Галльская война Цезаря
Весной 58 года до н. э. Гай Юлий Цезарь стал наместником Галлии. К тому моменту на его счету были блестящая политическая карьера, честолюбие, а также огромные долги. Цезарь получил от сената право военного командования на пять лет, возможность набирать легионы и назначать по своему выбору помощников-легатов. Амбициозный политик уделял Галлии огромное место в своих планах, чему благоприятствовала сложившаяся здесь к тому моменту взрывоопасная ситуация.
Издревле страна была разделена на враждующие партии: во главе одной стояли могущественные арверны и их союзники секваны, во главе другой — эдуи. Положение арвернов сильно пошатнулось, когда в 121 году до н. э. они потерпели поражение от римлян. Эдуи же, заключившие союз с Римом, напротив, значительно упрочили свои позиции.
Около 63 года до н. э. эдуи вели войну с секванами за стратегически важный коридор, ведущий из долины Рейна к верховьям Роны. Секваны поначалу терпели поражения и привлекли к участию в войне 15 тысяч наёмников-германцев из племени свевов, которых возглавлял Ариовист. Германцы явились в Галлию из отдалённых земель за Рейном и имели репутацию храбрых и опытных воинов. В результате эдуи потерпели от них тяжёлое поражение в битве у Магетобриги (возможно, у современного Амажа в 75 км от Безансона). Секваны завладели спорными территориями и поселили здесь воинов Ариовиста, которые должны были играть роль пограничного буфера между ними и эдуями.
Вождь свевов, не ограничившись достигнутым, начал переводить через Рейн всё новые отряды германцев. Вскоре их численность здесь достигла 120 тысяч человек. Для их расселения Ариовист потребовал у секванов уступить ему часть их владений, а также начал отбирать земли у соседних галльских общин.
Статуя галльского воина из Вашера на юге Франции, I век н. э.
Гай Юлий Цезарь
Мнения галлов разделились. Одна партия, во главе которой стоял вождь эдуев Дивитиак, планировала обратиться за защитой к римлянам. Другая, возглавляемая братом Дивитиака эдуем Думноригом, а также секваном Кастиком, предлагала использовать против германцев помощь гельветов.
Это могущественное и богатое кельтское племя, жившее в северо-западной части современной Швейцарии, перед растущим натиском германцев задумало покинуть свои владения и обосноваться в юго-западной части Аквитании. С этой целью гельветы собрали большие запасы продовольствия и сожгли свои города и сёла.
Поскольку кратчайший путь к намеченным для поселений местам пролегал через территорию Нарбонской провинции, гельветы обратились в Рим с просьбой о свободном проходе. Римляне, лишь в 62–61 годах до н. э. подавившие в провинции восстание аллоброгов, опасались возобновления волнений и отказали им в просьбе. Гельветы попытались пробиться силой, но Цезарь, уже ранней весной 58 года до н. э. поспешивший выехать в провинцию, предпринял здесь ряд мер оборонительного характера.
Найдя путь через провинцию заблокированным, гельветы двинулись в обход — через области секванов и эдуев. Думнориг добился для них разрешения на свободный проход. Однако насилие, которое гельветы устроили в пути, отвратило эдуев в пользу партии Дивитиака. В качестве римского союзника тот обратился к Цезарю с просьбой о защите.
Цезарь поспешил ухватиться за удобный предлог для военных действий. В начале лета он перевёл через Альпы три легиона из Цизальпинской Галлии в дополнение к легиону, стоявшему на территории Нарбона. Кроме того, он набрал ещё два легиона добровольцев. Располагая теперь армией из шести легионов, т. е. 25–30 тысяч человек, Цезарь устремился вслед за гельветами.
6 июня 58 г. до н. э. он атаковал входивших в их состав тигуринов во время их переправы через Арар. Внезапная атака увенчалась успехом: галлы потерпели поражение и понесли большие потери. Постоянно преследуя противника, Цезарь через несколько дней смог навязать гельветам решающее сражение где-то вблизи столицы эдуев Бибракте, возможно, у современного Монмора. В начале боя гельветы смогли сильно потеснить римлян с их позиций, но затем военное счастье от них отвернулось. Сражение завершилось полной победой римлян. Около 80 тысяч гельветов и их союзников были убиты на поле боя, уцелевшие вынуждены были вернуться на места первоначального расселения и отстроить ранее разрушенные поселения.
После победы над гельветами Цезарь созвал в Бибракте общегалльское собрание, на котором представители наиболее влиятельных племён принесли ему жалобу на действия Ариовиста. На его приглашение прибыть в ставку Ариовист отказался, что подтвердило худшие подозрения в его адрес.
Вскоре Цезарю стало известно, что недавно прибывшие из-за Рейна гаруды опустошают пограничные земли эдуев, а на другом берегу реки стоят, ожидая переправы, громадные силы свевов. Стремясь предотвратить их соединение с основными силами Ариовиста, Цезарь в конце августа того же года выступил в поход. Ему удалось занять столицу секванов Везонтион (Безансон) прежде подхода к нему основных сил германцев. Ариовист ожидал приближения Цезаря в «Бургундских воротах» у современного Бельфора. Личная встреча военачальников не имела успеха. Ариовист отказался принять посредничество Цезаря и отверг его требования предоставить галлам свободу.
Несколько дней между противниками происходили лёгкие стычки. Решающее сражение состоялось 10 сентября 58 года до н. э. В начале боя германцам удалось потеснить римлян на одном из флангов, однако Цезарь своевременно ввёл резервы, что решило исход дела в его пользу. Около 80 тысяч германцев погибли на поле боя и во время бегства к берегу Рейна. Ариовист с немногими приближёнными успел переправиться через реку и спастись. Его дальнейшая участь неизвестна.
Кампания против Ариовиста
Римская победа над гельветами и Ариовистом серьёзно изменила политическую ситуацию в Галлии. Пальма первенства среди галльских племён перешла в руки эдуев и стоявшей за ними проримской партии. Жившие на севере Галлии белги были недовольны этими обстоятельствами. Они расторгли ранее заключённый с эдуями договор о дружбе и начали готовиться к войне.
Цезарь расценил приготовления белгов как угрозу для созданного им нового порядка. Весной 57 года до н. э. он набрал в Цизальпинской Галлии два новых легиона и со всеми бывшими при нём силами вторгся в Белгику. Ремы, жившие между Эной и Марной, заверили его в своей поддержке и предложили помощь. О своём нейтралитете заявили левки (Туль), медиоматрики (Мец) и жившие в долине Мозеля треверы.
Остальные белги, среди которых важнейшую роль играли белловаки (Бовэ), собрали ополчение численностью 300 тысяч человек. Эти громадные силы подступили к укреплённому лагерю Цезаря, который был разбит на холме на берегу Эна близ современного Краона. Прямой штурм лагеря затрудняло находившееся рядом болото. На его берегах происходили мелкие стычки.
Со временем белги стали испытывать нужду в припасах, их ополчение начало распадаться. Цезарь устремился в погоню за отступающими и преследовал их до Новиодуна в 3,5 км от современного Суассона. Устрашённые белги, одно племя за другим, начали выражать ему свою покорность. Нервии, попытавшиеся сопротивляться, были побеждены и полностью уничтожены в битве на реке Самбре. По утверждению Цезаря, из 60 тысяч мужчин, способных носить оружие, уцелело всего 500 человек, из 600 самых знатных сенаторов — только трое. Их гибель заставила признать римское господство атребатов (Артуа) и веромандуев (Вермандуа). Адуатуки, пытавшиеся обороняться у Намюра, потерпели жестокое поражение. После этого 33 тысячи побеждённых были проданы в рабство.
Одновременно с этой кампанией Публий Лициний Красс с одним легионом принял капитуляцию венетов, осисмов, кориозолитов, эзубиев и редонов в приморских областях Бретани. Так к концу лета 57 года до н. э. значительная часть Галлии признала господство римского оружия.
