Низкая самооценка - это скрытая мания величия?
Когда человек жалуется на неуверенность, проявляет самокритику и неверие в свои силы, я ставлю перед ним какой-либо предмет, например, вазочку с цветами, даю лист бумаги и прошу это нарисовать. Обычно человек начинает отказываться, говорит, что он не умеет рисовать. "Нарисуйте, как сможете", - говорю я. Человек начинает рисовать, я прошу его самому себе поставить оценку и, естественно, расписаться. Обычно ставят себе "тройку", реже "четверку", да и то с минусом. А на мой вопрос "А почему вы себе, родному, не поставили "отлично"?" отвечают, что оценивали рисунок объективно.
Тогда я предлагаю исследовать, может ли быть оценка объективной. Беру серую тетрадь, приставляю ее к стене и спрашиваю: "Что темнее, стена или тетрадь?". Человек отвечает, что тетрадь. Затем я эту тетрадь кладу на пол и задаю тот же вопрос: "Что темнее?". Теперь оказывается темнее пол. Затем я снова приставляю тетрадь к стене и снова спрашиваю, затем опять кладу на пол и так несколько раз. Затем я задаю ключевой вопрос: "Так какая же тетрадь, темная или светлая?". После минутной паузы человек говорит, что это зависит от того, на каком она фоне. На темном фоне эта тетрадь светлая, на светлом она темная. Таким образом, мы приходим к согласию по поводу того, что объективных оценок не бывает.
Затем я возвращаюсь к рисунку и говорю: "Если вы себе поставили "тройку", то какой же у вас фон? Не меньше, чем профессиональный художник". Получается, что чем ниже человек себя оценивает, тем больше у него скрытая мания величия, идеализированный образ того, каким он должен быть. Именно с высоты, если он не может сказать как Цицерон, то должен молчать, если не быть как Ален Делон, то к девушкам лучше не подходить, и, естественно, если он не может рисовать как Рафаэль, то рисовать ничего не надо.
Разрешение ситуации, конечно, не в том, чтобы гнаться за идеалом. Он тоже на месте не стоит. Как только человек стал немного выше, его идеал возрастает в геометрической пропорции. Поэтому бессознательно такой человек избегает достижений, так как они не дают удовлетворения, а только способствуют дальнейшему росту идеала.
Более эффективным будет снизить уровень идеала, то есть самому себе поставить оценку "пять с плюсом", совместить идеальное с реальным, то есть принять себя, то есть полюбить.
Автор: С.В. Петрушин.
"Более эффективным будет снизить уровень идеала, то есть самому себе поставить оценку "пять с плюсом", совместить идеальное с реальным, то есть принять себя, то есть полюбить." - т.е. вывести свою манию величия на свет?
Если тетрадь серая, то она всегда темная/светлая, зависит от оттенка. Просто есть что-то более темное, есть что-то более светлое. Но она всегда темная/светлая.
Imho есть загвоздка помимо самооценки еще в желании/нежелании заниматься тем или иным делом, в том с какой охотой человек начнет рисовать и демонстрировать эту вазу.
если охота небольшая, то норм - человека эта тема не колышет и он ,я уверен, в этом собой вполне доволен.
Но если он начнет показывать ее каждому встречному-поперечному утверждая что это "5+" по сравнению с мазней Васи-из-дома-напротив, то реакция встречного-поперечного скорее будет таковой:"Не знаю я ни какого твоего Васю, а вот по сравнению с Рафаелем/Васнецовым/или-еще-кем твоя ваза - гамно"
Фон для сравнения у большинства людей примерно одинаков и состоит из популярных-известных действительно годных вещей. Отрицать его - это уже, как @Kehula заметил, открытая мания величия + может эгоизм: хорошо для самого человека, т.к. он уверен что он ас, но плохо для окружающих, т.к. он их задолбает.
Видится мне, что выбор тут из вариантов "забей на тему", "совершенствуйся" или "забей на всех", какой из них лучше я не знаю.
Скромность - наполовину гордыня.
Вообще проблема самооценок зачастую в том, что адекватность оценки другого человека для самого себя же оценивается наблюдателем сквозь призму себя/общества/etc.
петрушин- лох,у него не было интернета. тут бы ему быстро объяснили про самооценку и т.д.
Жизнь с дурацкой фамилией
Моя фамилия Сисина. Спасибо, природа, что я не парень. (Хотя, будь я толстеньким бабушкиным пирожком, фамилия была бы оправданна).
В школе, ну разумеется, одноклассникам даже кличек не надо было мне придумывать. Хотя, одна была - безсисина! В самое больное, суки, били. Потому как фамилия есть, а ИХ, блин, нет!
Мало того, что фамилия подкачала, я ещё всегда любила экстравагантно одеваться, то есть была бельмом в глазу всей школы. Это не помешало мне завоевать авторитет среди пацанов (мы, кстати, дружим до сих пор, хотя школу закончили 15 лет назад). А вот девочки меня терпеть не могли. Они все ходили кланами: эдакие мини-группы по 4-5 человек, у которых есть своя предводительница, а остальные курочки ей подражают в одежде и рассуждениях.
Я же была одиночка. Но всегда со своим мнением, ни от кого не зависящим.
Огромное спасибо моей маме! Если бы не ее поддержка в те годы, я бы в последствии спилась где-нибудь за гаражами из-за сломленной самооценки.
Самооценка внутри меня была, конечно, низкая, но об этом не знал вообще никто, кроме мамы. На публике же я всегда демонстрировала, что плевать мне кто и как ко мне относится. И знаете, это выглядело так достоверно, что люди в это верили и их, почему-то это раздражало. А дома я могла и порыдать от обиды.
