Леденящие истории, случавшиеся с одной из самых ценных частей тела мужчин

Мы попросили наших читателей прислать всякие интересные и страшные истории, которые случались с этими частями их организма, и вот что нам рассказали. Читай и холодей!

Мужские журналы стали очень похожи на женские. Там косметика-машины-секс-карьера, тут косметика-машины-секс-карьера. Там про водные лыжи — здесь про кайтсерфинг. Тут про бокс — там про тхэквондо. Правда, у нас девушки в бикини, а у них больше все-таки перекос в сторону диеты. Но тем не менее женщины, похоже, оккупировали все виды человеческой активности. К счастью, в мире еще есть вещи, которых им у нас не позаимствовать!

Например, тестикулы, как любят выражаться врачи. Яйца. У женщин они, правда, тоже есть, но где-то так далеко, что никто и никогда их не видел. А у нас вот все напоказ, нам скрывать нечего. За что и страдаем. Неудивительно, что в мужских разговорах нередко поднимается животрепещущая тема этих важных для мужского организма желез.

Я пал жертвой алчности!

Поначалу мы сомневались, публиковать ли эту историю, ибо ее нам, претендуя на авторство, прислали сразу четыре читателя. Но, с другой стороны, если сразу много человек рассказывают одно и то же, их история просто не может быть неправдой (взять хотя бы визиты инопланетян). Итак, представь: уединенная пивная Ростова-на-Дону за час до закрытия. В темном углу сидит компания изрядно набравшихся друзей.

А с обстановкой в пивной плоховато: обшарпанный бильярдный стол, залитая стойка, пустые деревянные бочки вместо мебели… Стоп! Бочки! «А спорим на ползарплаты, что ты не просунешь оба яйца в отверстие для пробки?» — спрашивает один приятель другого. «Да не вопрос!» — отвечает тот и, сняв штаны на глазах у всех, седлает бочку, опустив нижние гланды в отверстие. Оказавшись в темноте и тепле, органы, вероятно, расслабились, так что вытащить их обратно оказалось невозможным.

Прибывшая бригада «скорой» так и везла несчастного в медпункт — верхом на бочке, причем в грузовике. Ведь в обычный фургон бедолага не проходил по сумме трех измерений. К разочарованию персонала поликлиники, пилить бочку автогеном так и не пришлось: с нее просто сняли верхний обод — и деревянная конструкция раскрылась, как бутон тюльпана.

От судьбы я упрыгать не смог!

Виктор С., шофер-дальнобойщик, любит выезжать с друзьями на природу. В далеком 1979 году Виктор с четырьмя приятелями ухитрились купить пару ящиков пива, что по тем дефицитным временам было гражданским подвигом. Приехали они на берег речки, развели костер, бутылки драгоценные закопали в песок у самой кромки воды — пусть охладятся. Все разделись до плавок и купальников, только Виктор пока оставался в джинсах и с голым торсом. Потому что барышни вокруг, разврат теоретически возможен. А джинсы у Виктора — моднейший, недоступный почти «ливайс» американский. И хотя плавки под «ливайсом» тоже ничего, настоящие синтетические, красные, но в джинсах Виктор был крут неимоверно.

И вот стоит Виктор этаким молодым и красивым хозяином жизни над костром, похлопывает себя по голым плечам, а дамы с пивом млеют. «И тут я понял, что у меня горят яйца. Жгут просто. А дело в том, что на „ливайсах“* тогда был такой прибамбас: в самом паху кнопка металлическая, типа фирменный знак. Потом они уже ее сняли с производства. И вот эта клепка раскалилась над огнем и прижгла мне все самое дорогое. А когда тебя поджаривают, ты уже ни о чем не думаешь. Вот и я — заорал, прыгнул к реке и со всей дури ахнул задницей в воду. И все закончилось бы хорошо, если бы эти козлы не поназакапывали в том самом месте бутылок». Теперь Виктор с уверенностью может утверждать: не стоит с размаху садиться на торчащее из воды горлышко пивной бутылки. То, что следует за этим, именуется медицинским термином «сильный ушиб яичек, обширная гематома мошонки».

Я слишком много смотрел телевизор!

