Дрессировщик леопардов, нападавших на зрителей, объяснил, почему такое стало возможным
Укротитель Виктор Ярославцев — человек в цирковом сообществе известный. В советские годы афиши артиста висели во всех кассах, а на представления с хищниками сбегались толпы.
Ярославцев с питомцами объездил весь мир. Выступал перед членами Политбюро, арабскими султанами, террористами, лидерами европейских стран. И всюду его встречали рукоплесканиями.
Но в последнее время словно злой рок преследует дрессировщика. В 2012 году его леопард вырвался из клетки и напал на 7-летнего ребенка в Домодедовском цирке. Мальчик получил тяжелые травмы и почти год провел в больнице. Другая неприятность приключилась в начале мая в Подольске: во время прыжка у другого его леопарда порвался ошейник. Зверь отлетел в сторону и поцарапал зрительницу и ее сына. На днях у укротителя по решению суда забрали этого леопарда.
Дрессировщик сам позвонил в «МК», чтобы развеять слухи. О своей цирковой карьере, этих несчастных случаях и планах он впервые откровенно рассказал в интервью.
Фото: Екатерина Свешникова
«Леопард скучает по мне. За весь день съел всего две куриные грудки»
Виктор Григорьевич любезно пригласил меня в свою квартиру на Мосфильмовской улице. К приходу он разглядывал старые фотографии. «Вот, глядите, это мой самый первый питомец — лев по кличке Урал», — протянул он мне одну. На черно-белом снимке укротитель нежно треплет питомца по роскошной золотистой гриве.
— Переживаете, что леопарда забрали?
— Конечно, я очень подавлен. Мой последний леопард Цезарь — это мой ребенок. Он помесь с ягуаром и меня очень любит. Я его тоже люблю.
— А кто за ним приехал?
— Следователь и ветеринарный врач. Сначала они меня обманули — по телефону сказали, что якобы у ребенка, которого он поцарапал, поднялась температура, и они приедут посмотреть ветеринарные документы. Все бумаги у меня в порядки, леопард, как положено, привит. На днях созванивался с мамой малыша — они отдыхают в Испании, ребенок чувствует себя нормально. Потом следователь показал решение суда об изъятии животного.
— Где сейчас леопард живет?
— В воскресенье отвез его в клуб возле Троицка. Ему выделили просторный вольер, туда я поставил концертную клетку. Звоню каждый день, осведомляюсь о его состоянии. Леопард скучает по мне. Так, в понедельник за весь день Цезарь съел всего 2 куриные грудки: нет аппетита. А во вторник зашел в концертную клетку и лег там, грустный. До решения суда он будет жить в этом клубе.
«Боль вначале обжигает, потом ничего не чувствую»
— Почему вы решили заняться дрессурой хищников? Вы из цирковой семьи?
— Нет. Профессия, можно сказать, нашла меня сама. Родом я из Новосибирска. Однажды шел по улице, было мне лет 18. Вдруг подходит крупный мужчина и интересуется, не занимаюсь ли я борьбой. К слову сказать, до этого я несколько лет отдал классической борьбе. Опытный взгляд это сразу определил. Мужчина пригласил меня в цирк на шоу профессиональных борцов. Там я долго тренировался, а после ездил с выступлениями. Выучился на акробата в Киеве, в то время там построили замечательный цирк. Мастерству обучали лучшие акробаты Советского Союза. Позже стал руководить художественно-акробатической группой. А потом, уже в ГИТИСе, получил диплом режиссера цирка.
Свой первый режиссерский номер создал по мотивам балета Хачатуряна «Спартак». Шел 1972 год. Я постановщик, художник Анна Судакевич. Выступали в цирке на Цветном бульваре, это был еще дореволюционный цирк Саламонского. Полностью мое сознание перевернул визит в Петергоф, где я увидел статую «Самсон, разрывающий пасть льву». Подумал, сколько же трюков со львами можно придумать!
— И с чего начали?
— С аттракциона «Атлет и лев». Все выполнялось на пьедестале. Лев вставал лапами мне на грудь, я вставлял руки ему в пасть и раскрывал ее. За выполнение этого трюка стал лауреатом Всесоюзного конкурса артистов цирка. Еще один интересный трюк «Живая тумба». Лежа на спине на коленях держал щит, на который заходил лев и садился. Да чего я только не делал! Поднимал качели на коромысле и льва раскачивал, поднимал платформу с шестью крупными львами. Представляете? Это были абсолютно новые для того времени трюки.