В 16 я поступила в универ и со страхом предвкушала, что теперь и здесь в течение пары лет придётся отвоевывать своё я. И знаете что? Всем было по фиг на фамилию!
Несмотря на это, каждый раз, проходя по коридору и слыша за спиной смех, мои внутренние рецепторы сразу ершились и думали, что смеются именно надо мной.
Я решила искоренить этот пунктик из своей жизни и пошла в универскую команду КВН. Там мой мозг переформатировался на то, что когда смеются - это хорошо.
После КВН-а я больше никогда не стеснялась своей фамилии. Я ее сначала училась принимать, потом любить, а потом полюбила. Даже когда потом много лет работала на тв и радио и мне говорили взять псевдоним, я отказывалась.
Морали в этой истории нет. Есть благодарность маме.
Шпаргалка про выбор
1. Выбор – это краеугольный камень самооценки.
2. У выбора есть две равнозначные стороны: уверенность в выборе и способность выбирать. Одно без другого не работает:
– Я уверен в выборе любимого кофе, но боюсь выбрать новый фильм на вечер. Вдруг он мне не понравится?
– Я каждый день выбираю новые способы решения задач, но не уверен в том, что хочу оставаться на своей работе.
3. Развить способность выбирать просто. Нужно выбирать быстро, много и ошибаться.
4. Быстро выбирать нужно, чтобы приучить мозг разбираться с реальными проблемами, а не с их тревожными двойниками. Не знаешь, чего хочешь? Смотри вокруг и выбирай то, в чём сомневаешься!
5. Чем чаще мы выбираем и действуем, тем эффективнее становится каждый следующий выбор, ведь мы опытным путём исключаем плохой выбор (уменьшая тревогу), и каждый плохой выбор подсказывает, где может скрываться хороший.
6. Логичный вопрос:
– Как я буду выбирать, если не знаю, чего хочу?
– Как ты можешь знать, чего хочешь, если мало попробовал и не получил критериев для определения лучшего выбора?
7. Для хорошей самооценки только способности выбирать недостаточно. Нужна еще уверенность в выборе.
8. Уверенность в выборе – это опыт, помноженный на доверие к своим чувствам.
9. Чтобы быть уверенным в своём выборе нужно (опять же) много выбирать и отказываться от выбора, который создаёт насилие над собой. Ты выбрал фильм и в процессе заставляешь себя досматривать? Бросай. Ты согласился поехать на дачу к друзьям, но тебе не понравилось? В следующий раз сразу откажись.
10. Важно! Насилие – это дискомфорт, который мы не выбирали. Вы можете выбрать трудный для понимания фильм братьев Коэнов, но досмотреть его без насилия над собой, потому что хотите в нем разобраться.
11. Ещё важнее! Не бывает уверенности в выборе без многократного выбора, который привёл к негативному опыту.
12. Исключений у быстрого выбора два: ущерб здоровью (своему и чужому) и ущерб условиям жизни.
– А не прыгнуть ли мне с третьего этажа?
– А не продать ли мне квартиру, чтобы купить BMW?
Тут стоит остановиться и обратиться к психологу (или психиатру).
13. Про выбор и уверенность в пяти актах: ты быстро выбираешь – ты ошибаешься – ты делаешь выводы – следующий выбор становится объективнее – ты становишься увереннее. Повторить и не смешивать.
14. Начинайте с малого. Для начала просто отслеживайте моменты, когда вы думаете над выбором дольше 5 секунд: что заказать на обед, пойти или не пойти на концерт, что надеть и т. д. Для начала достаточно просто отмечать такие моменты (и в идеале записывать).
15. Через неделю попробуйте сразу принимать решения и записывать результат. Тут начнётся магия – оказывается, большинство выборов не приводят к катастрофам и даже чему-то учат.
16. Мы боимся выбора, потому что создаём от него ожидания. Но мир нам ничего не должен. Он не обязан оправдать наш выбор, и не обязан подтверждать его правильность.
17. Чем больше выборов (в которых сомневаемся) мы совершим, тем лучше отделим свои ожидания от того, на что мы действительно в силах повлиять.
18. И да, я убеждён, что единственный способ понять, чего ты хочешь – выбирать.
Про родительские сигналы и их влияние на детей + немного про отношения
В этот раз хочу затронуть тему, которая для многих может стать открытием, т.к. вскрывает тот пласт взаимоотношений между людьми (в особенности - в семье), который часто выпадает из нашего внимания - а именно о "сигналах" и их модальностях. Особенно красноречиво эту тему можно раскрыть через детско-родительские взаимоотношения, т.к. тут влияние сигналов наиболее сильно, поэтому текст будет полезен ещё и родителям, воспитывающим детей, либо выросшим "деткам", имеющим проблемы с самооценкой. Далее повествую от лица именно детей и родителей, но держите в уме, что тема "сигналов" довольно обширна и раскрывает нюансы многих сфер социального взаимодействия.
Итак, о чем же речь? Живя долгое время вместе, люди обмениваются множеством сообщений. Это десятки, а то и сотни коммуникативных актов в день, каждый из которых имеет определенный эмоциональный "заряд". В норме этот заряд постоянно варьирует в зависимости от множества факторов - ситуации, качества взаимоотношений и т.д., но иногда сигнальная система может приобретать заметный перекос, эмоциональную окраску. Когда среди всех сигналов, которые, к примеру, посылает родитель ребенку, будут преобладать сигналы с определенным зарядом (модальностью). При этом, родитель может даже не замечать этого (из-за того, что "врастание" в отношения с кем-то, часто приводит к утрате перспективы, искажению видения ситуации + сказывается эффект привычки).