Зиму 57–56 годов до н. э. римские легионы провели в Галлии, расположившись на квартиры вдоль Луары. Весной против римлян выступили венеты (Морбиан), к которым присоединились покорённые в прошлом году приморские арморийские общины. Цезарь с основными силами вторгся в Арморику, а его легат Децим Брут во главе недавно построенного флота подчинил побережье и разбил на море корабли венетов. В наказание за сопротивление Цезарь приказал казнить весь сенат венетов, а пленных продать в рабство. Легат Цезаря Квинт Титурий Сабин с тремя легионами прошёл огнём и мечом по территории Нормандии вплоть до берега Сены, а Публий Красс с двенадцатью когортами подчинил территорию Аквитании от Гаронны до подножия Пиренеев. В решающем сражении ополчение аквитанов понесло такие потери, что из составлявших его 50 тысяч человек уцелела лишь четверть.
Осенью 56 года до н. э. сам Цезарь отправился в Белгику против моринов и менапиев, которые жили по реке Шельде и в низовьях Рейна. С его приближением варвары поспешили отступить в густые леса и болота. Римлянам пришлось прорубать широкие просеки и разбирать завалы на дорогах. Ограничившись грабежом жилищ и полей, Цезарь отдал войскам приказ возвращаться на зимние квартиры.
Белги против римлян
Зимой 55 года до н. э. германские племена узипетов и тенктеров, изгнанные со своей родины свевами, переправились через Рейн в нижнем его течении и нашли себе убежище в землях менапиев. Беженцы, которых, согласно римским сведениям насчитывалось 430 тысяч, обратились к Цезарю с просьбой наделить их землёй.
Цезарь стремился воспрепятствовать впредь неконтролируемым переправам германцев через Рейн и потому отвёл им всего три дня на то, чтобы вернуться назад. Затем, воспользовавшись в качестве предлога нападением отряда варваров на его фуражиров, он приказал задержать явившихся для переговоров вождей германцев, а солдатам отдал приказ вырезать всех людей, скопившихся в огромном лагере. Погибло множество народа, включая стариков, женщин и детей.
Не довольствуясь этим результатом, Цезарь решил предпринять поход за Рейн. По его приказу в районе нынешнего Кобленца, где река имеет 0,5 км в ширину, инженерные подразделения возвели деревянный мост. Прибрежные общины убиев заявили о своём подчинении, однако сугамбры, принявшие к себе уцелевших узипетов и тенктеров, предпочли удалиться вглубь своей страны. Свевы также очистили прибрежные области и отступили в чащу своих лесов. Цезарь не стал их преследовать, предав огню захваченные прибрежные поселения. На 18-й день похода его войска вернулись назад.
Поскольку Галлия сохраняла спокойствие, в августе 55 года до н. э. Цезарь решил предпринять экспедицию в Британию. В ней были использованы два легиона. Отогнав огнём метательных машин отряды варваров, Цезарь высадился и укрепился на берегу острова. Бритты отступали вглубь своей страны, умело ведя партизанскую войну и уничтожая отряды римлян, отдалявшиеся от берега. На 18-й день после высадки Цезарь отплыл обратно в Галлию. В июле 54 г. до н. э. последовала новая попытка вторжения, на этот раз силами четырёх легионов и 1800 галльских всадников, которые перевозились на 800 судах. Бритты вновь не приняли решающего сражения, а вместо этого отступали перед превосходящим их противником. Тем временем часть римских кораблей была разбита бурей. Из Галлии поступали плохие вести о назревавшем там восстании. Удовлетворившись получением заложников и формальным изъявлением покорности, 20 сентября 54 года до н. э. Цезарь вновь покинул остров.
Мост через Рейн
Экспедиции за Рейн и в Британию
Зимой 54–53 годов до н. э. галлы наконец осознали грозившую им опасность и начали действовать вместе. Римские войска, насчитывавшие шесть легионов, в это время находились на зимних квартирах в землях белгов. Заговорщики, среди которых решающую роль играли вождь треверов Индутиомар и вождь эбуронов Амбиориг, решили атаковать их по отдельности.
Восстание началось в округе эбуронов. Амбиориг со своими людьми напал на зимовавшие у Адуатуки (Тонгерен) 15 когорт, которыми командовали легаты Квинт Титурий Сабин и Луций Аврункулей Котта. Нападение оказалось для римлян полной неожиданностью, но они сумели отбить первый штурм восставших. Тогда Амбиориг, который до того считался верным союзником римлян, вызвал легатов на переговоры и пообещал им свободное отступление к своим. Когда римляне вышли за стены лагеря, галлы устроили им засаду на марше. Весь отряд был уничтожен.
После этого успеха восставшие осадили лагерь Квинта Цицерона на Самбре. Тот с трудом сумел отразить первое нападение и удержал лагерь до подхода на выручку Цезаря, зимовавшего с тремя легионами неподалёку в Самаробриве (Амьен). В последовавшем сражении 7 тысяч римских легионеров Цезаря обратили в бегство 60 тысяч галлов.
При известии об этом поражении восстание пошло на спад. Индутиомар, осадивший со своими треверами лагерь Тита Лабиена, дал втянуть себя в сражение до подхода переправившихся через Рейн германцев, потерпел поражение и был убит. После этого германцы вернулись к себе домой, а треверы покорились римскому оружию.
Весной 53 года до н. э. Цезарь восполнил убыль личного состава, набрав три новых легиона и получив от Помпея ещё один. С этими силами в ходе летней кампании он жестоко расправился с восставшими эбуронами, вновь усмирил Белгику и ещё раз переправился через Рейн, чтобы сполна наказать германцев. На зиму два его легиона разместились у границы треверов, два — у лингонов, а главная группировка, включавшая шесть легионов, — у Агединка (Санс), в землях недавно замирённых сенонов. Сам Цезарь выехал в Цизальпинскую Галлию, чтобы наблюдать за ходом событий в Риме.
За Галлию и Верцигеторикса.
Тем временем галлы вновь начали переговоры о всеобщем восстании. На первом этапе в нем участвовали племена, жившие в бассейнах Луары и Сены: аулерки, анды, туроны, парисии, сеноны, арверны, кадурки и лемовики. Во главе заговорщиков стоял вождь арвернов Верцингеториг. Это был талантливый и энергичный военачальник, в дальнейшем — грозный противник Цезаря. В заранее назначенный день 13 февраля 52 года до н. э. карнуты перебили в Кенабе (Орлеан) всех находившихся там римлян. Эта резня должна была послужить сигналом к общему выступлению. Общая численность восставших составляла 80 тысяч человек. Верцингеториг, взяв на себя командование частью союзнических войск, направился в область битуригов, которые после этого присоединились к восстанию. Другая армия, с сеноном Драппетом во главе, должна была заблокировать Тита Лабиена с его легионами в Агединке. Кадурк Луктерий с третьей армией вторгся в область рутенов, вольков-арекомиков и толосатов, угрожая Нарбонской провинции.
Положение Цезаря было крайне сложным. В конце февраля ему удалось отразить непосредственную угрозу Нарбону, после чего через страну, занятую восставшими, он прибыл в Агединк к зимовавшим там легионам. Отсюда Цезарь отправился к Кенабу, чтобы наказать карнутов за устроенную ими резню. Город был разграблен и сожжён, а все его жители — убиты.
После этого Цезарь перешёл Луару и вошёл в страну битуригов. Верцингеториг, используя свой перевес в коннице, перешёл к тактике партизанской войны. Галлы сами сожгли несколько десятков своих городов и селений, чтобы лишить противника продовольствия. Они пощадили лишь Аварик (Бурж), столицу битуригов, красивейший город Галлии, стоявший на пересечении важнейших торговых путей. Цезарь осадил Аварик и взял город после тяжёлой осады, продолжавшейся 25 дней. В наказание за сопротивление солдаты перебили всех его жителей. Из 40 тысяч человек уцелело лишь 500, успевших добраться до галльского лагеря.
Переоценив значение этой победы, в апреле 52 года до н. э. Цезарь решил перейти в наступление, разделив свои силы. Тит Лабиен с четырьмя легионами был направлен в земли сенонов и парисиев, чтобы нарушить сообщение между восставшими и удерживать в повиновении белгов. Сам Цезарь с шестью легионами двинулся к столице восставших Герговии. Город находился на высоком холме, Верцингеториг перекрыл все подступы к стенам.
