«Моя работа мешает сборной? Ну о'кей». Виктор Гусев отмечает 60-летие
С ним как-то не вяжетсяслово «патриарх». Хотя в спортивном комментаторстве Виктор Гусев и эпоха, ижанр, и стиль. Он так же подтянут и интеллигентен, как четверть века назад,когда впервые появился на экранах телевизоров. По-прежнему играет в футбол,слушает рок, комментирует Олимпиады и чемпионаты мира.
Сегодня Виктору Гусеву -60. Поздравления от Sovsport.ru!
«СТАЛИН СКАЗАЛ ДЕДУ: «КАК СТИХОТВОРЕНИЕ -ХОРОШО, КАК ГИМН - НЕ ПОЙДЕТ- Страшноперешагивать в седьмой десяток?
- Не страшно, а странно. Время как-тоускорилось. А еще сложно осознать, например, что мой дедушка умер в 34 года.
- Тотсамый известный советский поэт и ваш полный тезка?
- Да, это случилось в 44-м. У деда с детствабыли головные боли, высокое давление. А на пороге 35-летия - кровоизлияние вмозг. Его по здоровью не взяли на фронт, ездил туда только с артистическимибригадами. Семью во время войны отправил в Ташкент, сам работал в Москве, в радиокомитете.В жилых домах отключили отопление, деда с коллегами разместили в гостинице«Москва». Работал день и ночь. И вот.
- Поэтвел передачи на радио?
- Не только. До войны комментировал все парады и демонстрации с Краснойплощади. Вместе с писателем Львом Кассилем. Сидели в ГУМе и, глядя в окно,рассказывали радиослушателям, словно со стадиона. Парный репортаж - так мысейчас это называем.
- Такрано умер и так много успел.
- Да. Интересно, что было бы, проживи ондольше. Виктор Гусев ведь, например, участвовал в конкурсе по написанию гимнаСССР. Пять человек предложили свои работы, выиграл Сергей Михалков. Его стихиувековечены, а другие тексты уничтожили, чтобы не было возможности сравнить.Дед, совсем молодой еще человек, по слухам, написал более лирично. Сталинсказал: «Как стихотворение - хорошо, как гимн - не пойдет. Нужно большетвердости и державности».
«ПЕРЕТУРИН РЕШИЛ, ЧТО ЭТО РЕЗУЛЬТАТ МОЕЙПОДРЫВНОЙ РАБОТЫ»- Каковываши чувства по отношению к нынешним комментаторам сборной на Первом канале?Ревность? Снисходительность? Равнодушие?
- Ревности нет абсолютно. Желаю ребятам удачи иочень хочу, чтобы выигрышно смотрелся сам Первый канал, кто бы ни комментировалсборную. Для меня это не просто место работы, а почти семья, все-таки я там с начала90-х.
-Нынешняя ситуация не напоминает вам то, что случилось с Владимиром Перетуринымпосле вашего прихода на Первый? Ведь вы тоже вытеснили его из эфира.
- В 94-м я еще был внештатником, и нас,комментаторов, разбросали на чемпионате мира по городам США. У каждого был свойнабор матчей, Перетурин должен был комментировать финал. Вдруг звонит СергейКононыхин, тогдашний главный редактор. И говорит: финал комментируешь ты, ужекуплен билет, летишь в Лос-Анджелес. Как приказ. А Владимир решил, что это результатмоей подрывной работы. Хотя мне-то - повторяю, внештатнику, новичку - тогдабыло за счастье работать даже на групповых матчах чемпионата мира. Так чтооснова назначения на матч тогда была другая - рабочая, профессиональная.
- Сейчас - другое. К моему профессионализму уруководства вопросов нет. Наверное, тут никак не уйти от темы фартовости инефартовости, вуду и протыкания иглами, черных котов и осьминогов-пророков. Как отношусь? Немного свысока. А вообще-то футбол - шоу. И значит, в немдопустимо все, что связано с прогнозами, предрассудками, суевериями. То, чтоделает матч еще более захватывающим представлением. Приняв однажды эту идею,оспаривать ее теперь, когда коснулось меня самого, я не хочу и не могу. Пустьэто будет частью игры. Хотя, конечно, как говорится, суеверие - это удел тех, укого нет веры. Кто-то считает, что моя работа мешает сборной? О'кей. Нашасборная пока, увы, не настолько сильна, и если ты комментируешь подряд все еематчи, то в итоге неизбежно ждет главное, а значит, самое досадное поражение.
