Что читать православным детям?
В последнее время появляется все больше православной или «околоправославной» художественной литературы. А есть ли детская духовная литература? Вернее было бы сказать, что на книжном рынке стали заметны художественные произведения, написанные православными авторами. Качество этих книг очень разное, многие из них не выдерживают критики, но встречаются и талантливо написанные повести и романы. Так обстоит дело, когда речь идет о литературе для взрослых. В том же, что касается книг для детей, ситуация значительно хуже.
Детская литература — вообще слабое звено современного российского книжного рынка. Когда заходишь в книжный магазин купить что-то для ребенка, поначалу теряешься от обилия красочных обложек, но, полистав эти ярко оформленные книжки, понимаешь, что порадовать малыша нечем. Львиная доля детских книжных новинок — бесконечные переиздания классиков, таких как Андерсен, Пушкин, Шарль Перро, Маршак, Чуковский, Астрид Линдгрен. Современные же авторы чаще всего штампуют совершенно недоброкачественные книжки с примитивным текстом, сомнительными шуточками и слабым сюжетом. Если автору все-таки удалось написать нечто удовлетворительное с художественной точки зрения, то еще не факт, что его книга окажется полезной для детей: идеологический кризис, который остро чувствуется в сегодняшнем обществе, особенно заметен по детской литературе, так как старание авторов последних лет избежать любого намека на «нравоучение» и «дидактику» свели все к бесконечным постмодернистским передергиваниям и иронии. Дети же, как известно из базового курса возрастной психологии, очень поздно начинают понимать смысл и цену иронического дискурса, и вместо идеалов, которых хотелось бы достигать, примеров, на которых можно было бы учиться, героев, которым хотелось бы сопереживать, они получают бессмысленный суррогат.
Казалось бы, именно здесь начинается зона ответственности православных авторов, которые четко знают, где провести границу между добром и злом, какая мировоззренческая основа должна сформироваться у ребенка. Однако хорошей современной православной литературы для детей еще меньше, чем допустимой светской. Одна из главных проблем — жанровое однообразие. Жанр волшебной сказки нашим авторам подозрителен, потому что там «нечистая сила». Жанр коротких рассказов из детской жизни вызывает сомнения из-за «грубого материализма». Даже монаху Лазарю, автору чудесных приключений «православного ежика», попадало от критиков-ревнителей за то, что у него «животные Богу молятся». Современные подростки любят жанр фэнтези. Но считается, что православным фэнтези писать нельзя, потому что там эльфы, гномы и прочая «нежить», а дети в это время читают Джоан Роулинг или Филипа Пулмана, книги которого откровенно антихристианские. Между тем образцом «христианского фэнтези» можно назвать Клайва Льюиса с его «Хрониками Нарнии», а пример современного «православного фэнтези» — Юлия Вознесенская и ее «Кассандра или путешествие с макаронами». К сожалению, пример только один.
Другая проблема православной детской литературы — слащавость и «благочестивая фальшь», которая способна отвратить ребенка не только от конкретной книжки, но и от чтения любой христианской литературы. Писатели вообще считают детей самой сложной аудиторией именно потому, что ребенок моментально отторгает неискреннюю интонацию. Тем более трудно быть убедительным, когда пытаешься говорить с ребенком о вере. Многие православные писатели видят своим читателем некоего «идеального ребенка» вместо того, чтобы писать для реальных мальчишек и девчонок, которые нуждаются в хороших книжках, способных привести их к Богу или хотя бы заставить задуматься о добре и зле.
И, наконец, самая трудная задача, которая стоит перед православными детскими авторами — поиск образов. Перевести на язык современного ребенка православную систему образов, найти те образы, которые вызвали бы живой и искренний отклик у детей и стали для них важны, несмотря на лавину визуальной информации, которая их окружает со всех сторон, — это кажется почти невозможным, но иначе все усилия по созданию новой детской литературы окажутся тщетными. Современная цивилизация нашпигована образами, яркими и привлекательными, и без умения работать с образными системами сложно добиться внимания поколения, которое воспринимает мир посредством образов, а не слов.
О перспективах развития детской литературы шла речь на семинаре «Воспитание книгой: современные проблемы духовно-просветительской литературы по православию», который состоялся 24 ноября в храме Рождества Иоанна Предтечи в Сокольниках. В работе семинара приняли участие писатели, детские психологи, филологи, редакторы.
Главный редактор издательства «Лепта-пресс» Ольга Голосова назвала еще одну важную проблему православной детской литературы — отсутствие научно-популярных книг, попросту говоря, детских энциклопедий: «Православные книги для ребенка не говорят о материальном мире — чашках, ложках, деньгах, клонировании. А между тем, именно научно-популярная литература формирует у ребенка картину мира». Кроме того, Голосова считает, что «создавая псевдо-благочестивые книги, которые учат детей ненавидеть мир и бежать от него, мы воспитываем сектантов». По ее мнению, прежде всего сами писатели должны научиться видеть красоту Богом созданного мира, и тогда они смогут раскрыть эту красоту детям и научить их любить Творца, — но этого не произойдет до тех пор, пока писатели не перестанут без конца твердить об опасностях и искушениях.
В качестве примера удачной книги для подростков Голосова привела роман Тамары Крюковой «Костя + Ника» — «образец описания отношений между полами, когда не то что нет намека на секс, но даже слово любовь не упоминается, хотя любому читателю очевидно, что любовь между героями есть». Сама Тамара Крюкова, автор множества детских книг — от стишков для дошколят до фантастических романов для подростков, посетовала на то, что «хорошие писатели не идут в детскую литературу, потому что она считается малопрестижной». Коснувшись темы фэнтези и волшебной сказки, Тамара Крюкова отметила: «Малышам нужна сказка, не надо бояться ведьм и колдунов, потому что это визуализация зла. Ребенок не может представить абстрактное зло. Важно здесь другое: каким представлено добро и как оно борется со злом, не с кулаками ли?».
Писатель Дмитрий Володихин считает, что писателю-христианину можно писать фантастику при соблюдении двух условий: «если не влезать в евангельскую историю и не нарушать заповеди». Кроме того, он отметил, что современной православной литературе очень не хватает биографического жанра, и призвал коллег писать романы, основанные на житиях святых, для детей и подростков. Эту тему поддержали редактор Издательского Совета Русской Православной Церкви Елена Тростникова и психолог Андрей Рогозянский, но оба подтвердили, что агиографические произведения для детей — это очень сложный жанр. Одна из главных проблем — то, что при попытках передать словами ощущение святости, исходящей от праведника, ускользает индивидуальность святого.
Семинар решено было сделать регулярным, а темы следующих встреч перевести в более практическую плоскость.
Настоятель храма Рождества Иоанна Предтечи в Сокольниках игумен Иоанн (Ермаков) призвал писателей осознавать свою ответственность: «Воспитание книгой означает воспитание словом. И глубокая ответственность лежит на каждом человеке, имеющем отношение к печатному слову. Сказано: «от слов своих оправдаешься и от слов своих осудишься» ( Мф. 12, 37 ).
Станет ли кто-нибудь из участников семинара в храме Рождества Иоанна Предтечи писателем, оставившим яркий след в истории русской литературы, и станет ли хотя бы одна из написанных этими авторами книг событием общественной жизни, а не только предметом дискуссии в православной среде, — этот вопрос остается открытым. Как и вопрос о том, сумеет ли христианская детская литература стать трендом современной культуры и заставить широкий круг читателей пересмотреть свое мировоззрение.