Свадьба, свидание, экскурсия: питерские крыши превратились из символа романтики в бизнес
Петербургские крыши давно стали неофициальным брендом города. Небесная линия манит к себе не только экстремальную молодежь и туристов. Но в последнее время крыши также стали неплохим вариантом для ведения предпринимательства.
Такой притягательный бренд Петербурга — его знаменитые крыши — так и не смогли получить официальный туристический статус. Остались вне закона. Накануне список с открытыми для посещения крышами удалили из Сети.
Вообще же город, который может похвастаться таким количеством потенциальных видовых площадок, совсем не спешит перенимать зарубежный опыт. Станет ли в Петербурге больше обзорных точек? Что для этого нужно — инициативные граждане или законодательная инициатива?
Корреспондент НТВ Катерина Правдина оценила потенциал небесной линии.
Руфинг — покорение крыш — как субкультура появился в Петербурге больше десяти лет назад. Несмотря на явную скрытность представителей сообщества, он быстро распространился, хоть и среди избранных. Появление домофонов, активность жителей старого города и работников ЖКХ, запирающих чердаки, популяризацию остановили. Но только не в Сети и только на время.
С тех пор, как трудности восхождения преодолевали только романтики и экстремалы, отношение к петербургским крышам несколько изменилось. И, прежде всего, у самих руферов. Они оказались разделены на несколько типов. Те, кто верен старым принципам — работать инкогнито, чужаков не пускать. Таким, кстати, никакие замки не преграда. Они вооружены ключами и отмычками разных типов. Подняться могут даже на особо охраняемый объект, не оставляя после себя следов.
Другие тоже стремятся в труднодоступные места, но могут пренебречь чистотой или что хуже — сохранностью объекта. Еще одна категория руферов стремится сделать эти пространства открытыми и бесплатными для всех. Об инициативе покорителей городских вершин — корреспондент НТВ Андрей Курицын.
Сегодня это, как принято говорить, модный тренд: в виде пожертвований через Интернет всем миром собирать деньги на свой проект. Нужный или не очень — неважно. Но именно таким образом группа петербургских активистов сейчас пытается открыть свой виртуальный, постоянно обновляемый каталог открытых городских крыш.
Цена вопроса — 30 тысяч рублей. Это гонорар для дизайнеров и программистов. Идея неожиданная. Ведь опытные руферы не любят огласки: опасается, что открытые кровли стараниями жилконтор превратятся в закрытые. зарабатывает на платных экскурсиях и не хочет терять бизнес.
Фёдор Горожанко, гражданский активист: «Любые реестры открытых крыш — это те дома, в которых люди просто по ошибке забыли закрыть крышу или где есть возможность туда забраться. Но такие прогулки незаконны, и поощрять их и призывать людей не стоит».
Но смелые энтузиасты готовы рассекретить адреса. И в своем Живом Журнале и на странице в социальной сети выложили фотографии десятка видовых площадок с точными координатами. В данный момент оригинальный проект петербургских руферов собрал пожертвований всего на 200 рублей. То ли ребятам не очень доверяют, то ли идея не очень понравилась. Но на сбор финансов у энтузиастов осталось всего 12 дней.
обрушилось на авторов идеи с жесткой критикой и даже угрозами. Опубликованные адреса доступных крыш исчезли из общего доступа в сети. Вероятно, это значит, что проект, не успев найти достаточно сторонников, прекратит свое существование.
Егор Милюков сам сегодня задается вопросом — руфер он еще или нет. Три года назад создал сообщество по организации на крышах свиданий, дней рождений, фотосессий, свадеб и даже выездных регистраций. Клиентов водит только по официальным площадкам — там, где есть договоренности или аренда. Таких точек в его распоряжении несколько в старом городе.
Ради безопасности крыши подбирают только плоские. Если находятся желающие подняться на обыкновенную кровлю жилого дома, где руферов никто не ждет, или насладиться промышленным пейзажем, клиентов направляют к друзьям, не подавшихся в бизнес и штурмующих старый фонд.
Егор Милюков, : «Когда я впервые попадаю на крышу, куда раньше никто не залезал или куда долгое время было трудно попасть, у меня ощущение собственника присутствует. Я хочу на эту крышу водить только своих друзей. Но постепенно мне кажется, что это неправильно».
Петропавловская крепость — один из тех музеев, который не проигнорировал настойчивые попытки посетителей прорваться на колокольню собора и еще в 2003 году организовал экскурсии на смотровую площадку на высоте 42 метра. Именно здесь, на экспозиции, можно узнать историю, не исключено, первого российского руфера — Петра Телушкина.
В 1830 году, когда на шпиле накренился третий по счету ангел, кровельщик из Ярославской губернии вызвался подняться к нему ради интереса. За полторы недели, цепляясь лишь кончиками пальцев, он достиг высоты 122,5 метра. Наблюдатели даже делали ставки — разобьется или нет. В итоге не разбился и получил от Николая I вознаграждение — 3 тысячи рублей серебром.
Надежда Глотова, конечно, осуждает тех, кто не ценит те стены, которые штурмует. И дело не только в том, что они попали в музей незаконно, но и в последствиях таких посещений. При этом научный сотрудник понимает эту страсть к высоте. Потому что сама не устает восхищаться хорошо знакомыми городскими панорамами.
Надежда Глотова, старший научный сотрудник Музея истории Петербурга: «Город меняется на протяжении дня, разных времен года. Сегодня в январе он совершенно иной. Мы с вами видим замерзшую Неву, замерзшие каналы, город в тумане. И Петербург кажется совершенно загадочным, сказочным, не похожим на тот, что мы видим летом».
Стремление к запретному, а еще и сопровождаемое трудностями, всегда привлекало любителей новых ощущений. Поэтому когда в Петербурге заговорили о легализации экскурсий по крышам, руферы отнеслись к такой инициативе, мягко говоря, скептически.
Кто будет лицензировать гидов, кто разрешит забираться на кровли ночью и какие дома попадут в официальный список? Всех интересов не учесть и главное — исчезнет авантюризм и романтика. А элитные руферы от этого вряд ли откажутся.