Получается, я закрыл собой амбразуру для целогопоколения комментаторов, которым самой профессией предписано находиться междумолотом и наковальней. Не скрою, свою сборную, конечно, очень хочетсякомментировать. Но вот на чемпионате мира в Бразилии уступил это право болеевезучим коллегам, и, должен сказать, что не пожалел. А финал откомментировал судовольствием.
- Когдажизнь бьет, используете аутотренинг?
- В свое время Первый с появлениемспециализированных спортивных каналов отказался от еженедельного подведениефутбольных итогов. Закрылась программа «На футболе с Виктором Гусевым, икто-то со стороны советовал: борись! Я вложил в ту программу много сил, эмоцийи вообще себя. До сих пор подходят люди в провинции, говорят, что смотрят «Нафутболе. ». Улыбаюсь. Но выцарапывать тогда ничего не стал. Нет и нет:отодвинул, забыл, пошел дальше. Переживать, воевать - себе дороже, если,конечно, речь идет о проектах, а не о близких людях. Так и живу. Не вышло?Хорошо, найду что-то еще. И жизнь всякий раз дает новые шансы.
- В связис созданием громады «Матч-ТВ» нет ощущения, что спортивная редакция Первогоокажется задвинутой за плинтус?
- Первый канал никогда не окажется заплинтусом. Что касается спорта, то ведь всегда будут Олимпиады, чемпионаты мираЕвропы, крупные хоккейные турниры. А «Матч-ТВ» мне очень интересен. Скажубольше: если бы я вдруг по какой-то маловероятной причине решил уйти с Первого,«Матч-ТВ» был бы, пожалуй, первоочередным выбором.
- Тогдавы в выигрыше. Сливки у вас, а рутины меньше.
- Ну, что называть рутиной. Короче,единственное, чего не хватает сейчас, - это возможности часто комментироватьматчи. Контракт с Первым каналом не позволяет делать это где-то еще. Акомментировать хочется. Прежде всего в творческом плане. Приедешь на чемпионатмира, отработаешь первую игру и уже чувствуешь, как возвращаетсяпрофессиональная форма. А дальше все идет как по маслу. Варишься в этойатмосфере, в голове все готово для работы. Разучиться комментировать невозможно,но во время долгих пауз именно в работе такого рода теряется тонус, ритм.
ОТКУДА ВЗЯЛОСЬ «БЕРЕГИТЕ СЕБЯ»- Хоккейне решает проблему?
- Только отчасти. Кстати, считаю, что хоккейнужно комментировать только вдвоем, если вообще не втроем.
- Если хочешь четко и часто называть игроков, апри этом видеть изменения в тройках, происходящее на трибунах, реакциютренеров, анализировать тактику, давать дополнительную информацию, в такойстремительной игре одному человеку за этим не угнаться.
- Откудавзялась ваша фраза: «Берегите себя»?
- Калька с американского «Take care». В начале90-х жизнь в России была небезопасной, так что совет показался уместным. Апотом - прижилось. Кроме того, это своего рода продолжение мудрого тезиса: любисебя и полюбишь других. Сегодня эту фразу говорю не только я. Ее взял навооружение, например, мой хороший знакомый и коллега Андрей Малахов, несколькорадиоведущих. В шутку думаю, не стоило ли в свое время запатентовать?
- Какполучилось, что вы живете на улице Виктора Гусева?
- Дедушке в свое время выделили писательскийучасток во Внуково. Там сейчас мой дом. После смерти улицу назвали в его честь.
- Выактивный папа в плане побегать, поиграть с сыном?
- Делали это постоянно, пока были вместе. Унас на участке - футбольные ворота, баскетбольное кольцо, турник, батут. Но сынуже год учится в Англии. Старшая дочь, лингвист, чтобы стать музыкальнымпродюсером, поехала после МГУ продолжить учебу в Лондоне, встретила российскогобизнесмена. Сейчас они снимают там квартиру. И Юля с мужем очень благородносказали: пусть Миша приезжает. Сын три года отучился во внуковской школе, оченьудобно расположенной напротив нашей калитки, и мы решили, что нужно двигатьсядальше. Сейчас он в международной школе. В однокашниках - кого только нет, ну,просто ООН. За год здорово освоил язык. Хотя системы образования разные. Нашаболее фундаментальная, там больше напирают на развитие интеллекта. Сейчасдумаем, что дальше.
