автореферат диссертации по философии, специальность ВАК РФ 09.00.04 диссертация на тему: О формах симбиоза элитарного и массового в современном искусстве

Полный текст автореферата диссертации по теме "О формах симбиоза элитарного и массового в современном искусстве"

На правах рукописи

Крюков Дмитрий Владимирович

О ФОРМАХ СИМБИОЗА ЭЛИТАРНОГО И МАССОВОГО В СОВРЕМЕННОМ ИСКУССТВЕ

Специальность 09.00.04 - Эстетика

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук

На правах рукописи

Крюков Дмитрий Владимирович

О ФОРМАХ СИМБИОЗА ЭЛИТАРНОГО И МАССОВОГО В СОВРЕМЕННОМ ИСКУССТВЕ

Специальность 09.00.04 - Эстетика

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук

Работа выполнена на кафедре общественных наук Литературного института им. А.М. Горького

Научный руководитель - доктор философских наук, профессор

КРИВЦУН ОЛЕГ АЛЕКСАНДРОВИЧ

Официальные оппоненты - доктор философских наук, доцент

КОСТИНА АННА ВЛАДИМИРОВНА

кандидат философских наук ПЕТРОВ МАКСИМ АНАТОЛЬЕВИЧ

Ведущая организация - Российский институт культурологии,

Защита состоится <Д8у>Н»&^а 2005 г. в 4^-ООчгсов на заседании специализированного совета Д 210.004.01 при Государственном институте искусствознания Федерального агентства по культуре и кинематографии и РАН по адресу: 103009, Москва, Козицкий пер., д. 5

С диссертацией можно ознакомиться в читальном зале библиотеки Государственного института искусствознания.

Автореферат разослан 2005 г.

Ученый секретарь совета,

доктор философских наук, ' V

профессор национальна* I Е.В. Дуков

1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Объект и предмет исследования

Объектом исследования диссертации выступают литература и искусство второй половины XX - начала XXI вв. во всем многообразии художественных практик и стилей. Предметом авторского анализа являются формы творчества, в которых обнаруживается взаимопроникновение, симбиоз элитарных и массовых начал.

Диссертант исходит из посылки, что как элитарные, так и массовые формы принадлежат искусству, являются двумя сторонами единой сферы художественного творчества. Внутри как элитарного, так и массового действуют так называемые механизмы возвышения и снижения (уровень оригинальности комбинаторики сюжета, величина или детализация хронотопа, глубина метафористичности и проч.) - конкретные практические приемы, благодаря которым произведение оказывается обращено к более широкой или узкой аудитории. Таким образом, автор диссертации устраняется от оценочного взгляда на элитарное и массовое и стремится в каждой из этих сфер выявить свои достоинства, преимущества и притягательность для потенциальной публики.

В работе предпринята попытка определить свойства и отличительные особенности элитарного и массового сквозь призму различных подходов: в зависимости от объема тиража, степени профессионализма, специфики и роли игровых элементов в произведении искусства, его отношения к интерпретации широких философских и нравственных проблем и т.п. Автор исходит из того, что наиболее действенным методом, способным дифференцировать критерии элитарного и массового, служит функциональный подход, а именно изучение, к какому типу сознания обращаются те или иные продукты художественного творчества. Тем самым можно обнаружить, что диагностика элитарного и массового зависит не только от эстетических свойств, которыми наделял художник свое творение, но и от тех вопросов, которые задает этому произведению читатель/зритель/слушатель. По этой причине в разные культурные эпохи од-

но и то же произведение зачастую способно осуществлять различные функции. В исторической панораме обнаруживается подвижность обозначенной выше маркированности, когда элитарные формы становятся массовыми и наоборот. Так, произведения романтиков, изначально рассчитанные на узкий круг ценителей, со временем абсорбировались массовым искусством. Выдающиеся шедевры старых мастеров (например, «Рождение Венеры» Боттичелли или «Мона Лиза» да Винчи) превратились в общекультурные фетиши. Приемы кубизма (П. Пикассо), фовизма (А. Матисс), супрематизма (К. Малевич) активно подхватывались прикладным искусством, ар деко, продуктивно использовались в сфере дизайна. И напротив, целый пласт сугубо развлекательной литературы античности и Средних веков постепенно замкнулся на камерной среде профессионалов. Та же судьба постигла джаз, а позже «классический» рок (к примеру, такие группы как Led Zeppelin, Deep Purple), которые в сознании людей последних поколений приобрели статус элитарного искусства.

Все перечисленные механизмы культуры автор изучает в аспекте симбиоза1 элитарных и массовых форм в современном искусстве. При этом рассматривается гипотеза, согласно которой наиболее выдающиеся с художественной точки зрения произведения принадлежат именно к пограничной фуппе, сочетающей в себе черты обоих типов творчества.

Проблема элитарного и массового в искусстве была осознана теоретически еще в конце XYIII в. и нашла свое отражение в эстетике романтизма2. Однако предельно актуализировал ее именно XX век с его безграничными техническими возможностями, демографическим всплеском и ростом экономики, позволивший большему количеству людей уделять время искусству. Собственно, если отдельные элементы массовой культуры наблюдались уже в период эллинизма (вспомним хотя бы

1 Под термином «симбиоз» в диссертации понимается взаимопроникновение двух различных начал, образующее качественно новое явление с особыми функциями, ролью и эстетическими свойствами.

2 Литературные манифесты западноевропейских романтиков. M 1980; Шлегель Ф. Эстетика Философия. Критика. T 1-2. M , 1983

интенсивное тиражирование античных скульптур в уменьшенном масштабе для «домашнего использования», а также небывалые по размаху цирковые представления), то непосредственно о массовом искусстве можно говорить только с начала XX века, одновременно с возникновением феномена массового человека3.

Массовый человек характеризуется обманчивым ощущением своего превосходства, желанием воспроизводства уже освоенного, найденного, «герметизмом души». Поэтому произведения, ориентированные на его сознание, отличаются эскапизмом и выраженной формульностью построения. Элитарное же искусство, напротив, всегда чуждо стандартизации, тиражированию опробованных приемов, всегда стремится разбить иго устоявшихся правил, обращено к новаторской трактовке мира и человека и требует «самопревышения» как от художника, так и от реципиента.