Сигналы могут быть множества типов, но в основном они связаны либо с отношением такого родителя к ребенку, либо особенностями самого родителя. Например, в благополучной семье будут преобладать сигналы одобрения, симпатии. Этакие положительные "поглаживания", которые необходимы каждому из нас и заключаются в том, что значимое для нас существо позитивными эмоциями отвечает на наше присутствие, наши поступки. В иных семьях могут преобладать сигналы раздражения, повелевания, гнева, тревоги и др. Попадая в новую для нас семью гостем, мы нередко можем подметить царящую там атмосферу, например -напряженную, агрессивную или наоборот – расслабленную, дружелюбную. Однако то, что очевидно со стороны, бывает трудно оценить взглядом «изнутри». Для этого можно наметить парочку важных рубежей, этаких «реперных точек», играющих ключевую роль в определении того, сигналы какой модальности преобладают в данной семье. Для простоты сведем всё к ситуациям двух типов: 1) Возобновление контакта после перерыва 2) Реакция на поступление новой значимой информации.
Давайте представим, что, отвлекшись от дел, родитель не обнаруживает дома своё чадо младшего школьного возраста. Какова его первая реакция? Испуг? («Вдруг с ним что-то случилось?») Раздражение? («Ну где там опять этот маленьких паршивец») Любопытство? («Интересно, где и чем он занят?») Гнев? («Он должен был убраться дома и делать домашнее задание, а вместо этого умотал куда-то по своим делам!»)
- Какова реакция родителя, когда его дочь-подросток рассказывает, что познакомилась с новой компанией сверстников? Интерес и поощрение? («какая новость! расскажи подробнее!») Беспокойство? («вдруг, компания плохая?») Ворчливое нравоучение? («лучше бы на учебу налегла, а не знакомства заводила») Обвинение? («знаю я, чем вы в этих своих компаниях занимаетесь!»)
- Какова реакция родителя, когда ребенок что-то уронил? «Ты не поранился?», «Вот растяпа, и откуда только руки растут!», «Опять ты меня потревожил!», «Впредь будь осторожнее, золотце».
- Что первым делом говорит своему ребенку родитель после долгой разлуки с ним (например, когда отправил его в другой город на учебу)? Это интерес к тому, что у него новенького? Беспокойство, всё ли у него в порядке – сыт ли, здоров ли, не отчисляют ли ещё из университета? Раздражение по поводу редких звонков? Нравоучения о том, что и как ему нужно делать?
- Какова реакция родителя на новость, что ребенок начал с кем-то встречаться, а то и вознамерился жениться?
Надеюсь, алгоритм понятен.
При этом, равнодушие (как бы «отсутствие сигнала») также расценивается как сигнал, т.к. тоже является демонстрацией отношения.
В сущности, все типы модальностей для самого ребенка воплощаются в несколько базовых идей:
1) «Меня отвергают, я не любим и не нужен» – если родительские сигналы насыщенны гневом или раздражением по любому поводу («Что бы я не делал – мной недовольны, лучше бы меня не было»). Равнодушие имеет сходный, но, пожалуй, даже более разрушительный для психики эффект («Я – пустое место, меня не должно быть»).
2) «Меня принимают лишь частично и я должен хорошо постараться, чтобы получить хоть толику одобрения» – обычно это следствие воспитания от требовательных родителей, которые постоянно ожидают от ребенка каких-то результатов, а то и вовсе навязывают ему свою волю во всех сферах жизни («Я ценен, только пока соответствую требованиям\очень сильно стараюсь, вне этого моя жизнь не имеет смысла»).
3) «Меня принимают, я могу быть собой, имею право на счастье» – если получает достаточно сигналов одобрения, принятия.
4) «Мир – опасное место, от которого нужно постоянно защищаться» (если получено слишком много тревожных сигналов от тревожного родителя).
В каком-то смысле – не так важно, что родитель сообщает на словах. Чем младше ребенок, тем большее значение для него будет иметь именно преобладающая модальность поступающих от родителя сигналов. То, как именно на ребенка реагируют, какую первую или самую частую эмоцию выдают, когда ребенок привлекает родительское внимание.
На тревожных сигналах остановимся подробнее, т.к. а) они довольно неочевидны, б) скорее всего именно тревожный родитель (или выросший ребенок таковых родителей) заинтересуется данной статьёй. В отличие от родителей, которые «итак уже лучше всех всё знают» или которым безразлично или неприятно их чадо. В этом парадоксальная роль тревоги - она может многое разрушить, однако также способна породить в человеке конструктивные стремления. Хоть это и потребует осознанности и «проработанности».
Тревожный родитель, часто сам того не замечая, просто бомбардирует своё чадо сигналами с тревожным зарядом. Часто слишком рьяно пытается загодя уберечь ребенка от всех (реальных и мнимых) опасностей. Предполагает худшее, как только хоть что-то идет «не так» или когда возникают любые новые неожиданные обстоятельства, видит в любом самовольстве ребенка, любой его затее лишь повод для новых тревог (как бы чего не вышло); с тревогой же реагирует на большую часть идей ребенка, начиная с выбора места и вида детской игры, заканчивая выбором места жительства, работы, супруга и т.д. уже подросшего чада. Часто такой родитель считает за благо и вовсе запугивать своего ребенка различными страшными последствиями его непослушания, неосторожности и т.д. Будь то живописание ужасов, которые произойдут, если ребенок сядет в машину незнакомца, последствия невылеченных зубов или итог низкой успеваемости в школе («будешь плохо учиться – станешь как этот страшный опухший пьяница-бомж, будешь копаться на свалке!») Намерения у родителя, при этом, благие, но он и не догадывается, как сильно перегибает палку, заботясь в первую очередь об осторожности и упреждении рисков (запугивание «опасными незнакомцами» может привести к страху и недоверию перед людьми в целом, затруднит социализацию, равно как и любое другое чрезмерное упреждение рисков может породить проблему уже другой крайности). Детская психика попросту не приспособлена, чтобы справляться с таким объемом тревоги, а родитель выступает фигурой, которой у ребёнка нет причин не доверять. Постоянная тревожная сигнализация приводит к «заражению» ребенка тревогой, подобное воспитание с детства делает его уязвимым для различного рода тревожных расстройств (фобии, неврозы, психопатии), сказывается на характере и личности ребенка, держит его нервную систему в постоянном напряжении.