Пока продолжалась осада Герговии, начались волнения среди эдуев, все эти годы хранивших верность Риму. Если бы эдуи примкнули к восстанию, войска Лабиена, осаждавшие в это время Лутецию (Париж), оказались бы отрезаны от своих главных сил. Чтобы не допустить такого поворота событий, Цезарь вынужден был снять осаду Герговии, предприняв перед уходом неудачную попытку штурма. Римляне были отбиты от стен и понесли большие потери. Это поражение подтолкнуло эдуев заключить союз с Верцингеторигом, поскольку в его руки, среди прочих трофеев, попали и заложники, обеспечивавшие верность своих общин союзу с римлянами. После этого восстание в Галлии приобрело всеобщий характер.
Измена эдуев отрезала Цезаря от Нарбонской провинции. Для организации её обороны сил было недостаточно, поэтому Цезарь принял решение соединиться с Лабиеном и вместе отступить на юг. Последний, узнав о его неудаче, отказался от осады Лутеции и отступил в Агединк, где в июле 52 года до н. э. соединился с пришедшим туда Цезарем. Выступив по направлению к Нарбонской провинции, римская армия на марше подверглась атаке конницы Верцингеторига, однако в разыгравшемся затем сражении набранные Цезарем германские всадники опрокинули и рассеяли галлов.
Теперь уже сам Верцингеториг был вынужден отступать в область мандубиев и искать убежище в стенах их столицы Алезии, осаде которой будет посвящена отдельная статья.
Отрывок
"31 августа. Вместе с минометчиками ранним утром двинулся дальше. Шли тем самым полем, на котором вчера свирепствовал бой.
Весь путь до деревни и через нее- запружен: перемешались на большаке подразделения и нашей и соседней дивизии. Враг откатился.Проходим Алферово. Деревня не только сожжена, она вспахана снарядами! Черные обломки вокруг. Зола и пепел. Спаленная ботва огородов. Разбитые танки, немецкие и наши… Воронки одна в другой. После апреля под Фомином не видел подобного.По большаку поднимаемся вверх. На носилках, под шинелью – раненый. Санитары не могли донести его до места. Раненый дрожит, мы успокаиваем: за нами идут повозки санчасти. А что делать с ним сейчас? Перевязали ногу ниже колена.Прошли ещё немного: воронка, и в ней вперемежку с убитыми – живые. Их шесть, у всех почему-то перебиты ноги. Едва стонут.Здесь же лежит девушка. Волосы разметаны. Старшина медицинской службы. Кое-как перевязываем ее и солдат и идем дальше.Разбитый танк. Около него обгорелый танкист. А под танком, с другой стороны, - еще один. Видать, хотел укрыться, но мина ударила рядом. Он так и застыл в позе спрятавшегося под танк. Стою перед ним – не могу глаз отвести. Не успел спрятаться…Гитлеровцы начинают пристреливать дорогу. Сворачиваю в сторону. Вхожу в кустарник, вижу: в неглубокой ячейке четверо бронебойщиков приникли к своим длинным ружьям. Окликаю, молчат. Подошел ближе, оказывается, мертвые…"А. Лесин «Была война»
На фотографии ниже, та самая бывшая деревня Алфёрова весной. Наш отряд не однократно проводил там поисковые экспедиции. Найденные нами останки погибших на этом поле были захоронены на мемориале "Гнездиловская высота"Ещё больше информации мы публикуем у нас в телеграмм канале t.me/opolchenec1941 по всем вопросам пишите нам.
Отрывок
"МЫ В ГЕРМАНИИ. ВОКРУГ НАС ЖЁНЫ И ДЕТИ, ОТЦЫ И МАТЕРИ ТЕХ СОЛДАТ, КОТОРЫЕ ЕЩЁ ВЧЕРА ШЛИ НА НАС С ОРУЖИЕМ В РУКАХ.
Совсем недавно эти люди в панике бежали, заслышав о приближении советских войск. Теперь никто не бежал. Все убедились в лживости фашистской пропаганды. Все поняли, что советского солдата бояться нечего. Он не обидит. Наоборот, защитит слабого, поможет обездоленному. Фашизм принёс немецкому народу позор, несчастье, моральное падение в глазах всего человечества. Но гуманен и благороден советский солдат. Он протянул руку помощи всем, кто был ослеплён и обманут. И это очень скоро поняли немцы. Стоило войскам остановиться на привал, как у походных солдатских кухонь появлялись голодные немецкие детишки. А потом подходили и взрослые. Чувствовали, что советские солдаты поделятся всем, что они имеют, поделятся с русской щедростью и с отзывчивостью людей, много испытавших и научившихся понимать и ценить жизнь."
© Константин Рокоссовский "Солдатский долг"
Война за кастильское наследство. Португалия против Арагона. Часть 1
В 1454 году скончался Хуан II Кастильский, оставив трёх детей от двух браков: наследовавший ему Энрике IV (1425—1474) от первого брака с Марией Арагонской, Изабеллу (1451—1504) и Альфонсо (1453—1468) от второго брака с Изабеллой Португальской.
В 1440 году Энрике женился на Бланке Наваррской, которая после 13 лет бездетного брака обвинила мужа в неисполнении супружеских обязанностей и на этом основании добилась расторжения брака. Современниками это объяснялось несостоятельностью Энрике как мужчины, за что он был прозван Бес-сильным. В 1455 году, вскоре после вступления на престол, он женился на португальской инфанте - Жуане Португальской. Энрике IV с самого начала своего правления проявил себя как слабый и нерешительный король, не пользующийся уважением знати. В 1462 году стало известно о беременности королевы. Сразу же после рождения Хуаны Бельтранехи, первой и единственной дочери Энрике IV, ей был присвоен титул принцессы Астурийской. Одновременно с этим возник слух, что новорожденная, на самом деле, является дочерью всем известного любовника королевы - Бельтрана де ла Куэва, в связи с чем Хуана и получила своё прозвище, под которым вошла в историю. Тем не менее, кортесы объявили наследницей престола Хуану, а её права признали сводные брат и сестра Энрике IV — Изабелла и Альфонсо. С этим решением короля были согласны не все — некоторые аристократы считали верными слухи о незаконном происхождении Хуаны, другие желали устранения Бельтрана. В 1464 году под давлением знати король отнял титул у Хуаны, который был передан его сводному брату Альфонсо ,при этом инфант должен был обещать жениться на Бельтранехе, за что получал титул принца Астурийского и становился наследником престола. В следующем году в Авиле собрались заговорщики, которые объявили Альфонсо королем. Начавшиеся в след за этим волнения закончились так как в возрасте 14 лет Альфонсо скоропостижно скончался. Причина смерти неизвестна, но, вероятно, это была такая болезнь, как чахотка или чума (хотя ходили слухи, что он был намеренно отравлен своими врагами).
После смерти Альфонсо восставшие объявили Изабеллу, сестру Энрике IV, новой претенденткой на трон. Однако вместо продолжения гражданской войны Изабелла предпочла вести переговоры с Энрике IV. Вскоре было достигнуто предварительное соглашение, которое должно было положить конец гражданской войне. Оно было задокументировано в договоре от 18 сентября 1468 года. По договору исключительные права на кастильский трон признавались за королём, а Изабелла становилась его наследницей, получив титул принцессы Астурийской и большие дары. Также она могла выйти замуж только с согласия короля, который, однако, не мог заставить Изабеллу выйти замуж против её воли. Наконец, Хуана, дочь короля, лишалась всех прав на наследование трона в связи с аннулированием брака Энрике с её матерью. Протесты королевы, требовавшей сохранения прав своей дочери, оказались не услышанными.
В 1469 году Изабелла находилась в Оканье, в ожидании согласия на её брак либо с герцогом Беррийским, братом короля Франции, либо с королём Португалии, Афонсу V . Оба кандидата отвечали требованиям Энрике к потенциальному мужу Изабеллы, поскольку первый находился слишком далеко, а второй был слишком стар, чтобы можно было ожидать потомства от этого брака.
