Кредиты в СССР. Как это было
В 20-е годы наследство жилого фонда от старого режима было в плачевном состоянии и тогда правительству нужно было срочно ускорять жилищное строительство. Тогда было придумано увеличить заработные платы и удешевить кредиты на строительство. В этом случае строительство будет вестись за счет собственных накоплений граждан, при небольшой поддержке средствами госбюджета.
Ипотека 20-х годов имела свои отличительные черты.
Стоимость квадратного метра определялось правительством каждой республики, которая должна была снижаться на 15% в сравнении с прошлым годом.
Процент по кредиту не превышал 1% в год.
Система выплат предусматривала постепенное их увеличение в последующие годы, которое напрямую зависело от роста зарплат.
Первые три года разрешалось выплачивать только проценты, без погашения основного долга.
Был установлен разный срок кредитования для домов из разных материалов. Ипотека на дома из камня давалась на 60 лет, а для домов из дерева – 45 лет.
Как видим, условия были очень привлекательные, не то, что сейчас. Но хорошим начинаниям не дал долго продлиться тоталитарный режим, свернувший НЭП, да и вообще какое-либо кредитование, которое шло вразрез с тогдашними формами коммунизма, не признававшим ничего личного. Весь жилой фонд в это время был признан «всенародным достоянием».
30-е годы отличаются тем, что все силы советских властей оказались брошены на ликвидацию достижений жилищной кооперации и льготного кредитование на строительство жилья. В те же годы была создана система выдачи ордеров на жилые помещения, которая легла в основу советской жилищной политики до самого распада СССР. Ордер давал право проживать в доме не более пяти лет (с правом продления), но не распоряжаться им.
В период «оттепели», в 60-е годы, правительство СССР решило вернуться к идее стимулирования строительства за счет сбережений населения при поддержке со стороны государства. Однако эти попытки возрождения были очень слабы и не принесли должного результата.
И только в 80-е годы в стране вернулись к опыту выдачи как ипотечных, так и потребительских кредитов. И произошло это не от нехватки денег, а оттого, что было удобно брать ссуду. Процентные ставки по потребительскому кредиту в то время не превышали два процента, а все выплаты по кредиту высчитывались с заработной платы и были совсем незаметны для кредитополучателя.
Для тех, кто берет кредит, создавались самые комфортные условия. Никакой беготни по банкам, ни заботы о ежемесячных выплатах. Все проблемы решало государство. Работа (впрочем, как и все) в те года отличалось стабильностью, а зарплаты не успевали разойтись за месяц.
Большие доходы населения обеспечили большие очереди на автомобили (сроком до 5 лет). Многие готовы были платить в 2 раза больше, лишь бы не стоять в очереди. Кстати, в 80-е годы можно было купить «Запорожец» и «Москвич» в кредит, однако все хотели иметь «Жигули», ради чего готовы были ждать несколько лет. Стоимость автомобиля «Жигули» равнялась стоимости однокомнатной кооперативной квартиры, поэтому не редко люди обменивали квартиру на машину.
Ипотечные кредиты на закате СССР граждане могли получить только от Сбербанка, с процентной ставкой не более 2% на срок 50 лет. При этом, в зависимости от места проживания заемщика, устанавливался свой порядок кредитования. В любом случае, погашение кредита начиналось с третьего года после его получения.
Какие кредиты можно было взять в СССР?
Во время существования СССР не было коммерческих банков, а был единый государственный банк – «Сбербанк России». Благодаря данной кредитной организации население страны могло покупать товары длительного пользования с рассрочкой платежа.
При этом минимальная сумма первого взноса составляла всего 50 рублей, после 1985 года она была увеличена до 100 рублей.
Кроме того, оформить в рассрочку можно было все, что угодно, начиная от деталей одежды и заканчивая крупногабаритной техникой, мебелью и автотранспортом.
Для оформления рассрочки потенциальным заемщикам нужно было предоставить следующие документы:
Оригинал справки с места работы о заработной плате за последние 3 месяца (начиная с 1985 года – за последние 12 месяцев);
Оригинал ходатайства профсоюзной организации;
Оригинал чека об оплате 25% от стоимости товара, приобретаемого в рассрочку (если же сумма товара превышала 3000 рублей, то оплата составляла 50% от его стоимости).
Остальную сумму стоимости товара в рассрочку клиенты банка могли выплачивать в течение полугода (при более длительном сроке – до 3-4 лет). Торговая же организация, торгующая в рассрочку, получала за каждый приобретенный клиентом товар – 2% от суммы.
Иногда для того, чтобы заработать на первый взнос и оформить государственный кредит в СССР, люди продавали старые или вышедшие из моды вещи. Например, можно было купить новый телевизор за 750 рублей, продав старый за 50 рублей.
