Клуб любителей фанфиков "Цвет Надежды", "Жажда" и, вообще, гермидрак

1. Добавление повторных фотографий, картинок и видео2. Добавление фотографий в альбом, не соответствующий тематике изображений3. Личные оскорбления и мат в адрес членов группы (БАН)4. Спам, реклама (форумов, чатов, ролевых игр) и просьбы прокачать группы

За нарушение всех правил сразу - "Авада Кедавра" (исключение из группы)

Ссылки на два главных фанфика клуба:

В альбомах и видео почти все работы взяты с разных сайтов, групп Контакта и т.д. На авторство не претендую!)))

• Все записи
• Записи сообщества
• Поиск

Не то, чтобы Микки был особо громким в постели – сдавленное частое дыхание сквозь зубы, это всё, что обычно доставалась Йену. Но, не в этот раз. Милкович скулит, цепляясь за простынь до треска ткани; его колени судорожно зажимают голову рыжего у себя между ног.

Определённо, это лучшее, что слышит за текущий день Галлагер. Йен отстраняется и смотрит на Микки, который выглядит так, словно не имеет никакого понятия, кто он и где находится.

– Блять, хули ты остановился?

Микки совершенно не умеет контролировать свои эмоции в такие моменты – Йена натурально ведёт от того, сколько мольбы в его голосе.

– А что, так нравится, Милкович? Хочешь кончить от того, что я трахаю тебя языком?

– Завали и продолжай, придурок! – Микки раздражённо рычит и хватает Йена за волосы, ощутимо сжимая пряди у корней.

Галлагер улыбается. Микки, который стелется, словно последняя сука – ради такого зрелища можно и огрести чуть-чуть.

– Ладно, если тебе так хочется, - небрежно бросает рыжий. Бесит он целенаправленно. – Не кипятись.

Микки переворачивает их в одно движение. Йен охает от тяжести, когда тот садится ему прямо на грудь.

– Ну что же ты за тварь такая, а? Придётся заткнуть твой пиздливый рот.

Микки не церемонится. Йен послушно заглатывает до упора, помогая себе рукой. Терпкий привкус щекочет вкусовые рецепторы.

– Вот так, Галлагер, - взгляд у Милковича становится совсем неосмысленный. Микки нежно гладит Йена по лицу, задевая растянутые вокруг его члена губы. – А теперь соси.

Йен цепляется поудобней за чужие бёдра, расслабляет глотку и делает круговое движение языком, очерчивая выпуклые вены. Микки глухо стонет, толкаясь не в самом сдержанном ритме. Ну как же хорошо.

– Какая же ты сучка, рыжий лобок.

Галлагер мысленно усмехается. Да кто бы говорил. Впрочем, Йену не особо до шуток – Микки так крепко держит его за затылок, притискивая к себе всё ближе и ближе с каждым движением бёдер, что удовольствие начинает граничить с болью вполне отчётливо.

– Если бы только мог себя видеть сейчас. Охуенно смотришься, когда сосёшь мой член, - Микки почти на грани. Говорить выходит с трудом, часть слов смазано теряется. – Пиздец просто какое приятное зрелище.

Йен чувствует, как дёргается собственный член, выделяя каплю смазки. О да, он возбуждается от того, что грёбаный Милкович зовёт его соской и пихает свой хуй ему в глотку. Галлагер усердно лижет уже почти онемевшим языком головку, ласково обхаживая её и делая сосательное движение. Этого оказывается достаточно – Микки наконец кончает, выстреливая тугой струёй спермы. Мышцы живота судорожно сокращаются, вынуждая его обессиленно скатиться в сторону. Йен показательно сглатывает.

– Пидор бля, - бормочет Милкович неприлично удовлетворённым тоном. – Ебаный пидор. Иди сюда.

Микки снова наваливается сверху, тяжёлый и потный, и целует, жадно слизывая свой собственный вкус с припухших губ. Они лижутся минут пять, прежде чем Йен нехотя отталкивает Микки и многозначительно смотрит вниз.

– А теперь, может, окажешь ответную услугу?

– Ага, мечтай, - Микки коротко облизывается, кончик языка скользит явно демонстративно.