С этими программами иcколесил всю страну — показывал на сценах, стадионах. Где мне предлагали — там и выступал.
— А что за хищники у вас тогда были?
— Первоначально выступал с двумя львами. Первого, Урала, взял в Мурманске, в передвижном цирке. За вторым, Максимом, ездил в ростовский цирк. Как правило, клички переделывал — не всегда они нравились мне. Одно время была смешанная группа — два тигра, львицы, пантеры, леопарды. Многих сам выращивал. Макса из ростовского зоопарка кормил манной кашей. Бывало, что все это поголовье со мной спало: приходил к ним в клетки и проводил там ночи, иногда в моей квартире ночевали.
Надо сказать, у меня всегда было немало животных. За границей выступал с группой слонов. Это были не мои животные. Трюк такой исполнял — слон на меня ложился. Между ним и мной было небольшое пространство. Трюк хорошо принимался: сначала тишина, а потом рукоплескания.
Одно время были питоны. Я обматывался змеями, некоторые, особенно после сытного обеда, были толщиной в бедро. Ложился с ними в прозрачный ящик, кишащий змеями. Вокруг валил густой туман — мы создавали такой эффект. С крокодилами было красиво! Руку засовывал в пасть. Конечно, хватал он меня несколько раз. Боль вначале обжигает, потом ничего не чувствую. Но на эту тему не люблю говорить, а особенно не люблю расспросов перед выступлениями. Всегда молчу, сосредотачиваюсь.
— Да уж, травм, судя по всему, немало у вас.
— Ну как у любого укротителя — тысячи шрамов. И со страхом давно пришлось распрощаться. В рижском цирке на репетиции Урал мне дважды грыз левое бедро, когда делал с ним «горжетку» — поднимал его на плечи. Когтями хватал за ногу, подтягивал к себе и начинал жевать. Только когда я осел вниз, он меня отпустил. Как я его останавливал? Да просто этот трюк перестал с ним делать.
В 1982 году приехал в Харьковский цирк — репетировать аттракцион «Русский Самсон со львами». Тогда ввели партнершу - Зою Чернегу. Это выдающаяся дрессировщица, элегантная, артистичная. Выступала с раннего детства, сначала с собачками. Потом она стала моей женой. В общем, я ложился на манеж, Зоя заводила четырех львов, которые ложились поперек меня. Порой, прежде чем зайти, эти львы устраивали драку. Было эффектно! Но меня не трогали.
— Этими же аттракционами забавляли заграничную публику?
— Да. В 1991 году отправился в Таиланд — предложили выступать со всем моим поголовьем в Сиам-парке. На тот момент у меня была пантера, леопард и восемь львов-самцов. Я чувствовал, что в России наступают суровые времена, а в сутки взрослому льву надо самое малое 7 кг говядины. Был вынужден отправиться за границу. В Ташкенте погрузились на военный грузовой транспортный самолет, он должен был нас доставить в Бангкок. Во время погрузки командир все ходил вокруг самолета и спрашивал: «Сколько это все весит?» Боялся, видимо, крушения. Помимо клеток с животными мы везли металлический реквизит, сетки, много подвесок, аппаратуру. В Таиланде выступали месяц, был просто невероятный ажиотаж — по 3–4 выступления в день. Публика стояла в длинных очередях, а Бангкок был весь обвешан рекламой.
— А дальше куда отправились?
— С Чернегой приняли решение не возвращаться в Россию. После Бангкока путешествовали с гастролями по всем странам арабского мира— ОАЭ, султанат Оман, Египет, Катар, Бахрейн, Ливан. Животные тяжеловато переносили жаркую погоду — впрочем, как и мы. Но в Кувейте, Дубае, Абу-Даби у нас были самые максимальные гонорары.
— Как арабы относились к русскому цирку?
— Замечательно! Хотя в Кувейте был совершен теракт — взорвали контейнер, в котором мы проживали. Неизвестно почему, угроз мы никаких не получали. После представления, а мы вступали на центральной выставке, типа нашей на ВДНХ, где демонстрировались трофеи Саддама Хусейна, сидел на стуле спиной к стенке, ноги положив на спинку деревянной кровати. Вдруг хлопок, уши заложило, свет погас, меня окатило кипятком и стало бить током. Я выпрыгнул интуитивно на улицу. Приземлился в темноте и спрашиваю: «Зоя, как ты? Она: «Okey». Набежали люди, полицейские, Зою вывели. Пожар начался. Контейнер был полуразворочен, а за ним громадная яма. Я отделался контузией — свело спину.
