Художник из Чердаклинского района украшал уникальные яйца Фаберже
К сожалению, мало кому известно, что наш земляк Василий Зуев работал у Николая II и с Фаберже. Его уникальные работы, которыми до сих пор восхищается весь мир, хранятся в эксклюзивных коллекциях и музеях.
А узнали про это не так уж и давно. В Чердаклах открылся новый музей, связанный с той эпохой. Двухэтажное здание районного Дома творчества. Встречает директор – Терехина Лариса Александровна, волнуется. Говорит, что музей открыт недавно – 3 декабря 2015 года, и каждая экскурсия – как маленький экзамен. Открываем дверь в обычный класс, переоборудованный в музей. И… узнаю удивительную историю!
Поиски придворного художника
Николай II отвергал всех художников, приносивших миниатюрные портреты членов царской фамилии. Размеры пластины – с человеческий ноготь, и получить сходство не удавалось никому. А портретные миниатюры имели государственное значение. Они изображались на настольных медальонах, табакерках, шкатулках, которыми император награждал лично. И вдруг в 1903 году царь видит на выставке миниатюру – изображение вдовствующей императрицы Марии Федоровны. Он поражен мастерством, приказывает немедленно найти художника. Автором миниатюры оказался наш земляк Василий Зуев. В это время он, мобилизованный на войну с Японией, укутавшись в солдатскую шинель, грелся у печки в армейском поезде, продвигаясь сквозь бесконечные сибирские леса. Живописца сняли с поезда под Омском…
С армейского поезда – к царю!
А началось все в далекой симбирской (тогда самарской) глубинке. Родился Василий Иванович Зуев в деревне Кременки ныне Старомайнского района в один год с Владимиром Ильичом Лениным – в 1870 году. Отец, увидев его художественные способности, послал мальчишку учиться в Самарское реальное училище. Было трудно, голодно. Но парень был упрямый. Успехи в рисовании показывал удивительные. И на одной из выставок его работы увидел местный губернатор Александр Свербеев, весьма просвещенный потомок древнего дворянского рода. Его отец, Дмитрий Николаевич Свербеев, содержал в Москве литературный салон, который посещали в свое время Пушкин, Дельвиг, Кюхельбекер… Самарский губернатор смог увидеть в деревенском пареньке талант и взял в свою семью на воспитание! Художник быстро учился, и скоро рамки Самарской губернии стали ему тесны. А тут еще закончился срок службы губернатора. Свербеев переезжает в Петербург, где его 21-летний воспитанник поступает в Центральное училище технического рисования. Сейчас это знаменитое художественное училище им. Веры Мухиной. Василий учится блестяще и отправляется на стажировку в Париж на два с половиной года…
В 1903 году 33-летний Василий Зуев, малоизвестный, но талантливый художник, рискует взяться за миниатюрный портрет императрицы Марии Федоровны. Отдает работы на выставку, ждет. Тем временем его зачисляют в хозяйственный взвод (руки берегли, винтовку не дали) и отправляют в военном эшелоне на Дальний Восток, на войну с Японией…
С 1903 по 1917 год Василий Зуев становится последним и единственным художником-портретистом царского дома Романовых. Он рисует царских персон на подарках, которые Романовы дарят прусскому императору, английской королеве, хивинскому хану, персидскому регенту.
В этом же году происходит знакомство и начало совместной работы Василия Зуева с легендарным Карлом Фаберже. В начале века российская фирма Фаберже – лучшая в мире ювелирная компания. Гигантское предприятие, включающее в себя 15 мастерских, где работают более 700 мастеров. Среди них блистательные художники – Ф. Бирбаум, Г. Вигстрём, К. Крижитский, Агафон Фаберже и гениальный Михаил Перхин. Но жемчужиной этой коллекции талантов становится наш Василий Зуев как единственный художник, имеющий право рисовать портреты Романовых.
Работает Василий Зуев и при дворе, и у Фаберже. Так появляются мировые шедевры – императорские пасхальные яйца. Всего было создано 22 произведения, и самые ценные, 12 из них, работы Зуева.
Вот они изображены на стендах музея. Самое знаменитое – пасхальное императорское яйцо «300-летие дома Романовых». В нем 18 портретных миниатюр, выполненных на слоновой кости кисточкой толщиной с человеческий волос! А вот – пасхальное императорское яйцо «Пятнадцатилетнее царствование». Семь овальных портретов и девять миниатюр-событий из жизни Николая II.
В музее его (Зуева – прим. редактора) – уникальные фотографии. Большой портрет современного художника-портретиста из Петербурга, Анатолия Перевышко, передает в нюансах его образ. Умный, интеллигентный, в глазах скрытое упорство. Я смотрю и поражаюсь – сколько труда, сколько воли приложил этот крестьянский сын, чтобы стать истинным аристократом в безупречном костюме! Он успешен, богат, популярен.
