По заветам папы Джона: опыт владения Pontiac Grand Prix
К середине 1950-х излишне консервативный модельный ряд Pontiac напоминал дом престарелых. «Вы всегда продадите старикам молодежный автомобиль, но не наоборот» – лозунг неизбежной революции был прост и гениален. Одним из лидеров движения стал молодой и талантливый инженер Джон ДеЛореан. Среди первенцев новой стратегии числился Pontiac Grand Prix. Удалось ли потомку в пятом поколении сохранить дух предка?
СнаружиС уровый парень этот Pontiac! Весь в черном, узкие глаза-фары сощурил, губу бампера вперед выпятил, стоит, мерцая кроваво-красными огнями фонарей, ворча крупными квадратными патрубками выпуска. И одет по-модному. Думает, напялил на себя широкоплечий обвес в стиле версии GTP, обул спицованные алюминиевые колеса – и все ему можно? А почему бы и нет. Таких модников в 1992 году сделали не более 800 штук. Конкретный экземпляр стал вторым в серии.
Переход на переднеприводную компоновку (впервые в истории модели) не повредил чистоте образа. Толстенный передний бампер добавляет длины и без того немаленькому переднему свесу, усиливая эффект распластанной по земле рептилии. Одного взгляда на коробчатого предшественника достаточно, чтобы понять: пятый Grand Prix сделал колоссальный прыжок из скучных восьмидесятых, прямиком в дышащие драйвом девяностые.
Ему не жаль потерянных сантиметров длины и плевать на даунсайзинг моторов. Главное, что избавившись в ходе рестайлинга 1991 года от безликой морды с грустными глазами, по внешней экспрессии он теперь не уступит старшему брату Firebird . Троица родственников от Buick , Chevrolet и Oldsmobile ему и в подметки не годится. Все как завещал папа Джон.
ВнутриВместо привычных дверных ручек Grand Prix примерил диковинные открывалки, спрятанные на рамке дверей, как на Chevrolet Beretta. В интерьере продолжается ломка стереотипов. Никакого переходного периода – на смену прямоугольному, отдающему нафталином старомодному салону, пришла кабина истребителя из сериала Star Trek.
Двухцветная передняя панель, лишенная центральной консоли и каких-либо декоративных накладок, сама по себе проста и лаконична, но все решают детали. Баранка усеяна крупными кнопками управления круизом и магнитолой. Вот это я понимаю – мультируль! Увы, такое решение поставило крест на самой идее применения водительской подушки безопасности. Симметричные наросты по бокам приборного щитка с забавными ползунковыми переключателями управляют светом и дворниками. Громоздкий ящик под центральными воздуховодами заведует кондиционером и кассетной магнитолой с эквалайзером. Запираемый на кодовый замок бардачок – не иначе легкий стеб над заклятыми друзьями из Ford , любящими оснащать такой системой двери Линкольнов.
Футуризма могло быть еще больше, но не самая продвинутая комплектация SE ни на что, кроме электроприводов стекол, зеркал, сидений и кондиционера, не способна. А значит, не видать мне маршрутного компьютера DIC (driver information center), напоминающего о необходимости проведения ТО и проектора скорости на лобовом стекле, который Grand Prix вместе с Oldsmobile Cutlass Supreme получил первым среди серийных авто.
Чего у Понтиака не отнять – так это практичности. Преодолев низкий как у всех купе дверной проем, я поражен гостеприимством второго ряда. Тут мягкие, хорошо спрофилированные велюровые сиденья разделены широким подлокотником с подстаканником, полно места в ногах, и что особенно приятно – над головой, а еще есть пепельницы и лючок для длинномеров. Отличная интерпретация идей personal luxury car .
В движенииТехнически пятый Grand Prix настолько отличается от предшественников, что сохранение славного имени выглядит насмешкой над былыми заслугами. На смену классической компоновке пришел передний привод, а V 8 под капотом не получить ни за какие деньги. Жалеть о потере двух цилиндров не стоит. Характеристики V 6 – 210 л. с. и 292 Нм, вполне на уровне творений баварских моторостроителей.
Сбить спесь с этого живчика не в силах даже четырехступенчатый «автомат», ведущий свою родословную с конца 70-х. Разгоняется Понтиак шустро, двигатель демонстрирует отличную тягу с самых низов, но о большом спорте речи нет. Задемпфированные отклики на газ и легкие задержки при переключениях – фитнес, не более того.
Перейти в другую лигу поможет спорт-режим. Резко скинув передачу, Grand Prix рванулся вперед. Под упоительный рев выхлопной стрелка тахометра мигом взлетает в красную зону, повиснув на 7 000 оборотов. В режиме кик-даун, возомнив себя масл-каром, Pontiac весело шлифует асфальт даже на 80 км/ч.
Дрэговые замашки на янки-каре – тоже мне новость! Но Grand Prix не просто светофорный гонщик. На «американце» применена полностью независимая подвеска с оригинальной поперечной стеклопластиковой монорессорой сзади. Компактная и легкая конструкция в том числе выполняет и роль стабилизатора поперечной устойчивости. Крены в поворотах в пределах допуска, принятого на хороших европейских аналогах. Жаль, что поворачиваемость, близкая к нейтральной, даже в предельных режимах слегка смазана низкой обратной связью на руле.
Езда на низких авто приучила меня всегда тормозить рядом с малейшим препятствием. Но комфортная подвеска Понтиака не собирается расшаркиваться перед каждой ямой. Трамвайных путей Grand Prix просто не заметил. Я даже обернулся, чтобы проверить, не показались ли они мне.
Но расслабляться не стоит. В Понтиаке нет ни одной подушки безопасности, а на опционную АБС первый владелец поскупился. Тому, кто решится укрощать этого крокодила, придется рассчитывать только на собственный опыт. Победителю – Большой Приз!
Городской цикл, л Загородный цикл, л Смешанный цикл, л 19 11 15 История покупкиСменив за свою водительскую карьеру несколько автомобилей, Ян в силу жизненных обстоятельств пришел к выводу, что машина ему нужна только в качестве игрушки на выходные. Выбор стоял между Ford Mustang третьего поколения и пятым Pontiac Grand Prix. В какой-то момент на горизонте замаячил Lexus SC , но машина ушла к другому покупателю в первый же день.
Черный Grand Prix 1992 года выпуска (1993 модельный год) привлек внимание реальным пробегом в 129 000 км, целым кузовом в родной краске, исправными двигателем и коробкой. В Россию автомобиль попал в далеком 1997 году, а до этого колесил по дорогам Латвии. Предыдущий владелец владел купе почти 5 лет, но последнее время машина стояла без дела, поэтому была выставлена на продажу. Ян заплатил за Pontiac смешные 130 000 рублей.