— Известные люди посещали представления?
— В арабских странах выступал перед эмирами, а в Саудовской Аравии и члены королевской семьи приходили. Очень нравились номера, «бьютифул» говорили. Когда работали в Ливане, то на представление пришло руководство «Хезболлы». В Палестине нас почтил визитом Ясир Арафат. Многие делали подарки — вот сабля на стене висит, ее мне в Сирии генерал подарил. В Мексике показывали трюки перед президентом Луисом Эчеверриа в его резиденции. Сказали — почаще приезжайте. В Мехико вообще у нас был грандиозный успех. А в Союзе выступал перед членами Политбюро, они сами приходили в цирк. С леопардом выступал на дачах в Барвихе. И бизнесмены, и политические деятели звали меня. И в залах, и на лужайке демонстрировал мастерство.
Фото: Екатерина Свешникова
«Если один лев пошел, считай, через мгновение вся группа нападет»
— Секретами воспитания хищников поделитесь?
— Надо все начинать с любви, понять, подружиться, найти ключики. Все живое надо уважать и любить. Я люблю все живое, кроме мух, мошкары и тараканов. Безусловно, дрессурой не каждый должен заниматься. Необходимо обладать способностями и пройти определенную школу. Со львами надо работать на дуровских принципах. Поощрять лакомством, прикормками, работая над новыми трюками. И конечно, нужно ставить реальные задачи из особенностей природных качеств, конституции. И нужно уметь от них отбиваться в случае нападения. Особенно опасно работать с группой львов, с тиграми все по-другому. Если один тигр на тебя бросился, другие могут продолжать сидеть на своих местах. А львы — если один пошел, то, считай, через мгновение вся группа нападет. У них тут же разогревается кровь, они начинают безумствовать. Львицы, конечно, тоже, но они существа более изящные, уступают львам. Я попадал в такие ситуации.
— Как же спастись?
— Много разных способов. Так, я подготовил двух львов, которые шли меня защищать. У меня были два брата-льва из ереванского зоопарка. Один из них часто шел на меня, другой всегда присоединялся. А мои львы-защитники сходили с места и отгораживали дорогу. Ну и между животными завязывалась драка. Но рано или поздно приходится расставаться с питомцами. Расставание с каждым — это трагедия. Душа плачет, и слезы текут. Это как потеря близких людей. Потерь много у меня. Тех львов, которых мы оставили в Бейруте, уже давно похоронили.
— Оставили?
— Да. Мы с Зоей вернулись из грандиозного турне в начале 2000-х годов, нас 10 лет не было в Москве. Львов оставили в Бейруте, как думали, временно. Забрали только леопарда и выехали.
— В России хорошо вас приняли?
— Вернувшись после зарубежья, почувствовал себя если не изгоем, то человеком, которому надо постоянно все преодолевать. Негативное отношение ко всему. Едешь с животными на транспорте — тебя останавливают. Начинают целый допрос. Порой бывает, что не полностью взял документы. Им бы преступников ловить, а они мне, бывало, по 5 часов уделяли. За рубежом — очень радушное настроение полиции, чиновников, публики. Помню, султан Кабус, мужчина солидной внешности с седой бородой, как ребенок расспрашивал о зверях. У нас такого отношения нет ни у кого.
«Был момент, когда я хотел покончить с собой»
— После возвращения у вас началась черная полоса. Несколько лет назад СМИ писали, что у вас произошла двойная трагедия — сначала выбросилась из окна жена, потом — леопард. Что тогда случилось?
— Это был леопарденок. Он вышел из вольера и спрыгнул с 8-го этажа. В 2005 году я его временно держал в квартире. СМИ наворотили, что прыгнул вслед за женой. Это не так. Мы были утомлены. Все это время не было отпусков, только выступления. И у Зои стала страдать психика. Она ведь с самого детства выступала с собаками, а это большая нагрузка — надо и за ними ухаживать, и за собой следить. Ассистентки по уходу — целая проблема: то они увольняются, то напьются. И со временем Зоя стала ранимая. Потом вдруг приняла решение уйти из мира. Прыгала дважды — первый раз, в 2003 году, упала на автомобиль и выжила, дня 4 провела в больнице. А через год снова выпрыгнула с более высокого этажа — из квартиры моей мамы. Такая трагичная история.