Попробуйте понаблюдать, как Вы или Ваш родитель ведет себя в ситуациях, описанных выше или вспомнить подобные моменты из прошлого. И скорее всего получите ответ, с сигнальной системой какого вида имеете дело.
Не стоит думать, будто модальность сигналов имеет значение только для детей. Взрослые так же от неё зависят, особенно если они много лет живут одной семьей. На первый взгляд такая пара может казаться благополучной, однако если просто подсчитать, какой модальностью обладает большинство сигналов, которыми в этой паре обмениваются, то может оказаться, что преобладают сигналы раздражения, недовольства, обвинения или той же тревоги. Что в совокупности создает тяжелую психологическую атмосферу, угнетает как минимум одного из партнеров, тратит его «прочность» и мотивацию продолжать эти отношения. В качестве примера можно представить супружескую пару, в которой внешне диалог между супругами содержит и слова любви, и поддержку\похвалу, и т.д., однако при «подсчете модальностей» выяснится, что супруга постоянно заостряется на ошибках мужа, припоминает ему прошлые и нынешние, в «ситуациях неопределенности» предпочитает акцентировать внимание именно на том, где муж ошибался или может ошибиться. Муж в такой ситуации будет находится под постоянным давлением и такие отношения уже нельзя будет назвать функциональными. Преобладающая модальность будет транслировать мужу идею «ты ни на что не способен». С такой же легкостью можно представить пример и другой пары, в которой муж постоянно, в любом споре непременно стремится доказать свою правоту, даже в мелочах, иной раз специально начиная бессмысленный спор и добиваясь обязательной капитуляции супруги. Здесь уже будет транслироваться идея «я всегда прав! (а ты не можешь быть права)». Впрочем, это уже тема отдельного большого разговора.
Занятным аспектом сигнальной системы является то, что сигналов не может не быть. Взаимоотношения двух и более людей постоянно ставят их в ситуации, когда они не могут не сигнализировать друг другу о своём отношении. Какое-то "сообщение" человек будет транслировать в любом случае. Главное - правильно это сообщение считать и не обмануться "обёрткой". С интересной стороны этот аспект раскрыт у Э. Бёрна, с его "что Вы говорите вместо "здравствуйте"?"
Дискомфортная самооценка
Хорошая самооценка идёт в наборе с дискомфортом. Напомню, что самооценка – это способность справляться с вызовами жизни и вера в независимость своих потребностей и эмоций.
И ещё раз. Хорошая самооценка идёт в наборе с дискомфортом.
Иметь хорошую самооценку по определению означает:
– Принимать решения несмотря на сомнения.
– Ошибаться в своём выборе и получать опыт.
– Отказываться от навязанных желаний и вступать в конфликты.
– Отстаивать право на свои эмоции, даже если они кому-то не нравятся.
– Нарушать чужие ожидания, если они не способствуют счастью.
Возникает вопрос: но если всё так трудно, зачем напрягаться?
А это каждый решает для себя. На мой взгляд, жить совсем без дискомфорта невозможно. Самые спокойные и умиротворённые люди находятся либо в морге, либо в Тибете. Все остальные тревожатся, сомневаются, конфликтуют, копят и выплёскивают эмоции.
Лучше тревожится от того, что делает твою жизнь насыщеннее, а тебя опытнее. Чем от того, что ты боишься сделать со своей жизнью хоть что-то.
Не вини себя за то, что забыл о себе
Не вини себя за то, что забыл о себе.
Все со временем забывают. С детства нас воспитывают, чтобы мы сначала думали об окружающих, и через них пытались заслужить немного заботы.
– Ты должен сначала хорошо поработать, чтобы подумать о себе.
– Ты должен сначала добиться успеха.
– Ты должен сначала убедиться, что все вокруг довольны.
Чушь. Ты имеешь право на заботу по факту рождения. И если не на заботу других людей, то на свою собственную заботу. Ты один на восемь миллиардов: разве это не то чудо, которое заслуживает внимания? Хотя бы твоего собственного внимания.
Мы быстро забываем, как в детстве делали что-то для себя. Для себя играли, для себя радовались, для себя отдыхали. Ты можешь снова научиться этому сейчас.
Регулярно уделяй себе время. Не «награждай» себя, просто вспоминай, что маленький ребёнок внутри всегда имел право на то, чтобы к нему хорошо относились. И снова. Если кто-то не разделяет это право, это не значит, что и ты не должен его разделять.
Может быть. Но ты не причинишь никому вреда, если позволишь себе отдохнуть, если порадуешь себя вкусной булочкой или сходишь в кино наедине с собой. Забота о себе – это не то, что нужно «заслуживать». Это твоё право восстановиться и почувствовать, что ты – главный источник любви в своей жизни.
Не вини себя за то, что забыл о себе. Но не бойся вспоминать о том, что ты есть. Вспоминать о том, что ты заслуживаешь заботы.