А некоторые магазины практиковали своего рода бартер с доплатой. Клиент приносил им старую радиотехнику или электротехнику, а в замен с доплатой мог оформить рассрочку на новую. Были и такие торговые точки, которые принимали старую технику и взамен избавляли клиента от оплаты первого взноса.
На территории СССР были распространены и следующие виды кредитов:
Потребительские кредиты на промышленные и другие товары (выдавались под 2% годовых);
Ипотечные кредиты на строительство (под 1-2,7%);
Кредиты на покупку товаров с долгим сроком эксплуатации (под 5-6%);
Кредиты на оплату пая для членов жилищно-строительных кооперативов (под 2,7%);
Кредиты с госдотацией для молодых семей (выдавались на покупку квартиры под 1%, а на обустройство квартиры – под 2,5%);
Нецелевые займы (под 8%);
Кредиты на покупку дачных участков и строительство загородных домов (под 8%).
Кроме того, оформить потребительские кредиты в СССР под залог ценного имущества можно было в ломбардах и в некоторых общественных организациях, к примеру, фондах творческих союзов. А на некоторых предприятиях были кассы взаимопомощи, отдаленно напоминающие современные кооперативные организации.
Особенности кредитования в СССР
Главной особенностью рассрочки было то, что нельзя было оформить новую рассрочку, не погасив старую. Кроме того, во времена существования СССР, все организационные вопросы по ежемесячной оплате и оформлению займа на себя брало государство.
Это означает, что клиент, оформивший товар в рассрочку не ходил ежемесячно в кассу банка для погашения кредита. Займ можно было погашать частями, а сами суммы для погашения вычитались из заработной платы или стипендии заемщика. При этом сумма ежемесячного платежа по кредиту не должна была быть более 50% от заработной платы, пенсии или стипендии клиента.
Получить кредит во времена СССР могли не только трудоспособные граждане, студенты и пенсионеры, но и несовершеннолетни горожане (при условии письменного разрешения их родителей).
Также кредитование в СССР было связано с определенными льготами. К примеру, если заемщика призывали в армию, он был серьезно болен, либо у него возникли проблемы, связанные с потерей близких в семье, он всегда мог рассчитывать на своего рода «кредитные каникулы». Отсрочка платежа предоставлялась сроком до 1 года.
Однако и во времена Союза Советских Социалистических Республик начислялись пени и применялись штрафные санкции. Конечно, о коллекторах и выселении заемщиков из квартир за долги речи не шло. Зато недобросовестный клиент банка за каждый день образовавшейся по его вине просрочки, должен был оплачивать пеню в размере 0,1% от суммы займа. В случае если должник нарушал сроки погашения задолженности трижды, с него взимали сумму кредита, включая набежавшие проценты и пеню, принудительно.
Таким образом, можно сказать, что кредиты в СССР выдавались на весьма выгодных условиях.
Кредиты на промышленные товары (потребительское кредитование) - 2%
Кредиты на строительство индивидуальных жилых домов - от 1 до 2,7%
Кредиты членам жилищно-строительных кооперативов для оплаты пая - 2,7 %
Кредиты на приобретение товаров длительного пользования - 5 - 6%
Кредиты с государственной дотацией молодым супругам: на приобретение квартиры - 1 %, на оборудование квартиры - 2,5 %
Личные кредиты (без указания цели использования) - 8 %
Кредиты на строительство и приобретение дач - 8 %.
("Потребительский кредит в СССР" (Издательство "Знание", Москва, 1983 год))
При социализме Кредит потребительский предоставляется государственными, кооперативными и торговыми организациями населению для покупки предметов личного потребления (холодильников, телевизоров, радиоприёмников, мотоциклов, швейных машин, фотоаппаратов, часов, ковров, шерстяных и шёлковых тканей и др.).
За 1961—71 в СССР объём продажи товаров населению в кредит в государственной и кооперативной торговле вырос почти в 3,4 раза и составил в 1971 около 3,8 млрд.руб.
Разновидностью потребительского кредита являлся ломбардный кредит, кредит через кассы взаимопомощи. При продаже товаров в кредит покупатель вносит наличными деньгами 20—25% цены товара. Остальная сумма в зависимости от вида товара выплачивается в рассрочку в течение 6—12 месяцев равными долями.
По отдельным видам товаров рассрочка увеличивается до 2 лет. Взимается процент за пользование кредитом из расчёта 1—2% годовых.
Являясь формой организации трудовых сбережений, потребительский кредит в СССР был направлен на обеспечение наиболее полного удовлетворения потребностей трудящихся.
