битве и тот сбегает. А Хетеус берет Нанну в жены.
Через много лет Бальдр и Хетеус вновь встречаются на поле битвы, и Бальдр был уверен, что в этот раз победит своего давнего соперника. Однако тот был вооружен магическим мечом, который дал ему Мимир, по этой версии – лесной сатир. Меч назывался Мистилтейн, что в переводе означает «омела». Хетеус наносит Бальдру смертельную рану и спустя три дня ужасных мук тот умирает. Также по этой версии Бальдр не был сожжен, его похоронили в кургане, выложив по периметру камни в форме корабля.
Гибель Бальдра упоминается в трех условно-исторических хрониках (условно – потому что в полной мере подтвердить их истинность мы не можем). Это Хроник Летренс («Lejrekrøniken»), Анналес Лунденс («Lundeårbogen») и так называемая Утрехтсткая запись. Все три текста приводят разные варианты этой истории, но во всех трех Бальдр в итоге умирает.
Миф об умирающем боге – аналогии в других культурах
Миф о Бальдре – традиционный не только для европейских, но также для азиатских культур древности. Этот тип мифа в культурологии называют «миф об умирающем боге». Сюжет его прост – всеми любимый бог или полубог в результате трагических (либо коварных) событий погибает, а затем так или иначе возвращается к жизни, что приводит к концептуальным переменам в мире смертных. В случае с Бальдром все довольно масштабно – с его гибелью фактически гибнет весь мир, а с его возвращение из мертвых мир также возрождается.
Первая очевидная аналогия – греческий миф о Дионисе, боге плодородия. Согласно этому мифу, Дионис был растерзан титанами, но затем вернулся в мир живых еще сильнее, чем был, по одной из версий после перерождения он даже получает трон Зевса. С этим мифом связано огромное количество ритуалов, которые проводились в Аргосе, Тенедосе и десятках других городов Древней Греции. Оригинальный миф подробно описывается в Орфических мистериях, а в Тенедосе во время празднования возрождения Диониса бог призывался священным гимном и принимал образ свирепого быка, который наводил ужас на врагов.
Другой греческий миф об умирающем боге (более поздний) – это миф об Адонисе. Адонис – сын Кинира и Смирны, бог красоты и чувственных наслаждений. Этот миф имеет несколько версий, но ключевые моменты сходны – Адонис был убит на охоте магическим вепрем (образ которого, по одной версии принял Арес, по другой – Персефона). Затем Афродита, влюбленная в Адониса, спускается в подземный мир и возвращает его. По другой версии это делает Артемида. Также есть вариант мифа, в котором Адонис изначально воспитывался Персефоной, потому что Афродита принесла его в подземный мир, боясь, что Кинир по какой-то причине убьет сына. Персефона полюбила Адониса, и когда Афродита пришла забрать его, Персефона отказалась. Суд богов вершил этот спор и в итоге Зевс решил, что полгода Адонис будет жить с Персефоной, а вторую половину года – с Афродитой.
Аналогичный римский миф – история о гибели Вакха, который у римлян был полным аналогом Дионса, то есть отвечал за плодородие и виноделие, был известен своей красотой и воинским искусством. По этому мифу Вакха разрывают чудовища, жарят его тело на огне и съедают. Однако через три дня Вакх воскресает в образе Загрея («Великого охотника») и повергает своих врагов. Под именем Бакхос он известен в Лидии (Малая Азия), где существует аналогичный миф об убитом и воскресшем боге.
У сирийцев и финикийцев аналогом Диониса-Бахуса выступал Таммуз. У этих народов есть аналогичный миф о гибели Таммуза, ради воскрешения которого его возлюбленная Иштар спускается в подземный мир и возвращает его. Миф о Таммузе и Иштар в различных версиях был известен в Аккаде и Вавилоне. Варианты мифа отличаются нюансами, но суть всегда одна – Таммуз погибает, но затем возвращается и мир смертных переживает новое рождение.
Аналогичный миф существовал и в Персии, в рамках зороастрийского культа огнепоклонников. По этому мифу, бог света Митра гибнет от рук Ахура-Мазды, но затем возрождается и для смертных начинается новая эра добра и справедливости (пока Митра мертв, миром правит жестокий Ахура-Мазда и это время характеризуется как период хаоса и тьмы).
Наконец, нельзя не вспомнить древнеегипетский миф об Осирисе. Его гибель различается в разных вариантах мифа, но почти всегда его убивает Сет, один из верховных богов Гилиополиса, который приходится Осирису братом (прямая аналогия с Бальдром и Хёдом, которые также были братьями). В дальнейшем Исида воскрешает Осириса, но мир смертных наследует не сам Осирис, а его сын – справедливый солнечный сокол Гор. С правлением Гора для Египта начинается период расцвета (после упадка в период правления Сета), а Осирис становится правителем дуата – посмертного мира, в который попадают все смертные.