Я нормальный
Вот фраза, которую не хватало услышать подавляющему большинству людей в детстве, чтобы не превратиться в тревожных перфекционистов и замкнутых истериков. Конечно, речь не столько (и не только) про утверждение о нормальности в чистом виде. Речь про то, что каждому из нас полезно было бы услышать слова вроде:
– Нормально плакать, грустить и злиться. Нормально не хотеть заниматься физкультурой и не любить физику. Нормально ссориться и расставаться. Нормально злиться на своих родителей. Нормально не любить кукол. Нормально любить жуков. Нормально не понимать своих чувств. Нормально в них ошибаться. Нормально чувствовать себя ненормально.
Почему это важно?
Чтобы объяснить, давайте пойдём от противного, пойдём от «ненормальности».
Когда уверенный в себе взрослый слышит, что «ненормально», например, есть макароны ложкой, он пытается разобраться: почему? Он пробует, соотносит опыт со своими чувствами и убеждениями, и решает: «Да нет, есть ложкой тоже вполне себе ничего». Дело закрыто.
Но что происходит с ребёнком, когда он слышит «ненормально»?
Ребёнок не знает, как жить, у ребёнка нет убеждений в том, что «правильно» и что «неправильно», он ещё не научился доверять своим чувствам. Он только пытается выстроить картину мира, доверяя взрослым вокруг. Он верит. И как только он слышит, что то, что он делает, «ненормально», он верит. Он верит, что с ним что-то не так.
Напомню, когда что-то называют «ненормальным», оно от этого не исчезает. Если я скажу вам, что ненормально злиться на человека, который вас любит, злость никуда не уйдёт, вы не станете злиться меньше. Но что произойдёт внутри? Внутри зародится чувство вины.
За то, что вы чувствуете. За то, что вы делаете. За то, какой вы есть.
Да-да. Есть поступки, которые могут привести к негативным последствиям. Например, ребёнок может не хотеть ходить в школу. Но это не «ненормально», это желание, у которого есть причина, и если научиться разбираться с ней, объяснять её, понимать её, ребёнок с годами примет, что мир несколько сложнее пары шаблонов, и играть можно не только за «людей» или «орков». Можно быть каким угодно и всё равно оставаться счастливым.
– А как же желание мучить кого-то? Это тоже по-твоему «нормально»? Если называть такое поведение «нормальным», ребёнок вырастет маньяком!
Ребёнок вырастет маньяком только в одном случае – если его генетические предрасположенности окажутся в подходящей для расцветания деструктивной среде. Справедливости ради, если любого ребёнка окружить насилием, болью, страданием и непониманием, он значительно повысит свои шансы начать резать людей.
– Ну так вот же. Если мы будем говорить детям, что они нормальные, они и станут спокойно впитывать весь это деструктив!
Тут важно напомнить главное правило воспитания: ребёнок не слушает, ребёнок смотрит. И если ребёнок видит гнев и осуждение за то, какой он есть, он привыкает себя ненавидеть. Не важно, что именно вы будете ему говорить. Важно, как вы себя ведёте, какой пример подаёте. И если вы осуждаете себя, если вы не понимаете своих эмоций и постоянно тревожитесь, никакие слова не уберегут ребёнка от впитывания ваших (!) примеров.
Я закончу с того же, с чего начинал.
Вы нормальные! Ваши чувства, ваши убеждения, ваши ошибки нормальны. Они не делают вас «плохими». Я абсолютно уверен, что эта фраза никогда не сделает маньяка из того, кто маньяком не был. Но при этом она может освободить миллионы людей, которые привыкли винить себя за себя.
Не вините. Будьте собой. Будьте такими, какие вы есть.
И не дайте никому убедить себя в том, что это «плохо».
Ответ на пост «Как смириться с ощущением собственной ничтожности?»
Такая ситуация (когда всё вроде бы есть, семья-работа-отпуск и т.д., а все равно тоскливо и безрадостно) обычно складывается из одного главного конфликта - между внутренними "Родителем" и "Ребенком", в котором верх уверенно одерживает именно "Родитель", иначе говоря - требовательность к себе, основанная на внедренных установках родителей и общества. Та наша часть, которая стремится, чтобы всё было "правильно", "как у людей", которая будто пытается всем доказать "я правильный, я хороший мальчик (или девочка), всё больше удушает ту нашу часть, которая отвечает за желания, за самовыражение, за эмоции, чувства, счастье и вкус жизни. Ради "правильного" в себе мы жертвуем собой, себе же перекрываем кислород, из-за чего закономерно впадаем в неблагополучие, ощущаем мир пресным, тоскливым и неприятным местом, не находим в нем для себя никаких радостей и ценностей.
Если начать разбирать жизненные достижения такого человека, то обычно оказывается, что львиная доля (если не все) его усилий по жизни продиктована либо стремлением исполнить чьи-то предписания, либо страхом не вписаться в общество, быть не понятым, остаться одному, либо стремлением к исполнению некоего долга перед кем-либо (обязательно требующего самоотречения и самопожертвования). Все эти варианты объединяет одно - когда человек видит способ доказать себе свою полноценность через подчинение своих интересов интересам других людей, оставляя себя самого, со своими желаниями, радостями и увлечениями за бортом. Результат - "правильная", но несчастная и безрадостная жизнь.
О влюблённости
Проблемы психологической самопомощи . и почему это не лучшая идея
Приступая к этой теме, я слегка так недооценил её обширность; пришлось отказаться от прям «серьезного» формата текста, который бы дал некое завершенное впечатление о теме, в пользу вольной краткой справки, дающей лишь приблизительный взгляд. Также ряд соприкасающихся тем будет вынесен в другие посты.
Ии, да, текст будет насыщен нереалистичными примерами-крайностями, которые вряд ли встретятся среди искренне желающих заняться психологической самопомощью на практике, но нужны они для наглядной иллюстрации возможных ошибок и заблуждений.