" в рассрочку можно было все, что угодно, начиная от деталей одежды и заканчивая крупногабаритной техникой, мебелью и автотранспортом". Автор не соврал, он просто не сказал всей правды. В рассрочку продавались товары НЕ ПОЛЬЗОВАВШИЕСЯ СПРОСОМ. Какой смысл был продавать в рассрочку и в кредит вещи которые и так расхватывали. Например фотоаппарат "Зенит-Е" стоивший 77 или 100 рублей в зависимости от того каким объективом он был укомплектован просто не доходил до прилавка а вот "Зенит ТТЛ" цена которого была 240 рублей продавался в рассрочку. Так же было и со всем другим. Холодильник ЗИЛ или Минск нужно было по записи ждать года 2-3 а вот всякие Смоленск или "Бирюса" пожалуйста в рассрочку бери не хочу, потому что они и так никому не нужны были. Автомобили в кредит, да продавались, в конце 80-х Москвич можно было запросто оформить, но не "Жигули" и уж тем более не Волгу. Ковер сам помню покупал потому что на них постоянно цены повышали, пока брать не перестали. Шубы женские норковые стоимостью в те же "Жигули" кто себе мог позволить? Не многие так что продавали. В общем либо никому не нужное дерьмо, либо реальные предметы роскоши. И еще один момент немаловажный. Как правильно написал автор оформлялся этот кредит через бухгалтерию предприятия и если вдруг тебе уволится приспичит, будь добр погаси всю сумму, а иначе никак.
Жду пруфов. Особенно про "Сбербанк России" в СССР.
но при СССР заботились о людях
Во времена Советского Союза с 1922 года по 1987 год действовала система Государственных трудовых сберегательных касс СССР, подчинявшаяся с 1922 года по 1963 год Министерству финансов СССР, а с 1963 года Государственному банку СССР.
в любом случае при советах было лучше.
Когда часть зарплаты государство выдает облигациями с неясным сроком погашения, то можно позволить кредитовать население.
Сейчас в штатах 3-5% ипотека, и это еще после ипотечного кризиса 2008 ужесточили.
мда, кредит под 1 процент, автор за тобой уже выехали
Какие кредиты на покупку недвижимости, о чем ты, автор. Где пруфы?. Не нужно восхвалять совок . Не считая времен НЭПа, купить недвигу было нереально. Получить с места работы, это да, так и было (со слов пожилых). Пахал уборщиком, жил. площадь попроще, был в касте власть имущих-выбирай хоромы. На мой взгляд, плюс от совка был в том, что можно было нихрена не делать и получать ЗП. Так было во многих областях (опять же со слов стариков)
Старые фотографии № 308
Автор фотографий - Абрамочкин Юрий Васильевич
Борис Николаевич Ельцин. 1993 г.
У Белого дома. 4 октября 1993 г.
На Смоленской площади. 1993 г.
На Садовом кольце. 1993 г.
Майкл Джексон впервые в России. 15 сентября 1993 г.
г. Москва. ул. Арбат. 1994 г.
Маргарет Тэтчер в Москве. 1994 г.
Патрисия Каас в Москве. 1994 г.
Визит Елизаветы II в Россию. 17 - 20 октября 1994 г.
Билл Клинтон в Москве. 12 - 15 января 1994 г.
Александр Солженицын в Кремле. 1994 г.
Борис Ельцин. 1995-1999 гг.
Тина Тернер в Москве. 1996 г.
В Москве. 1996 г.
Юрий Лужков с супругой Еленой Батуриной. 1996 г.
Банкет. Представление. 1996 г.
Охотный ряд. 1997-1999 гг.
Майя Плисецкая. 1998 г.
Валентин Юдашкин. 13 иарта 1998 г.
Модельер Валентин Юдашкин принимает поздравления после окончания праздничного шоу в честь 10-летия Дома Моды «Валентин Юдашкин».
На «свалке» памятников в Музеоне. 1999 г.
Азартные игры в 1980-х
За работой над Гимном СССР
На фото: С. Михалков, А. Александров и Эль-Регистан за работой над Гимном Советского Союза. 1943-1944. Фотограф не установлен.
Российский государственный архив кинофотодокументов (РГАКФД). Арх. № 0-235870
Дело против санкций — фрагмент истории, который сегодня актуален как никогда
Недавно газопроводу Уренгой - Помары - Ужгород исполнилось 40 лет. В связи с этим я хочу поделиться с вами несколькими фрагментами из статьи New York Times 1982 года с заголовком «The Case Against Sanctions», автором которой является Джордж Болл — американский дипломат, член Бильдербергского клуба и по совместительству управляющий директор Lehman Brothers Kuhn Loeb. Свою колонку он опубликовал после наложения санкций США на СССР из-за строительства той самой магистральной трубы. Сегодня этот кусочек истории актуален как никогда.
«Администрация Рейгана привнесла в формирование правительственных решений идеологический уклон, который можно было бы назвать манихейской ересью. Современные манихеи придерживаются доктринальной концепции, согласно которой советский коммунизм — это антихрист, элемент зла, который должен быть искоренен, если мы хотим мира во всем мире.
