Шаловливые старушки. Мистическая практика
Раиска, Нефертя и я договорились погулять сегодня в парке. Нефертя, как всегда, опаздывала. Я, как всегда, возмущалась. - Почему мы вечно должны ее ждать? – взывала я к Раиске. - Ну, бывает. - Бывает? Скажи, когда она пришла вовремя? Что-то я не припомню. - Да ладно, не пыли. У нее вчера вечером занятия были в каком-то мистическом кружке. Наверное, заснуть не могла после этой фигни. - При чем тут фигня? Совести у нее нет! - При чем тут совесть? Просто у нее другой взгляд на время. Может быть, у них, у мистиков, время по-особому течет. Вот как у Эйнштейна: слетал на выходные на другую планету, вернулся, а все поколение уже перемерло. - Тут уж точно перемрешь, пока ее дождешься. - А вот и не успеешь! – радостно воскликнула Раиска. – Смотри! Чешет, родная! Тут и я увидела Нефертю. Она энергично взмахивала локтями и вихляла бедрами – ну есть отощавший пингвин на соревнованиях по спортивной ходьбе. - Сейчас очередную байку сочинит в свое оправдание, - проворчала я. Когда Нефертя подошла поближе, я увидела, что на ее обычно бледных щеках полыхал багровый румянец, а из угла рта, совсем как у собаки, свешивался язык. - Рот закрой, - посоветовала я. Нефертя послушно втянула язык и, задыхаясь, попросила: - Девочки… давайте… сядем…а то … меня… удар хватит. Мы опустились на скамейку, окруженную алкогольной тарой и разодранными цветными пакетиками из-под всякой гадости. Отдышавшись, Нефертя начала вскрикивать: - Ой, девочки! Ой, не могу! Ой, позор! - Еще бы не позор! – подтвердила я. - А ты откуда знаешь? Нефертя подозрительно посмотрела на меня. - Что знаю? - Да ничего мы не знаем, Нефертюшечка, – успокоила ее Раиска. – Давай, рассказывай, мы сгораем от любопытства. - Сейчас, девочки. Только давайте пересядем куда-нибудь из этой помойки. Мы переместились в менее загаженное место, смахнули со скамейки следы молодежной культуры, постелили под себя бесплатные рекламные газетки (Раиска – целых две) и приготовились слушать.
Вот что случилось с Нефертей по пути к парку. Вышла она, конечно, заранее, чтобы не опоздать к «девочкам», и шла себе потихоньку через двор, помахивая целлофановой сумкой, в которой болтались заботливо завернутые в тряпицу пирожки – специально пораньше встала, чтобы испечь для «дорогих девочек». Вдруг она услышала пронзительный крик. Нефертя, у которой было отзывчивое сердце и решительный характер, не раздумывая, бросилась на зов. Там уже собралась толпа. Когда Нефертя подбежала, она увидела мальчика лет шести, который сидел на траве и орал. Одной рукой он закрывал глаз, а другой рукой и ногами отбивался от склонившейся над ним полненькой женщины в весьма легкомысленном сарафане. - Деточка, дай я посмотрю! Дай! – верещала женщина. Мужчина, украшенный усами, похожими на зубную щетку, бесстыдно запустил глаза в вырез сарафана женщины и одновременно руководил ее действиями. - Держи его за руку! – командовал он. – Да зажми ему голову коленями! Не бойся, не раздавишь! Мальчишка выворачивался и отчаянно визжал. - Чей это мальчик? Чего он ревет? – теребила зевак затрапезного вида бабка. - Глаз поранил. - А-аюшки! А глаз-то цел? - Да кто ж его знает? Видишь, не дается. - Дак вы его подманите. По-хорошему. - Вот и подмани сама, чем советы давать. Бабка порылась в сумке, достала батон белого хлеба, оторвала горбушку и пошла к мальчишке. - На, миленький, покушай хлебушка, полегчает, - ласково уговаривала она ребенка. Мальчик скорчил злую мину и дрыгнул ногой в сторону горбушки. - Ты, бабка, чё, с луны свалилась?