Самопомощь – это первая же, в каком-то смысле едва ли не рефлекторная стратегия, к которой прибегает человек, сталкиваясь с теми или иными проблемами и кризисами. Звучит логично – человек пытается помогать себе сам, т.к. он и в проблему посвящен и себя знает лучше, чем кто-либо, и на свою психику влиять может с большой свободой – ведь она у него всегда "под рукой", это он находится у штурвала, делает выборы, принимает решения. Казалось бы – у такого человека все карты на руках. Что может пойти не так? Оказывается – многое.
Для начала, сделаем для себя важное умозаключению: 100% людей вокруг вас, имеющих психологические проблемы, находящихся в глубоком кризисе или обладающих психическими расстройствами\заболеваниями (если только речь не о детях) – это как раз те, кто, «имея все карты на руках», чтобы свой внутренний кризис разрешить и нормализовать своё состояние, тем не менее, с задачей не справились, а то и наоборот – сделали ситуацию намного хуже. Это должно ненавязчиво наводить нас на мысль, что данные нам от природы и интуитивно напрашивающиеся механизмы психической саморегуляции, мягко говоря, не совершенны и далеко не всегда работают как надо.
Одна только психиатрическая проблематика, по разным подсчетам, затрагивает как минимум каждого пятого из нас. А если говорить о более мягкой психологической проблематике – здесь впору мрачно шутить про «каждого первого». Другое дело, что такие проблемы не всегда критически мешают жить и вполне возможно героически терпеть, молча страдать и даже дожить с ними до старости, хоть такая старость вряд ли будет счастливой и благополучной, а кроме того - будут серьезные шансы передать свои нерешенные проблемы детям и внукам (а уж они-то могут оказаться совсем не такими же устойчивыми). Почему же складывается такая неприглядная картина? Давайте разбираться.
Причина первая, она же – фундаментальная: мы чрезвычайно хреново себя знаем. Да, даже те, кто сейчас про себя насмешливо хмыкнул в духе «Может, кто-то там себя и не знает, но Я-то знаю себя превосходно!». В каком-то смысле - именно такие люди знают себя хуже всего. Но об этом подробнее в описании следующей причины.
Незнание себя касается незнания человеком своих потребностей, возможностей и ресурсов, пределов своей прочности, многих базовых механизмов собственной психики. Это выливается в неверные выводы о себе (а, как следствие, – и о других) и в неверное же целеполагание и поведение. Например, кто-то может отрицать влияние на себя стресса и быть убежденным, что «это всё дурь\просто мрачные мысли\плохое настроение» и что стресс можно просто отогнать, отмахнуться или отвлечься от него и делать так постоянно, без каких-либо последствий; иначе говоря – следовать идее «просто не думай о стрессе и тогда он исчезнет» (в долговременной перспективе последствия такой стратегии – тяжелейшие). Кто-то, в пылу самоотречения может игнорировать собственные потребности в отдыхе, развлечении, либо трактовать их крайне примитивно\узко, пытаться выжимать из себя результат сверх возможного, пуская себя вразнос, доводя себя до нервных срывов или чего похуже. Кто-то может думать, что жестокость и боль «только закаляют характер» и быть тираном для себя, окружающих, собственных детей, в святой убежденности, что «так лучше» (в таком случае сам концепт «психологической травмы», психологической «прочности» отрицается вовсе, психика представляется как кусок железа, который нужно ковать и закалять, а не как живой организм). Кто-то может питать убежденность, что мотивация является исключительно результатом усилия воли, и что «достаточно лишь захотеть», и тут же появятся бесконечные силы для совершения желаемого. а потом ненавидеть себя за то, что «недостаточно сильно захотел. (например – стать успешным)", выискивать в себе «внутреннего слабака», который где-то там, в подсознании, тихо и коварно продолжает хотеть оставаться слабым и ничего не делать и тем самым мешает нашему «атланту» наконец расправить плечи (как результат – серьезный внутренний конфликт со склонностью к самоповреждению). Примеров можно привести миллион, если будет угодно – это станет темой отдельного поста.
Словом, незнание себя почти всегда становится причиной неправильного понимания «нормы», к которой нужно стремиться, и «не нормы» которую нужно в себе и в других искоренять; причиной неправильного выбора средств решения внутренних проблем, неправильной (а то и вовсе – ложной или даже вредоносной) постановки проблемы в целом. Это неизменный фундамент и первоисточник едва ли не любой психологической проблематики, богатое поле для «перегибов» и злоупотреблений собой же. Незнание себя же косвенно становится причиной того, что мы приходим к идее психологической самопомощи с ошибочной, а то и прямо неадекватной мотивацией и неправильными представлениями о том, как с собой нужно работать и к какому результату можно\нужно таким образом прийти. Порой доходит до смешного - когда наше стремление «себя исправить» может оказаться не только не направленным на решение проблемы, но и само по себе быть порожденным той самой проблемой. Фактически, здесь вместо «человек, пытающийся решить проблему» можно говорить говорить уже о «проблеме, пытающейся решить человека» (пусть и под видом «саморазвития», «самоисцеления»).
Причина вторая, не менее фундаментальная: люди склонны себя обманывать.