Вместе с тем в течение ста лет под воздействием собственно эстетических и внешних (рыночных, социальных, психологических) факторов понимание элитарного и массового непрестанно усложнялось, все больше удаляясь от примитивного их противопоставления. Так, в современном массовом искусстве заметна тенденция к дестандартизации. Оно обращается уже не столько к толпе, сколько к индивиду в этой толпе, подчеркивая его личностную значимость. В свою очередь и элитарное искусство часто не укрывается в «башне из слоновой кости», а охотно берет на вооружение занимательные приемы массового. Исследование данных глобальных процессов позволяет не только понять текущую ситуацию, но и лучше осознать пути, по которым движется искусство в разные исторические эпохи, заглянуть в его будущее.

Необходимо отметить, что интерес к названной проблеме обнаруживается как со стороны теоретиков, так и практиков. Сегодняшние художники приходят к выводу, что именно в гармоничном сочетании черт элитарного (интеллектуальность, психологизм, семантико-символическая

3 Данная точка зрения отстаивается, например, в следующих работах. Дубин Б. Что такое мас-

совая литература? // «Ех УЬгв НГ». № 19 от 20 ноября 1997; Костина А.В Массовая культура, от массового индустриального к постиндустриальному и информационному обществу// Она же Массовая культура как феномен постиндустриального общества. М, 2004; Массовый успех. М., 1989; Ортега-и-Гассет X. Восстание масс // Он же Эстетика Философия культуры. М„ 1991.

глубина) и массового (занимательность, простота изложения, прямые эмоциональные импульсы) таится «философский камень» наиболее совершенного произведения искусства.

Степень изученности проблемы

Работ, посвященных феномену элитарного и массового в искусстве и культуре, довольно много. Проблема стала активно разрабатываться исследователями на рубеже Х1Х-ХХ вв., когда возросшая роль масс в общественной жизни и вал произведений, предназначенных для непритязательной широкой аудитории (бульварная литература, синематограф) привлекли внимание к факту существования массовой культуры, до того считавшейся недостойной изучения. Впрочем, данное пренебрежение сохранялось довольно долго, поэтому неудивительно, что первые научные изыскания по проблеме элитарного и массового принадлежали более социологии, нежели эстетике и имели своей целью не столько анализ художественных произведений, сколько психологии «массового человека»4.

Социологический подход нашел продолжение в трудах теоретиков Франкфуртской школы5. Рассматривая массовую культуру и искусство в частности как однозначно негативное явление (в отличие от элитарного искусства), ведущее к деградации личности, вместе с тем они обозначили ценные критерии, которые послужили отправной точкой для настоящего исследования. Например, концепция Т. Адорно об «идеале черноты» или В. Беньямина об «утрате ауры» в искусстве.

Во второй половине XX в. постепенно в зарубежных научных работах все чаще начинают звучать голоса в поддержку массового искусства. Оно воспринимается как обладающее своими неоспоримыми преимуществами, как равное в правах с элитарным. Таким образом, возни-

4 Вебер М Избранное Образ общества М , 1994, Лебон Г Психология народов и масс М , 1995, Ортега-и-Гассет X. Восстание масс II Он же Эстетика Философия Культура. М, 1991; Рубакин Н.А Психология читателя и книги Краткое введение в библиологическую психологию М -Л., 1929, Фрейд 3. Психология масс и анализ человеческого «Я» II Он же. Избранное. Кн.1. М , 1990.

5 Адорно Т. Социология музыки. М -СПб , 1999; Он же. Эстетическая теория. М., 2001, Бень-ямин В Произведение искусства в эпоху его технической воспроизводимости. М , 1996, Мар-кузе Г Одномерный человек, исследование идеологии развитого индустриального общества. М„ 1994.

кает мысль о взаимопроникновении элитарного и массового, основанная на утверждении, что помимо «чистых» форм в искусстве существуют и смешанные, не вписывающиеся в жесткую бинарную оппозицию. Большой вклад в изучение проблемы внесли теоретики постмодернизма: Р. Барт6, Ф. Джеймисон7, Ч. Дженкс8, Ж. Делез и Ф. Гваттари9, Ж. Липовецки10, Л. Фидлер11, У. Эко12 - в чьих работах элитарное и массовое представлены как равноценные понятия. Интересны статьи П. Бурдье13 и Б. Грой-са14, где проблема рассматривается с точки зрения стратегии художника и законов рынка. А также концепция Дж. Кавелти15, где выдвинуты убедительные критерии различия элитарного и массового (миметическое -формульное), и при этом доказывается внутреннее их родство.

В отечественной науке к феномену элитарного и массового наблюдается не меньший интерес. Из исследователей, чьи работы стояли у истоков изучения проблемы, стоит назвать М.М. Бахтина16, В.В. Вейдпе17, В.Я. Проппа18, К.И. Чуковского19. К сожалению, сложившаяся советская идеология не признавала существование массовой культуры, подменив ее более выхолощенным понятием «культура для масс», что привело к несколько пристрастному и искаженному пониманию проблемы. Вместе с тем, нельзя не отметить ценные работы Н.М. Зоркой20, относящиеся к тому периоду.

Настоящее возрождение интереса к теме элитарного и массового началось во второй половине 1980-х и активно продолжилось в 1990-

6 Барт Р. Избранные работы Семиотика Поэтика М, 1994; Он же Мифологии М , 1996

1 Джеймисон Ф Историзм в «Сиянии» // Искусство кино. 1995 N8 7; Он же. Постмодернизм, или Логика культуры позднего капитализма //Философия эпохи постмодернизма Минск, 1996

8 Дженкс 4 Язык архитектуры постмодернизма. М., 1985.

9 Делез Ж., Гваттари Ф Ризома // Философия эпохи постмодернизма. Минск, 1996

Липовецки Ж. Эра пустоты СПб., 2001. " Фидлер Л. Пересекайте рвы, засыпайте границы // Современная западная культурология:

самоубийство дискурса. М., 1993

12 Эко У Заметки на полях // Эко У Имя Розы. СПб , 1999; Он же Открытое произведение. СПб , 2004; Он же Отсутствующая структура СПб , 2004; Он же Шесть прогулок в литературных лесах. СПб., 2002.

13 Бурдье П Поле литературы // Новое литературное обозрение. 2000. № 45.

14 Гройс Б Язык денег // Художественный журнал. М., 2003 № 47.

