Вождь «голубых мундиров». Был ли Александр Бенкендорф «держимордой» России?
«Полиция распечатывает письма мужа к жене и приносит их читать царю (человеку благовоспитанному и местному), и царь не стыдится в том признаться. », — писал, пребывая в бешенстве, «солнце русской поэзии» Александр Сергеевич Пушкин. В этих строках гнев поэта был обращен не столько на царя, сколько на человека, чьими стараниями перлюстрация личной переписки стала считаться в России нормой.
Но считать Александра Бенкендорфа исключительно, как говорилось в классической советской картине, «сатрапом, палачом, душителем свободы», было бы неверно.
Бенкендорфы и цари
Прадед Александра, немец Иоганн Бенкендорф, был бургомистром в Риге и возведен королем Швеции Карлом в дворянское достоинство. Дед будущего шефа жандармов Российской империи, Иоганн-Михаэль Бенкендорф, отметился службой уже русской короне. Иван Иванович, как звали его в России, был обер-комендантом Ревеля, провел на службе четверть века и умер в чине генерал-лейтенанта.
Отец Александра, Христофор Иванович Бенкендорф, отличился на полях сражений, а позже стал другом будущего императора Павла I, и после его восшествия на престол был произведен в генерал-лейтенанты и назначен военным губернатором Риги.
Под опекой императрицы
Александр Христофорович Бенкендорф родился в Ревеле 23 июня 1782 года. Вышеописанная кончина его матушки, Анны Юлианы, урождённой баронессы Шиллинг фон Канштадт, стала причиной того, что опеку над ее детьми взяла сама императрица Мария Федоровна. Дело в том, что мать Бенкендорфа входила в свиту Марии Федоровны еще тогда, когда та была датской невестой русского наследника.
Сыновей Анны Юлианы звали также, как и старших сыновей императрицы — Александром и Константином. Мария Федоровна определила мальчиков в престижный пансион аббата Николя.
В 15 лет Александра зачислили унтер-офицером в лейб-гвардии Семеновский полк. В 1798 году 16-летний Бенкендорф был определен флигель-адъютантом к императору Павлу I.
Вполне возможно, что близость к царской семье, начавшаяся с детства, повлияла на взгляды Александра Бенкендорфа в зрелом возрасте.
Из флигель-адъютантов — в военные герои
Но сразу стать «особой, приближенной к императору», у молодого Бенкендорфа не получилось. Причиной стал дворцовый переворот, в результате которого Павел I погиб, а на престол взошел его сын, Александр I.
Новый монарх определили бывшего флигель-адъютанта отца в секретную экспедицию, которая должна была «объехать с целью военно-стратегического осмотра Азиатскую и Европейскую Россию».
В прусской кампании 1806-1807 годов Александр состоял при дежурном генерале графе Толстом и участвовал во многих сражениях. За битву при Прейсиш-Эйлау Бенкендорф был произведен в капитаны.
Затем была русско-турецкая война 1806-1812, на которую Бенкендорф отправился добровольцем. За отличие в сражение под Рущуком 20 июня 1811 года Александр Бенкендорф был награждён орденом Святого Георгия 4-й степени.
Партизан и освободитель Европы
Отечественная война 1812 года и заграничный поход стали вершиной военной карьеры Бенкендорфа.
Наравне с легендарным Денисом Давыдовым, Бенкендорф отличился на ниве партизанской войны — он командовал авангардом летучего отряда генерала Винцингероде. После оставления Москвы французами Бенкендорф некоторое время был комендантом города, потом вернулся в действующую армию, и в ходе преследования отступающего к границе противника взял в плен трех генералов и более 6 000 наполеоновских солдат.
В кампанию 1814 года Бенкендорф особенно отличился в деле под Люттихом; в сражении под Краоном командовал всей конницею графа Воронцова, а потом прикрывал движение Силезской армии к Лаону; при Сен-Дизье начальствовал сперва левым крылом, а потом арьергардом.
Наполеоновские войны Бенкендорф завершил в звании генерал-майора, имея целую россыпь заслуженных наград.
Непринятый донос
В 1819 году он был назначен начальником штаба Гвардейского корпуса.
В офицерской среде процветало вольнодумство, велись разговоры о преобразованиях империи, о конституционной монархии и даже о республике. Бенкендорфу такие настроения были непросто не близки, он считал их опасными для государства.
В 1821 году Бенкендорф подает Александру I записку, в которой сообщает о существовании тайных обществ, называет известные ему фамилии членов, а также высказывает свои идеи по борьбе с крамолой.
И получает . понижение в должности. Генерал Бенкендорф снова пишет царю, искренне недоумевая, чем он мог навлечь монарший гнев. Объясняться император не захотел, но образ его мыслей не являлся большой тайной. В свое время он сам вынашивал идеи коренных преобразований в России, которые так и не были реализованы. В офицерах из тайных обществ Александр I видел молодого себя. Как-то, говоря о членах тайных обществ, царь коротко заметил: «Не мне их судить». Потому и инициативе Бенкендорфа Александр хода не дал.