Эта точка зрения больше не ограничивается такими фундаменталистскими группами, как Моральное большинство [консервативно-христианский think tank] и теперь ее разделяют неоконсервативные интеллектуалы, которые сформировали группу влияния под названием Комитет за свободный мир [антикоммунистический think tank, одним из доноров которого был Exxon].
Манифест комитета призывает американцев отказаться от "иллюзий разрядки" и воспользоваться исторической возможностью, которую сейчас предоставляет польский кризис, чтобы попытаться ослабить советское влияние на Восточную Европу, отказав Восточной Европе и Советскому Союзу в западных займах, западном зерне (sic!) и, прежде всего, западных технологиях. Таким образом США, не рискуя военной конфронтацией, могут продолжить процесс распада изнутри, который может ознаменовать начало конца советской империи.
В качестве своей основной оперативной тактики манихеи хотели бы, чтобы США использовали любой предлог, дабы преследовать русских и усложнять им жизнь. Комитет за свободный мир признаёт, что Америка не может заставить режим Ярузельского экономическим давлением восстановить свободы, которые он сейчас отнял. То есть польская трагедия для них — это просто тактическая возможность, предлог для оказания экономического давления, которое, по их мнению, ускорило бы распад Советской империи. Однако идея развалить эту империю с помощью предлагаемых средств — это принятие желаемого за действительное, граничащее с причудой».
Сейчас в New York Times такого не напишут. Но вы не думайте, что Болл — просоветский правдоруб. Биография Болла указывает на его связи с европейскими металлургами и американской сельхозкой. Поэтому нефтяники хотели санкций, а знакомые Болла — нет. Поэтому им приходилось по-разному работать с аудиторией: первые говорили про нарушение свобод и пагубную зависимость Европы от тоталитарного советского газа, а вторые — про нарушение принципов свободной торговли и нецелесообразность предпринятых мер.
Именно поэтому мне всегда умилительно наблюдать за глубоко уверованными в свободу слова и чего-либо другого. Они думают, что осознанно сражаются за справедливость, не подозревая, что просто являются продуктом той или иной политики. Сегодня очень необычно читать про историю строительства Уренгой - Помары - Ужгород. Хронология покажется очень знакомой, если вы хотя бы немного следили за судьбой второго Северного потока. Жаль, что в Европе не помнят событий тех лет и не осознают, что старая труба по итогу привнесла за собой только экономическое процветание в регион. Если бы помнили только одно это, то всё было бы по другому. Всё!
Старые фотографии № 307
Автор фотографий - Абрамочкин Юрий Васильевич
Без названия. 1990-е.
На рыбалке. 1990-е.
Председатель Верховного Совета РСФСР Борис Ельцин и президент СССР Михаил Горбачев в президиуме IV съезда народных депутатов СССР. 1990 г.
Демонстрация. 1990 г.
Без названия. 1991 г.
Две невесты. 1991 г.
Августовский путч в Москве. 19 - 21 августа 1991 г. Калининский мост. ( В 1993 году мост переименован в Новоарбатский.)
Борис Ельцин. 1991-1999 гг.
Похороны защитников Белого дома. 1991 г.
Митинг у Белого дома. 1991 г.
М. Горбачёв. 1991 г.
Снятие флага СССР. 1991 г.
Без названия. 1992 г.
Эстрадный певец Валерий Леонтьев выступает на Центральном стадионе в Лужниках в перерыве футбольного матча между командами правительства России и правительства Москвы. 1992 г.
Без названия. 26 сентября 1993 г.
Без названия. 1993 г.
Старые фотографии № 306
Автор фотографий - Абрамочкин Юрий Васильевич
Без названия. 1987 г.
Михаил Горбачев на ХIХ партийной конференции. 28 июня 1988 г. - 1 июля 1988 г.
На XIX партийной конференции, которая проходила в Москве с 28 июня по 1 июля 1988 года приняли пять резолюций: «О демократизации советского общества и реформе политической системы», «О борьбе с бюрократизмом», «О межнациональных отношениях», «О гласности» и «О правовой реформе».
Ельцин и Горбачев. 1988 г.
Михаил Горбачев в Нью-Йорке. 1988 г.
г. Загорск. Поместный собор Русской православной церкви, посвященный 1000-летию Крещения Руси. 6 - 9 июня 1988 г.
На Красной площади после парада. Май 1989 г.
Встреча М. Горбачёва и М. Тетчер. ( на фото слева Р. Горбачёва). 1989 г.
Выставка «Конфронтация сменилась переговорами» с этой фотографией.
Андрей Сахаров на заседании пленума. 1989 г.
М. Горбачёв и Р. Горбачёва. 1989 г.
Без названия. 1990-е.