В этих условиях Хуан II , кароль Арагона, начал тайные переговоры с кастильской знатью о заключении брака Изабеллы со своим сыном Фернандо. Ему удалось привлечь на свою сторону архиепископа Толедского и некоторых других представителей знати.19 октября 1469 года был заключён брак между наследниками Кастилии и Арагона. Как только Энрике узнал об этих событиях, он решил передать право наследования своей дочери. Делегация его сестры, которая прибыла принести ему извинения и заверения в верности, не получила ответа.
Однако возможности у короля повлиять на ситуацию уже не было. Обильная раздача земель и титулов не успокаивала ситуацию в стране, бароны воевали между собой, игнорируя власть короля.
Только 25 ноября 1470 года, Хуана была объявлена наследницей престола Королевства Кастилия.
Тем не менее, у Изабеллы были влиятельные сторонники — папа Сикст IV, утвердивший её брак специальной буллой, и влиятельное семейство Мендоса.
Поскольку Энрике не смог найти достойного мужа для своей дочери, в 1473 году он вступил в переговоры с Изабеллой, а в начале следующего года даже согласился встретиться с Фернандо. Однако этот слабый король не был в состоянии последовательно придерживаться одной политики, и к моменту его смерти, его наследницей, согласно его воле, продолжала оставаться Хуана.
После смерти Энрике IV в 1474 году 12-летняя Хуана обосновалась в Торо, а 30 мая 1475 года был заключен её брак с 43-летним королём Афонсу V, кандидатура которого была предложена её сторонниками. В декабре 1474 года Изабелла, которая в момент смерти брата находилась в Сеговии, была торжественно провозглашена королевой.
В этот период Франция и Арагон находились в состоянии затяжного конфликта за контроль над Серданьей, Руссильоном и за владения в Италии.
В июне 1474 года французские войска вторглись в Руссильон, вынудив противника отступить. В связи с возможностью того, что наследник Арагона может стать королём Кастилии, король Франции Людовик XI в сентябре 1475 года объявил себя сторонником Хуаны. Одновременно с этим Франция вела войну с Бургундией, что теоретически могло бы привести герцога бургундии Карла Смелого в ряды союзников Изабеллы, однако этого не произошло.
Англия также в это время вела непродолжительную войну с Францией, однако 29 августа того же года конфликт удалось решить дипломатически. Эдуард 4, король Англии, в обмен на крупные выплаты денег, согласился на девятилетнее перемирие и удалился на родину.
Королевство Наварра было ослаблено гражданской войной , что было отражением попыток Франции и Арагона установить контроль над этой страной.
Наконец, Гранадский эмират остался нейтральным, несмотря на усилия Португалии, после того как эмир Абуль-Хасан Али ибн Сад 17 ноября 1475 года подписал договор с Фернандо и Изабеллой.
По этому договору он обещал оказать помощь против Хуаны в районе Кордовы.
Внутри Португалии не было единогласной поддержки интервенции. Против выступали влиятельные придворные , которые предрекали катастрофу в результате вторжения. Принц Жуан, имевший значительное влияние на государственные дела, поддержал отца против Изабеллы.
Активные действия начались в середине марта 1475 года, когда жители Алькараса восстали против маркиза Вильена, протестуя против утраты свободного статуса своего города.
Обратившись к Фернандо, они получили обещание, что город будет находиться в прямом подчинении от короны.
В то время как король направил к городу 300 копий во главе с епископом Авилы Алонсо де Фонсекаой, а из Сьюдад-Реаля на помощь спешил Родриго Манрике командир гарнизона Мартин де Гусман устроил в городе террор в ожидании подкреплений.
Маркиз собрал в Андалусии с помощью друзей и родственников 2000 копий, однако в результате неумелых манёвров Альфонсо де Фонсека вступил в город. Столь показательная готовность новых монархов оказать помощь восставшим против своих сеньоров произвела большое впечатление. Окончательно город перешёл в руки католических королей 10 мая, когда сдался Мартин де Гусман.
Кавалерия спецназа ГРУ
Автор: Евгений Норин.
Спецназ ГРУ в Афганистане демонстрировал блестящие боевые качества. Разведчики специального назначения регулярно наносили очень болезненные удары исламским партизанам. При этом условия, в которых шли боевые действия, были мало похожи на те, к которым бригады спецназа готовились в СССР. Афганистан – очень специфическая страна сама по себе, но вдобавок, уже внутри Афгана существуют разные зоны с непохожими условиями, разной тактикой действий противника, разным характером операций. Поэтому шаблонов эта война не терпела, а офицерам и солдатам приходилось импровизировать. Многие отряды спецназа выработали свой специфический «почерк». Где-то предпочитали патрулирование на вертолетах, другие практиковали рейды на трофейных «тойотах» и «симургах», для маскировки одевая бойцов по-местному – благо, в Афганистане много таджиков и узбеков, а с ними в Советской армии проблем не было. Это касалось и отдельных «фишек», вроде самодельных пик из заточенной арматуры, которые в одном из отрядов использовали вместо ножей для бесшумных действий ночью. Но едва ли не дальше всех пошел майор Игорь Стодеревский, офицер 154-го отряда.
Как часто бывает, к оригинальности вынудило сочетание нужды с изобретательностью. Отряд Стодеревского вступил на территорию Афганистана в 1981 году. Отряд успешно воевал против «басмачей» на севере страны. Отряд воевал неплохо и заставил душманов серьезно сбавить активность в своей зоне ответственности. Но Стодеревского раздражал один момент. На той территории, где воевал его отряд, была развитая ирригационная система – читай, местность повсюду пересекали арыки. Иногда это были небольшие канавки, но иной раз – рукотворные речки двухметровой ширины. Транспорт в этом оросительном лабиринте быстро застревал, и преследование душманов становилось трудным делом.
Однако решение пришло к Стодеревскому быстро. Во-первых, он – сын офицера – с детства увлекался верховой ездой, отлично ездил на лошади сам и представлял себе возможности животных. Во-вторых, во время операций у душманов часто захватывали лошадей, причем не крестьянских коняшек, а хороших верховых животных, натренированных не бояться выстрелов и взрывов и выполнять специфические команды – скажем, ложиться по команде, даже под огнем. Это, кстати, был не только способ спрятать лошадь – это был старый, жестокий, но эффективный прием, когда конь превращался в живой бруствер.
Стодеревский имел довольно много лошадей в отряде – их пристраивали ко всякого рода хозяйственным работам на базе. Теперь он распорядился сформировать кавалерийский взвод в 16 «сабель». Кадры набирали в основном из бойцов среднеазиатского происхождения – во-первых, оттуда было больше призывников, имевших опыт обращения с животными, а во-вторых, таджики и узбеки хорошо могли сойти за своих.
Конный взвод быстро вышел на тропу войны. Идея оказалась отличной: кавалерийский взвод позволял и быстрее выходить к району засады, и успешнее преследовать противника. А однажды кавалерийскому взводу удалась блестящая операция «под чужим флагом».
Рота спецназа вела марш ночью вдоль арыка. В полукилометре впереди шел головной дозор из одетых по-местному среднеазиатских спецназовцев. В какой-то момент они столкнулись с группой вооруженных боевиков. Те окликнули наездников – солдаты ответили по-узбекски.
Душманы сообщили, что сзади идут «шурави» и попросили поскорее уходить. Для некоторых из них этот акт взаимовыручки стал последним, поскольку кавалеристы немедленно открыли огонь с дуэльной дистанции и опрокинули засаду. Как только подошли основные силы роты, моджахеды, полностью деморализованные, обратились в бегство. Спецназовская кавалерия, как и идущая сзади пехота, потерь не имела.
К сожалению, эту импровизацию разрушил генерал армии Ахромеев, прилетевший в часть с инспекцией. Генерал приказал передать коней в народное хозяйство Афганистана, а взвод, соответственно, пришлось расформировать.
Интересно, что идею конного подразделения спецназа в Афганистане позднее «переизобрели» американцы. В 2001 году отряд спецназа армии США из оперативной группы «Кинжал» действовал на севере Афганистана именно в конном строю: иной транспорт просто не проходил везде, где требовалось. Схожие проблемы вызывают схожие решения.