15 Кавелти Дж. Изучение литературных формул II Новое литературное обозрение 1996 N8 22

'6 Бахтин М.М. Проблемы поэтики Достоевского. М., 1963; Он же. Эстетика словесного творчества М,1979

" Вейдпе В В. Умирание искусства СПб , 1996

1в Пропп В Я Морфология волшебной сказки. Л., 1928

18 Чуковский К И. Нат Пинкертон Собр соч в 6 т. М., 1969. Т.6.

20 Зоркая Н М. На рубеже столетий У истоков массового искусства в России 1900-10 гт М., 1976;

Она же. Уникальное и тиражированное. М., 1981.

2000-х годах. В настоящий момент в России ей занимаются Р. Арбитман, М. Берг, О. Вайнштейн, A.C. Вартанов, А. Генис, Л.Д. Гудков, Б.В. Дубин, С. Зенкин, Н.М. Зоркая, E.H. Иваницкая, И. Каспэ, A.B. Костина, Т.В. Кос-тылева, O.A. Кривцун, А. Михеев, К.Э. Разлогов, А. Рейтблат, В.П. Руднев, В.И. Самохвалова, О. Седакова, H.A. Хренов, Г. Юзефович и другие ученые и критики.

Теоретико-методологическая основа исследования

Исследование проходило от вещей общеизвестных к менее изученным аспектам бытования элитарного и массового в современном искусстве. Соответственно, изначально автором были рассмотрены явные признаки массового искусства, неоднократно попадавшие в поле зрения социологических и эстетических работ

Гораздо более сложным вопросом оказалось, как ни странно, определение границ элитарного искусства. Несмотря на то, что именно оно долгое время являлось единственным предметом пристального изучения ученых, состав относящихся к нему произведений столь разнороден, что не позволяет поместить себя в рамки каких-либо жестких формулировок. Не случайно, проблема элитарного и массового часто сводится к выявлению признаков второго, тогда как первое определяется либо слишком абстрактно и общо, либо от противного, то есть как не-массовое, непопулярное, не-заискивающее перед публикой, не-ставящее во главу угла увлекательный сюжет и т.п. Однако ни абстрактный, ни «отрицательный» подход не выглядят удовлетворительными.

Чтобы выявить конкретные и позитивные признаки элитарного искусства автору пришлось обратиться к работам, посвященным не столько проблеме элитарного и массового, сколько собственно «высокому» искусству. Прежде всего, это труды таких авторов как М.Н. Афасижев21, Э. Гомбрих22, И.П. Ильин23, Ж. Липовецки, М.Н. Липовецкий24, Н.Б. Мань-

21 Афасижев М.Н. Альтернативы модернизма М., 1998.

22 Гомбрих Э История искусства. М , 1998.

23 Ильин И П Постструктурапизм Деконструктивизм Постмодернизм. М., 1996.

24 Липовецкий М.Н Русский постмодернизм. Екатеринбург, 1997.

ковская25, X. Розенберг26, В. Савчук27, B.C. Турчин28. Существенную помощь оказали также исследования Т.А. Апиняна29, Ж. Батая30, М.М. Бахтина, Ж. Бодрийяра31, Дж. Лакоффа и М. Джонсона32, Ю.М. Лотмана33, Д. Лукача34, М.Д. Родны35, О.М. Фрейденберг36, Й. Хейзинги37, касающиеся общетеоретических вопросов современного искусства. В понятийный инструментарий диссертантом были введены некоторые новые понятия: «семантико-символическая глубина», «искусство-ритуал» (сакральное) и «искусство-шоу» (эскапистское).

Выявление непосредственных форм взаимопроникновения элитарного и массового в современном искусстве потребовало привлечения широкого эмпирического материала литературы, живописи и кино. А в поле исследования попали такие понятия как пародия, кэмп, ремейк, китч, мифологизм, в анализе который автору пригодились работы Р. Барта, А.И. Горшкова38, М. Загидулиной39, Н. Кляйн40, E.H. Ковтун41, Е.М. Меле-тинекого42, М. Элиаде43, К.-Г. Юнга44.

Таким образом, в настоящем исследовании была предпринята попытка комплексного рассмотрения общих и особенных черт элитарного и массового искусства в контексте эстетической, социологической и философской проблематики.

25 Маньковская Н.Б. Париж со змеями (Введение в эстетику постмодернизма). М., 1995; Она же. Эстетика постмодернизма. СПб., 2000.

26 Rosenberg Н. Art on the Edge. Creators and Situations. London, 1976.

27 Савчук В. Конверсия искусства СПб,, 2001.

28 Турчин B.C. По лабиринтам авангарда. М, 1993.

29 Апинян Т.А. Игра в пространстве серьезного СПб., 2003.

30 БатайЖ. Литература и зло. М., 1994.

31 Бодрийяр Ж. Прозрачность зла. М., 2000.

32 Лакофф Дж., Джонсон М Метафоры, которыми мы живем // Теория метафоры. М., 1990

33 Лотман Ю.М. Структура художественного текста М., 1970

34 Лукач Д Теория романа // Новое литературное обозрение М.( 1994 Ns 9

36 Родна М Д Современное искусство Притворись его знатоком. СПб, 2000.

ж Фрейденберг О М Система литературного сюжета // Монтаж. Литература Искусство. Театр. Кино. М., 1988.

37 Хейзинга Й. Homo ludens. М., 1997

38 Горшков А.И. Лекции по русской стилистике М , 2000

39 Загидулина М. Ремейки, или Экспансия классики // Новое литературное обозрение. 2004 № 69.

40 Кляйн H. No Logo. Люди против брэндов М , 2000

41 Ковтун Е Н. Поэтика необычайного М, 1999

42 Мелетинский Е.М Поэтика мифа. М., 2000

43 Элиаде М Аспекты мифа М , 2001.

44 Юнг, К.Г. Об отношении аналитической психологии к поэтико-художественному творчеству II Зарубежная эстетика и теория литературы XIX-XX вв М„ 1987.

Источники исследования можно разделить на три основные группы. В первую вошли научные и критические работы философов, социологов, искусствоведов, так или иначе затрагивающие категории элитарное и массовое в современном искусстве-

Вторую группу составили статьи, пособия и интервью, принадлежащие практикам искусства: писателям, режиссерам, драматургам, художникам и музыкантам. Это, несомненно, обогатило настоящее исследование, позволило взглянуть на проблему не только с позиции стороннего теоретика, но и изнутри.