Уголок СССР)
Тт-1 — тестер 1956 года, производства СССР
В моей коллекции их два, один в полной комплектации, а второй без аксессуаров. Коллекционирование приборов началось, когда он мне достался в подарок от продавца с "Авито" когда я у него покупал "Цешку".
Прибор слева так же был куплен на "Авито". Давайте посмотрим на него поближе.
Ручка сделана из куска толстой кожи.
Замок сделан качественно и работает идеально.
Видны отверстия для проволоки пломбы.
Состояние близко к идеальному. Единственная проблема это протёкшая батарейка и кристаллы электролита внутри. (Когда-нибудь я их отмою).
Обратите внимание, на слова "ЭксплОатации" и "нУль".
Коммутация пределов измерения осуществляется переключения щупа. Рядом с гнёздами написано значение множителя. Прибор может измерять постоянное и переменное напряжение, постоянный ток, сопротивление.
Мне кажется, что сейчас он актуален для тех, кто создаёт и отлаживает ламповую технику.
Щупы имеют жесткий, плохо гнущийся провод в дубовой изоляции. Сами щупы "видели некоторое дерьмо", были ремонтированы предыдущим владельцем, и кажется они не оригинальные. Но это не точно.
Кому как, а мне кажется что они невероятно красивы и эстетичны. Мне очень нравятся эти приборы, хотя у них неважнецкая точность. (Я позже планирую сделать что-то типа "битвы" всех имеющихся приборов).
У "колотого" (с которого началась коллекция) имеется вот такая пометка на корпусе "-СИТ-". Может быть cum.
А еще у него была кривая стрелка (с завода, т.к. голова была под пломбой) но я разобрал её и аккуратно выгнул стрелку.
Примечательно, что шкала у него не бумажная, а металлическая эмалированная. Раньше делали на века.
Старые фотографии № 305
Автор фотографий - Абрамочкин Юрий Васильевич
На закате. 1980-е.
Двойной портрет. 1980-е.
Роберт Рождественский. 1980 г.Выставки «"Сто строк…"» и «"Дорога не скажу куда. "» с этой фотографией.
Министр обороны СССР Дмитрий Устинов и Леонид Брежнев на трибуне Мавзолея. 1980 г. Выставка «Яркие восьмидесятые: СССР на пороге перемен» с этой фотографией.
Демонстрация. 1980-е. В центре - Константин Черненко, справа - Юрий Андропов.
Заседание. 1980 - 1990-е.
Шахтер. 1981 г. Выставка «Рабочий класс. Мужчины» с этой фотографией.
Без названия. 1981 г.
Первомай. 1 мая 1981 г. Выставки «Первомай» и «Яркие восьмидесятые: СССР на пороге перемен» с этой фотографией.
Похороны Леонида Брежнева. 15 ноября 1982 г.Колонный зал Дома Союзов.
Без названия. 1982 г.
Первомай. 1 мая 1982 г.
Партийные объятия. Новый лидер СССР Юрий Андропов и глава ГДР Эрих Хонеккер. 1983 г.
Прощание с Юрием Андроповым. 14 февраля 1984 г. Выставка «Как хоронили лидеров СССР» с этой фотографией.
Похороны Константина Черненко. 13 марта 1985 г.
Выставка «Как хоронили лидеров СССР» с этой фотографией.
Михаил Горбачев и министр обороны СССР Сергей Соколов. 1985 г.
Выставки «Конфронтация сменилась переговорами», «Яркие восьмидесятые: СССР на пороге перемен» и «Приветствуем вас!» с этой фотографией.
М.Горбачёв и Р. Рейган. 1986 г.
Выставка «Конфронтация сменилась переговорами» с этой фотографией.
Без названия. 1987 г.
Советская власть, историческая наука и высшая школа в первые годы после Октября
Может показаться, что после того как революция победоносной поступью прошлась по всей России, историческая наука, вторя произошедшим изменениям, стала меняться и сама. Однако на деле первые четыре года после Октября даже самый главный университет страны - Петроградский - особых изменений не чувствовал. В условиях Гражданской войны большевикам было мягко говоря не до того, чтобы налаживать контроль за высшей школой. Конечно, первые шаги были сделаны. Так в 1918 году появляется Государственная комиссия по просвещению, которой надлежало предложить порядок реформирования школ разных уровней. Однако в сам учебный процесс ни один, даже самый активный, чиновник пока не вмешивался. А потому универские планы, лекционные и семинарские курсы, а также преподавательский состав в вузах практически не менялись. Даже с учетом того, что в мае 1919 года в Петроградском университете появился первый факультет общественных наук (ФОН), заменивший собой упраздненные историко-филологический и юридический.