Они играют в гляделки ровно пятнадцать секунд, после чего Милкович сдвигается в сторону и, наклонившись над пахом Йена, безропотно берёт в рот. Галлагер довольно стонет, пропуская между пальцев жёсткие пряди тёмных волос.

– Ты, между прочим, тоже охуенно смотришься, когда сосёшь мой член. Хоть открытки выпускай.

Микки бросает расфокусированный псевдо-грозный взгляд и давится, когда Йен гладит его дырку большим пальцем свободной руки.

– Хули творишь? – шипит Милкович, в противовес своим словам поддаваясь навстречу.

Галлагер пожимает плечами, мол, а что такого, и давит сильнее.

– Ебу тебя пальцами, пока ты мне отсасываешь, вот что. Заткнись и продолжай, Микки.

Микки слушается. В плане минета он хорош тем, что ни черта не умеет это делать, но так искренне старается и кайфует от происходящего, что у Галлагера яйца поджимаются от одной только мысли об этом. Йен вставляет два пальца Микки в задницу и туго двигает ими, растягивая.

– Блять, рыжий, хорош сбивать с толку, - Милкович сыто жмурится. – Ты же знаешь, я не отличаюсь концентрацией внимания и прочей хуйнёй.

– Да ладно, скажи честно – ты просто хочешь, чтобы я тебя выебал, - Йен скалится, замечая, как обдолбанно закатываются глаза у Микки от предвкушения. – Так что давай, присаживайся с удобством.

Милкович краснеет до кончиков ушей. Он ненавидит быть сверху. Точнее, Микки уверяет в этом Галлагера, но тот знает наверняка, что это просто трусливый пиздёж – на самом деле, Микки до одури любит эту позу.

– Иди на хуй, я тебе не баба.

– Ага, - легко соглашается Йен. – Давай уже, пиздец как хочу в тебя.

Микки ломается для проформы ещё какое-то время, полностью игнорируя Йена, но в итоге, конечно же, не выдерживает.

– Блядская ты сука, Галлагер, - рычит Милкович, сплёвывая на ладонь и растирая слюну по члену Йена. – Дать бы тебе в рожу.

– Можешь пока просто дать, - Йен берёт Микки за бёдра и уверено насаживает на себя. – О-о-ох, то что нужно, правда, Микки?

Микки поджимает губы, зло кусая их, и начинает медленно двигаться. Правда, хватает его не на долго – спустя пару минут неспешного темпа Милковичу наконец-то надоедает изображать целку.

– Еби меня нормально, хуйло. Сильнее, мать твою!

Окей, это Йен вполне может устроить. Микки задорно выдыхает, когда Галлагер меняет положение и наваливается сзади.

– Вот так тебе нравится, а? Как ты меня заебал со своими претензиями, блять, кто бы знал, - Галлагер долбится в бешенном ритме и просовывает руку Микки под живот, размазывая смазку по пульсирующей головке. – Уже кончать собрался? Хуй тебе, ещё рано!

Милкович воет не своим голосом, и они возятся, трахаясь как безумные. Йен выходит почти полностью и загоняет на всю длину, раскрывая раскрасневшуюся дырку пальцами для своего же удобства. Микки хрипит в подушку, вцепившись в неё зубами, и прилежно отзывается на каждый толчок. Они оба мокрые и солёные, и Йену хочется орать от удовольствия.

Микки кончает первым, вытягиваясь струной по кровати и отчаянно матерясь. Йен готов сдохнуть от того, как охуительно сокращаются мышцы ануса Милковича в этот момент на его члене.

– Не смей кончать в меня, урод, - хрипит Микки, отставляя при этом задницу в приглашающем жесте.

Йен не железный. Он болезненно прихватывает Микки зубами за загривок и спускает, вдавливая того в матрац. Микки протестующе стонет, но на деле он, конечно же, опять блефует.

– Заебись, - Милкович переворачивается на спину и морщится, сдвигая колени. – Сигареты хоть подай, ёбырь.

Галлагер смеётся и дотягивается до измятой пачки Мальборо. Микки прикуривает и лезет целоваться.