- Сын кчему склоняется?
- Говорит, что ему везде комфортно. Мои гены.
«СЛУЦКИЙ ПРЕКРАСНЫЙ ТРЕНЕР, НО СОВМЕЩАТЬНЕЛЬЗЯ»
- СоСлуцким знакомы?
-Да. Не раз пересекались в Москве, вместебыли на недавнем юбилее нашего легендарного спортивного врача Александра Ярдошвили. А до этого Леонидвстречался с моими в Лондоне, они вместе ходили на «Челси». Прекрасный тренер иочень правильно себя держит, с чем у нас, прямо скажем, бывали проблемы.Единственное, и я в этом уверен: нельзя совмещать клуб и сборную. И дело же вне том, что Слуцкий физически не успеет на тренировку ЦСКА или наоборот. Простоу человека одна голова. Которая должна быть занята одной идеей, не отвлекаясьна Лигу чемпионов, чемпионат или Кубок России. Это крайне важно. И здесь непроходит аргумент, что, мол, сборная редко собирается, и можно успевать впаузах плодотворно работать с клубом. Это очень поверхностный подход.
- ВЭфиопии, где вы служили в конце 70-х, велась реальная война?
- Реальнее не бывает. Призвали после института вкачестве военного переводчика. Отказаться было нельзя, да и не хотелось. Оформляли-тов мирный Ирак, где я должен был помогать с переводом специалистам по гаубицам.Но заварилась каша в Эфиопии, быстро поставили визу и перебросили. Шла война сСомали за пустыню Огаден. Причем и те, и те провозгласили строительствосоциализма. Поэтому в первые месяцы советское вооружение и военные специалистыбыли у обеих сторон. Потом эфиопы стали говорить: почему вы сидите на двухстульях? И Брежнев принял решение в пользу Менгисту Хайле Мариама. В Сомалиперестали поставлять запчасти к нашей технике, переправили оттуда людей. Витоге Эфиопия за год с помощью наших советников и кубинских солдат победила.
- В тегоды было нормально сразу из института попасть на войну?
- У моего выпуска было вообще плохоераспределение на работу. Годом раньше два студента-стажера остались во Франции.И комиссия ЦК КПСС в наказание закрыла для выпускников все хорошие варианты.Поэтому поехать в спокойный Ирак, даже в военной форме, считалось нормальным.Но случилась Эфиопия.
- Самикого-нибудь.
- В людей не стрелял. Участвовал впереговорах на высшем уровне, например, с Фиделем Кастро, был переводчикомнашего главного военного советника, но и в окопах побывал. Пули рядом свистелипостоянно. В какой-то момент подняла голову внутренняя оппозиция. Президентскийдворец был взят в осаду. Казалось, власть вот-вот перейдет к«анархистам», как их называло эфиопское руководство. Я в это времянаходился внутри, рядом с Менгисту. Смотрю из окна: большой сад, страусы,клетки со львами, а между ними залегли кубинцы с автоматами. Президент весьмокрый, трясется, наш советник его урезонивает. «Что ты как мальчишка! Ты жеглава страны! Посмотри, вокруг тебя кубинцы, СССР помогает, мы победим!»Переводил и такое. Президенту! Кстати, не исключаю, что требования оппозициибыли правильными. Только вопрос тогда так не ставился - был приказ, рядом гиблитоварищи. Просто не покидала мысль: что я здесь делаю? Интересов моей странымне лично там не виделось, воевали два африканских государства. То есть вконкретной ситуации боя, выполнения задачи правда была на твоей стороне. Аглянуть отстраненно - полный абсурд.
-Переводчиков тоже убивали?
- Погиб парень, с которым вместе жили одновремя, переводчик из Горького. Подорвался в БТР. Из числа моих коллег былираненые, контуженные. Про малярии всякие я и не говорю. Сомалийцы часто брали вплен зазевавшихся одиночек, им было важно показать, что на стороне Эфиопиивоюют русские. Наши пытались бежать, их расстреливали. Полномасштабная война.
АНТАРКТИДА- Как васзанесло в Антарктику в 80-е?
