Александр Бастрыкин: Дактилоскопия - это не унизительная процедура
Важный и очень острый вопрос поднял на "Деловом завтраке" в "Российской газете" председатель Следственного комитета при прокуратуре РФ Александр Бастрыкин. Он считает необходимым создать общий для страны дактилоскопический банк данных.
Речь идет о том, чтобы по собранным в единую базу отпечаткам пальцев и другим биометрическим данным можно было бы быстро вычислять преступников, опознавать погибших в катастрофах, находить потерявшихся стариков и детей.
Эту идею Александр Бастрыкин высказал на недавней расширенной коллегии Генпрокуратуры в "пакете" новых предложений по повышению эффективности борьбы с преступностью. Это был служебный разговор для коллег на волнующую всю страну тему - как справиться с ростом криминала.
Среди необходимых мер, которые будут способствовать общественной безопасности, руководитель главного следственного ведомства страны обосновал важность массовой дактилоскопии.
Что началось после выступления руководителя ведомства - сложно даже передать. Откликов оказалось множество, и самые полярные. Причем высказывались на эту тему очень разные люди - от серьезных профессионалов до тех, кто о наших законах знает лишь из мыльных сериалов "про бандитов". И хотя Александр Бастрыкин заявил, что речь идет не о тотальном подозрении всех граждан в совершении уголовных преступлений, его стали упрекать в попытке покуситься на права человека. И даже разъяснения председателя СКП о том, что дактилоскопия нужна в первую очередь для обеспечения безопасности самих граждан, ситуацию не изменило. Причем интересно, что большинство критиков лично Бастрыкина не слышали, а знают о предложениях главного следователя страны, как говорится, "в пересказе". Поэтому председатель Следственного комитета при прокуратуре РФ пришел в "Российскую газету" на "Деловой завтрак", чтобы лично высказать свои аргументы и пригласить читателей обсудить очень серьезную тему.
Российская газета: Александр Иванович, как аргумент в пользу массовой дактилоскопии вы привели в своем докладе авиакатастрофы, крушения поездов, техногенные и природные аварии, когда опознать пострадавших, кроме как по отпечаткам пальцев или анализам ДНК, бывает невозможно.
Александр Бастрыкин: Да, я говорил о том, что, например, на опознание людей, пострадавших при пожаре в пермском клубе "Хромая лошадь" в начале декабря 2009 года, у экспертов ушло почти две недели. Была бы в распоряжении следователей дактилоскопическая или геномная база, все было бы оперативнее.
РГ: Вы внимательно знако митесь со всеми отзывами критиков вашего предло жения. Каково общее впечатление?
Бастрыкин: Во-первых, много политики, очень много политизации наших предложений и очень много эмоций. Второе - я вижу непонимание целей той регистрации, которая, кстати, давно проводилась и проводится в других странах. Ведь мы не первооткрыватели.
РГ: Тогда давайте с конкретными примерами.
Бастрыкин: Вот пример - Государство Израиль. Там через два года, чтобы получить биометрические паспорта, причем речь идет о паспортах израильских, внутренних, а не заграничных, гражданам придется сдать отпечатки пальцев и фотографии лица, сделанные специальным компьютером.
РГ: Почему израильтяне вводят такую процедуру?
Бастрыкин: Она связана с безвизовым режимом с Соединенными Штатами Америки. Это не Бастрыкин придумал. Каждый гражданин, получая паспорт в Израиле, поставит отпечатки пальцев. По словам автора их законопроекта, в Израиле сегодня у населения на руках 400 тысяч фальшивых удостоверений личности.
РГ: А у более близких соседей как с отпечатками пальцев?
Бастрыкин: Украина полностью готова к выпуску электронных загранпаспортов. В качестве дополнительной биометрической характеристики там используются отпечатки пальцев, которые вносятся в память чипа в зашифрованном виде с использованием механизма расширенного кодового доступа. Таким образом обеспечивается надежная защита персональных данных граждан Украины.
Другой пример - Эстония. Там будет добавлен еще один элемент идентификации владельца документа - отпечатки его пальцев.
РГ: О каком документе речь?
Бастрыкин: Обо всех рейсовых документах, выдаваемых департаментом гражданства и миграции. Паспорт гражданина Эстонии, паспорт дипломата, паспорт иностранца.
РГ: Почему сегодня вообще появилась такая тенденция?
