Балтия, Конкуренция, Круглый стол, Образование и наука
«Золотым веком» балтийского единства стал период 1989-1994(5) годов. Необходимость выстраивания одной модели противостояния и сотрудничества с Россией и историческая память о событиях 1939-1940 годов объединяла лучше, чем любая формальная международная организация. Ренессанс в межбалтийском сотрудничестве связан с подготовкой к вступлению в ЕС и НАТО, что объективно требовало высокого уровня координации в экономике и политике.
При этом уже в конце девяностых «молочные», «рыбные» и прочие войны стали стандартным фоном межгосударственных экономических отношений в восточной части Балтики. Естественно то, что конкуренция, прежде всего, предопределена схожестью хозяйственной структуры. Роль транзита в экономике была унаследована от советского общего прошлого, но разве это относится только к этой отрасли?
В Эстонии текстильно-швейный сектор по значимости продолжает занимать одно из ведущих мест в экономике страны. В 90-е годы быстрыми темпами рос экспорт одежды и хлопчатобумажных тканей. В Литве текстильная и швейная промышленность, прошедшая модернизацию и полностью приватизированная, осталась важнейшей после сферы услуг и сельского хозяйства отраслью. Швейная промышленность Латвии менее развита, чем у соседей, но технологическая специализация, а также география экспорта во многом аналогична.
Географические и климатические особенности стран Балтии привели к закономерному результату — схожей сельскохозяйственной специализацией. Рост спроса на сельскохозяйственную продукцию, и прежде всего молоко, несколько снижает масштаб конкуренции, но не отменяет ее в стратегической перспективе.
Нельзя обойти вниманием и транзитную отрасль. Объем перевозок грузов между Россией и Эстонией в 2007 году снизился на 27% по сравнению с 2006 годом — до 26,4 млн. тонн. На первый взгляд это подтверждает версию о «политическом факторе». Но с другой стороны в 2007 году между Эстонией и Россией перевезено 5616 TEU, что на 83% больше, чем в 2006 году.
При этом объем перевозок железнодорожным транспортом между Россией и Латвией в 2007 году увеличился на 19,8% по сравнению с 2006 годом и составил 27,9 млн. тонн. Рост объемов достигнут по всем видам внешнеторговых перевозок: экспорт — на 19,6%; импорт — на 13,5%; транзит — на 17%. В общей структуре перевозок в 2007 году 91% приходится на экспорт российских грузов, 7% — на транзит и 2 % — на импорт.
Объем перевозок между Россией и Литвой в 2007 году увеличился еще больше — на 47% по сравнению с 2006 годом и составил 7,9 млн. тонн. Рост перевозок достигнут по всем видам внешнеторговых перевозок: экспорт — на 62,3%, импорт — на 25,5%, транзит — на 5,2%. В общей структуре перевозок в 2007 году 77% приходится на экспорт российских грузов, 20 % — на транзит и 3% — на импорт.
Приведенные цифры могут свидетельствовать (это, безусловно, дискуссионный вопрос) о перераспределении транзитных грузов между странами Балтии, а значит о конкуренции между ними.
Вместе с тем ограниченность внутренних рынков и общая направленность макроэкономических процессов в ЕС предопределяет сотрудничество в ряде областей. Прежде всего, речь идет об энергетике.
После получения независимости Латвией, Литвой и Эстонией в электроэнергетике каждой из этих стран сформировалась государственная вертикально интегрированная монополия ( Latvenergo в Латвии, Lietuvos Energija в Литве и Eesti Energia в Эстонии), которая сохранялась в 1990-е годы без принципиальных изменений.
Реструктуризация отрасли началась в Эстонии в 1998 году (Эстония и здесь оказалась впереди), в Литве и Латвии — в 2001 году. Произошло разделение естественно-монопольных и конкурентных функций, при этом характер подобного разделения и его правовые основы в трех странах заметно различаются.
Одним из условий принятия Литвы в Евросоюз, как известно, являлось закрытие Игналинской АЭС. Закрытие Игналинской АЭС означает качественное реформирование энергетики стран Балтии и предполагает строительство объекта способного, заменяя существующие мощности, отвечать критериям Киотского протокола, а также покрыть любое увеличение спроса в регионе в обозримой перспективе. В этом случае экономические критерии детерминируют партнерские отношения не только среди стран Балтии, но и подключение Польши и России (проблематика Калининграда).
Региональная конкурентоспособность для каждой из стран Балтии неизбежно будет «разводить» структуру хозяйственных комплексов. Не считая необходимым ставить вопрос об экономической идентичности Эстонии, Латвии, Литвы отметим, что дискуссия о «финском пути» как модели экономического развития Эстонии не лишена смысла. Литва столетиями идентифицируемая как центрально-европейская страна в своем развитии в 90-е годы удивительным образом повторила ключевые особенности польской трансформации. Эволюция экономики Латвии дала третий пример развития не «узко северный», но, конечно же, и не центрально-европейский.
И последнее. Для данного субрегиона велико влияние внешних факторов развития. К их числу, прежде всего, следует отнести влияние России как в политике, так и в экономике.