– презрительно сказал усатый мужчина. - Нашла ребенку гостинчик! - Его бы в наше детство, подрыгал бы ножкой, - сердито заметил седовласый мужчина. - Мы о таком хлебе и мечтать не смели, - поддержала его сухонькая, интеллигентного вида старушка. – Всю войну вместо хлеба оладьи ели из картофельных очисток – тошнотиками назывались. Парень, державший на поводке моську, захохотал: - Тошнотики! Ой, не могу! - Бессовестный! Смешно ему! - набросились на него старики. Моська визгливо залаяла. Молодая женщина, державшая за руку трехлетнюю девочку-куколку, возмутилась: - Достали вы всех своими нотациями. Тошно-отики они ели! По-вашему, и мы должны своих детей картофельными очистками кормить? Она нервно раскрыла сумку, выхватила из нее коробочку конфет и протянула своей дочке-куколке: - Пойди, отдай мальчику, чтобы он не плакал. Девочка подбежала к мальчишке, бросила ему в ноги коробку конфет и вернулась к матери, которую все еще продолжали стыдить старики. Женщина злобно отбивалась. Парень, хозяин моськи, взял сторону молодой мамаши и злил стариков наглыми замечаниями. Моська заливалась лаем и рвалась с поводка. Мальчишка, обиженный тем, что внимание толпы ушло от него, закричал еще громче. - Что ты орешь, как баба? – рявкнул на него мужчина с пивным животиком. Мальчишка добавил децибел. Моська поддержала его. Народ взвыл. - Да заткни ты своего волкодава! – потребовал мужчина с пивным животиком. - Сами заткнитесь! – нагло ответил моськин хозяин. - Сейчас милицию вызову! – пригрозил ему мужчина с животиком и достал из кармана мобильник. Мальчишка решил, что это ему угрожают милицией, и забился в истерике. Женщина в легкомысленном сарафане, безуспешно пытавшаяся оторвать руку мальчика от глаза, отстала, наконец, от него. - Ничего у него там нет. Притворяется, - вынесла она окончательный вердикт, махнула рукой и ушла. Мальчишка взревел от обиды. Нефертя решила, что пришло время вмешаться. Она протиснулась сквозь толпу и подошла к ребенку. - Больно? – сочувственно спросила она, наклоняясь над ним. Мальчишка за визгом вопроса не расслышал, но задрыгал ногами, отгоняя Нефертю. Тогда она наклонилась прямо к его уху и громко крикнула: - Очень болит? Мальчишка с силой толкнул ее обеими ногами. Нефертя закачалась и артистично осела на землю. Мальчишка испуганно притих. - Негодяй! – крикнул мужчина с усами. – Как ты смеешь! - Вот из таких потом вырастают маньяки, - сделала вывод интеллигентная старушка. Остальные, молча, наблюдали за Нефертёй. А она, как ни в чем не бывало, поелозила по траве, устроилась поудобнее, поправила очки и протянула руку к коробке конфет. Взяла ее, открыла, вытащила конфетку и положила в рот. - Ай да бабка! – раздались голоса. - Артистка! – Деловая! - Я не тебе даля! – крикнула девочка-куколка, которую мамаша уводила прочь от толпы. Мальчишка обалдело смотрел на Нефертю и лишь слегка подвывал по привычке. - М-м-м-м – замычала Нефертя, изображая наслаждение, и закатила глаза. - Ловкая, смотри, как пристроилась к конфетам, - с завистью сказала бабулька, угощавшая мальчика хлебом. Нефертя широким жестом протянула коробку толпе: - Берите, граждане! Угощайтесь! Такой наглости мальчик уже не мог вытерпеть. - Моя! Отдай! – крикнул он, схватил коробку обеими руками и потянул к себе. Этого времени Неферте вполне хватило, чтобы рассмотреть оставшийся без прикрытия глаз мальчика. - Ах! Ох! – запричитала она, глядя на него. Мальчик снова прикрыл его ладонью, а другим глазом испуганно смотрел на Нефертю. - Что там? – прошептал он с ужасом. - С глазом-то – ничего страшного, не пострадал, - успокоила его Нефертя, - а вот кожа под ним содрана и синяк намечается. Налетел на что-нибудь? Мальчишка кивнул головой. - Это все не страшно, - уверила его Нефертя, - только вот я вижу, вокруг глаза скопилось очень много боли. Целая туча боли висит! – она прищурилась и закачала головой. - Ведь болит? Мальчишка снова кивнул. - Как это ты видишь тучу боли? – спросил он. - Ведь боль не видно. - А я – экстрасенс. Знаешь, кто такой экстрасенс? Мальчишка неопределенно пожал плечами. Народ притих, наблюдая за необычной беседой. Моська тоже перестала лаять, и парень спустил ее с поводка. - Это тот, кто может видеть боль. А может и убрать ее, если захочет. - Как это? – совсем ошалел мальчик. - А так! Дашь еще конфетку, заберу твою боль. - Предоплату не предлагать, - буркнул мальчишка. Нефертя хмыкнула. Толпа зароптала: - Ишь, какие детишки пошли! - Деловы-ые! – подтвердили из толпы, - У родителей набрались. - Да и бабка хороша. Бизьнесменка чертова. Нефертя сделала вид, что размышляет над предложением мальчика. - Ладно, принимаю твои условия, - сказала она ему. – Но раз без предоплаты, то две конфетки. Мальчишка согласился. Нефертя вытряхнула из своей целлофановой