- Спасали научно-исследовательское судно«Михаил Сомов», зажатое во льдах. До этого совершил кругосветку, работал полинии ТАСС на туристическом «Тарасе Шевченко», выпускал судовую газету наанглийском для иностранцев. Была своя типография в трюме, делал фото,публиковал статьи о Советском Союзе и событиях на корабле. Газета стоиласимволический один цент и, кстати, пользовалась популярностью. Помню, умергенсек ЦК КПСС Черненко, и мне из Москвы прислали пять фамилий его возможныхсменщиков, в том числе Горбачева. Под большим секретом. Подготовил вариантгазеты на каждого. Выпустил, ясно, один.
- Ипослали в Антарктиду?
- Да отплавал восхитительную кругосветку -из Сингапура, через Средиземное море, Атлантику - и вернулся в надежде наосвободившееся место в спортивной редакции ТАСС. Несколько лет рвался -бесполезно. Как только вакансия, сразу берут блатного. А Сева Кукушкин, шеф,говорит: «Ну что, приплыл? Теперь в Антарктиду». Думал, шутит. Оказалось, всесерьезно. Позвонил генеральный директор агентства Сергей Лосев: ехать большенекому, действующий загранпаспорт моряка только у тебя.
- ААнтарктида - уже заграница.
- Главное, что шли с неизбежным заходом в НовуюЗеландию, для пополнения горючего. Погрузились на ледокол«Владивосток», поплыли на Южный полюс. Руководил экспедицией АртурЧилингаров. Пробились через льды, затем впервые в истории над Антарктидой вусловиях полярной ночи взлетел вертолет.
- И вы наборту?
- Один из двенадцати, по-моему. За 200километров до «Сомова» наш «Владивосток» застрял во льдах, пришлось лететь.Передали ученым письма из дома и надежду. Провиант у них еще был. Но судно ужетрещало - льды сдавливали. А в итоге спасли ребят, вывели на чистую воду. За топлавание Чилингарову присвоили Героя Советского Союза, а меня наградили «Затрудовую доблесть». В дополнение к «эфиопской» медали «За боевыезаслуги».
- Неужелии после этого не взяли в спортивную редакцию?
- Взяли. Генеральный директор ТАСС по возвращениюсказал: «Проси, что хочешь». Я про свое. Он удивился: «Мы тебя хотели собкорромв Англию или в Америку направить».
- Нежалели потом?
- Нисколько. На первых порах помог язык. Вредакции сидели корифеи. Но почти никто, кроме Кукушкина, по-настоящему не зналязыков. С телетайпов зарубежных агентств сходила информация, которой малопользовались. А я начал все читать, рассказывал, меня спрашивали, откуда я этознаю. Словно открывал для людей новый мир в их же досконально изученных видахспорта. А главную журналистскую основу, правильный русский язык - как это нистранно - дал инъяз. В институте ему уделяли не меньше внимания, чеминостранным.
СИЖУ, КОКОСЫ КОНЧИЛИСЬ, НИЧЕГО НЕ ЗНАЮ- Чтобыло самым противным на острове в «Последнем герое»?
- Отсутствие информации. Сильно выбился изпривычного жизненного ритма. На Большой земле осталась интересная работа, а ясижу, кокосы кончились, ничего не знаю, еды никакой. Хотя голод переносилнормально. А вот физически пришлось нелегко. Конкурсы требовали серьезнойготовности, а на острове входил в тройку самых старших участников. И в первомже испытании травмировался.
- Толкая по джунглям вместе с командойтяжелую тачку, на определенном этапе рванул на гору устанавливать факел, хотялучше бы доверить это более юркому и молодому. Сделав дело, поскользнулся,полетел в обрыв, на камень, пробил подбородок. Меня зашивали, а через дыркукровь текла в рот. С тех пор стал носить бороду, чтобы шрам прикрывала.
- Почемувас не отвезли в больницу?
- По условиям конкурса нельзя было выпадатьиз процесса даже на день. Остался на острове со своими швами, следующей ночьюмок под дождем в спальном мешке, стонал от боли и думал: «Что я здесь делаю?»
- Допоедания тараканов не дотянули?
- Нет, зато ел тухлую рыбу. Как бы тухлую.
- То естьзритель был обманут?