— Потом — два несчастных случая в подмосковных цирках. С семьей мальчика, на которого напал леопард в 2010 году, общаетесь?
— Созваниваемся, с мальчиком все нормально. Но я сразу сказал — рана зарастет. У меня тысячи ран. За нападение меня привлекли к условному сроку в полгода. Скоро он должен закончится.
…Там, в цирке Домодедова, тесное закулисье. Еще темно было — лампочка Ильича висела. По окончании все пошли мимо клетки с леопардом с поклажей, животными, а я отступил за эти занавески. Ребенок — сын артистов, постоянно подходил, облокачивался, я его отгонял и предупреждал. Клетку к погрузке еще не подготовил — обычно я ее обматываю жгутами. И в это время клетка каким-то образом открылась, леопард и схватил ребенка. Артисты стали оттаскивать зверя, отняли у него мальчика и унесли, а его отец навалился на зверя. Я вхожу, смотрю — гробовая тишина, лампочка едва освещает, не сразу и понял, что случилось. В полумраке едва различил мужчину, лежащего на полу. Потом увидел хвост леопарда — и все понял. Взял зверя за ошейник и мужчине говорю — уходи. Тот встал и, пошатываясь, пошел.
— Ну а в Подольске что случилось?
— Оторвалось кольцо от фирменного английского ошейника. В общем, поставил тумбу в центре манежа, поводок метр с небольшим длиной. Отработал половину номера, леопард прыгнул влево, я поводок поднатянул и чувствую — он ослабел. Леопард сорвался с тумбы и по инерции полетел в сторону зала. Манеж там не очень широкий. Зверь оказался на барьере, сетки не было, а там вплотную сидела женщина с ребенком. Леопард стал махать лапами, женщина увернулась. Он задел ребенка — у него было крохотное пятнышко крови на чулке.
После всего этого в СМИ началась травля. Как только меня не называют — обидно! Должны же быть какие-то границы. А одна журналистка даже проникла в мою квартиру под видом соседки, которую я якобы заливаю! В руке у нее была мини-камера. Она провоцировала меня на скандал. Принялась бегать по моему жилищу, пока я не выставил ее вон.
— Учитывая то, с какими животными вам приходилось работать, как оцениваете надежность ошейников?
— Я всегда их испытываю — перед использованием подвешиваю гирю и смотрю — выдерживает или нет. В том злополучном ошейнике поводок был стальной, карабин массивный, петля к запястью руки пристегивалась. Да и животное весило всего 30 кг. Так скажу — всякое случается. Как один из братьев Запашных говорит, и надежные тросы лопаются, и сетки рвутся, и слоны сбегают. Жизнь полна неожиданностей.
— Как думаете, эти неприятности — случайность? Все-таки, как ни крути, вам уже 76 лет.
— Был момент, я хотел покончить с собой — очень переживал. Что же, всему бывает конец — хочешь ты этого или не хочешь. Зоя моя, я так понял, не захотела стареть, превращаться в старую женщину. Это пугает меня тоже.
Хочу сказать, что сейчас я прекращаю выступления. На мне сказались два последних несчастных случая, я сильно переживаю. Меня крепко ругают, как в Интернете, так и в цирковом сообществе, — доходят некие слухи. Но я привык. В свое время меня критиковала Ирина Бугримова, ей не нравилось, что я поднимаю львов на платформе.
— Раз не будете выступать сами, чем планируете заняться?
— Буду режиссером. Вплотную работаю над спектаклем в двух отделениях под названием «Мистерия из Санкт-Петербурга». Уже создал эскизы на каждый трюк, написал сценарии. Участвуют кони, лев. Представьте картину — скала, артист, он символизирует Петра I, в развевающейся накидке взлетает на скалу, после под купол, раскачивается. Затем у него вырастают крылья, наверху он выполняет акробатические трюки. После чего скала разверзается и оттуда выходят кони, которых ведут под уздцы юноши. Вместе с лошадьми исполняются акробатические пирамиды. Появляется колесница. Затем из катапульты вылетают через весь манеж акробаты, и начинается каскад акробатических прыжков. А завершает спектакль Самсон, разрывающий пасть льву. Самсон будет покрыт золотой краской, льву на спину прикрепим золотые крылья. Ничего исполнять я уже не буду, будем искать артистов и укротителя.