сумки всё её содержимое: очешник, ключи, тощий кошелек и завернутые в тряпицу пирожки для «девочек». Она придвинулась вплотную к мальчику и приказала: - Убирай руку. Буду твою боль в сумку собирать. Толпа замерла. Мальчик неуверенно отлепил руку от глаза. - Так, сиди ровно, спокойно, - заговорила Нефертя занудным голосом гипнотизера, - рассла-абься, дыхание ро-овное, ро-овное, совсе-ем ро-о-овное, все споко-ойно, все у нас хорошо-о. Сейчас боль будет уходить. Будет уходи-ить. Уже ухо-одит. Нефертя осторожно поднесла свою руку к глазу мальчика, схватила видимую только ей боль, зажала ее в кулак и быстро вытряхнула в сумку. - Ой, какая боль у тебя жгучая, - сказала она, морщась, и подула на свою ладонь. Тем не менее, она мужественно продолжила собирать жгучую боль мальчика и наполнять ею сумку. Чтобы боль не убежала, она крепко сжимала горло сумки. Мальчишка совсем забыл о своих страданиях и внимательно следил за действиями Неферти. - Ну, как, меньше стало болеть? – спросила через некоторое время Нефертя, как бы решая, продолжать ли дальше. - Меньше, меньше, но еще есть, - торопливо ответил он и добавил, вытягивая нос к сумке: - Дай посмотреть. - Нельзя, нос обожжет и снова к глазу прилипнет, - ответила Нефертя и продолжила свои колдовские действия. - Как теперь? – спросила она через некоторое время. - Всё! Уже не болит! Мальчишка снова потянулся к сумке. - Сама вижу, - деловито сказала Нефертя. – Основную боль я собрала, а остальная может еще чуть-чуть пощипать, но скоро уйдет. Готовь две конфетки, а я пока пойду, твою боль в кусты вытряхну. Эх, Нефертя! Эх, старость-не-радость! Красиво осесть на землю – это одно дело, а вот красиво подняться.… Щадя больные суставы, Нефертя сначала осторожно повернулась на бок, встала на одно колено, на другое и застыла на четвереньках, собираясь с силами. - Ну и поза у бабки! – заржал парень, хозяин моськи. – Прямо бесплатная Камасутра! Нефертя намек поняла, ее охватила паника, и, забыв осторожность, она резко поднялась, суставы взвизгнули, в глазах потемнело, голова закружилась, и она теперь уже взаправду закачалась. Мальчишка воспользовался моментом, тоже вскочил и вырвал у нее из рук сумку с болью. Отбежав в сторону, он сначала ощупал сумку снаружи – не жжет ли, потом осторожно сунул в нее палец. Ничего не случилось, и он, осмелев, просунул внутрь всю руку и елозил ею, пытаясь отыскать боль. Боли не было. Тогда он раскрыл сумку и сунул туда нос. Нос ничего не ощутил, мальчишка даже потрогал его рукой. И глаз потрогал. Тогда он вывернул сумку наизнанку и осмотрел ее со всех сторон. Ни намека на присутствие боли. Хозяин моськи не выдержал и заржал. Мальчишка догадался, что его надули, сверкнул злобным взглядом и крикнул: - Дура, бабка! Он бросил сумку на землю и стал топтать ее ногами. Теперь уже вся толпа хохотала. - Вот тебе! А то устроила здесь цирк! - Зачем же ты так! – расстроилась Нефертя и похромала за своей сумкой. Мальчишка на прощанье поддел ее ногой и подбросил вверх. Нефертя на лету подхватила ее. - Так ведь ушла же боль! – с обидой сказала она мальчишке. Тот ничего не ответил, схватил коробку конфет, показал Неферте язык и уверенным шагом будущего хозяина жизни пошел прочь. Толпа еще немного посмеялась и стала расходиться. Остались лишь моська и ее хозяин. Нефертя стала собирать и складывать в сумку свои пожитки: очечник, ключи, тощий кошелек… А где же пирожки для «девочек»? Она огляделась. В стороне валялась растерзанная тряпица, около нее сидела моська с умильной мордой и облизывалась. Моськин хозяин нагло ухмылялся.
- Вот так-то девочки, - завершила свой рассказ Нефертя. «Неужели она всё это на ходу успела сочинить? А ведь так похоже на правду», - размышляла я. – Так был ли мальчик? – подозрительно спросила я. - И были ли пирожки? – горестно добавила Раиска. - Что было, то сплыло, девочки, - ответила Нефертя. – И нечего об этом печалиться. Еще древние мудрецы советовали жить настоящим и радоваться тому, что у вас есть на данный момент. - А что у нас есть на данный момент? – полюбопытствовали мы с Раиской. - У вас есть я! - А-а! Мы с Раиской последовали советам древних мудрецов и обрадовались.