Бастрыкин: Америка после трагедии 2001 года создала министерство безопасности, у них такого раньше не было. Сегодня если поедете в Америку, "отдадите" пальчики.
РГ: Но отпечатки пальцев в Штатах собирали и раньше?
Бастрыкин: Эдгар Гувер 50 лет возглавлял в Америке ФБР. Именно в стране, где свободу отдельной личности возводят в принцип, благодаря терпеливости Гувера, его призывам к здравому смыслу и к пониманию, проявленному многочисленными ведомствами, удалось достичь почти невероятного. А именно: из общего числа карточек с отпечатками пальцев, равного 141 миллиону 200 тысячам, в 1956 году по меньшей мере 112 миллионов принадлежали не преступникам, а честным, ничем не опороченным гражданам, постоянно или временно проживающим в Соединенных Штатах.
РГ: Там отпечатки собирались открыто?
Бастрыкин: Как они получали отпечатки? Под самыми различными предлогами. Мы же в России сказали, давайте никого обманывать не будем, честно и открыто предлагаем гражданам и ведомствам обсудить эту тему. Надо начать по этому поводу дискуссию, честный разговор. Не подпольно. При этом мы должны четко понимать, что главная цель не только борьба с криминалом, а вопросы безопасности общества в целом.
В каких странах и как составлялись тотальные информационные базы отпечатков пальцев?
Для тех, кто въезжает в США, на границе обязательно фотографируют и снимают отпечатки пальцев.
В этом году в анкетах на "шенген" для россиян уже появился пункт: отпечатки пальцев, предоставленные ранее при подаче заявки при получении шенгенской визы (да - нет).
О готовности обязать всех граждан внести свои отпечатки пальцев в электронный чип в паспорте заявила Украина.
Еврокомиссия рекомендовала в ближайшие два года на чип паспорта записывать помимо прочих анкетных и биометрических данных и отпечатки пальцев.
РГ: В чем суть ваших предложений? Какова, на ваш взгляд, должна быть технология сдачи отпечатков?
Бастрыкин: Надо понимать, что дактилоскопия - это не унизительная процедура, как это делается по старинке. Есть современные электронные средства снятия отпечатков пальцев, которые не потребуют даже краски.
РГ: Вы уверены, что критиков это успокоит?
Бастрыкин: Если предложения Следственного комитета не обоснованы, я хочу видеть не охаивание и переход на личности, а дискуссии людей, которые понимают, о чем идет речь. Многие страны не просто так ввели такие жестокие методы. Жизнь к этому вынуждает: угрозы террористические, опасность катастроф, растущие миграционные потоки.
РГ: А как же с упреками в недемократичности предлагаемых вами мер?
Бастрыкин: Настоящая демократия - это власть народа. Давайте проведем социологические исследования сегодня по всей России. Давайте в конце концов просто поедем по стране. Народ устал от преступности. И одна из возможностей победить или как-то контролировать ее - это регистрация. В том числе и геномная. Сегодня современные методы отбора материала для геномной экспертизы уже не связаны с тем, чтобы пальчик уколоть. Более современные методы есть и у нас, и на Западе. Геномная регистрация уже реальность в таких странах, как Великобритания, Аргентина, США, Франция.
РГ: Как это будет выглядеть? Каждый житель России когда-то зайдет в некое специальное бюро и оставит там свои отпечатки пальцев и геномную картинку? Это же личная тайна человека.
Бастрыкин: Как это будет выглядеть, должен определить закон. Сейчас такая база есть в МВД. У них наработан опыт, методика и прочее. Сегодня работает закон на эту тему - закон об информации, информационных технологиях и о защите информации. Работающий в настоящее время закон о государственной дактилоскопической регистрации в Российской Федерации предполагает и добровольное, и обязательное дактилоскопирование.
Как вы думаете, сколько сегодня по обязательной регистрации в стране "откатано" пальцев? Кстати, этот закон защищает в том числе и базы данных. Это позволяет на основе закона обезопасить такое досье от посторонних глаз.
РГ: Наверное, столько, сколько граждан у нас сидит в местах не столь отдаленных. Эта процедура касается в основном заключенных.