Семнадцатилетний англичанин по имени Бен может по праву считаться ветераном войны во Вьетнаме, несмотря на свой возраст. А все потому, что каждый год во время фестиваля экстрима в Дерби Бен с друзьями ходил играть в пейнтбол. Так совпало, что в 2004 году во время фестиваля местный телеканал решил устроить неделю памяти о Вьетнаме. По ящику круглые сутки крутили «Цельнометаллическую оболочку», «Апокалипсис сегодня» и «Рожденного четвертого июля». Насмотревшись фильмов, во время очередного пейнтбольного матча Бен вообразил своих друзей узкоглазыми и потерял голову.

«Я ломился через лес, стреляя напропалую, — описывает Бен ту памятную игру. — Какой-то парень в ужасе закричал мне, чтоб я остановился. Но я же почти взял вражескую базу! Тогда эти свиньи решили вырубить меня. Пробегая мимо кустов, я услышал, как кто-то вблизи передергивает затвор…» Если Бена в его теперешнем состоянии разбудить среди ночи, единственный факт, который он сможет сообщить тебе без запинки, будет следующим: пейнтбольные шарики вылетают из ружья со скоростью 114 метров в секунду. Один такой попал ему прямо в пах, да так сильно, что левое яйцо вогнало ударом внутрь тела! В паховый канал, который вообще-то редко бывает толще мизинца. Потеряв сознание на поляне, Бен очнулся на операционном столе. Отбитый орган врачи удалили, а из остатков кожи сшили парню микромошонку. Это был единственный способ не сделать Бена бесплодным. «Когда я впервые увидел, что от моих яиц остался маленький бугорок, то почувствовал себя девчонкой. К счастью, никакие функции механизма в целом не пострадали, а женщины, как я убедился, вообще мало на это место смотрят».

Я не ждал такого коварства от матраса!

Напиваться в одиночку на даче — последнее дело. Но что еще оставалось жителю Новосибирска Володе, от которого только что в слезах ушла любовница? Затопив баню, наш герой (все равно токсины выводить) налег на водку и пиво с вяленым лещом. Настроение улучшалось, красный столбик на банном градуснике полз вверх. Покурить бы. Взяв в охапку леща, сигареты и пару пива, Володя перебрался на веранду домика и сел на старый пружинный матрас, стоявший здесь с незапамятных времен. Голышом. На матрас. Пружинный. Ячейки, разумеется, просели под Володей, а потом сомкнулись снова, поймав его агрегат в настоящий капкан. «Боль пришла не сразу. Я еще подумал: вот ведь в какое глупое положение попал — и начал смеяться. Но веселья хватило ненадолго. Органы быстро начали синеть и распухать. Ощущение было такое, что мне их выжимают после стирки. В голове почему-то крутилось слово «некроз». Откуда я мог его знать?»

После получаса бесплодных попыток вырваться Володя выбил окно, бросив в него бутылку пива, и стал звать на помощь. Еще через полчаса на крики отозвался дачник-сосед. Оценив ситуацию, он сел на велосипед и отправился в город за помощью (на дворе 93-й год, мобильных еще нет). Когда спустя еще час в домик Володи вломились врачи «скорой», жертва матраса только тихо стонал и из врожденной стыдливости прикрывался лещом. Вырезали беднягу из матраса кусачками. Он до сих пор еще слышит иногда этот лязг.

Я играл кота!

У Леонида Р. двое детей, и он никогда не отправлял их в зимний лагерь. Возможно, потому, что сам сохранил об этом месте очень специфические воспоминания. «Предполагалось, что мы там будем ходить в лыжные походы, но с лыжами была какая-то засада, так что, по большому счету, мы круглыми сутками болтались по корпусу и изнывали от безделья. И в конце концов вожатые решили нас хоть чем-то занять. Поставить спектакль. Переписали они «Кота в сапогах» на новый лад, с песнями ВИА «Самоцветы» и прочей лабудой. И мне выпала роль как раз того самого кота. Я уже здоровый лоб, пятнадцать лет, да и остальные актеры-режиссеры были старшеклассники в основном, но от ничегонеделания энтузиазма у всех было горы. Репетировали как заводные, ржали, импровизировали, костюмы сделали чумовые. А вот сапог для кота не нашлось (у некоторых девчонок были с собой зимние, но на мой сорок пятый раздвижной не налезало ничего).

