Нефтяные фонды: Норвегия теряет миллиарды, Азербайджан - миллионы наш комментарий
Низкие цены на нефть и обвал фондовых рынков мира пошатнули глобальную финансовую систему. Отразилось это и на стабилизационных фондах, созданных нефтедобывающими странами во избежание «голландского синдрома» и снижения рисков от падения цен на нефть. Называются эти фонды в каждой стране по-разному, но суть у них одна – аккумулировать нефтедоллары при высоких ценах на сырье и вливать их в экономику при падении этих цен.
Мы уже писали о том, какая судьба постигла российские фонды, которые потеряли за продолжающийся более года обвал цен на нефть и в итоге западных санкций уже растеряли свою половину размером более 300 млрд. долларов. А ведь эти деньги накапливались в течение нескольких последних лет, когда бочка нефти не опускалась ниже 100 долларов. И вот половина их спущена за год, а другой половине, при сохранении нынешней ситуации, грозит полное исчезновение уже в будущем году.
Немного большей историей, чем российские фонды и азербайджанский Нефтяной фонд, обладает норвежский фонд, называемый пенсионным. Как и в России, Государственный пенсионный фонд Норвегии состоит из двух суверенных фондов, принадлежащих правительству - Государственный пенсионный фонд - Глобальный (бывший Государственный нефтяной фонд) и Государственный пенсионный фонд - Норвегия (бывший Государственный страховой фонд). В этот фонд также отчисляются сверхдоходы нефтяной промышленности Норвегии. Он сменил название в 2006 году, а до этого назывался The Petroleum Fund of Norway, его по-привычке до сих пор называют нефтяным фондом.
И вот Государственный пенсионный фонд Норвегии (он же Нефтяной фонд), самый большой фонд национального благосостояния в мире с активами объемом 830 млрд. долларов, потерял больше 5% за последний месяц. А ведь со дня своего создания фонд до сих пор не потратил ни цента, правительство обеспечивало свои расходы из других источников. Видимо, совсем трудные времена настали даже для такой процветающей страны, как Норвегия.
"Мы не можем положить все деньги в безопасный банк, нам необходимо инвестировать в рисковые активы, - заявил главный исполнительный директор организации Ингве Слингстад. - Мы инвестируем в облигации, мы инвестируем в акции, и мы инвестируем в недвижимость, в мировую экономику".
Одной из причин убыточности фонда в последние недели был обвал китайских рынков. По мнению Слингстада, такая динамика не является признаком того, что экономика Китая готовится к спаду. Но страна впервые столкнулась со столь масштабными изменениями за столь короткое время. Да, темпы развития экономики Китая сбили с толку многих менеджеров. Главный исполнительный директор долгое время пытался добиться разрешения на увеличение доли вложений госфонда в Китай. В результате его усилий организация ранее в 2015 году расширила квоту инвестиций в акции категории "А" китайских компаний с 1,5 млрд. до 2,5 млрд. долларов. В общей сложности в Гонконг и материковый Китай на конец 2014 года были инвестированы 27 млрд. из средств фонда.
По итогам второго квартала пенсионный фонд впервые за три года зафиксировал убыток. На мировых рынках норвежский госфонд работает через структуру Government Pension Fund Global. Согласно законодательно установленным ориентирам, доля акций в портфеле фонда должна составлять около 60%, долговых бумаг - 35%, недвижимости - не более 5%. Изначально фонд, созданный в 1996 году, был ориентирован на облигации, однако с 1998 года к ним добавились акции развитых стран, в 2000 году - акции emergingmarkets, а три года назад - недвижимость. На конец второго квартала в акции было вложено 62,8% средств фонда против 62,5% тремя месяцами ранее. Инвестиции в бумаги с фиксированной доходностью составляли 34,5%, в недвижимость - 2,7%.
Зачем нужна такая подробная информация о структуре инвестиций норвежского фонда? Внимательный читатель обратил, наверное, внимание на одну важную деталь. Норвежский фонд очень напоминает наш Нефтяной фонд. И это не случайность. При создании Госнефтефонда Азербайджана именно норвежский нефтяной фонд был взят в качестве образца. Поэтому эти два фонда во многом схожи и сегодня. Единственное, что сильно их отличает - норвежцы, как мы уже отмечали, производили только накопления в этот фонд, а мы тратили из фонда ежегодно миллиарды долларов на латания бюджетных дыр и на социальные нужды. Потому и отличаются так сильно эти фонды по объемам накоплений, но что делать – экономика Азербайджана не так сильно развита.
А как же среагировал на все указанные проблемы наш Нефтяной фонд? Активы Государственного нефтяного фонда Азербайджана (ГНФАР) в июле текущего года тоже уменьшились, но всего на 185 млн. долларов. В частности, активы ГНФАР в евро сократились с учетом курсовой разницы (в долларовом эквиваленте) на 68 млн. долларов. По этой же причине инвестиции в австралийский доллар сократились на 12 млн., турецкую лиру - 1,5 млн., российский рубль - 54 млн., корейскую вону - 17,5 млн. долларов. А инвестиции в золото в июле обесценились на 86 млн. в результате падения стоимости золота на мировом рынке. В целом на 1 июля резервы фонда составили 35 726,2 млн. долларов.
Правда, в августе потери фонда должны значительно возрасти. Ведь падают курсы валют почти всех стран, в которые произведены его инвестиции. Не говоря уже о Китае, куда фонд произвел инвестиции уже в то время, когда данные с рынков этой страны стали настораживать. Какой суммой будут измеряться августовские потери, сказать сегодня трудно, но понятно, что они превысят июльские. Вот так и теряют нефтяные фонды свои миллиарды и миллионы, которые накапливали годами. Теряют не потому, что расходуют их на что-то полезное, а в результате глобального кризиса, на стабилизацию которого они и рассчитаны.