Также можно вспомнить Телепина у хеттов, минойского Арес-Диониса, Сераписа у поздних эллинов, Ярило у славян и десятки других богов, которые умирали и возрождались, принося перерождение всему миру. Ну и само собой нельзя не упоминать христианского Иисуса, миф о смерти и воскресении которого очевидным образом навеян всеми этим гораздо более древними мифологическими сюжетами. И это лишь подтверждает, что Библия – сборник ибримских/иудейских мифов, но никак не религиозный или тем более исторический труд.
Интерпретация мифа об умирающем боге
Практически все современные исследователи (например, Д. Фрэзер в его работе «Золотая ветвь» и Д. Харрисон в книге «Prolegomena to the Study of Greek Religion») сходятся во мнении, что миф об умирающем боге закономерен для абсолютного большинства культур древности, потому что он отражает цикл сезонного перерождения природы. Для экваториальных регионов, не знающих суровой зимы, речь идет о циклах земледелия, а для Древнего Египта это очевидно цикл ежегодного разлива Нила, который удобрял пахотные земли и без которого был невозможен хороший урожай.
Есть еще один любопытный аспект. Во многих мифах об умирающем боге так или иначе присутствует цифра 3 – Бальдр возвращается через три года Фимбульвинтера, а Бахус возрождается на третий день после своей смерти. Причем по современному календарю Бахус умирает 21 декабря, а возрождается соответственно 24-о. И да, Иисус, как известно, тоже воскрес на третий день, и тоже в декабре (по новому стилю – 7 января). Этот факт легко объясним астрологическим явлением, которое сегодня мы называем Зимнее Солнцестояние.
Это явление начинается 20 или 21 декабря и заканчивается ровно через трое суток. До момента Зимнего Солнцестояния солнце каждый день встает над горизонтом все ниже и ниже, то есть условно опускается. После Солнцестояния солнце начинает подниматься, с каждым днем оно все выше над горизонтом. Но в эти три дня с 20-21 по 23-24 декабря оно висит строго на одной высоте. Соответственно, период до Зимнего Солнцестояния древние народы определяли как время условного упадка, постепенной гибели мира, а период после этого события – как всеобщее возрождение сил природы. Именно это событие как раз и отражено в метафоре об умирающем и восстающем боге. И отсюда же – цифра 3.
Диаметрально противоположной точкой для всех древних народов (славян, греков, кельтов) выступало Летнее Солнцестояние, соответственно происходящее с 20-21 по 23-24 июня. Это астрономическое событие также отмечено праздником во всех культурах (например – русальная неделя и Купала у славян).
Таким образом, миф о Бальдре Прекрасном действительно архитипичен для мировой культуры. У скандинавов он закономерно принял самобытную форму, и особенно ценен тем, что подробно описывает похоронный обряд той эпохи. Это яркий эпический сюжет, который наглядно демонстрирует непосредственную зависимость древних народов от природных циклов. Поэтому нет ничего удивительного в том, что эти циклы так или иначе обожествлялись и находили метафорическое отражение в локальных мифологических концепциях.
Хотя некоторые исследователи (например, Д. Мэллори) высказывают версию о том, что архитипичность мифа об умирающем боге обусловлена вовсе не циклами природы и астрономическими событиями. Согласно этой версии, некогда существовала единая индоевропейская культура с общим мифологическим базисом. Но после того, как индоевропейцы раскололись на отдельные народы, каждый из этих народов начал интерпретировать оригинальные сюжеты на собственный лад, что частично обуславливалось климатическими особенностями региона и историческими событиями.
На данный момент эта версия является гипотезой, так как подтвердить ее не представляется возможным. Однако нельзя отрицать, что в ней тоже есть рациональное зерно, и может статься, что возрождающийся Бальдр Прекрасный – это лишь воплощение какого-то гораздо более древнего божества, которое умирало и возвращалось мир уже под десятками имен.
Список литературы:
• Александр Корсун «Старшая Эдда. Древнеисландские песни о богах и героях».
• Александр Корсун «Старшая и младшая Эдда. Песнь о Нибелунгах. Беовульф».
• Merrill Kaplan «Once More on the Mistletoe».
• Hilda Davidson «Gods and Myths of Northern Europe».
• Siegfried Gutenbrunner «Die germanischen Götternamen der antiken Inschriften».
• Rudolf Simek «Dictionary of Northern Mythology».
• Thomas Calvin «An Anthology of German Literature».
• Tryggve Mettinger «The «Dying and Rising God»: A Survey of Research from Frazer to the Present Day».
• Джеймс Фрэзер «Золотая ветвь».
• Владимир Пропп «Русские аграрные праздники».
• Сергей Токарев «религия в истории народов мира».
• Елеазар Мелетинский «Мифы древнего мира в сравнительном освещении».
• Алексей Лосев «Античная мифология в ее историческом развитии».