Финалист шоу «Песни» на ТНТ Максим Свобода: «Тебе достался танк, и теперь нужно им управлять» Застенчивая рок-звезда из Владивостока — 54 часа без сна, «тройка» по шкале Therr Maitz и таймер до конца популярности
Находка, август 2015-го года. Все празднуют День города, куда на концерт приехали участники международного музыкального фестиваля V-ROX. Среди них есть и группа «СвобоDA» из Владивостока. Ее лидер, 24-летний Максим Анисимов курит недалеко от сцены и раздает автографы подросткам. Для группы он пишет музыку и тексты, еще работает специалистом управления по делам молодежи и скептически относится к своему образованию экономиста.
Через полгода Анисимов примет решение уехать из Владивостока, чтобы попробовать покорить Москву. В 2018-м, благодаря телеканалу ТНТ и музыкальному шоу «Песни», страна его узнает под новым именем — Максим Свобода.
Елена Белова
— С кем тебя сейчас обычно сравнивают?
— С Ильей Лагутенко из-за «мяукающего» голоса, с Куртом Кобейном из-за прически и с марвеловским Тором — потому что похож, видимо.
— Ну для Тора тебе надо поднабрать массу.
— Ну да. (расслабленно тянет «а»)
— А что еще говорят?
— Типа застенчивый. И рок-звезда. Застенчивая рок-звезда получается. Мне нравится.
Мы идем по Спортивной набережной Владивостока. Жарко и везде много людей — выходной. Максим просит идти быстрее и туда, где спокойнее. Каждые десять минут его останавливают: семьи с детьми, девочки-подростки, молодые парни и женщины в возрасте. Фотографируются и говорят, что «болели», желают успеха. Некоторые особо смелые сразу кидаются обнимать. Каждый раз музыкант позитивно реагирует, а в мою сторону бросает: «А я хотел бы сфотографироваться только с Земфирой».
— Максим Анисимов и Максим Свобода чем сейчас отличаются?
Количеством подписчиков. Правда. Хотя я искренне не понимаю, что такое 270 тысяч человек, много это или мало. После окончания шоу, когда нам вернули все соцсети, я думал над первым постом четыре дня.
— В личку уже пишут с предложениями о рекламе?
— Да, полоски для отбеливания предлагали, но я отказался. Не хочу пока ничего рекламировать.
— А как и на что жить?
— Продолжу снимать в Москве трешку с друзьями в Новокосино. Это последняя станция метро, и через дорогу уже странный город Реутов. Мне немного надо на жизнь, 25 тысяч рублей в месяц достаточно. Есть сосиски — ем, нет сосисок — не ем. Чем еще зарабатывать буду, не придумал. Хочу писать музыку и тексты, приходить на студию и вкалывать.
— А кто тебе волосы укладывать будет?
— (Смеется) Про волосы да. Недавно позвонил узнать, сколько будет стоить укладка. Мне говорят — десять тысяч рублей. Ну, нет. Сам пока буду справляться.
— Какой самый большой страх сейчас?
— Я боюсь обидеть людей. Например, после концерта (23 июня Свобода стал хэдлайнером Дня молодежи во Владивостоке) мне пришлось идти сквозь толпу с охраной. Остановиться невозможно. И кто-то кричит: «Сфотайся с моими детьми!» Иду мимо, а мне в спину: «Мудак!» Пришлось объяснять — мол, подождите немного, я обязательно со всеми пообщаюсь позже. Потом полтора часа стоял и фотографировался.
— Нереально же всем угодить.
— Уже понял это. Но тем не менее. По внутренним моментам — боюсь, что мне не хватит дальше сил, физических и психических. Вот Никитин (Михаил Никитин — солист хабаровской группы UP'рель, был вместе со Свободой на кастинге и отборе шоу «Песни») правильную вещь сказал вчера: «Тебе достался танк, и теперь надо научиться им управлять. Но только война уже началась. А ты пока не знаешь, как им владеть».
Тебе достался танк, и теперь надо научиться им управлять. Но только война уже началась. А ты пока не знаешь, как им владеть
— Ты употребляешь что-либо стимулирующее?
— Нет, я прямо категорически против этого. На вечеринках хожу со своей колой или коньяком, чтобы быть уверенным, — внутри ничего нет. Выпиваю, но мало. Работоспособность и алкоголь не очень сочетаются. А мне важно писать свою музыку и тексты с чистой головой. Курю только много, ну и успокаивающее пью.
— Когда ты вернулся в родной Владивосток как звезда и вышел на сцену, что произошло?
— Произошло то, что я не был готов к этому статусу. Вышел, как и раньше выходил во Владивостоке на сцену, — со своим материалом и своими ребятами. Но теперь нужно держать другой уровень качества, который задали в шоу. И я тут прямо балансирую на грани. Важно, чтобы музыканты играли тютелька в тютельку, был свой звукорежиссер со своим пультом. Это стоит денег, конечно. А ребятам нужно учиться играть без косяков.
Когда я уезжал из Владивостока, то загадал: если в 27 лет ничего не получится, то поеду обратно. В 27 лет случились «Песни» на ТНТ. Теперь самое время загадывать дальше. Решил, что хочу собрать «Олимпийский» в 30 лет.
Потом было прослушивание а капелла, на котором сказали, что мой голос — дерьмо. Но, почему-то отправили нас на следующий этап
— Расскажи, как проходило прослушивание в шоу «Песни»?
— Все было по-честному. Там слушали каждого, кто пришел, — по минуте или полторы. Знаю, что было 17 тысяч человек в разных городах России. Мы с бас-гитаристом и барабанщиком отстояли огромную очередь (человек на 400) в Москве, заполнили анкеты и получили свой номер. Потом было прослушивание а капелла, на котором сказали, что мой голос — дерьмо. Но, почему-то отправили нас на следующий этап. На нем сыграли «Мы здесь не зря», уже с инструментами.
Дальше были съемки кастинга и отбора в «Барвихе Luxury Village» перед Максимом Фадеевым и Тимати. Всё это длилось 54 часа без сна: готовить песни, объединяться с другими участниками, договариваться и репетировать. Потом снова и снова, по кругу. На двадцатом часу в голове уже ничего не происходит, всё делаешь на автомате. В итоге, я остался один из группы и прошел в этап реалити в числе 18 участников. Поехал после этого домой и спал сутки. Через три недели началось шоу, перед которым я написал песен двадцать. Из них продюсеры выбрали несколько самых сильных — они прозвучали в эфире ТНТ.
— В чем ты стал сильнее за время шоу «Песни»?
— Я понял, что настоящая работа музыканта — очень тяжелая. Раньше и не представлял, конечно. Репетируешь, пишешь музыку и тексты, спишь по четыре часа. Но всё это не так сложно, как быть под камерами. Правда. Хотя о них забываешь уже через пару дней, ты постоянно думаешь о том, что говорить и как. Что уже сказал, что еще придется говорить. И надо было стараться протолкнуть и сыграть свои песни на сцене. Еще было тяжело не иметь возможности ни на что повлиять: что петь и как, с кем и в каком виде. Помню, однажды, ругались насчет моего сценического костюма, а до выступления оставалось полчаса.