И тогда взяли обычные огромные черные валенки, налепили на них отвороты из крашеной клеенки, а для правдоподобности еще и здоровенные шпоры привинтили — вырезали звездочки из крышек консервных банок. На спектакле все честь по чести: актеры играют, малышня смотрит, все в экстазе. А я по сценарию ухаживал за болонкой принцессы, на которой маркиз Карабас потом женится. И была там такая сцена: «болонка» от меня с визгом прыгает на кровать и стоит там на четвереньках, а я тоже падаю на эту кровать, как бы на одно колено, прикладываю лапы к сердцу и пою какую-то дикую песню «Люблю тебя, Жужу». А Ленка, которая Жужу играла, действительно классная девчонка была, так что тут я старался изо всех сил.

И вот она прыгает на подушки, кричит «тяф!», а я за ней — колено вперед, ногу под себя — и кричу: «Б. » Малышня и вожатые в зале падают со стульев, а я вою хуже любого кота: эта шпора консервная впилась одним углом мне в то самое место на пару сантиметров. Больно было так, что до сих пор, когда вспоминаю, трясет.

А дальше помню только, как наш вожатый ко мне сзади подбежал и орет: «Ленька, вставай резко, я валенок держу». Скорая приехала быстро, так как, к счастью, лагерь недалеко от Истры находился. Там я в больнице неделю лежал. Мне шов наложили, и пострадавшее место мазью Вишневского каждый день симпатичная медсестра мазать приходила».

Я пошел на это ради своей страны!

Как-то раз пара друзей отправилась на охоту в доселе неизвестный им район близ глухой деревни в Западной Украине. Чтобы не тратить время на изучение местности, друзья решили расспросить о тамошних лесах кого-нибудь из местных.

В первый же вечер в деревне нашелся подходящий дед, который, разумеется, и сам был большим охотником (в основном до спиртного). После приветственных ритуалов дед стал разговорчивым и начал было рассказывать историю ордена Красной Звезды, который болтался у него в петлице, но потом вдруг осекся. Заинтригованные охотники стали упрашивать деда продолжать. Тот сначала молчал как партизан, а потом вдруг заговорил как партизан (ведь он в войну, как выяснилось, был партизаном). Вот его рассказ, записанный со слов охотников: «Раз пришла в наш отряд разнарядка с Большой земли — взять языка, причем не какого-нибудь, а непременно офицера. А тогда фрицы как раз возле нашей деревни стояли. И возле их лагеря — один на всю округу нужник. Решено было там их и брать. Но как? А очень просто. Выбрали меня и посадили в яму, прямо туда». Задача была простая: по условному свисту схватить что плохо висит и держать до прихода подмоги, которая располагалась здесь же, в кустах, и подавала деду сигналы. И вот на третий день дежурства стоило немецкому майору зайти в туалет, как наш герой вцепился мертвой хваткой в его яйца (будь это Фаберже, наш дед вряд ли держал бы их крепче) и дождался своих. Остальное было делом техники. И можешь быть уверен, пленного майора раскололи вслед за его органами.

Я извращенец и получил по заслугам!

Собака — друг человека. И когда эти друзья переходят на следующую стадию отношений, это не может хорошо кончиться. Примером тому может служить история Стива, половозрелого мальчика из Брайтона, и его таксы Зиппи. Нет-нет, ничего такого от своей собаки парень не требовал. Их невинные забавы нельзя приравнять даже к оральному сексу. Однажды, в 2003 году, Стив просто намазал свои яйца шоколадной пастой и предложил этот киндер-сюрприз своему псу. «Я думал, она будет слизывать пасту, а мне будет приятно, — удрученно вздыхал наш герой. — Но после первых секунд, когда все шло, как я ожидал, Зиппи решила откусить шоколаду. В меня как будто загнали раскаленное шило. Боль была такая, что я чуть не потерял сознание и даже не видел, куда приходились удары, которые я отвешивал собаке. Когда помутнение прошло, я наконец увидел таксу болтающейся на моем хозяйстве! К счастью, она разжала челюсти прежде, чем я успел отшвырнуть ее». Конечно, все эти подробности Стив припоминает сейчас, почти через пару лет после того случая. На приеме у доктора он, надо думать, был не таким разговорчивым. «Я сочинил какую-то историю про игру во фрисби и перекрутившиеся купальные плавки. Но, думаю, взрослые обо всем догадались». Да наверняка. По крайней мере, когда спустя четыре месяца Зиппи сбежала, мальчику не стали дарить другую собаку.

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