Третья группа - непосредственно эмпирический материал: преимущественно произведения литературы второй половины XX - начала XXI вв., иллюстрирующие приводимые диссертантом положения.

Цель и задачи исследования

Цель настоящего диссертационного исследования заключается в рассмотрении современного искусства сквозь призму категорий элитарного и массового также в преодолении догматического взгляда на проблему, согласно которому элитарное и массовое представляются двумя нреоприкасающимися полюсами. Автору было важно доказать, что именно вследствие их противостояния и одновременного взаимопроникновения рождаются выдающиеся художественные произведения и формируется общий культурный контекст современной эпохи.

Данная цель достигается путем решения более частных задач:

- Выявление общих и отличительных признаков элитарного и массового искусства;

- Анализ художественных текстов и высказываний современных авторов, размышляющих над понятиями элитарного и массового;

- Очерчивание возможных границ элитарного и массового на примере конкретных произведений настоящей эпохи;

- Рассмотрение так называемых механизмов возвышения и снижения, благодаря которым произведения искусства способны циркулировать из сферы элитарного в сферу массового и наоборот;

Положения, выносимые на защиту:

- Понятие художественного профессионализма выступает одним из важнейших атрибутов массового искусства; оно уже не является отличительным признаком элитарного типа творчества, как было принято считать ранее.

- Важнейшим признаком дифференциации элитарного и массового может служить авторское понятие «семантико-символическая глубина».

- Современному массовому искусству присущ феномен дестан-дартизации: оно апеллирует не столько к толпе, сколько к индивиду в этой толпе.

- К массовым продуктам могут быть отнесены не только произведения, характеризующиеся формульностью построения и эскапизмом, но и работы, принадлежащие к радикальным художественным практикам, за эпатажем которых скрывается превалирующая цепь понравиться аудитории.

- Имеется связь между природой мифологического сознания и психологическим типом драматической интриги в современном искусстве (неомифологизм).

- Конкретными формами симбиоза элитарного и массового в современном искусстве выступают пародия, ремейк, кэмп, а также пограничные жанры, образующиеся на стыке разных видов искусств: экранизация, аудио-книги, инсталляции и т.п.

- Наиболее значимые с художественной точки зрения произведения современного искусства отличаются характером формообразования, вбирающим в себя приемы элитарного и массового типов творчества.

Научная новизна диссертации

В работе предпринята попытка отойти от традиционного противопоставления элитарного и массового как «высокого» и «низкого», интеллектуального и примитивного, камерного и тиражного. Не отрицая существенных различий между двумя типами искусства, в диссертации выявляются черты их сходства, проявляющиеся в самой практике художественного творчества последнего столетия. Автор вводит в научный инструментарий понятие «семантико-символической глубины», позволяющее изучать разные формы взаимопроникновения элитарного и массового в современном искусстве. Осуществлен анализ совокупных социально-психологических факторов, ведущих к различению типов (регистров) художественного восприятия. В процессе изучения проблемы автором была предложена дифференциация понятия «адаптация» применительно к практике художественного творчества, а также разработана типология драматической интриги в зависимости от типа художественного вымысла.

Научно-практическая значимость исследования

Можно отметить три аспекта научно-практической значимости настоящего исследования:

1) Разработка проблемы элитарного и массового позволяет лучше понять тенденции и интенциональные особенности современного искусства.

2) В работе осмысливается положение, почему отдельные произведения искусства вызывают массовое признание, не опускаясь при этом до уровня поделки, то есть, сохраняя свои эстетические достоинства. Таким образом, некоторые выводы диссертации могут быть интересны практикам (в первую очередь писателям) как некое теоретическое пособие по созданию успешного произведения искусства.

3) Результаты исследования могут быть использованы при чтении лекционных курсов и проведении семинаров по эстетике, истории художественной культуры XX века.

Главы диссертации и ее окончательный текст обсуждались на кафедре общественных наук Литературного института им. А.М. Горького, на заседаниях методологического семинара отдела эстетики Института теории и истории изобразительных искусств Российской академии художеств, на заседании отдела теории искусства Государственного института искусствознания. Кроме этого автор выступал с докладами по материалам диссертации на конференции «Массовая культура на рубеже веков», проходившей 19-21 ноября 2003 г. в Государственном институте искусствознания.

Диссертация состоит из введения, трех глав (восемнадцати параграфов), заключения и списка использованной литературы (библиографии) и насчитывает 148 страниц.

2. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении определяется проблема и обосновывается актуальность темы, а также очерчивается предмет и объект исследования. Здесь же проводится обзор использованной литературы, раскрывается научная новизна и практическое значение работы.

Первая глава «Принципы дифференциации элитарного

и массового в современном искусстве: общее и особенное»

Глава посвящена поиску основополагающего принципа различия между элитарным и массовым, поскольку кажущаяся легкость, с которой конкретное произведение можно соотнести с тем или иным типом искусства, приводит в итоге к тому, что теоретическое обоснование такого разделения остается неопределенным. Глава состоит из пяти параграфов, в которых анализируются наиболее часто используемые принципы дифференциации.

1.1. Когда зерно начинает звучать, или проблема тиража

Наиболее очевидным признаком представляется объем тиража Фактически в самих понятиях массовое и элитарное (то есть, отборное) уже заложено количественное разделение, которое напрямую зависит от читательского/зрительского спроса. Одни произведения создаются, чтобы заведомо нравиться максимально широкой аудитории, тогда как другие не претендуют на подобную всеобъятность хотя бы потому, что предъявляют к реципиенту более высокие требования45. Вместе с тем миллионные тиражи, скажем, У. Эко или Дж. Фаулза доказывают - художник способен преодолеть границы камерного мира ценителей и выйти на просторы массовой культуры, однако при этом не стать более массовым. За тиражированием кроются не только коммерческие выгоды и маркетинговые стратегии, но и присущая человеку тяга к прекрасному. Таким образом, главный признак кроется все же в качественных характеристиках художественного произведения, а не в количественных показателях.

1.2. Профессионализм - панацея или яд?

