Лучшая архитектура 2017 года The Village попросил российских архитекторов рассказать о примечательных зданиях, построенных в этом году
2017 год в архитектуре запомнился открытием нескольких важных долгостроев. Прежде всего — Эльбской филармонии в Гамбурге, Лувра в Абу-Даби и конгресс-центра в римском Квартале всемирной выставки. Кроме того, продолжилось развитие общественных пространств: в Москве открылось «Зарядье», в Краснодаре — парк вокруг стадиона ФК «Краснодар», в британском Гастингсе — реконструированный пирс, за проект которого бюро dRMM получило премию Стерлинга, главную архитектурную награду Великобритании. The Village попросил российских архитекторов рассказать, чем интересны эти и другие проекты.
Выбор Михаила Бейлина
Городской парк «Краснодар»GMP International, Architekten von Gerkan, Marg und Partner
Парк окружает стадион футбольного клуба «Краснодар» — и это довольно сильный ансамбль. Травертиновый (травертин — камень, которым отделан фасад стадиона. — Прим. ред.) амфитеатр стадиона идеально вписывается в ландшафт, хотя это окраины Краснодара.
Но самое важное здесь другое — качество исполнения. Оно просто невероятно высокое для крупных объектов в России. Этот прецедент показывает, в чем глобальная разница между государственными и частными объектами. Стадион и парк построены на деньги владельца сети «Магнит» Сергея Галицкого. Здесь мы видим, как можно делать, если не воровать и ставить во главу угла качество объекта, а не только его наличие. Особенно силен контраст со стадионом «Санкт-Петербург», где возникает ощущении дешевки от каждой детали. Глядя же на фотографии комплекса в Краснодаре забываешь, что это построено у нас. Это небольшой, к сожалению, кусочек очень правильной России.
Мост парка «Зарядье»Москва, Diller Scofidio + Renfro, Hargreaves Associates, Citymakers LLC, Arteza, Mobility in Chain, Transsolar, МАХПИ, ГБС имени Цицина
Самое яркое событие в российской архитектуре за год — это, конечно, «Зарядье». Обзорный мост — это тот самый городской аттракцион, которых так не хватает Москве. Сам парк — это такой музей Москвы: идеальная обзорная площадка, с которой город и река открываются с нового ракурса.
Мост привлек меня из-за истории, произошедшей во время его проектирования. По изначальному проекту он имел три опоры (еще одна — в острие моста, она опиралась на набережную). Но в процессе проектирования архитекторы и конструкторы увидели возможность избавиться от третьей опоры и сделать мост летящим над рекой. Обычно все происходит ровно наоборот: две опоры при строительстве превращаются в три, четыре или даже восемь. Так что здесь мы видим своеобразное архитектурное чудо.
Музей современного искусстваКейптаун, Томас Хизервик
В сентябре 2017-го открылся Музей современного искусства в Кейптауне работы студии Томаса Хизервика. Интерьер бывшего силоса (склада для хранения зерна) превратился в сложную структуру, будто бионического происхождения, которая контрастирует со строгой эстетикой промышленного здания. Внутри это биологический организм, снаружи — технологичный механизм. В целом — очень сильный художественный жест и классный ориентир.
Смотровая площадка VesselНью-Йорк, Томас Хизервик
А в Нью-Йорке сейчас достраивается другой объект Хизервика — мерцающий монумент бесконечной лестницы Vessel. Очень дорогая, 15-этажная обзорная структура из меди с тысячами ступеней. Корабль, плывущий через Манхэттен, — потенциально это новый символ Нью-Йорка.
Хизервик — архитектурный акционист. Его работы — это, как правило, дорогие городские аттракционы. Наличие таких аттракционов обязательно для крупного города. Они создают идентичность, придают городу узнаваемость и в конечном счете повышают его капитализацию. Таких архитектурных событий очень не хватает Москве. Город невероятно много тратит на праздничные декорации, вызывающие в лучшем случае недоумение. Вместо визуального мусора вроде круглогодичной «Ярмарки меда» и прочей дичи в городе могли бы появляться истории вроде Vessel.