- Мы были обмануты. Рыба издавала жуткийзапах, руки нам связали за спиной, чтобы мы ничего не разворошили. А поднормальную рыбу положили тухлую. Людей рвало, но тухлятиной нас все же некормили, иначе потом пришлось бы сворачивать шоу. У американцев, кстати, жестчев плане нормальной еды. Не дают вообще ничего. Но там селят на островах, гдеможно хоть что-то добыть. А доминиканцы дали нам остров, где одни кокосы инемножко крабов - поймаешь, если повезет. Поэтому нам все же выдавали по 100граммов риса в день. И туалетную бумагу. Вот это уже американское правило. Ну,не могут они без нее. Не жили в СССР.
-Профессия комментатора подкидывала экстрим?
- В Албании однажды привели в офис директорастадиона. Оказалось, это и есть комментаторская позиция. Кабинет с зарешеченнымокном, на столе телефон. Комментировал, глядя на поле через решетку. Есть дажевидео - наш оператор Максим Артемов снял снаружи. А в бразильской Форталезе,где сборная в 1998 проиграла 1:5, вместо оборудованной позиции привели вкаменный склеп. И удивились: «Разве вы не взяли с собой аппаратуру? Посмотритена немцев. Они запасливее. Нет розеток? Правильно, удлинитель - тоже вашазабота».
- И каквыкрутились?
- Взял у бразильцев мобильный телефон весомв килограмма два. Они подарили мне ровно минуту разговора. Дозвонился Андрею Голованову, который сидел вОстанкино на подстраховке. Успел продиктовать состав наших. И больше ничего.
-Голованов справился с репортажем?
- Конечно! С большим уважением отношусь кАндрею. Он правильно готовится к репортажам. И к тому же«многостаночник», очень разносторонний. Прокомментирует любой видспорта.
МУЗЫКА- Вфутбол играете?
- Хожу в Лужники по субботам в компании школьных и институтских друзей. Впоследнее время, правда, стал немного лениться. Езжу с командой артистов«Старко», где, увы, сейчас больше комментирую, чем играю. Однажды даже бегал пополю с микрофоном, пытаясь делать все одновременно. Но получилось в итоге не тони се, и мы с капитаном и организатором клуба Юрием Давыдовым от этой идеиотказались. А вот недавно вышел на поле с нашими артистами против группы Muse.
- Похвастаюсь: забил победный мяч. Правда,Мэттью Беллами они рисковать не стали, пожертвовали только здоровеннымбасистом. Остальные - звуковики, осветители.
- Самоевремя перейти к музыке. Храните ей верность на пороге седьмого десятка?
- Конечно. Недавно «угробил»отпуск: делал стихотворный перевод продолжения великого диска группы JethroTull - «Thick as a Brick-2». По просьбе ее лидера и моего давнегодруга Иэна Андерсона. Он разместил перевод в буклете расширенного издания. А вэтом году предложил мне сделать для сентябрьских гастролей в России перевод илибретто своей рок-оперы. Про человека, в честь которого названа группа, - ученого,в свое время придумавшего плуг.
- Как васотблагодарили?
- Иэн с самого начала сказал: с него - толькобилеты, автографы, диски. И пиво. Конечно, говорю, какие вопросы! Это жеогромная честь. Андерсон для меня - кумир, как для кого-то Пол Маккартни. Развеможно было бы с The Beatles требовать денег за перевод их бессмертных песен?
- Как выпознакомились?
- В ресторане. Институтский однокашникВолодя Воронов предложил организаторам еще самых первых российских гастролейJethro Tull угостить группу в «Пушкине». И меня позвал.
- Чтоеще, кроме Jethro Tull?
- Слежу за прог-роком. В котором культоваяфигура сегодня, конечно, Стивен Уилсон, основатель Porcupine Tree и ещенескольких проектов. Очень важный человек для современной рок-музыки, чуть лине Beatles и Джордж Мартин в одном лице, так как, ко всему прочему, еще издорово делает записи, а также ремастирует диски из великого прошлогопрог-рока. Ходил на его концерт в лондонском «Альберт-холле». Потрясающе. Исразу после хотел попасть на Дэвида Гилмора из Pink Floyd, он только чтовыпустил новый диск. В том же театре. Но на Уилсона билет стоил 30 фунтов, а наГилмора - тысячу! Дай-ка, думаю, повременю.