Автор: Евгений Норин (@NorinEA).
Подпишись, чтобы не пропустить новые интересные посты!
Отрывок
"– Милая моя Родина! Плачет твой сын! Горечью и болью душа обливается. Все мы идущие на смерть и в небытие хотим избавить свой народ от страданий и гнета! Мы, простые солдаты своей земли, привыкшие к нищете и голоду, всё на себе терпеливо вынесем и преодолеем. А вы, добрые матери, утрите слёзы, вы, ожидающие в тревоге своё безмерное горе. К вам обращают свои мысли и надежды дети, когда они идут умирать!Смерть это яркий и последний безумный [крик] миг, когда солдат подходит к своей черте и наступает пелена чёрного и вечного мрака."
Александр Ильич Шумилин «Ванька ротный»
📸На фотографии погибший в августе 1943 года красноармеец. Найден нашим отрядом в ходе проведения поисковой экспедиции весной 2022 года. К сожалению данные о нем установить не удалось. Наш канал в телеграмме - t.me/opolchenec1941
Бурские коммандос во время Второй бурской войны, 1899-1902 гг
О ДРАМАТУРГИИ
. и о вечно актуальной теме.
В разгар Второй мировой и Великой Отечественной войн, в 1942—1944 годах, участник Первой мировой и Гражданской войн, знаменитый советский поэт, сказочник и драматург Евгений Львович Шварц (1896—1958) написал одно из самых известных своих произведений — пьесу-сказку в трёх действиях "Дракон".
Автор, эвакуированный из блокадного Ленинграда, жил тогда в Сталинабаде (сейчас это Душанбе, столица независимого Таджикистана). В основу сюжета легла древняя азиатская притча о непобедимом драконе: победитель сам превращается в дракона. Вернее, люди, страдавшие под гнётом тирана, спешат собственными руками превратить в тирана его победителя — и начинают поклоняться новому тирану.
Мысли о добровольном рабстве человеческого стада, о боязни свободы и стремлении массы поскорее нацепить ярмо выглядели опасной крамолой и в сталинские времена, и в хрущёвские. Поэтому блестящая пьеса больше сорока лет оставалась под запретом и не получила сколь-нибудь заметной сценической судьбы, а широкую известность приобрела только в 1988 году, когда кино-театральный режиссёр Марк Захаров поставил по мотивам пьесы фильм "Убить дракона".
Текст Шварца, как по-настоящему хорошая литература, легко проходит проверку временем, оставаясь актуальным — к счастью для автора и к несчастью для читателей.
«Мышиная возня» Союзников
Автор: Виталий Илинич.
Что же там было в этой Северной Африке? Ведь какая-то мышиная возня, да? Роммель гонял бриттов по пустыне, пока ему не отрезали снабжение. Никакого влияния это не оказало на ход войны, слишком слабые были силы, правда? Да и дальнейшие действия Союзников на Сицилии и в Италии принципиального смысла не имели. Так, мелкие пострелушки. Такого мнения у нас придерживаются многие люди, которые не осознают, чем же для нас была важна эта мышиная возня. Разумеется, Красная Армия и Советский Союз вложили основной вклад и понесли основные потери в борьбе с нацистами и их сателлитами, с этим спорить глупо. Однако, кое-что сделали и наши Союзники, и вовсе не так мало, как может показаться. Давайте попробуем разобраться в результатах их чисто военной деятельности. Для наглядности я буду использовать альтернативное моделирование или ретропрогнозирование – то самое сослагательное наклонение, которое история, якобы, не терпит. Ну вот применительно к этой статье ей придется потерпеть, так как без него будет сложнее объяснить и понять суть вопроса.
Я буду уделять особое внимание танковым частям, и вот почему. Всё дело в том, что пусть танковые и прочие подвижные части и составляют лишь малый процент от армий тех времен, тем не менее основная нагрузка по достижению решительных результатов в наступлении и обороне лежит именно на них. Подвижные соединения используются для нанесения удара, а результатами этого удара уже будут пользоваться все остальные. Именно поэтому я считаю бессмысленным часто высказываемое мнение, что если разделить танки, БТР, САУ, что угодно еще на все дивизии на Восточном фронте, и на все километры его протяженности, то получится ничтожное число, а значит и значения это не имеет. Если б немцы взяли и распределили свои танки равномерно по всем-всем дивизиям, то они никогда бы не достигли столь решительных результатов, и это реально не имело бы большого значения. Нет, немцы делали наоборот. Танки принято было не распространять везде, а концентрировать в специальных частях – танковых полках. Но и танковые полки не раздавались направо и налево. Они действовали в составе танковых дивизий, где вокруг них концентрировались другие подвижные части – мотопехота, саперы, высокоподвижная буксируемая и самоходная гаубичная артиллерия. Точно так же БТР не распространялись среди всех дивизий и всех батальонов всех дивизий, а концентрировались в специальные роты и батальоны бронированной мотопехоты, предназначенной для действий с танками. Гаубичные САУ тоже не спешили раздать всем, это был атрибут в первую очередь танковых дивизий. Собственно, нелишним будет напомнить, что танковые дивизии — это не только танки, но еще и три — пять батальонов мотопехоты, саперный батальон, несколько десятков 105-мм и 150-мм орудий, и это далеко не всё. Каждая дивизия — это очень мощный ударный кулак. Но и танковые дивизии не распространялись по всему фронту, а вместо этого концентрировались в танковые корпуса, а корпуса – в армии (танковые группы). И вот эти самые корпуса и армии решительно маневрировали и наносили мощные и глубокие удары. Те самые удары, которые и придали Второй Мировой войне и военному делу в целом новый характер и ход. Поэтому-то, пусть и кажется, что описываемые в статье две-три-пять-десять дивизий – это очень и очень небольшие силы, в реальности эти самые силы могли играть и играли решающую роль в сражениях той войны. И от их действий в первую очередь зависело, что будет с остальными многочисленными пехотными и прочими дивизиями. Помимо этого, с танками намного удобнее вести подсчеты, так как по ним существует просто море информации, и она очень наглядна. Давайте же рассмотрим то влияние, которое потенциально оказали действия в Африке и некоторые прочие, а также их последствия.
Не самый современный на 41-й год вариант танка Pz.III, но уже с 50-мм пушкой
Начнем с веселого. Проблема подобралась с несколько необычной стороны. Все танки 2-й тд, участвовавшей перед Барбароссой в весенней Балканской кампании, были потоплены с кораблями, когда их морем отправили обратно. Потери на суше составили 15 танков, около 120 танков было потоплено. В марте 41-го в Африку отправилась 5-я легкая дивизия (с августа 41 стала 21-й танковой) в составе: 25 единичек (Pz.I), 45 двоек (Pz.II), 71 тройка (Pz.III - все с современной на тот момент 50-мм пушкой), 20 четверок (Pz.IV) и несколько командирских танков. 13 танков потеряны при транспортировке. В апреле 13 танков прибыли для пополнения потерянных. В апреле-мае 41-го в Африку прибыла 15-я танковая дивизия в составе 45 двоек, 71 тройка (все с 50-мм пушкой), 20 четверок, несколько командирских танков. Летом 1941 как пополнение прибыло еще 4 двойки, 25 троек, 5 четверок.
Это как раз тогда, когда некоторые дивизии на Восточном фронте испытывали довольно заметный некомплект современных танков. К началу кампании против Советского Союза шести дивизиям из семнадцати не хватало двоек, недостаток пришлось восполнять единичками. Танков Pz.III не досталось шести дивизиям, вооруженным заместо них чешскими танками Pz.38 и Pz.35. Чешские танки были слабее защищены и вооружены, имели меньший экипаж (в башне было только два человека). В восьми дивизиях сохранялись Pz.III с 37-мм пушками (в Африку такие старые машины не отправлялись), причем в трех дивизиях их было значительное количество, а в 18-й тд большинство троек были старыми, с 37-мм пушками. Можно сказать, что из-за необходимости оснастить Африканские дивизии техникой, обделенными оказались некоторые дивизии на Восточном фронте. Проследуем дальше.