Особенно настойчива в заказах была семья Нобель, потомки знаменитого Альфреда Нобеля, учредителя знаменитой премии. В 1917 году Нобели делают Зуеву большой заказ, выплачивают сразу 180 рублей золотом. А за окном уже бушевала Февральская революция, затем грянула и Октябрьская. Люди, близкие к царской семье, разбегались кто куда. И вот пишут разъяренные родственники Нобеля, сбежавшие в Финляндию, в фирму Фаберже: «Где пасхальные яйца, где деньги?». Там понимают, что единственный выход – найти Зуева. Тем более, что Агафон Фаберже (брат Карла) принимает необъяснимое решение остаться в Петрограде, становится уполномоченным Гохрана Советской России. Но где найти Зуева в развороченной Гражданской войной России? Люди, как песчинки, пропадали в этом страшном смерче…
Из Петрограда в Чердаклы
В Чердаклах, как и во всем Поволжье, был лютый голод. Гражданская война, продразверстка. Выжить было подвигом. Соседи подозрительно спрашивали семью Куликовых: «А чего это у вас мужик живет, вроде здоровый, а никаких дел не делает?». «А он руки бережет, он – художник», – скупо отвечали те. Сам пожилой мужчина держался особняком, в лишние разговоры не вступал.
Наверное, страдал Василий Иванович, от того, что так и не завел семью. Всю жизнь любил только творчество. Любил самозабвенно, больше всего на свете. Да и как по-другому можно работать по двенадцать часов с высочайшим напряжением физических сил! Нельзя сделать ни одной ошибки, ни одного лишнего движения! Даже вздохнуть глубоко нельзя, сразу помарка! Какая уж тут семья, дети? А теперь вот – один. Может, поэтому он с особым упорством помогал братьям, сестре, племянникам. Построил дом в Чердаклах, завел библиотеку. Тратил все, что было – на этом и держались. Самозабвенно обучал своих племянников, вспоминая деревенское детство. Словно вымаливал грех у Бога, что не завел семью, а прорисовал всю свою жизнь…
Смотрю на лицо Василия Зуева, запечатленное фотографом в 1922 году. Изможденный старик. А ему в это время было всего 52 года! Но он продолжал творить. В Ульяновском краеведческом музее есть его работа 1922 года «Портрет госпожи Гребенщиковой», сделанная на слоновой кости.
Арестовали за творчество
Нобели все-таки нашли его и напомнили про долг. Пришло злосчастное письмо из буржуазной Финляндии. Зуев ответил, скрываться не стал. Его отец так учил, хранить верность данному слову. Художник стал делать миниатюры, за которые когда-то получил деньги. Достал привезенные с собой бильярдные шары из слоновой кости, разрезал их, разрисовал. Эти крошечные лепестки миниатюры отсылал в Финляндию. А Нобели в ответ стали слать деньги и подарки.
Художник воспрял духом. Он снова занимался любимым делом! Но, видно, не замечал сурового взгляда почтальона, приносившего посылки и переводы. Контакты молчаливого художника с буржуазной Финляндией не могли пройти мимо внимания ОГПУ. В 1931 году по доносу его и всех членов его семьи арестовали.
На фотографии – Василий Зуев и его братья прямо перед арестом. Вглядываюсь в измученные крестьянские лица. Кому в голову могла прийти мысль – обвинять художника в Чердаклах в подрывной работе в пользу Финляндии? Зависть. Около года его продержали в «домзаке» в Ульяновске. Доказательств его антисоветской деятельности не нашли, отпустили. Но все конфисковали: и дом, и деньги. Он остался в полной нищете. Следующие девять лет были очень тяжелыми. За ним следили. Оставаясь в душе свободным, он говорил, что колхозы плодят лентяев, что советская власть не думает о людях. Умер выдающий художник 6 июля 1941 года в полной нищете.
Мысль о том, что здесь провел трагическую половину жизни лучший художник миниатюрной живописи России начала века, потрясает!
Дело художника нашли в архиве ФСБ
В 2004 году российский бизнесмен Виктор Вексельберг выкупил на аукционе коллекцию Фаберже и передал ее государству. С этого момента в России тема работ Фаберже приобрела огромную популярность. В Петербурге открывается музей Фаберже, получивший мировую известность. Начинается активная работа по воссозданию художественного наследия знаменитой фирмы. В Крыму сейчас делают каталог произведений Фаберже, разбросанных по местным музеям – там есть работы и Василия Зуева. Я верю, что наступит день, когда художественный мир оценит масштаб гениальности нашего земляка.
Еду обратно. Красивый закат над Волгой. Сколько раз я ездил по этой дороге и представить не мог, что рядом лежит скрытая жемчужина родной земли. А ведь эти люди, создавшие музей, тоже настоящие жемчужины нашего края! Лариса Александровна Терехина, которая загорелась после приезда эксперта фонда Фаберже и начала первой искать следы художника. Опросили местных краеведов и старожилов – ничего. Пошли в Чердаклинский ЗАГС. И вот в книге регистрации: «Зуев Василий Иванович, умер 6 июля 1941 года»… Нашли семью Куликовых, родственников, у которых жил Василия Зуев. Потом запрос в ульяновский архив ФСБ. Там сказали, что если осужденного не расстреливали, то уголовное дело уничтожали. А тут и человека отпустили, и дело его сохранилось. Так и узнали то, что, казалось, было навсегда скрыто временем. Сейчас музей уже не вмещает все оригинальные материалы о Василии Зуеве, которые есть только здесь. А ведь музей пока народный, у него нет ни одного официального сотрудника. Только энтузиасты. Такие, как священнослужитель отец Олег, который установил православный крест на могиле В.И. Зуева.
А еще у Ларисы Александровны есть мечта. Оказывается, дом, в котором умер Василий Зуев, стоит. И дом, в котором жила его большая семья, сохранился. Оба в плохом состоянии. Но еще можно спасти, если выкупить и отреставрировать. Вот тогда бы был музей в Чердаклах общероссийского значения! Каким и был наш великий земляк Василий Иванович Зуев!