И нет, советская власть не сидела сложа руки все это время. В течение 1918-1920 годов были проведены мероприятия по организации и обустройству новых оснований высшей школы и будущего исторической науки. Так, например, после создания единого Государственного архивного фонда, решение о введении постоянных архивных курсов в отдельных университетах представляется вполне логичным. Как и появление советских научных организаций, задача которых заключалась в подготовке марксистских специалистов в духе новой эпохи: Социалистической академии, Государственной академии истории материальной культуры (ГАИМК) и Комиссия по истории Октябрьской революции (Истпарт). Все эти научные центры сосуществовали параллельно с прочими академическими структурами, удовлетворяя потребность советской власти в новом типе ученого и преподавателя.
здание Лицея цесаревича Николая по адресу Остоженка, 53, будущего Института красной профессуры
Однако особо резких движений в первое время большевики все же старались не делать и не лезть в переустройство классических академических школ, кафедр и университетов. Все дело в том, что Временное правительство освободило университеты от действия многих особо критикуемых положений Устава 1884 года, предоставив им автономию в решении административных и кадровых вопросов. А потому университеты, каким бы сильным ни было желание власти втянуть их в идеологическую борьбу, мало зависели от политических перипетий, оставаясь эдакими "островками спокойствия". И Бог знает, что может случится, если потревожить ученого, верно?
Вопросы университетской автономии и их неподконтрольностью партии начинают активно решать лишь в 1920 году. Именно в это время щупальца Народного комиссариата просвещения проникают в университетские структуры, утверждая правление вузов и подчиняя назначаемым коллективам Президиумы факультетов. Причем в состав правления вводили не только профессоров, число которых часто квотировалось, но также представителей студенчества и прочих "обычных" работников. Жена историка С.Ф. Платонова писала о ситуации в Петроградском университете следующее:
Именно с того времени в университетах берется курс на подготовку школьных педагогов, а не ученых, что не могло не разочаровывать "олдов", которым предложение "сблизиться с жизнью" казалось по меньшей мере оскорбительным. И пусть отдельные старички пытались протестовать, "наверху" считали, что высшим учебным заведениям и историко-филологическим отделениям в частности, следует готовить не теоретиков, а практиков. Не ученых-историков и филологов, а журналистов, критиков, корректоров и учителей. Для того времени мера может и правильная, но ученыым все равно не позавидуешь.
13 сентября 1919 г. Наркомпрос утвердил Временное положение о факультете общественных наук Петербургского университета в составе следующих отделений: социально-экономического, философского, исторического, филологического, этнолого-лингвистического, политико-юридического
Вместе с этим в ранние 1920-е начинается активное внедрение в учебные планы сугубо марксистских дисциплин и пополнение преподавательского состава новыми историками-материалистами. А потому разделение преподавателей на "старую" и "новую" школы было предопределено. Отдельные олды, конечно, пытались приспособиться и переделать свои курсы, исходя из "материалистического понимания истории". Однако в подавляющем большинстве эти предложения отвергались. То сами ученые не всегда понимали, что такое этот ваш материализм, то партия не могла четко определиться с тем, как должна выглядеть историческая работа нового типа.
Происходящие в структуре академической школы изменения определяли трансформацию всего подхода к историческому образованию тех лет. В 1921 г. историческое отделение ФОН-а Петроградского университета было преобразовано в общественно-педагогическое, получив вполне четкую задачу - готовить педагогов для трудшкол и рабфаков. Менялось также и число обязательных и элективных курсов, пополняясь такими незнакомыми ранее предметами как "Политэкономия", "История пролетарской революции", "Исторический материализм", "История рабочего класса" и т.д. Множество актуальных до того дисциплин просто отодвигалось на задний план, превращаясь в курсы по выбору или вовсе исчезая из учебных планов. Пренебрежение античной и средневековой историей ставило под сомнение потребность специалиста "нового типа" в том, чтобы разбираться в истории комплексно. Ведь на выходе получался идеологически подкованный и вполне неплохо знающий новейшую историю марксист. С довольно фрагментарными знаниями о том, что происходило за пределами XIX-XX веков. А ему норм.
здание Мраморного дворца на Миллионной улице в Санкт-Петербурге, будущей Государственной Академии истории материальной культуры (ГАИМК)
Для того, чтобы было кому учить марксистских специалистов нового типа в 1910-1920-х годах на свет появляются РАНИОН (Российская ассоциация научно-исследовательских институтов общественных наук), Институт красной профессуры и Институт Маркса и Энгельса, (в 1930-е превратившийся в Институт марксизма-ленинизма) где готовились высшие идеологические партийные кадры и будущие преподаватели общественных наук высшей школы. Помимо этого в первые годы советской власти расцветают разнообразные научные узкоспециализированные общества и журналы, в которых начинает печататься будущая "красная профессура": "Вестник агитации и пропаганды", "Печать и революция", "Пролетарская революция", "Красный архив" и др.