В ноябре-декабре 41-го немецкие части в Африке потеряли (полностью) 56 двоек, 105 троек и 29 четверок. Это почти половина от того, что на 22-е декабря имели боеготовыми 16 дивизий на Восточном фронте, включая чешские танки, и примерно 41% от расчетного количества для всех 19-ти дивизий. К сожалению, по трем дивизиям на Востоке мне не удалось найти четкие данные на декабрь, поэтому для них я использовал расчетные показатели. Почему я сравниваю уничтоженные танки с боеготовыми? Ну так это напрямую показывает вклад Союзников – они эти танки уничтожили, а уничтоженные танки не могут поехать на Восточный фронт даже если б возникло желание бросить всю эту Африку и сконцентрироваться на войне с СССР. И потому что окажись эти танки не уничтоженными в Африке, а целыми на Восточном фронте, силы немецких танковых дивизий по танкам в декабре 41-го выросли бы более чем на треть.
Pz.III с 37-мм пушкой — такие танки на лето 41-го года были уже устаревшими, но всё ещё имелись в танковых дивизиях на Восточном фронте, порой в значительных количествах
В декабре 41-го в Африку отправились 68 троек, 22 двойки, но половина потонули по пути. В 16-ти дивизиях на Восточном фронте на 22 декабря было 66 двоек, 84 38т, 180 троек и 75 четверок исправными + 5 танков в 14-й тд, не учтенной в этих 16-ти. Из трех неучтенных в декабре, по данным на конец лета – начало осени 41 в ней было больше всего боеготовых танков – и к концу года осталось всего пять. Если экстраполировать среднее количество танков на оставшиеся две дивизии, то выйдет, что всего во всех танковых дивизиях на Восточном фронте было 458 исправных танков. 19,6% от расчетного количества исправных танков в 19-ти дивизиях на Восточном фронте составляло пополнение, отправленное в Африку. Причем отправленное в самый разгар боев. 5-го января в Африку прибыло еще 54 танка. Вместе это почти треть от того, что было на Восточном фронте. В то же время многие дивизии на Восточном фронте за всю кампанию 41-го года получили по 10 – 20 танков пополнения.
Вы спросите, куда же делись танки, произведенные между июнем и декабрем 41-го года? Правда, это не так уж прям много танков, производство танков в Германии в 41-м году рекордов не показывало, тем не менее промышленность давала по паре сотен танков в месяц. Но если только некоторая часть из них отправилась в качестве пополнения как на Восточный фронт, так и в Африку, то куда же остальные делись? Разумеется, они не пропали. Начнем с того, что нужно было восстановить 2-ю танковую дивизию, все танки которой утонули вместе с кораблями на пути домой. 5-я танковая тоже была не в лучшем состоянии, у нее имелся некомплект танков еще к началу весенних кампаний, в ходе которых она еще понесла потери, а затем отдала часть танков для частей защиты Крита. Ее требовалось практически восстанавливать. Некоторая часть танков передавалась вновь формируемым дивизиям, так как было принято решение довести количество танковых дивизий с двадцати до тридцати, а для этого нужно было оснастить их танковые полки. Не все дивизии сразу получили штатные немецкие или чешские танки (22-я тд формировалась с чешскими танками в качестве основных), но постепенно оснащение шло. Помимо этого, был также сформирован 203-й танковый полк, который отправился на Восточный фронт только в декабре 41-го.
Если сложить все танки, полученные африканскими частями за 41-й год и танки, потерянные от потопления судов, то получится примерно 550 машин - можно оснастить танками четыре дивизии. Или как следует пополнить десять дивизий. А еще это больше, чем по приведенным выше подсчетам осталось танков во всех танковых дивизиях на Восточном фронте к концу 1941-го года. И это будут не какие-то там безумно устаревшие танки, на Восточном фронте применялись такие же, да были танки и попроще – Pz.III с 37-мм пушкой, например, и чешские машины.
6-я танковая дивизия в 1941-м году на Восточном фронте была вооружена устаревшими даже физически танками Pz.35(t) — к концу года дивизия жаловалась, что их даже нечем чинить, по-видимому, уже не было запчастей в производстве
С другой стороны, если просто взять эти две танковые дивизии из Африки и отправить их на Восточный фронт, можно ли найти такую точку приложения усилий, где бы это сыграло ключевую роль? В битве под Москвой было задействовано очень много сил, и пусть две свежие дивизии были б неприятны, решающего воздействия они могли и не оказать. Нужно найти другое место. Я предполагаю, что таким местом может быть ГА Север в момент проведения Тихвинской операции. Если б немцам удалось продавить наши части на участке Волхов - Старая Ладога, выйти в этом месте на берег Ладожского озера и закрепиться на реке Волхов, боюсь, Ленинград мог и не устоять. Уже могло не выйти Дороги Жизни (так как местность, откуда она шла, была б захвачена, а в любом месте ее не навести), оборона блокирующих Ленинград немцев получила бы солидную опору в виде реки, да и наши части, отрезанные между реками Волхов и Нева, скорее всего, были бы уничтожены. Это могло крайне тяжело сказаться на последующих событиях, хотя я не уверен, что две дивизии обеспечили бы этот важный для немцев перевес. Тем более я не могу думать за немецкое Верховное командование, я просто предлагаю вашему вниманию один из неприятных способов реально значимого использования этих не особо крупных сил.
Ладно, предположим, что ничего не было. Переходим в следующий год. 30 двоек, 245 троек и 49 четверок получил Роммель в Африке с января по май 42-го. Среди этих машин имелись уже и длинноствольные варианты, как минимум 18 таких троек числилось исправными в африканских дивизиях на 25-е мая и 10 таких четверок прибыло в мае. Под длинноствольными подразумеваются танки Pz.III с 50-мм пушкой длиной ствола 60 калибров (до этого в ходу была 50-мм пушка длиной ствола 42 калибра) и Pz.IV с 75-мм пушкой длиной ствола 43, а позже 48 калибров (до этого в ходу была 75-мм пушка длиной ствола 24 калибра). За почти два месяца боев с 26-го мая по 20-е июля 42-го Роммель потерял (полностью) 233 танка, из них 175 троек (14 длинноствольных) и 31 четверку (2 длинноствольные). Это именно потери, т.е. безвозвратные. В июле-августе 42-го немцы в Африке получили 76 длинных троек и 20 длинных четверок.
Примерно такой танк летом 1942-го года был современным Pz.III — из важных отличий длинноствольная 50-мм пушка и накладное 20 мм бронирование на лбу корпуса и башни
Итак, если просуммировать машины, полученные за период с января по август 1942 в Африку, то выйдет 420 машин, без учета тех, что были в наличии на начало года. Это количество позволяет оснастить две с половиной дивизии по «южному» штату лета 42-го года, т.е. по три трехротных танковых батальона в каждой. Или почти три дивизии, если по штату с двумя четырехротными батальонами (как приехавшая к концу года под Сталинград 6-я тд). Или солидно пополнить шесть дивизий. Причем не только танками, ведь в танковых дивизиях есть и артиллерия, и мотопехота, и саперы, и ПТО.
Это современный на лето 1942-го года вариант Pz.IV. Главное отличие — длинноствольная 75-мм пушка
Если выделить из этих чисел только самые современные на тот момент длинноствольные танки, то выйдет порядка 100 троек и около 30 четверок – можно оснастить целую трехбатальонную дивизию практически одними только длинноствольными танками. Таких «длинноствольных» дивизий летом 1942-го года не было ни одной, в каждой дивизии был тот или иной некомплект новых танков, чаще всего более половины танков относилось к «короткоствольным» типам. Это в дивизиях ГА Юг, как следует пополненных перед летней кампанией 1942-го, а в ГА Центр и Север длинноствольные танки почти отсутствовали, да и «обычных» была заметная нехватка – некоторые дивизии лишились одного из батальонов в пользу ГА Юг. У некоторых и один оставшийся батальон был неполным. В это время, на 30-е августа в двух дивизиях в Африке имелось 73 длинные тройки и 27 длинных четверок. Позже, 23.10.42-го в африканских дивизиях имеется 128 и 111 исправных танков, половина из них – новых типов (всего 86 новых троек и 30 новых четверок). Ко 2-му декабря большая часть этих танков ушла в потери. Армия доложила о списании между 23.10.42 и 02.12.42 танков в количестве 229 штук.
