Андрей Малахов: «Во мне выжгли все, к чему был привязан»
Очередной темой для обсуждения в ток-шоу «Пусть говорят» пару недель назад стал сам Андрей Малахов. Что неудивительно. В последнее время только про него и говорят: ведущий написал заявление об увольнении и покинул Первый канал, скоро появится на «России 1», уходит в декрет. За Андрея стало как-то тревожно.
–I am still alive, – встретил меня Малахов на пороге собственной квартиры.
Телеграммы с этой фразой («Я все еще жив» в переводе на русский) посылал своим друзьям японский художник-концептуалист Он Кавара. Одну из них Андрей приобрел на аукционе и подарил жене Наташе. На телеграмме проставлена дата: день и год ее рождения.
– Андрей, в журнале «СтарХит» напечатано твое открытое письмо об уходе с Первого канала. Но я уже и глазам своим не верю. Скажи лично: ты правда не вернешься? – Все же при тебе: рейтинги, слава, деньги… Чего не хватало-то? – Тот самый, среднего возраста? – Помимо понимания нужно же еще силы в себе найти, чтобы удалиться из зоны комфорта? – Это лукавство, конечно. – С какой силой? – И все? Вот так решил, плюнул и пошел?– Наташа недавно читала книжку про Козерогов. Сказала, что люди этого знака именно такие: ползут-ползут долго, карабкаются, стараются, ногти ломают, а потом вдруг всех посылают и идут карабкаться в другое место.
Хотя, конечно, было бы приятно выйти на пенсию с одной записью в трудовой. Я и сейчас-то на Первом один из динозавров оставался.
– Леонид Аркадьевич Якубович неплохо себя в роли динозавра чувствует. – …они сами с баночками да пирожками идут… – Я помню рассказ о том, как ты увольнялся из «Доброго утра». И заботливые коллеги собрали твои вещи в коробочки и выставили перед дверью. С тех пор на работу ничего лишнего не приносил. То есть сейчас совсем без коробок обошлось? – А можно посмотреть? Просто интересно, что человек накапливает за 25 лет работы.– Пойдем… – Андрей открывает коробку и показывает, что внутри. – Смешные новогодние открытки. Просто люди присылают, зная, что я собираю тематические марки, погашенные 31 декабря, например.
Книжка Ирины Понаровской. Хочу сделать с ней интервью, она много лет о себе не рассказывает. И таким образом желание визуализирую.
О! Старая кассета с «Шоу Джерри Спрингера» (американский «дедушка» «Пусть говорят»). Оно было дико популярно, когда я учился в Америке. Молитвослов. Прибор для измерения давления.
А здесь… память. Рейтинги, которые когда-то публиковались в газете «Коммерсантъ». И ток-шоу «Пусть говорят» всегда на первом месте.
– Такая папочка тщеславия.– Да-да. Детям и внукам показать.
Что еще? Фотографии, явно на работе сделаны. Журнал, вышедший под премьеру «Большой стирки», 2001 года. А заголовок какой, посмотри: «Андрей Малахов становится серьезнее». И вот наконец стал, видимо.
Фотография с Зыкиной, компакт-диски с песнями Кати Семеновой. Медаль за освещение Олимпиады. Набор миниатюрных книжек с Высоцким, подарок. И спрей освежающий для лица. Вот.
– Как-то грустно… – Не-не-не, стоп, мы про новую жизнь разговариваем. Твой уход – новость номер один. И слухов в интернете куча. Можешь прокомментировать, чтобы тему закрыть раз и навсегда? – Ты повторяешь путь Максима Галкина, который неудачно на «Россию» сходил… Это не мое утверждение. Народ муссирует.– Хм. Большой спор тут, знаешь ли, насколько неудачно. Максим Галкин сходил так, что выстроил себе огромный замок в Грязи, родил детей в свободное от эфиров время, занимался самообразованием, наслаждался жизнью. Шесть лет вел рейтинговые «Танцы со звездами». И вернулся в расцвете сил.
И я напомню: об уходе Максима Галкина руководство узнало из его же пресс-конференции в прямом эфире. Я, как человек команды, предупредил об уходе за два месяца. В прощальном письме даже написал, что часть ДНК Первого канала течет в моей крови…
– В письме? – Слух под номером два: уход спровоцирован Дмитрием Шепелевым, которого привели якобы тебе на замену. – На ведущего «Пусть говорят» стали пробовать Дмитрия Борисова, которого сейчас и показывают в эфире.Продолжение читайте на странице 2.
– Ты уходишь в декрет?! – То есть причина ухода – все-таки конфликт с новым продюсером «Пусть говорят» Натальей Никоновой. – Андрей, а продюсируемая тобой программа что собой представлять будет? И, надеюсь, ты не собираешься сидеть за кадром!– Название «Андрей Малахов. Прямой эфир». И это тот же Андрей Малахов в кадре, к которому все привыкли, просто с большей свободой действий, большим пониманием того, что нужно зрителю.
– Думаешь, аудитория «Пусть говорят» уйдет за тобой? Или будет другая? Вообще, для кого ты работаешь? – Можешь привести пример, кто из твоих коллег это чувствует?— Лена Летучая почувствовала время (ведущая, кстати, была редактором программы «Пусть говорят»). Она сегодня бо´льшая звезда, чем многие ведущие национальных каналов. Потому что контент, который Лена предлагала, попал в нерв и настроение зрителей. Ведь все ходят по кафе. И многие недовольны качеством еды или обслуживанием. Так вот, борьба за права потребителя сделала ее имя брендом. По аналогии с современным искусством это картина, которая должна тебя зацепить в определенный момент. Дальше ты можешь вырасти из нее. Но если работа сразу не заставляет задуматься, значит, это не твое искусство или художник ничего затронуть не в состоянии.
– Что тебя трогает в картинах? Расскажи.— Скажем, есть у меня работа Сержа Головача. Смотришь и думаешь, что это фото конца 20-х годов. Парад какой-то. А на переднем плане почему-то Маяковский. А на самом деле это 1 мая 2006 года в Санкт-Петербурге. И от работы ощущение, что ничего на самом деле вокруг тебя не меняется. И люди такие же. И даже Маяковский где-то ходит по Петербургу. Это про идею. Иногда само имя художника тронуть может. Поразил тебя какой-то его шедевр в свое время, но купить ты его не можешь. А частичку того, к чему прикладывал руку мастер, позволить в состоянии.