Бастрыкин: Ошибаетесь. Гораздо больше. Есть категория граждан с обязательной сдачей отпечатков и есть необязательная дактилоскопия. Только тех, кто обязательно, в том числе по долгу службы, сдает отпечатки, у нас в стране сейчас свыше 30 миллионов человек. Эта процедура по закону обязательна для тех, кто работает на морских, речных, воздушных судах, для пожарных, тех, кто служит в ФСБ, внешней разведке. и т.д.
РГ: Можно обосновать необходимость дактилоскопии на каком-нибудь конкретном примере?
Бастрыкин: Одно из последних громких преступлений - подрыв "Невского экспресса". Недавно в ходе спецоперации был убит боевик. На месте происшествия с экспрессом мы нашли полотенце со следами крови. Подрыв, если помните, был в ноябре. Сегодня у нас март. Если бы мы имели геномный банк данных на основе крови, мы этого боевика вычислили бы за три дня. Когда бандита убили далеко от места аварии и тело доставили в Москву, всего три дня потребовалось специалистам-экспертам для того, чтобы сравнить кровь на полотенце с кровью, которую взяли из трупа.
Часто нас упрекают: Следственный комитет и милиция России мало раскрывают преступлений. Сегодня официальная статистика раскрытия преступлений примерно 50 процентов. Мало?
Бастрыкин: Давайте ответим в цифрах. Цитирую данные статистики по деятельности полиции в зарубежных странах. По Австрии - раскрываемость 45 процентов. Вот статистика благополучной Швеции (полиция которой считается одной из лучших в Европе) - раскрываемость 40 процентов.
Средний уровень раскрываемости зарегистрированных преступлений составляет:
в Бельгии - 20 процентов;
в Великобритании - 30 процентов;
в Германии - 50 процентов;
в Италии - 17 процентов;
в Канаде - 47 процентов;
в Нидерландах - 20 процентов;
в Норвегии - 20 процентов;
в США - 22 процента;
в Финляндии - 75 процентов;
во Франции - 40 процентов.
РГ: А не слишком ли это дорогое удовольствие - дактилоскопическая и геномная базы данных?
Бастрыкин: Давайте посчитаем на том же примере "Невского экспресса". Ноябрь, декабрь, январь, февраль, март. 5 месяцев прошло с момента подрыва до раскрытия преступления. На расследование, оперативные мероприятия были брошены большие силы спецслужб и правоохранительных органов. Весь Северо-Запад был мобилизован: ФСБ России, транспортная милиция, Следственный комитет и прочие ведомства. И так пять месяцев. Сотни, тысячи людей получали зарплату, раскрывали теракт "Невского экспресса". А так всего три дня ушло бы на раскрытие. Чего же люди боятся?
РГ: Что мои отпечатки пальцев оставят где-нибудь и совершат, условно говоря, какое-то правонарушение. И мои отпечатки пальцев там будут. Технически это невозможно?
Бастрыкин: Такие попытки имели место в Париже в ХIХ веке. Там была попытка с помощью воска перенести отпечаток пальца. Ничего не получилось. Какие-либо другие подобные случаи истории криминалистики неизвестны!
РГ: Почему речь идет именно об отпечатках пальцев?
Бастрыкин: Потому что они дольше всего сохраняются, с ними легче всего работать, совершенно абсолютная безгрешность.
А как у них?
В Англии нашли убийцу четырехлетней девочки, только взяв отпечатки пальцев поголовно у всего населения города Блэкберна - у 45 тысяч человек. Девочка была похищена из больницы, изнасилована и убита. Под ее кроватью нашли бутыль с водой, на которой убийца оставил свои отпечатки пальцев. Этот случай, кстати, и укрепил уверенность многих криминалистов и юристов в необходимости дактило скопической регистрации населения. И одновременно помог преодолеть сопротивление такой процедуре.
РГ: Про отпечатки пальцев говорили и в прежние годы. Почему именно сейчас ваше предложение вдруг вызвало столь резкую реакцию?
Бастрыкин: Уже более ста лет существует дактилоскопия как научный метод идентификации. Почти всегда она была связана с преступлением. И у народа она ассоциируется только с криминальной составляющей. Никто при этом не думает о пропавших без вести людях, неопознанных жертвах авиакатастроф и землетрясений.
Президент Чеченской Республики Рамзан Кадыров в этом вопросе меня поддержал. Потому что сам прошел чеченскую войну. Ему и сейчас непросто. Да и не надо забывать про десятки тысяч ежегодно пропадающих бесследно российских граждан.