Выбор Амира Идиатулина
бюро IND Architects
Лувр Абу-ДабиФилиал французского музея в ОАЭ, открытый в ноябре 2017 года, — новая работа архитектора Жана Нувеля. Он — мастер работы с естественным освещением, что еще 30 лет назад продемонстрировал в своем проекте Института арабского мира в Париже. В Лувре Абу-Даби он создал волшебный эффект дождя из света. В дуэте со светом здесь выступает вода — один из мощнейших элементов дизайна пространства. Она сама будто становится материалом: отражает и преломляет свет, зонирует пространство. Вспомните Венецию, где вода — неотъемлемый элемент городского пейзажа. Она ведет тебя по городу, а когда нужно остановиться и просто посозерцать, встает барьером на твоем пути.
Нередко в музее ты ловишь себя на мысли, что что-то еще не пройдено. Такая проблема есть, например, в Эрмитаже. Но ее нет в Музее Гуггенхайма, когда ты идешь по спирали, которая имеет четкую градацию пространств, и понимаешь, что ничего не пропустил. В арабском Лувре, благодаря каналам с водой и продуманным планировочным решениям, навигация организована прекрасно: водные каналы ориентируют посетителей, благодаря чему этой «проблемы запутанной карты» не возникает.
Выбор Николая Переслегина
бюро Kleinewelt Architekten
Эльбская филармонияГамбург, Herzog & de Meuron
Комплекс, расположенный в бывшем здании портового склада в гамбургской бухте Эльбы, строился десять лет, а его бюджет за это время увеличился более чем в десять раз — с 77 миллионов почти до миллиарда долларов. В итоге мы видим прекрасную постройку, в образе которой есть все: сложность, глубина, осмысленность, многоплановость, символизм. И в то же время визуальная обоснованность и уместность появления такого объекта именно здесь. Безусловно, это важное архитектурное событие, а Гамбург с появлением этого здания приобрел новый визуальный бренд.
Музей современного искусстваКейптаун, Томас Хизервик
Еще одна постройка в бывшем порту, только локация для проекта такого уровня немного неожиданная — Кейптаун. Элеватор 1920-х годов постройки реконструирован под музейную коллекцию немецкого предпринимателя Йохана Цайца. Здесь будут представлены работы африканских художников, музей должен стать крупнейшим в мире собранием современного искусства Африки. Здание поражает своей индустриальной романтикой и колоссальными объемами, остроумно переосмысленными в качестве новой точки на мировой карте современного искусства.
Небоскреб 56 LeonardНью-Йорк, Herzog & de Meuron
60-этажный небоскреб, построенный в районе Трайбека на Манхэттене по проекту Herzog & de Meuron, — пример того, как небоскреб можно сделать гуманным, сомасштабным человеку и среде. В небоскребе размещены помещения под самые разные функции: офисы, отель и жилые этажи, спортзал, фитнес-центр со студией йоги, паровой баней и сауной. Само здание удачно вписано в городской ландшафт Манхэттена — создан небывалый стандарт жилой функции в интерьерах и цветущая сложность во внешнем облике.
Выбор Наталии Саблиной
Штаб-квартира компании BloombergВнешний вид здания Bloomberg достаточно сдержанный, лишенный каких-либо отличительных черт, я бы даже сказала, грубый. Архитекторы постарались вписать здание в окружающую застройку, повторяя цвет и текстуры соседних домов. В фасаде стекло сочетается с песчаником и грубыми бронзовыми лезвиями, которые автоматически открываются для подачи свежего воздуха внутрь здания. Комплекс состоит из двух построек, которые соединены стеклянными мостами. Они перекинуты через торговую галерею, которая делит комплекс пополам. Это восстанавливает исторический маршрут — раньше в этом месте была улица. Отличительной чертой этого проекта для меня стало сочетание всех факторов целостного, комплексного подхода к устойчивому строительству и дизайну. Благодаря этому офисное здание впервые получило самые высокие оценки экологичности и энергоэффективности.
Кроме того, архитекторы и девелоперы поработали с контекстом места. В 1954 году на этом месте обнаружили храм языческого бога Митры, построенного примерно в 240 году нашей эры. Для заказчиков эта территория была ценной именно из-за археологических находок, поэтому на подземном этаже офиса они разместили масштабную экспозицию. Теперь посетители могут увидеть сам храм Митры и остатки римских сооружений, а часть археологических находок, сделанных за время строительства, выставят на верхних этажах. Хотелось бы, чтобы этот проект стал примером междисциплинарной работы контекстного проектирования внутри исторической городской застройки.