Таблица показывает наличие средних танков в некоторых дивизиях Группы Армий Юг на конец июня 1942 (L/42 — длина ствола орудия составляет 42 калибра, L/60, L/24, L/43 соответственно)
Для сравнения, в Группе Армий Б, действовавшей в районе Сталинграда, на середину ноября 42-го числилось 209 боеготовых новых троек на девять дивизий, включая моторизованные пехотные (имевшие танковый батальон). Во всей группе армий за счет африканских частей можно было увеличить количество современных троек на 40%. А если учитывать не только наличные, а еще и потерянные в Африке новые танки, то почти на 50%. Всего в Группе Армий Б было 224 тройки, старых машин почти не осталось, они все сохранялись в других группах армий. Это примерно по 25 машин в среднем на дивизию. Можно докинуть еще более старых Pz.III из Африки в количестве 81 штуки. Танки ведь не только против танков воюют, а для нанесения удара по пехотным подразделениям тройки с обычной 50-мм пушкой очень неплохо сгодятся. Длинноствольных четверок в Группе Армий Б имелось 78 штук – еще около 40% можно добавить за счет африканских. Причем, в который раз хочу отметить, танковые дивизии – это ж не только танки, это еще и артиллерия, саперы и мотопехота, которые будут вовсе не лишними в штурме города.
Ну или просто взять эти две дивизии как есть, в очень хорошем состоянии, и отправить их под Сталинград, например, в сентябре или октябре 42-го. Они ж могут и город взять. Учитывая, какими потрепанными частями немцам приходилось его штурмовать и как сильно влияло на ход событий, если удавалось включить в состав штурмующих дивизию в достаточно приличном состоянии, как было в октябре с 305-й пехотной дивизией. Тогда в ходе штурма была взята значительная часть удерживаемых РККА позиций, включая завод СТЗ, а позже и завод Баррикады. Или на Кавказе, где они могли бы стать той самой ударной силой, которая таки дошла бы до Каспийского моря и захватила бы нефтепромыслы? Там тоже ситуация была непростая, и свалившиеся с небес две танковые дивизии добавили бы очень много неприятностей. При этом, надо сказать, двумя дивизиями дело не ограничится, несмотря на очень тяжелое положение в ноябре 42-го года и последующих месяцах на Восточном фронте, немцы отправили очень приличные пополнения в Африку. Уже в ноябре начала прибывать 10-я танковая дивизия со своими 155-ю танками, почти все – новых типов. В декабре она прибыла полностью. Помимо нее в ноябре-декабре также обзавелась танками 90-я легкая дивизия, воевавшая до этого в Африке в качестве мотопехотной. Она получила танковый батальон из 71-й машины. В течение декабря прибыл 501-й батальон Тигров в составе 20 Тигров и 25 троек. Весной 43-го отправили еще роту Тигров (11 машин) и роту троек (19 машин) 504-го батальона. Помимо этого, в качестве пополнений с ноября 42-го по май 43-го в Африку отправили еще 68 троек и 142 четверки. Разумеется, практически все эти танки были потеряны, как потеряны были и все эти дивизии в мае 1943-го года при разгроме немецко-итальянских африканских частей. 10-я и 15-я дивизия более не были воссозданы, а 21-ю воссоздали и до января 1945-го она действовала на Западном фронте.
Танки Тигр успели отметиться в Африке
Как пойдет зимой 1942-43 контрнаступление РККА, окажись эти три танковых и одна легкая дивизия, а также батальон тяжелых танков, не где-то в Африке, а на Восточном фронте, вместе со всеми своими пополнениями? Предсказать очень трудно, это целый танковый корпус хорошей численности с усилением в виде тяжелых танков. Не говоря еще об авиации, которой в 1942-м году в Средиземном море действовало уже очень приличное количество, а потери в отдельные, самые напряженные, периоды превосходили потери на Восточном фронте. Например, такое случилось в ноябре 1942-го, а всего с ноября 42-го по май 1943-го немцы потеряли на Средиземном море порядка 2400 самолетов. Но об авиации будет отдельный разговор.
Оказало влияние это и на дальнейшие события. Как известно, летом 1943-го, перед началом операции Цитадель, немецкая армия столкнулась с нехваткой сил и средств, в частности остро ощущалась нехватка танков и солдат, в некоторой степени также и авиации. Связано это было и с потерями на Восточном фронте, и с несколько неудачным переходом немцев на танк Пантера, приведшим к уменьшению выпуска танков в первой половине 43-го года, и, в какой-то степени, с деятельностью наших союзников. Итогом стало то, что во многих дивизиях осталось по одному батальону танков (второй проходил затянувшееся переоснащение на Пантеры в Германии). Разумеется, в связи с тем, что убывшие в Германию батальоны оставляли свои выжившие танки в своей дивизии, комплектность единственного батальона порой бывала даже сверхштатной, однако бывали и недотягивающие даже до сокращенного штата (76 танков) батальоны. Например, в 13-й танковой (не участвовала в Цитадели) был 71 танк, из них 9 – устаревших типов (Pz.II и Pz.III с короткой 50-мм пушкой). В 17-й тд (24-й тк, находился в резерве) было 65 танков, из них 6 – устаревших типов. В 18-й тд (ГА Центр) – 74 танка, из них 22 устаревших типов. 23-я тд (24-й тк, находился в резерве) – 61 танк, из них 8 устаревших типов. Из недотягивающих до полного штата батальона (96 танков), но имеющих больше сокращенного (76 танков) штата, можно отметить участвовавшие в сражении на Орловской и Курской дуге 3-ю, 9-ю, 12-ю, 19-ю танковые дивизии, причем в последней имелось два танковых батальона ужасной комплектности, вместе имеющие меньше, чем полноценный батальон. Не всё шоколадно было и в дивизиях СС, в частности в дивизии Викинг имелось менее 50 танков, а в Лейбштандарте батальон не дотягивал до штатной численности. В тех дивизиях, где сохранилось два танковых батальона, они тоже обычно не могли похвастать полной, или близкой к полной, комплектностью, причем даже по сокращенному 76-танковому штату.
Такой танк летом 43-го года в Вермахте считался за хороший — имел длинноствольную 75-мм пушку и усиленный 30 мм накладкой лоб корпуса. Но много где ещё основу танкового полка составлял танк Pz.III, причем сохранялись даже старые машины с короткоствольными 50-мм пушками
А теперь представьте себе, что в июле 43-го года у немцев оказывается еще один танковый корпус из трех танковых и одной легкой дивизий, усиленный батальоном Тигров. А на пополнение остальных дивизий отправляются те танки, что прибыли с ноября 42-го на пополнение в Африку – 68 длинноствольных троек и 142 четверки – 210 танков, хватит на пополнение трех – четырех, а то и пяти дивизий. К этому добавим части, уже в июле находившиеся на Сицилии для защиты в связи с ожидавшейся высадкой. А это не такие уж малые силы: дивизия «Герман Геринг» с более чем сотней танков и штурмовых орудий, 15-я панцергренадерская (так стали называться мотопехотные) дивизия с батальоном на 52 танка (из них 46 длинных четверок), 29-я панцергренадерская с батальоном из 43 Штугов и рота Тигров. Наклевывается еще один средненький танковый корпус. На Сицилии, кстати, в потери в итоге ушло 118 боевых машин, то есть они там не просто сидели.
Помимо танков и авиации, о которой мы будем говорить отдельно в другой статье, важно также напомнить, что в Африке только в ходе Тунисской кампании, закончившейся капитуляцией окруженных частей стран Оси, немцы потеряли от 100 до 130 тысяч человек только пленными. Это именно «немцы», итальянцы посчитаны отдельно. Собственно, танковые дивизии требуют развитого тыла, снабжения, все эти люди, обеспечивавшие деятельность «африканских» дивизий тоже избежали Восточного фронта, но не избежали смерти и плена. Разумеется, это не сравнится с потерями на Восточном фронте, но эти 100 000 могли вместо этого стать пополнением для дивизий перед Цитаделью. Я не хотел бы недооценивать эти силы. Можно очень основательно пополнить дивизий десять (среди этих 100 000 далеко не все годятся для службы в боевых частях). ГА Центр как раз очень не хватало пополнения. Такими темпами и операция могла начаться раньше, как раз до того, как РККА успела всё как следует заминировать (по некоторым данным, значительное количество мин было установлено в июне 43-го).