И не надо думать, что это особенность лишь каких-то специфических типов людей; это, фактически, базовое свойство нашей психики, из которой вырастает «вульгарный» субъективный идеализм нашего мышления. Суть его в том, что ради поддержания ощущения контроля своей жизни и окружающей среды, ради ощущения безопасности человек склонен выдавать желаемое за действительное, тенденциозно трактовать события, придумывать им желательные объяснения. И всё это – вместо того, чтобы выстраивать контакт с реальностью. Особенно заметно это в тех сферах жизни человека, которые обладают для него большой важностью, но где полного контроля быть не может. Густо обросла домыслами тема смерти и некоего посмертного бытия, тема удачи и успеха, тема безопасности близких, тема здоровья и т.д. (простейший пример – суеверия, вера в магию, наговоры). Словом, везде, где тревога человека сталкивается с недостаточностью контроля, почти всегда возникает и некий спасительный домысел, который дает желаемое ощущение контроля. Однако, это касается лишь наиболее явного проявления человеческой склонности к самообману, на самом деле оно прорастает едва ли не во все сферы человеческой деятельности, и уж тем более – в сферу взаимоотношений человека с собой. Собственно, перечисленные к предыдущей причине примеры неизменно содержат элементы такого «субъективного идеализма», подспудную уверенность «мне хочется, чтобы это было так – значит это так». При этом, этап хоть какого-то критического осмысления в таком деле всегда благополучно минуется. Понятное дело, что любая психологическая самопомощь человека, не посвященного в такое своё свойство и, что немаловажно, не имеющего практического опыта преодоления своей тяги к самообману, с высокой вероятностью будет либо малоэффективна, либо вредоносна. Подлинный личностный рост, помимо прочего, всегда подразумевает и преодоление такого «идеализма мышления».
Убежденность некоторых людей в том, что они «отлично себя знают», на поверку часто оказывается прикрытием для внутреннего конфликта, пренебрежения собой, косвенным оправданием, почему не стоит «в себе копаться», прислушиваться к своим чувствам и сигналам. Напускная уверенность в духе «я давно уже всё про себя и других знаю», вкупе с огрубением нравов и упрощением суждений о человеческой природе, неизменный спутник затаенной неприязни к себе и курса на жесткое самоподавление ради исполнения «установок долженствования» (об этом подробнее расскажу в посте про скрытую заниженную самооценку). Иначе говоря, мы видим проявление той же тенденции к самообману – «я собой пренебрегаю и придумываю такое объяснение моей\человеческой природы, которое красиво оправдает моё пренебрежение собой\другими; такое объяснение, откуда будет выкинуто всё, с чем я не умею или не хочу иметь дело".
Впрочем, не стоит думать, будто самообман является уделом только тех, кто избегает работы над собой и саморазвития. Самообман вполне комфортно чувствует себя и этой сфере. Подверженные ему люди легко вливаются в поле «популярной психологии», содержание которой, без какого-либо внятного научного контроля, в значительной мере представляет собой материал сомнительной надежности и эффективности. И ладно если «популяры» просто пережевывают на разные лады общеизвестные истины и всячески "толкут воду в ступе", но иногда они могут преподносить свои идеи весьма агрессивно, заражая агрессией к себе и своих клиентов, либо ударяться в антинаучность – мистику, магию, уводя человека от истинных причин их проблем к ложным (засоренные чакры, энергетические паразиты, родовое проклятье, недостаточно позитивное мышление и т.д.). К тому же здесь может проявляться эффект «ловушки просветления», когда человек, слишком далеко зашедший в самообмане, что у него якобы всё хорошо либо вот-вот, с минуты на минуту всё станет хорошо, входит во все более жесткий конфликт с собой. Но об этом, если угодно, более подробно я могу рассказать в другом посте.
Причина третья, в которой, на самом деле, объединено сразу несколько причин (ради краткости и из-за того, насколько сложно и плотно они друг с другом переплетаются), назовём её: «Взаимоотношения с собой и внутренняя иерархия».
Для многих станет открытием, что такая штука вообще есть – «взаимоотношения с собой». По умолчанию наше «Я» нам представляется чем-то монолитным. Даже сама формулировка может озадачить – «взаимоотношения с собой? Это как взаимоотношения между мной… и кем? Тоже мной? Что за чушь?» Подробное освещение данной темы придется также вынести в отдельный пост, а пока ограничимся констатацией – да, «Я» не монолитное, оно включает в себя несколько относительно самостоятельных субличностей, у которых, зачастую, ещё и очень непростые взаимоотношения друг с другом. В разные моменты нашей жизни нашими мыслями и поступками могут руководить разные наши субличности. Отсюда вытекает та самая противоречивость человеческой природы, непредсказуемость мятущейся души и т.д. Наиболее удачным мне кажется разделение субличностей на Родителя, Ребенка и Взрослого. Данные субличности отличаются по своим устремлениям, функционалу, времени и условиям формирования. Устремления эти, что примечательно, часто прямо противоречат друг другу, субличности могут друг друга подавлять, пытаться узурпировать всю власть над личностью и стать «диктатором», объединяться в союзы друг против друга. Кто-то может сказать, что «это попахивает шизой» и будет даже отчасти прав – психические заболевания часто имеют очень схожий характер, но лишь потому, что являются результатом того же самого внутреннего конфликта между субличностями, но дошедшего до разрушительной крайности. Вы уже улавливаете, какими интересными красками может заиграть идея психологической самопомощи в таком контексте, не так ли? Какая субличность и в каких целях пытается таким образом пытается «помочь» человеку? Действительно ли это именно «помощь», и не является ли она лишь попыткой подавления одной субличности властью другой? На практике, ответы на этот вопрос оказываются очень интересными, а зачастую и неожиданными.
Кроме того, стоит упомянуть «зоны с особым статусом», например, возникающие в результате психологической травмы и тоже приобретающие свой исключительный вес для психики, продвигающие свои «защитные» интересы, часто «поверх голов» всех субличностей и даже просто здравого смысла.