Отправной точкой для исследования в этом параграфе служит утверждение о профессионализме элитарного искусства по сравнению с профанным поточным массовым. Автор оспаривает данную точку зрения, отмечая, что на протяжении XX века так называемое элитарное искусство все больше абстрагировалось от профессионализма (авангардистские практики), тогда как в массовом искусстве заметна обратная тенденция (романы С. Кинга, картины Б. Валеджио, кинопродукция Голливуда). Чтобы нравиться произведение должно обладать минимальным качеством, талант художника - производная слишком непостоянная, не пригодная для массового искусства с его апологетикой серийности, а гарантией необходимого уровня благосклонности выступает именно профессионализм. Диссертант соотносит профессионализм (то, что связано с каноном) с формульностью - одним из критериев именно

45 См. Бурдье П. Поле литературы // Новое литературное обозрение. 2000 N8 45

массового искусства46. Однако наряду с этим не игнорируется факт дес-тандартизации современной массовой культуры47, из чего следует вывод: все одаренные художники, к какой бы традиции они ни принадлежали, стремятся нащупать грань между формулой (чтобы быть понятыми) и творческой свободой. Профессионализм в данном случае не является отличительным признаком элитарного или массового.

1.3. Противоречия игры в современном искусстве

как признак дифференциации на элитарное и массовое

В настоящем параграфе анализируются два противоречащих друг другу тезиса: современное искусство носит игровой характер и вместе с тем в ряде своих форм чуждо игровому началу. На данном основании делается попытка разграничить элитарное и массовое. При первом приближении кажется, что игра присуща скорее массовому искусству, чья главная функция - развлечение. Это, в частности, выражается в таком ярком игровом жанре, как фэнфик (тексты непрофессиональных авторов, созданные по мотивам известных произведений). Стоит, однако, признать, что «идеальный читатель» элитарного романа тоже находит в процессе чтения развлечение. Как и автор текста, он воображает, играет с персонажами, лицедействует.

Таким образом, для дальнейшего исследования встает необходимость конкретизировать само понятие игры. Диссертант прибегает к двум критериям. Игра в искусстве может быть искренней и корыстной. Под последней подразумевается так называемый пуэрилизм48, господство си-мулякров49. Из этого можно сделать вывод, что те художественные произведения, которые стремятся понравиться любыми способами, в том числе и доказывая свою особость, эпатируя публику, на самом деле принадлежат массовому искусству. Их сложность для восприятия в данном случае значения не имеет.

46 См КавептиДж Изучение литературных формул II Новое литературное обозрение 1996 Ne 22

47 См. Липовецки Ж. Эра пустоты. СПб., 2001.

44 См. Хейзинга Й Homo Ludens. М , 1997.

46 См Бодрийяр Ж Прозрачность зла. М., 2000

Второй важный критерий, относящийся к сфере игры в художественном произведении - уровень, на котором она ведется. Фабула произведений массового искусства непременно богата на интригующие события. Вместе с тем еще Ф. Шиллер и Ф. Шопенгауэр призывали победить содержание формой, то есть мало интересный, невыигрышный бытийный материал сделать притягательным с помощью художественных средств. Можно сказать, что определенные уровни игры (психологический, стилевой) не встретят одобрения у широкой аудитории, а значит, их наличие в произведении указывает на элитарность. В то же время это ненадежный критерий, поскольку существует немало работ, сочетающих в себе игру как на психологическом, стилевом, так и на фабульном уровне (произведения Ф. Анда-хази, П. Лагерквиста, У. Эко, фильмы «Леон» и «Крестный отец»).

1.4.0 пользе садизма и вреде эскапизма.

Искусство-ритуал и искусство-шоу

В данном параграфе автор исходит из положения, что элитарное искусство терзает своего реципиента, погружая в хаос бытия. Оно построено на насилии, ибо безжалостно ломает привычные рамки восприятия, в которых публике хорошо и уютно50. Напротив, массовому искусству присущ эскапизм. Последнее понятие определяется через следующие признаки: тривиальные (хотя не исключено, по-своему привлекательные) средства выражения, красивый антураж, возвышенные, героические образы. В повествовательных видах искусства: литературе и кинематографе - помимо чисто визуальных отличий эскапистской реальности от подлинной является также четкая граница между добром и злом, с явной доминантой первого. То есть зло, хотя и присутствует, но не является онтологическим элементом изображаемой действительности, а как бы привносится извне в лице потусторонних темных сил, антигероев-трикстеров. Стоит уничтожить злодеев, и все возвращается на круги своя - к полной гармонии, как, например, в фантастических эпопеях и произведениях жанра (тогтог.

80 Адорно Т. Эстетическая теория. М., 2001; Ортега-и-Гассет X. Эстетика. Философия культуры. М„ 1991.

Таким образом, автором проводится следующее тождество: элитарное - искусство-ритуал, массовое - искусство-шоу. Витальной энергией первого является сакральное зло, которое выражается в глубоком сопереживании, в неприятии зла через само его изображение. Тогда как искусство-шоу эскапистское в том смысле, что предпочитает не замечать трагедии, а если и наблюдать за ней, то видеть лишь источник наслаждения, что по-настоящему является путем зла.

1.5. Различие между элитарным и массовым

как перепад высот. Семантико-символическая глубина

На данном этапе исследования диссертант вводит понятие семан-тико-символической глубины. На символическом уровне она определяется как множественность значений художественного образа, чем, в частности, объясняется стойкость элитарного искусства перед лицом времени, ибо каждая эпоха и даже человек на разных жизненных этапах способны находить в старых образах близкие им смыслы. На семантическом уровне глубина представляется в виде последовательной реализации в произведении разнонаправленных, но равноправных взглядов на мир и принципов поведения (это сближает ее с терминами «диалогизм» и «полифонич-ность» М.М. Бахтина51). Подчеркивается тот факт, что множественность разнонаправленных точек зрения способна рождаться из граней одного характера: психология современного героя демонична52.

При всей кажущейся похожести конфликтов, затрагиваемых элитарным и массовым искусством (между чувством и долгом, наличествующим и идеальным и т.п.), решение этих конфликтов идет разными путями. Даже если в произведении массовой культуры и наблюдается некая многозначность, к финалу она будет изжита окончательно, проблемы разрешатся. В элитарном искусстве такое невозможно в принципе, ибо истина невыразима.

51 Бахтин М М Проблемы поэтики Достоевского. М , 1963 С 112; Он же Эстетика словесного творчества. М„ 1979.

и Лукач Д. Теория романа // Новое литературное обозрение. 1994 № 9.