РГ: Если бы была дактилоскопическая и геномная база, что бы изменилось?
Бастрыкин: Нам было бы, конечно, легче искать людей.
РГ: А есть какие-то проработки, чтобы не просто высказать предложение, а подготовить полноценный законопроект?
Бастрыкин: Масса проработок есть. Российские криминалисты к этому готовы. Есть научные методы, приборы, техника и электронная технология.
РГ: Кто мог быть автором такого законопроекта?
Бастрыкин: Думаю, МВД. Криминалистические и иные учеты в их ведении. Кстати, глава Федеральной миграционной службы Константин Ромодановский сказал недавно в одном из своих интервью: "Сейчас есть только двухмерные фотографии, но в будущем будут вноситься отпечатки пальцев".
РГ: Критикуя вас, правозащитники говорят о нарушении прав человека.
Бастрыкин: За прошлый год в России было убито 400 милиционеров и 5 тысяч ранено. Это что, не люди? У них что, нет права на жизнь? Почему такая однобокая позиция? Почему так важно интересоваться, хорошо или плохо отбывать наказание в тюрьме педофилам. И почему не надо интересоваться, как приходится работникам милиции? А детям, старикам? Кто защитит жертв преступников? Недавно показали фильм, что десятки, и сотни, и тысячи выпускников детских домов остаются без жилья, на улице ночуют. Это что, не проблемы соблюдения прав человека?
РГ: Александр Иванович, вы не против, если мы обратимся к нашим читателям с предложением высказать мнение по этому поводу?
Бастрыкин: Абсолютно правильно сделаете. Надо начать по этому поводу дискуссию, широкое обсуждение. Откровенный обмен мнениями с подключением специалистов может многое прояснить в сознании тех, кто имеет слабое представление о подобных базах данных и их важности. Должен сказать, что технически система готова. Поймите, это нужно не лично Бастрыкину, это вопрос общей безопасности. Молчать я тоже не собираюсь. Поэтому последовательно и терпеливо будем эту идею проводить, убеждать и разъяснять. Спасибо за разговор.
Необходимость создания всеобщего банка биометрических данных иллюстрируют несколько примеров расследования Следственным комитетом при прокуратуре РФ убийства детей.
Благодаря созданию генотипического банка данных раскрыто 14 изнасилований малолетних мальчиков и девочек в Санкт-Петербурге, совершенных с 2001 по 2007 год.
В базу данных были введены генотипы более 200 человек. Затем круг подозреваемых сузился до 43 человек, схожих по возрасту и описываемой потерпевшими внешности.
В итоге насильника Ресина нашли по результатам экспертизы слюны - генотип совпал с формулой ДНК спермы, обнаруженной в жертвах.
Таким же методом выявили другого педофила - Бочкарева, который за три года изнасиловал восемнадцать мальчиков и девочек в возрасте от 8 до 14 лет. Его вину доказала молекулярно-генетическая экспертиза.
Многие читатели уже подключились на сайте "РГ" к обсуждению предложения Александра Бастрыкина.
В обязательном порядке. Это не только решит очень многие проблемы правоохранительных органов при расследовании уголовных дел, при опознании трупов. А если будет международная база таких данных, то это исключит въезд в страну лиц, находящихся в розыске.
Очень полезна во всех отношениях. Бояться этого может только преступник, планирующий преступление. Давайте проведем плебисцит, и мы узнаем сколько людей в нашем обществе не уважают закон.
Мысов Михаил Васильевич (56), Пермь
Мои отпечатки есть в базах данных США и Великобритании, так как я уверен, что они не будут завтра продаваться в подземных переходах. К сожалению, нашей милиции я никакой информации давать не буду. Иначе завтра мои отпечатки найдут на каком-нибудь вещдоке.
Смирнов (40), Москва
Кого правоохранительные органы смогут, так скажем, определять по отпечаткам пальцев, опять же мелких воришек и общественно неопасных элементов общества. А те лица, которые совершают тяжкие преступления, они как скрывались от правосудия, так и будут скрываться от него и дальше. Скажите, много удалось поймать преступников, находящихся в федеральном розыске, по отпечаткам пальцев?
Славин Сергей (26), Москва
Приглашаем наших читателей уже сегодня подключиться к обсуждению важной темы. Многие уже высказались на сайте "РГ" с аргументами "за" и "против" .