Может показаться странным, но несмотря на активное наступление на "старую" историческую науку в первые годы после революции, реальные изменения в преподавательском составе и подходах к научной работе начались лишь в конце 1920-х годов. А большинство раних преобразований в скором времени начинают постепенно сворачиваться. В 1922 году по стране проносится волна закрытий факультетов общественных наук - они остаются лишь в Москве, Петрограде, Саратове и Ростове. Спустя два года оставшиеся ФОН-ы закрывают прием первокурсников и постепенно отмирают из-за своей. бесполезности. А в 1925 году в МГУ и ЛГУ появляются факультеты, в которых вновь появляются полноценные исторические отделения: факультет этнологии в Москве и факультет языкознания и материальной культуры в Ленинграде.
Конечно, к середине 1920-х годов степень проникновения марксистских элементов в университеты была выше, чем семь-восемь лет назад. Да и М.Н. Покровский со своими прикольными инициативами и концепциями вполне себе на коне. Кстати, именно с его подачи в 1927 году начинается кампания по реорганизации гуманитарного отделения Академии наук и лишению её автономии. Туда постепенно начинают проникать идеологически правильные партийцы, а историки, архивисты, филологи и лингвисты "старой школы" начинают терять свои голоса. В конце октября 1929 года последний руководитель Академии наук, отстаивавший ее независимость - Ольденбург - был смещен в связи с началом известно какого дела. И с этого момента высшее руководство Академии утверждается лишь решением Политбюро, а значит наверх проходили лишь самые адекватные и абсолютно разумные.
здание Института марксизма-ленинизма (ИМЛ) на Тверской площади в Москве
Если же вернуться к многострадальным истфакам, то им своего окончательного возрождения придется ждать почти до середины 1930-х годов. Лишь в 1934 году постановлениями СНК СССР в составе Московского и Ленинградского университетов восстанавливались исторические факультеты. Кстати, первым деканом нового-старого факультета МГУ стал Г.С. Фридлянд, историк европейских войн за независимость и революций, в особенности, Французской. Через три года его расстреляют по обвинению в участии в контрреволюционной террористической организации. Интересно, да?
В конечном счете усилия советской власти по исправлению недостатков старой "буржуазно-дворянской" историографии оказались не напрасны. И к середине 1930-х можно говорить о подчинении исторической науки интересам государства, потребности которого она теперь обслуживала с опорой на экономический материализм. И тот факт, что после 1917 года в поле внимания ученых появляются действительно новые темы, не поднимавшиеся до того в отечественной истории, не особо спасает. С другой стороны, как бы ни старалась ранняя советская власть, догматизм и унификация не останутся в исторической науке навечно, открывая путь многообразию подходов и интерпретаций. Так что вы это. уважайте родные кафедры и выбирайте актуальные для науки темы. И будет все хорошо.
История экономической мысли. Часть 3. Меркантилизм
Хронологическое продолжение поста про экономику Средних веков
Окончание Средневековья и переход к Новому времени традиционно связывают с несколькими историческими событиями. В результате Реформации католическая церковь перестала быть самым влиятельным институтом, а феодальный образ жизни сменила идеология буржуазии. Оказалось, что новому классу не нужна показная роскошь, напротив, он стремится к развитию производства и накоплению капитала.
На карте мира появляется новый континент, открытый Колумбом, что положило начало Великим географическим открытиям, которые навсегда изменили мировую экономику.
Постепенно устанавливается колониальная система, которая определила экономическое развитие наций на столетия вперед. Центр европейской экономики смещается из Средиземноморья в Западную Европу, а именно, в город Антверпен, который становится сердцем торговли и научно-технического прогресса.
Революция цен как вишенка на торте, лишь подстегнула переосмысление наболевших вопросов. Экономическая мысль, конечно, остается нормативной, однако если раньше она концентрировалась на жизни отдельного человека, то теперь экономика приобретает политический характер. Все внимание фокусируется на проблемах только одного, особого «домохозяйства» — хозяйства государева двора.
Большинству мыслителей того времени очевидно, что богатство - в золоте и серебре. Вокруг этой концепции скоро образуется целая система доктрин, которая позже получит название – меркантилизм, от латинского mercari – торговать.
Идеи раннего меркантилизма (XV-XVI) пропагандировались еще в XV веке представителями бульонизма. Суть идей сводились к регулированию денежного баланса, а точнее, поддержанию его в активном состоянии. Такая активность, по мнению бульонистов, достигается за счет сокращения ввоза товаров и продажи за рубеж отечественных товаров по максимальным ценам.
Но очевидно, что ни одна страна не может полностью себя обеспечить, например – Германии дешевле купить апельсины у Испании, чем выращивать их самостоятельно. Поэтому поздние меркантилисты делают упор на баланс не денежный, а торговый.
Чтобы сделать такой баланс активным надо поддерживать производство, тогда отечественная продукция будет пользоваться спросом на мировых рынках, и экспорт превысит импорт. Сам термин «торговый баланс» был введен англичанином Э. Мисселденом в Трактате «Круг торговли» в 1623 году.