В то же время в работе не отрицается мысль, что множественность значений представляется обоюдоострым оружием, способным действовать не только на благо искусства, но и приводить к утрате целостности, к «новому отсутствию глубины»53.

Подводя итог, автор дает следующее определение: элитарное искусство характеризуется большой семантико-символической глубиной, вследствие чего в процессе его восприятия формируется индивидуальное, творчески восприимчивое и активное сознание. Одновременно элитарное искусство отличается бескорыстностью. В массовом искусстве, напротив, превалирует желание снискать симпатию аудитории любыми способами, хотя бы такими разными как эскапизм или эпатаж. Следовательно, оно в большей степени отличается прагматизмом и формульностью.

Вторая глава «Сосуществование механизмов возвышения

и снижения в творческих практиках элитарного и массового»

В главе рассматриваются так называемые механизмы возвышения и снижения - зачастую неосознанные приемы, которые, тем не менее, влияют на уровень формы и содержания отдельно взятого произведения и благодаря которым последнее может восприниматься либо как принадлежащее к сфере элитарного, либо - к сфере массового искусства.

2.1. Величина и величие

Внимание в параграфе обращается на следующий феномен: после определенной (критической) отметки величина художественного произведения воспринимается как его достоинство и обращается в величие. Так, порой в изобразительном искусстве оригинал выигрывает перед самыми совершенными репродукциями за счет своего масштаба. Успех голливудских фильмов можно объяснить сочетанием «банальности с гигантоманией»64. А в литературе размах хронотопа запускает чи-

63 Джеймисон Ф Постмодернизм, или Логика культуры позднего капитализма II Философия эпохи постмодернизма. Минск, 1996 С. 121

54 Генис А Вавилонская башня. М., 1997. С. 66.

тательскую установку: если писатель взялся за столь внушительный материал, значит, он - сильный автор.

2.2. Эффект остановившегося мгновения

В этом параграфе описывается обратный механизм, когда хронотоп романа сжимается. При этом отдельные, казалось бы, малозначимые происшествия и детали обретают глубокий смысл, а плотность текста сгущается и возрастает (так, действие романа У. Эко «Имя Розы» протекает всего несколько дней, а романа К. Абэ «Совсем как человек» - несколько часов). Хотя прием ретардации успешно применяется и в массовой литературе, однако неспешность повествования является качеством скорее присущим для элитарного искусства, рассчитанного на глубокое, вдумчивое восприятие.

2.3. «Плавающий» сюжет: параллельные пути

и обратные ходы

В качестве механизма возвышения-снижения в параграфе рассматриваются оригинальные приемы при построении сюжета. В противоположность классическому линейному сюжету современный значительно динамичнее, действие в нем может происходить одновременно в разных географических точках и эпохах, завязка и развязка не совпадать с началом и концом произведения (Й. Бэнкс «Шаги по стеклу», А. Конде «Грифон», Г. Ряжский «Дом образцового содержания»). Причем все это воспринимается читателем, воспитанным Интернетом и современными СМИ, совершенно естественно.

Автор выделяет два основных приема сюжетосложения: параллельные пути (параллельное развитие нескольких сюжетных линий) и обратные ходы (смешение пластов прошедшего, настоящего, а иногда и будущего времени). Каждый из них имеет ряд специфических достоинств. Параллельные пути, усложняют сюжет, тем самым придавая произведению объем и глубину. Кроме того, они поддерживают интригу, поскольку в точке их пересечения, как правило, происходит все самое не-

ожиданное и интересное. В свою очередь обратные ходы, во-первых, приводят к умолчанию какого-то важного эпизода в прошлом или дают намек на нечто свершившееся в будущем и тем самым создают ощущение тайны. Во-вторых, они оживляют механизмы работы человеческой памяти, ведь воспоминания не развиваются прямолинейно, но постоянно перепрыгивают с одного события на другое, и превращают процесс восприятия произведения искусства в живое и вдумчивое действие.

Здесь в поле исследования попадает такое важное свойство современной литературы и шире - всей культуры - как интертекстуальность. Автор отходит от утверждения, будто качество произведения напрямую зависит от того, с каким культурным опытом оно соотносится. Интертекстуальность представляется явлением более сложным, чтобы свести его влияние к бинарной оппозиции: обращение к высокой традиции - возвышение, к низкой - снижение. В работе выделяются два признака интертекстуальности: открытость и функциональность. Под сокры-тостью подразумевается, насколько глубоко лежат связи между текстами, а также идет ли отсылка к известным или к малоизвестным претекстам. Функциональность обозначает, какие цели преследует интертекстуальность: служит ли она автору для привлечения «своей» аудитории или же находится в области чисто эстетической игры. Несмотря на некоторую условность, данные критерии позволяют тщательнее рассмотреть интертекстуальность в контексте проблемы элитарного и массового.

2.5. Противостояние «самостоятельных индивидуальностей»

и «по ту сторону добра и зла»

Автор вновь обращается к философским понятиям добра и зла. Однако здесь это делается уже не ради выявления отличительного признака между элитарным и массовым искусством, а чтобы установить конкретные приемы, с помощью которых в художественном произведении появляется многозначность. Первый путь - наделение персонажей самостоятельной индивидуальностью, что исключает понятие «абсолют-

ный злодей» (С. Лукьяненко «Ночной Дозор», П. Энтони «Заклятие для хамелеона»). Второй путь, напротив, сводится к исчезновению положительного героя, к маргинализации искусства (Й. Бэнкс «Осиная фабрика», Е. Монах «Смотрю на мир глазами волка», В. Спектр «Face control»). Причем потеря нравственных ориентиров, хотя и ведет к обилию разнонаправленных точек зрения, рассматривается автором скорее как механизм снижения.

2.6. Закономерные случайности.

Логика и непредсказуемость сюжета.

Предметом исследования в данном параграфе выступает сюжет, а именно какими качествами он должен обладать, чтобы усилить художественные достоинства произведения и, напротив, что может сыграть в минус. Диссертант приходит к выводу, что действие, построенное на одной логике, кажется мертвенным. Таким образом, идеальный сюжет состоит из случайностей, которые вытекают из неожиданного пересечения независимых цепей событий. Причем взятые сами по себе эти цепи событий должны иметь вполне ясные причины.

2.7. «Хлеб писательства». Коротко о языке

Существенным механизмом возвышения и снижения выступает непосредственно язык произведения искусства. В этом контексте автор анализирует такие понятия как «метафора», «деталь», «словарь писателя».