Отдельную сложность создает скрытый характер этой подковёрной борьбы наших психических начал и скрытая же иерархия, которая между ними в результате этой борьбы устанавливается. Импульсы, которые движут нами прямо сейчас, которые управляют нашими поступками, мыслями, настроениями, симпатиями\антипатиями и т.д., не только ясно не маркируются на предмет того, откуда они пришли и кому в нашей голове они принадлежат, но иногда прямо сопротивляются тому, чтобы их идентифицировали (подобно тому, как авторитарный родитель не потерпит вопросов ребенка о том, зачем и почему он говорит или делает те или иные вещи – «если говорю\делаю, значит так надо! Ишь, чего удумал – отчеты у меня запрашивать!»), т.к. тут вмешиваются отношения «властной иерархии» одних элементов психики над другими. Особенно хорошо это заметно на примере сверхценных идей.Гипертрофированный доминирующий внутренний «Ребенок» инфантила тоже не допустит пересмотра своих импульсов, не потерпит отчитываться перед кем-то, точно так же, как этого не допустит агрессивный и требовательный внутренний «Родитель» человека с заниженной самооценкой. Точно так же не подпустит к себе просто так и травмированная часть личности, однако будет требовать особого «неоспоримого» и «неподсудного» статуса генерируемых ей импульсов (будь то защитные избегающие импульсы – страх, тревога – или защитные атакующие – агрессия).
Иными словами, для самостоятельной работы над собой серьезным препятствием станут такие внутренние границы и барьеры, которые очерчены контурами эмоционального напряжения, жестких требований и «неоспоримых» установок. Огороженные таким образом части нашей психики вытесняют себя из поля нашего внимания (так, что мы не всегда знаем об их существовании, а если и знаем, то избегаем с ними контактировать, «забываем» про их влияние на нас, либо прямо ассоциируем себя с ними, что тоже равносильно неведению), в одностороннем и приказном порядке влияют на нас и активно сопротивляются нашим попыткам пересмотреть их «особый статус», даже если мы прямо поставили перед собой такую задачу.
Причина четвертая: Защитные механизмы, подсознание и обманы восприятия.
Связана эта причина с ранее упомянутым свойством нашей психики вытеснять некоторые свои элементы в область неосознаваемого, равно как и в целом наличие таковых неосознаваемых её уровней. В этом же поле действует большое количество примитивных механизмов нашей психики, сильно отстающих или уже безнадежно отставших от быстро развивающегося человеческого общества и оттого почти всегда действующих невпопад и приносящих больше вреда, чем пользы. Наиболее красноречивый пример – пресловутые защитные механизмы психики, действующие путем искажения нашего восприятия действительности и даже нашей способности запоминать события. По умолчанию мы о таких механизмах не задумываемся и даже не знаем о них, а они в своей деятельности никак перед нами не отчитываются. Более того – они имеют прескверную привычку выдавать свои импульсы за наши собственные мысли и решения, к которым мы якобы пришли самостоятельно и абсолютно логичным путём (этот обман легко вскрывается при первой же беспристрастной проверке).
Содержимое подсознания часто будто сопротивляется осознанию и может потребоваться немало сознательных усилий, чтобы вытащить его «на свет». Можно представить, насколько сложной может оказаться задача психологической работы человека с собой, когда одной своей частью он пытается себя познать\изменить в конструктивную сторону, а в то же время другая его часть, используя тайные тропы подсознания, пытается что-то от него утаить (часто – как раз наиболее значимое для полноценной работы над собой), обмануть его, сохранить все как было или наоборот – распалить ещё сильнее внутренний конфликт, травматическую «реактивность», да ещё и используя для этого грязные приемчики в виде искажения памяти\восприятия. В таком противостоянии конструктивная и сознательная часть психики человека слишком часто оказывается «в меньшинстве» и против превосходящих сил «противника», да ещё и не имея нормальных «разведданных». Конструктивная проработка в таких условиях становится трудоемкой и малоэффективной, и только путь огромного упорства и не менее огромного числа проб и ошибок постепенно начнет давать свои весомые результаты. Разумеется, это касается только серьезных проблем и полностью самостоятельного их решения, но часто именно серьезные проблемы и приводят человека к идее «я должен себя исправить».
По итогу, попытаюсь ответить на наверняка возникший у читателя вопрос: «Почему всё так сложно?» Интуитивно мы к собственной психике и понятию «психологическое здоровье» применяем те же модели, что и к здоровью телесному, ведь здесь всё намного понятнее и нагляднее. Есть данное изначально и надежное ощущение «нормы», мы знаем, как должны ощущать себя, будучи здоровыми; ясно распознаем симптомы нездоровья, стремимся от них избавиться, почти сразу получаем ясную обратную связь от нашего организма, если сделали что-то не так (например, «прыгнули выше головы», съели что-то не то или забыли удовлетворить какую-то физиологическую потребность). К сожалению, с психикой всё намного сложнее, хотя бы даже из-за того, что каждый человек заперт в мире своего субъективного восприятия, не знает, как ощущают этот мир другие люди, не имеет представления, как НУЖНО его ощущать. Человек может родиться и вырасти уже «не в норме» и не иметь четкого или сколь-нибудь правильного представления, к какому состоянию своего существа нужно стремиться. А психологической проблемой всегда является не что-то постороннее и чуждое, а часть собственной же психики, казалось бы, собственные же мысли, чувства, установки. Из-за чего отдельная сложность – отделить «проблемное» от здорового, перестать с собой воевать и реинтегрировать конфликтующие части в единое гармоничное целое.
Объединить такой большой объем информации в краткой и емкой форме оказалось задачей, сильно более время- и трудоемкой, чем представлялось изначально, потому прошу простить меня за такой большой перерыв в публикациях. Прошу любить и жаловать, высказывать свои мнения и пожелания относительно следующих постов. Всех вам благ, я всё. х_х