Пантеры успели прилично попить крови немецким рабочим и военным — имелись серьезные проблемы при запуске в производство, а очень низкая надежность примерно первых полутора — двух тысяч машин во многих случаях оставляла без боеготовых танков даже штатно оснащенные батальоны. Первые же сотни танков пришлось переделывать практически прямо после выпуска. В итоге в 43-м году Пантеры мало поступали на фронт, а те, что поступили, быстро выходили из строя
Тем не менее, было как было, и на операцию Цитадель все эти люди, танки и самолеты не попали. После завершения безуспешного немецкого наступления инициатива перешла к Красной армии. Было организовано несколько наступлений, идущих одновременно и каскадом на разных участках, и немецким подвижным соединениям приходилось метаться по фронту, купируя прорывы РККА. Иногда удачно, иногда нет. Одной из важнейших проблем для немцев была нехватка этих самых соединений (танковых и панцергренадерских дивизий), из-за чего, собственно, их и приходилось перебрасывать туда-сюда, без возможности отдохнуть и немного восстановиться. При этом сама необходимость постоянных перебросок приводила еще и к опозданиям с контрмерами – пока дивизии перебрасываются, пока концентрируются, наступление идет. В итоге оборона Вермахта была расшатана и началось отступление к Днепру. Параллельно этому процессу происходило накопление сил Германии на территории Италии в процессе подготовки к отражению ожидаемой высадки. В августе 43-го на территории Италии находились четыре панцергренадерские дивизии и пять танковых – 16-я, 24-я, 26-я, Герман Геринг и Лейбштандарт (переброшен с Восточного фронта, оставив там свою технику, и получил новую технику перед отправкой в Италию). При этом Лейбштандарт был еще и усилен двумя ротами Тигров. Не все эти дивизии были в идеальном состоянии, но среди сильных и достаточно высоко комплектных по меркам 43-го года можно отметить Лейбштандарт, 16-ю тд, 24-ю тд. Среди панцергренадерских только 15-я имела слабый танковый батальон, остальные три отличались высокой комплектностью.
А теперь представьте, что эти пять танковых и четыре панцергренадерских дивизии оказываются на Восточном фронте. А к ним еще добавим 10-ю, 15-ю и 21-ю тд, убитые об Союзников в Африке. Выйдет три – четыре танковых корпуса. А ведь в Италии находились не только подвижные соединения, но и некоторые другие, например, парашютные дивизии. Какие направления они усилили бы на Восточном фронте? С такими силами намного сподручнее будет наносить контрудары по советским частям и сдерживать их, уже без лишних метаний, и далеко не факт, что наступления лета-осени 43-го года будут столь успешны. Конечно, часть дивизий из Италии была переброшена на Восточный фронт, только произошло это заметно позже – в октябре, ноябре и декабре 43-го. РККА к концу сентября успела захватить двадцать один плацдарм на Днепре.
Попадали Пантеры и в Италию, как в 43-м, так и в 44-м году
В июне 1944-го на Западе уже 9 танковых дивизий, одна панцергренадерская, и два батальона тяжелых танков. Еще как минимум две танковых и четыре панцергренадерских дивизии, а также один батальон тяжелых танков находились в это время в Италии, причем они еще получали пополнения в Тиграх и Пантерах, да и в обычных Pz.IV тоже. Вместе это уже 11 танковых дивизий, пять панцергренадерских и три тяжелых танковых батальона. По количеству бронетехники на 15.06.44 есть следующие данные: на Западном и Итальянском фронтах было 1676 исправных немецких (не французских или каких еще) танков и 659 штурмовых орудий, на Восточном – 1192 исправных танка и 1319 штурмовых орудий. Как мы видим, на Западном фронте намного больше танков – основной ударной силы. Особенно стоит отметить наличие на Западе и в Италии намного большего числа исправных танков Пантера – 498 против 226 на Востоке, это к вопросу о том, что «против Союзников держали всякий устаревший хлам». Все эти 1676 танков с Западного и Итальянского фронта – это очень приличная сила, позволяющая оснастить танками парочку танковых армий. Еще раз отмечу, что в этих данных указаны танки немецких моделей, о количестве на фронтах трофейных французских танков мне неизвестно. И это я еще не говорю про пехоту, она тоже присутствовала на других фронтах. Летом 43-го общая группировка во Франции доходила до 600 000 человек, а летом 44-го – до 800 000. Так если в целом посмотреть, то к концу июня 44-го позиции у плацдарма в Нормандии занимало до 23 дивизий. Причем они там не просто стояли, а участвовали в довольно жестокой позиционной схватке, доведшей их до состояния лохмотьев к моменту прорыва Союзников с Нормандского плацдарма в конце июля 44-го. А всего во Франции, Бельгии, Нидерландах и Италии вместе было примерно 75 дивизий, данные немного разнятся. Разумеется, далеко не все эти дивизии были в приличном состоянии, но примерно такая же ситуация в этот момент наблюдалась на Советско-Германском фронте. И на Востоке тоже хватало устаревших и трофейных систем вооружения, каких-нибудь французских пулеметов, имелся дефицит боеприпасов, о чем пишет, например, Исаев в своей книге об операции Багратион. Более того, в ожидании высадки Союзников во Франции немцы начали примерно за полгода до нее усиливать группировку против будущего Западного фронта, пополняя 75-мм противотанковыми орудиями, пулеметами, танками и штурмовыми орудиями. Всего этого недополучал Восточный фронт. Вернемся к количеству дивизий – на Востоке по данным, что мне удалось найти, в июне 1944-го находилась 181 дивизия. То есть, если так грубо прикидывать, и перекидывать даже не всё, что есть, на Восточный фронт, можно было усилить группировку на Востоке на треть. Удастся ли в таком виде проводить операции, подобные Багратиону? А если учитывать еще и авиацию, которую тоже можно перебросить? Я думаю, что эти дополнительные части, особенно танковые дивизии и авиация, создали бы Красной Армии огромные проблемы. Поэтому столь часто звучащая идея о том, что Союзники высадились в Нормандии только когда РККА уже перешла к разгрому немцев, и значения это большого не имело, явно не соответствует действительности. Как минимум потому что сама высадка Союзников во многом оказывала значительное положительное влияние на успехи Красной Армии, причем даже еще до самого дня Д — за счет необходимости для Германии накапливать, держать и обеспечивать силы для отражения ожидавшейся высадки.
Каков же итог? Разумеется, статья не подвергает ни малейшему сомнению, что наибольший вклад в разгром фашистской Германии внес Советский Союз. Однако тенденция к принижению роли наших Союзников, которую я наблюдаю уже много-много лет, имеет место. С моей точки зрения нередко это связано с банальным незнанием того, что же происходило на других фронтах. Пусть я и не объяснял ход сражений, задачей этой статьи было показать те силы, которые Германия была вынуждена использовать и пополнять на фронтах борьбы против наших Союзников. С моей точки зрения, эти силы были достаточно значимы, чтобы иметь возможность оказать влияние на судьбу в 41-м году одной операции, в 42-м году одного направления, в 43-м году нескольких направлений, а в 44-м году уже всего Восточного фронта. И я очень рад, что нашлись какие-то силы, которые заставили немцев хотя бы частью дивизий сражаться где-то еще, а не против Красной Армии. Ситуация неоднократно висела на волоске, невероятно дорогой ценой далась эта война, и слишком уж многое стояло на кону.
Автор: Виталий Илинич.
А ещё вы можете поддержать нас рублём, за что мы будем вам благодарны.
Яндекс-Юmoney (410016237363870) или Сбер: 4274 3200 5285 2137.
При переводе делайте пометку "С Пикабу от . ", чтобы мы понимали, на что перевод. Спасибо!