Доказывается, что метафора способна не только украшать текст, но и делать его понятнее, поскольку является важнейшим инструментом мышления: человек осмысливает понятие путем наложения («mapping») на него свойств иного55. Далее выделяются три степени метафор: авторские, языковые и штампы. Авторские не обязательно хороши и точны, но обладают индивидуальностью и новизной. Метафоры языка в настоящее время утратили свою яркость, воспринимаются как устойчивые слова и словосочетания и по большей части эстетически нейтральны. Штампы

55 См Лакофф Дж, Джонсон M Метафоры, которыми мы живем // Теория метафоры М , 1990.

определяются как метафоры языка, претендующие на авторскую новизну, из чего следует вывод: в зависимости от претенциозности они либо не производят никакого эффекта, либо снижают достоинства произведения.

Деталь в диссертации противопоставляется описанию как лаконичное (единичное) общему. При этом автор делает наблюдение, что современная массовая литература предпочитает именно деталь, как более экономичный и удобный для читателя прием, тогда как элитарная словесность не отказывается от развернутых описаний.

В исследовании словаря писателей внимание сосредоточено на наиболее частых погрешностях, преследующих тексты массовой литературы: перегруженность модными словцами, навязчивость излюбленных автором эпитетов, обилие неопределенных местоимений и союзных слов («какой-то», «некое», «что-то» и т.п.) На примере творчества В. Пелевина показывается, как с помощью словесной игры автор может восполнить бедность лексикона.

2.8. Эстетическая оценка как смена регистров восприятия

Эстетика начинается там, где появляется оценка предмета с точки зрения прекрасного. Причем если в классическую эпоху образцом выступало элитарное искусство, которое являлось авангардом и задавало общий bon ton, то сейчас элитарное искусство не гнушается обращаться к массовому, питается его жанрами и приемами. В данном случае дистанцирование (смена регистров восприятия) приводит к чудесным превращениям штампа в новаторство, корявого языка в особенность стиля, низкого в высокое. В современном искусстве диссертант прослеживает этот механизм возвышения на примере фильмов К. Тарантино, романов Т. Конвицкого «Чтиво» и Ч. Буковски «Макулатура». Сами их названия свидетельствуют об авторской оценке, в данном случае пренебрежительной. Но именно этот факт указывает на наличие в произведении двойного дна, повода для интеллектуальной игры, заключающейся в умении понять иронию, различить серьезное и пародийное.

2.9. «В каком углу рамочки?»

Искусство, сотворившее себе кумиров

В заключительном параграфе второй главы анализ выходит за рамки эстетических критериев, непосредственно принадлежащих произведениям искусства. Обоснованием этому служит мысль о существовании некоей системы внеэстетических ценностных координат, которая влияет на людей не менее властно, чем художественные вкусы56. Искусство полно кумиров, и человек, особенно массовый, склонен к фетишизации объектов искусства. Тот, кто не почитает Пикассо, Ван Гога, Пушкина, Толстого или Дж. Роулинг воспринимается как отсталый, эстетически не развитый, потому что творчество этих художников уже сделалось достоянием культуры (будь то элитарной или массовой). Таким образом, аудитория дает некоторым авторам аванс своей любви или наоборот, если вокруг художественного продукта сформировалось негативное информационное поле. То есть внеэстетические стереотипы способны возвышать или снижать статус произведения искусства.

Третья глава «Формы симбиоза элитарного и массового

в современном искусстве»

В третьей главе анализируются конкретные формы симбиоза элитарного и массового. Предварительно они делятся на три большие группы. Смешение происходит 1) в произведениях, обладающих чертами различных видов искусств, 2) при соотнесении нескольких произведений друг с другом (пародия, ремейк) и 3) в рамках одного произведения.

3.1. Пародия в век массового стеба

В первом параграфе третьей главы автор прибегает к понятию «кэмп», которое применительно к искусству рассматривается как тяга к чрезмерной искусственности, неестественности, серьезности и вместе с тем самопародии. Иными словами, художники сегодня охотно пользу-

5' См. Гройс Б Язык денег // Художественный журнал М., 2003 № 47; Кестлер А. Анатомия снобизма // Иностранная литература М , 2001 № 4

ются приемами вульгарной массовой культуры (Э. Уорхолл, М. Уэльбек), однако дистанция между двумя типами искусства при этом все равно сохраняется, поскольку заимствование элементов носит непринужденный, необязательный характер. Главной проблемой здесь видится разведение пародии и развлекательной шоу-культуры. Настоящая пародия при всем своем сарказме и агрессивности есть нечто большее, чем просто увеселение. Это спор, в котором рождается истина, это подсознательный поиск идеала через обличение оригинала. В противном случае пародия превращается в пастиш - насмешку, глумление над уже мертвыми (по крайней мере, для автора пастиша) формами, жанрами и стилями.

3.2. Искусство как «переделывание»,

или несколько слов в защиту адаптации

Данный параграф посвящен такой форме симбиоза элитарного и массового, как ремейк. В работе это понятие рассматривается достаточно широко - не только как переделка конкретного произведения, но как создание нового на основе общеизвестного сюжета. При таком взгляде ремейк представляется явлением не только современного искусства -постмодернизма - с его культом цитатности, но культуры вообще: в эпоху античности, в Средние века и Возрождение художники разрабатывали весьма ограниченный набор сюжетов, почерпнутых из мифологии либо из Священного писания.

Поскольку ремейк не есть просто копия, а всегда отстранен от изначального произведения, он является как бы адаптацией, приспосабливанием, прилаживанием старого материала к актуальной среде. При этом автор считает, что необходимо отойти от традиционно негативного восприятия адаптации и предлагает свою классификацию данного понятия. Элитарная адаптация - семантико-символическая глубина ремейка не уступает оригиналу, оба они лежат в сфере элитарного искусства (например, сценарии Т. Стоппарда по пьесам Шекспира). Возвышающая адаптация есть переход массового в элитарное путем обогащения базового материала новыми импульсами, психологизации конфликта, когда

примитивное внешнее противостояние добра и зла переносится на внутренний план души (как легенда о Фаусте у Гете, Томаса Манна). Остальные три типа адаптации принадлежат более области массового искусства. Здесь выделяются национально-культурная и временная адаптация, то есть приспосабливание первоначального материала под соответствующие особенности новой среды. Наконец, снижающая адаптация - это сведение сложного к примитивному с помощью простейших систем опущений, купюр и сюжетных подстановок.

