Маслоу, Мински, Секацкий и другие: пять главных нон-фикшн книг марта
Почему люди в моменты озарений чувствуют себя бессмертными? Какой тип общества будет максимально подталкивать человека к самораскрытию? Как должна выглядеть система образования в таком обществе?
Маслоу — американский психолог, которого чаще всего вспоминают по его «пирамиде потребностей», — основал собственную школу «гуманистической психологии», пытаясь уйти одинаково далеко и от психоанализа и от бихевиоризма, поделивших между собой западную психологию.
Изучая опыт «самоактуализации» в разных религиях, он убеждается, что к человеку не применимы методы точных наук.
Чтобы понять обычных людей, нужно рассматривать опыт самых выдающихся личностей — гениев, пророков и подвижников. Именно их, а не «усредненный результат» нужно считать настоящей нормой, которой не достигает большинство из нас.
Цель — достижение «пиковых переживаний», счастливых моментов полной синхронности с миром, которые становятся для человека ориентирами на всю жизнь. В любом творчестве гораздо важнее процесс (то, что происходит с человеком), а не внешний результат. Невроз — это тормоз для гениальности, заключенной в каждом.
Заимствуя понятия из даосизма и буддизма, «гуманистический психолог» ищет внутренние и внешние причины, тормозящие нашу креативность.
Хайман Мински. Стабилизируя нестабильную экономику. Издательство Института Гайдара. 2017Главная книга одного из самых серьезных экономистов последнего полувека, предсказавшего «великую рецессию» 2008-го и создавшего оригинальную теорию экономических кризисов, развивая идеи Кейнса и Шумпетера.
Что такое «квазирента» и «маржа надежности»? На каких условиях государство должно поддерживать банки во время кризиса? Почему в современной экономике полная занятость невозможна даже чисто теоретически? Что означает выражение «момент Мински» на языке биржевых трейдеров Уолл-стрит?
На примерах отдельных домохозяйств, предприятий, банков и целых государств мы видим, что нынешняя экономика в принципе не может быть стабильной, потому что в нее обязательно «вшиты» финансовые спекуляции. Выдавая кредиты, банки создают новые деньги как обещания, которые не могут быть ничем гарантированы.
В условиях роста экономические игроки неизбежно попадают в зависимость от внешних источников финансирования и накапливают долги, которые в принципе невозможно выплатить, что и приводит к обязательному спаду.
Этому нельзя помешать, но самые драматические последствия этого может смягчить государство, если возьмется контролировать инфляцию, а также стимулировать спрос и занятость. Большое Государство и Большой Банк — главные субъекты вселенной, созданной Мински.
Он предлагает всем на новом уровне вернуться к принципам, которые держали на плаву американскую экономику в наиболее стабильный ее период — с 1946 по 1966.
Майкл Газзанига. Кто за главного? АСТ. 2017Автор понятия «когнитивная нейронаука» рассказывает историю того, как ученые пытались разгадать устройство мозга, стремясь устранить неудобную стену между биологией и психологией.
В нашем мозге нет командного центра, к которому сходятся все связи, это множество автономно действующих сетей обработки информации. В этом смысле мозг скорее похож на муравейник или просто на большой город, чем на иерархическую структуру, управляемую сверху вниз.
Многие вещи там происходят гораздо раньше, чем будут осознаны, и очень многие не будут осознаны вообще никогда.
Почему наш мозг работает даже тогда, когда для этого нет никаких внешних стимулов? Как возникает «специализация нейронов»? Каковы отношения «харда» и «софта» в нашем живом компьютере? Может ли наш социальный опыт и моральный выбор постепенно менять саму структуру наших нейронных связей?
Любая система способна подняться на уровень сложности, при котором возникает принципиально иная система с иными законами, которую нельзя было предсказать заранее.
Мы воспроизводим психические состояния других людей, которых мы видим, и это делает нас социальными.
Недавно ученые нашли в левом полушарии «центр интерпретации», который отвечает за ощущение самостоятельности принимаемых нами решений. Место, в котором возникает иллюзия «я» и эффект «свободной личности».
Александр Секацкий. Философия возможных миров. Лимбус пресс. 2017Как работает механика «вытеснения» не желательных и не объяснимых воспоминаний внутри нас? В чем принципиальная разница между «как жить?» и «чем жить»? Почему можно легко заплатить за то, чтобы тебя помнили, но невозможно заплатить за то, чтобы тебе завидовали? Является ли феномен денег компенсацией грехопадения человека?
Секацкий — один из самых харизматичных наших специалистов по мировой философии, меняя условные голоса и обстоятельства строит остроумные аналогии между понятиями из мира физики, математики, психоанализа, теологии, экзистенциализма, семиотики и т.п.
Интеллектуальная гимнастика современного петербургского метафизика балансирует на грани между провокационной лекцией и магическим рассказом.
Чем более сложным является фильтр отбора сигналов, поступающих к нам извне, тем выше поднимаемся мы по эволюционной лестнице.
Но сквозной мотив этой книги — ощущение, что, выстраивая «постижимую» картину мира из окружающего нас хаоса возможностей, мы теряем гораздо больше, нежели приобретаем.
Такая оптика позволяет сомневаться в прогрессе, как в желательном благе, и делает весьма критичным к современной цивилизации, вполне в традиции русской религиозной философии столетней давности.