Главный жандарм Николая I
Свою верность монархии Александр Бенкендорф в полной мере доказал 14 декабря 1825 года, когда стал одним из тех генералов, которые возглавили разгром восстания декабристов. Затем он принимал деятельное участие в следствии и суде над заговорщиками, заслужив большое доверие нового императора Николая I.
25 июня 1826 года Бенкендорф назначен шефом жандармов, а 3 июля 1826 года — главным начальником III отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии.
Эти посты Александр Бенкендорф будет занимать до самой смерти.
Россия под «колпаком»
Суть схемы, предложенной им , заключалась в следующем. От «мозга» политической полиции — Третьего отделения — должны были исходить нити, которые опутают все структуры общества, начиная от чиновников министерств и ведомств, и заканчивая трактирщиками и ямщиками. Все они должны будут оказывать содействие политическому сыску. Основой основ должны были стать доносы. «Злодеи, интриганы и люди недалекие, раскаявшись в своих ошибках или стараясь искупить свою вину доносом, будут по крайней мере знать, куда им обращаться», — писал Бенкендорф.
С немецкой пунктуальностью он выстроил схему, при которой территория России была поделена на округа, в каждый из которых был назначен свой жандармский генерал. В каждом регионе были созданы жандармские отделения. «Голубые мундиры» (цвет формы жандармов) должны были проникать в самые отдаленные уголки страны и общества.
Среди методов работы Третьего отделения, была и тотальная перлюстрация частной переписки, которая так злила Пушкина. Сам Бенкендорф ничего предосудительного в этом не видел.
«Законы пишутся для подчиненных»
За неблагонадежными гражданами устанавливался особый контроль. Первыми под наблюдение были взяты литераторы-вольнодумцы, среди которых, разумеется, оказался и Пушкин.
Бенкендорф, всего за несколько лет выстроив мощнейшую систему политической полиции, прекрасно знал о том, какую репутацию имеет в либеральных кругах. Однако это его не смущало — он был полностью уверен в правоте дела, которым занимается.
Пушкинист Натан Эйдельман так писал об отношениях Пушкина и Бенкендорфа: «Бенкендорф искренне не понимал, что нужно этому Пушкину, но четко и ясно понимал, что нужно ему, генералу, и высшей власти. Поэтому, когда Пушкин отклонялся от правильного пути к добру, генерал писал ему вежливые письма, после которых не хотелось жить и дышать».
Другому своему «подопечному», поэту Антону Дельвигу, Бенкендорф указывал: «Законы пишутся для подчиненных, а не для начальства, и вы не имеете права в объяснениях со мною на них ссылаться или ими оправдываться».
Борец с коррупцией и строитель железной дороги
Но сводить деятельность самого Александра Бенкендорфа и Третьего отделения в целом только к надзору за вольнодумцами было бы неверно.
«Чиновники — это сословие, пожалуй, является наиболее развращенным. Среди них редко встречаются порядочные люди. Хищения, подлоги, превратное толкование законов — вот их ремесло. К несчастью, они-то и правят и не только отдельные, наиболее крупные из них, но в сущности все, так как им известны все тонкости бюрократической системы», — писал Александр Бенкендорф о главной проблеме Российской империи.
Его доклады императору о положении в стране были трезвыми, а не подобострастными. Бенкендорф, например, докладывал, что движение декабристов находило широкое сочувствие в обществе в силу недовольства людей сложившимся положением, отсутствием серьезных изменений. Говоря о волнениях крестьян, шеф жандармов указывал на неразрешенность «крестьянского вопроса» в России.
Александр Бенкендорф поддерживал многие новшества и начинания, которые считал полезными для России. В конце 1830-х годов он докладывал Николаю I о необходимости строительства железной дороги, которая соединит Москву и Петербург. Бенкендорф входил в комиссию для составления проекта дороги, а затем и в Особый межведомственный комитет по ее строительству.
«Он ни с кем меня не поссорил»
Вплоть до конца 1830-х годов Бенкендорф являлся ближайшим сподвижником Николая I, сопровождал его в большинстве поездок. В ноябре 1832 года император возвел шефа жандармов в графское Российской империи достоинство.
Но здоровье Бенкендорфа стало ухудшаться, и следовать за императором он уже не мог. Постепенно он начал отходить от дел, все больше времени посвящая лечению и мемуарам, а не службе.
«Он ни с кем меня не поссорил, а примирил со многими», — заметил Николай I, узнав о смерти Бенкендорфа.
Но лестные слова императора не спасли Александра Христофоровича от вечной репутации «держиморды». Правда, и сам Николай I остался в историю с репутацией «жандарма Европы» и прозвищем Николай Палкин. История решает по-своему.