3.3. Пограничные жанры - сочетание видов искусств,

сочетание элитарного и массового

Под пограничными жанрами в работе понимаются группы произведений, созданных на основе ранее существовавшего материала, но в отличие от ремейка оригинал и новое здесь принадлежат разным видам искусства, то есть природа их художественной формы кардинально различна. К пограничным жанрам диссертант относит аудио-книги, инсталляции, коллаж (как комбинация фотографии и известной картины), экранизацию. Особенное внимание уделяется анализу последнего жанра. Разбираются причины, из-за которых сложилось устойчивое представление, будто при переложении на язык кино литературное произведение утрачивает семантико-символическую глубину. Отмечается, что экранизация отнюдь не уступает литературному оригиналу в профессионализме, а подчас и превосходит его. Однако она обладает большей зримостью, что невольно нивелирует инициативу зрителя, лишает его возможности воображать. Кроме того, фильм жестко ограничен во времени: в течение двух-трех часов ленты нельзя адекватно передать содержание многостраничного романа. Третий значимый аспект заключается в отношении к слову. Фильм по определению менее многословен. Диалоги персонажей в нем представлены в сжатом виде, а столь важная составляющая, как авторская речь и вовсе отсутствует. Собственный язык киноискусства способен компенсировать этот недостаток, но отнюдь не всегда, особенно, когда художественная квинтэссенция литературного произведения лежит в об-

ласти не содержания, но формы, стиля, словесной игры (а последний признак зачастую отличает именно элитарное искусство). Впрочем, автор не забывает и о примерах, когда экранизация отнюдь не проигрывает литературному первоисточнику, а подчас даже обогащает сюжет новыми смыслами (фильмы Андрея Тарковского по романам Станислава Лемма и братьев Стругацких, «Королева Марго» Патриса Шеро).

3.4. Китч, или вечно живой миф

В последнем параграфе третьей главы рассматривается наиболее сложная форма симбиоза элитарного и массового - китч, когда смешение черт элитарного и массового происходит в рамках одного произведения. Если изначально под китчем понимали безвкусную массовую продукцию, то сейчас этот термин означает нечто не-подлинное, но это отнюдь не исключает его художественное совершенство (поэтому, например, к китчу порой относят творчество У. Эко и С. Дали). То есть, фальшь китча может происходить из чрезмерного профессионализма, слишком виртуозных приемов, рассчитанных на беспроигрышный коммерческий эффект. Его вторичность уже не бросается в глаза. Он может восприниматься в качестве самостоятельного, самоценного произведения. При этом нельзя отказать ему в многозначности, открытости к разным толкованиям, глубоким психологическим коллизиям. Из этого автор делает вывод, что современный китч является столь сложной формой симбиоза элитарного и массового, что разделить их в нем точным научным инструментарием без обращения к области вкуса и рецептивной эстетики нельзя Главным обоснованием для столь тесного сращения видится мифологизм (неомифологизм), пронизывающий всю современную культуру. Мифологизм выражается в возрождении интереса к чудесному и рационально непознаваемому, в богатом символическом словаре, в сложной системе образов-двойников, даже в интертекстуальности, поскольку именно мифологическое сознание тяготеет к многократному пересказу.

В то же время диссертант обнаруживает некоторые различия между мифологизмом элитарного и массового искусства. Во-первых, произведения элитарные построены таким образом, что нельзя с точностью констатировать, описывается ли в них фантастическая реальность - то есть волшебный мир, который условно принимается как настоящий - или события иллюзорны, являются галлюцинацией, сновидением персонажа. Для элитарного искусства такая конкретизация непринципиальна, поскольку внимание заостряется не на фактическом, а на психологическом плане (см. например, фантастическое у М. Булгакова, Ф. Кафки, Т. Манна, Е. Черниковой). Напротив, произведения массовой культуры дают более ясное понимание о границе реального и фантастического (романы А. Белянина, Дж. Роулинг). Во-вторых, автор обращает внимание на тот факт, что представители традиционных обществ четко разделяют свои сказания на «истинные» и «ложные»57. Соответственно с точки зрения первобытной логики подлинный миф не есть вымысел или фантазия - это повествование о правдивых и сакральных событиях. Таким образом, «истинный» мифологизм соотносится с искусством-ритуалом и стремится проникнуть в самые глубины человеческого существа. Напротив, «ложный», сугубо развлекательный мифологизм может быть отнесен в сферу искусства-шоу.

Автор приводит собственную типологию драматической интриги («тайн») в зависимости от художественного вымысла: онтологическая (строится на необычности изображаемого мира, распространена в фантастике), детективная (главный ее принцип в поиске неизвестного), историческая (в ее основе лежит обращение к известным, но притом загадочным событиям истории) и, наконец, психологическая тайна (касается поведенческой мотивации персонажа). В художественной практике чаще всего несколько типов интриги присутствуют в произведении одновременно, дополняя друг друга. Однако именно психологическая кажется для элитарного искусства непреложной, тогда как другие при всей своей функциональной значимости носят факультативный характер.

57 См. Элиаде М. Аспекты мифа. М, 2001.

В заключении подводятся итоги работы. Подчеркивается сложность и многомерность элитарных и массовых форм, что не позволяет судить о них как о двух независимых друг от друга полюсах, положительном и отрицательном, «высоком» и «низком». Автор указывает на важность понятия «семантико-символическая глубина» для дальнейшего исследования проблемы элитарного и массового. При этом отстаивается перспективность междисциплинарного подхода, сочетающего в себе достижения искусствоведческих и филологических наук, философии, психологии И социологии.

По теме исследования опубликованы следующие работы:

1. Крюков Д.В. Метаморфозы «Я» художника в зеркале его творчества И Искусствознание. М., 2003 № 1. С. 640-644 (0,5 а.л.).

2. Крюков Д.В. Возможности стилистического анализа в распознавании элитарного и массового искусства // Вестник Литературного института им. А.М. Горького. М., 2004 № 2. С. 144-151 (0,6 а.л.).

3. Крюков Д.В. О проницаемости границ между элитарным и массовым искусством II Массовая культура на рубеже веков. М.-СПб., 2005. С. 42-51 (0,5 а.л.).

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