В то время главной концепцией остается политика протекционизма (от фр. protectionnisme, от лат. protection — защита, покровительство) – всемерная защита отечественного производителя.
Например, в XVI в. в Англии действовал порядок, по которому два дня в неделю запрещалось есть мясо – покупайте, мол отечественную рыбу. А предписание XVII века - погребать покойников исключительно в шерстяном платье было направленно в поддержку английской суконной промышленности.
Чтобы достичь активного торгового баланса необходимо повышать конкурентоспособность национального товара, иначе его никто не купит. И по мнению меркантилистов самый простой способ – снизить цену товаров за счет сокращения заработной платы.
Поэтому неудивительно, что многие меркантилисты видели население одновременно многочисленным и бедным. Преобладало мнение, что бедняки склонны к праздности, и только крайняя нужда может заставить их работать.
Что же касается богатых, то от них требовалось расточительство, которое стимулирует движение денег в экономике. «Расточительство — это порок, который вредит человеку, но не торговле — писал в 1690 г, англичанин Н. Барбон — жадность — вот порок, вредный и для человека, и для торговли».
При этом, не так важно, чтобы торговый баланс был активным со всеми странами. Решающее значение поздние меркантилисты во главе с Томасом Маном (1571-1641) придают значение именно общему торговому балансу, при котором дефицит в торговле с одними странами компенсируется активным балансом с другими.
Все основные положения меркантилистской доктрины, о которых вы только что услышали, обнаруживаются в манифесте Филиппа фон Хёрнигка «Австрия превыше всего, если она только сама захочет».
Больше моего контента, в том числе, видео, можно посмотреть в Telegram, VK, YouTube, .
Подписывайтесь, где вам удобнее ✌🏻
История экономической мысли. Часть 2. Средневековье
Хронологическое продолжение поста про экономику Древнего мира
История Древнего Мира заканчивается падением Западной Римской империей в 476 году. Наступают Средние века, которые продлятся более тысячи лет – вплоть до XVI века.
На смену первобытнообщинному строю приходит новая структура общества - феодализм.
Территория государства делится на земли, которые король раздает своим феодалам – бывшей знати и воинам. Основной производственной единицей становится крестьянин, который хоть и обладает собственным участком земли в отличие от раба, но все же находится в полном подчинении от своего феодала. Преобладающим способом производства остается натуральное хозяйство, хотя активное денежное обращение и коммерческая торговля уже прочно вошли в обыденную жизнь особенно в крупных городах.
Научная мысль того времени представлена схоластикой - особой философией, которая отвечает на вопросы бытия через толкование религиозных текстов. Так, например, отношение общества и Бога к богатству можно встретить во многих писаниях.
Эта тема получает особое развитие у средневекового мыслителя Фомы Аквинского, который считал, что ссудный процент взимать можно, но только в определенных случаях. Если предполагается, что арендованное благо вернется в неизменном виде, то плата за его использование вполне оправдана. Потому что арендатор может извлечь доход от пользования имуществом и частью дохода должен поделиться с собственником.
Другое дело, если в долг даются потребительские товары. Невозможно вернуть тот же мешок зерна, что и был взят взаймы, поэтому и платить здесь не за что. Ровно такая ситуация, в понимании схоластов, обстоит с деньгами.
Сегодня мы с вами понимаем, что заемщик получает в свое распоряжение еще и время, за которое может выгодно применить ссудные деньги. Однако вопрос о правомерности продавать время в ту эпоху звучал крайне нелепо.
Конечно, люди находили способы обойти эти запреты. Самый частый из них - выплата штрафа в случае просрочки долга. Стороны могли без труда договориться, что возврат долга запоздает, и тогда вознаграждение было вполне законным.
Радикальный же пересмотр отношения к ростовщичеству,, и отмена запрета на взимание процентов начались в Европе только в XVI в.
Фома Аквинский продолжил и тему ценообразования, выделяя два вида справедливости при обмене:
справедливость «сообразно вещи», согласно которой цена должна отражать затраты труда и другие расходы.
справедливость «сообразно отношения части к целому», согласно которой цена должна давать продавцу возможность поддерживать достойный образ жизни.
Обратите внимание на противоречие, которое содержится в этой классификации. В средневековой Европе у разных сословий разный образ жизни и разные потребности, а следовательно – свое понятие справедливой цены.
Экономическая мысль, правда, была представлена не только схоластическими рассуждениями, но и предлагает нам первую финансовую закономерность, которую сформулировал французский мыслитель Николай Орем в своем произведении - «Трактат о происхождении, природе, законе и разновидностях денег». Мысль звучит как «хорошие» деньги имеют тенденцию вытесняться из обращения «плохими».
Дело в том, что если средневековым правителям не хватало денег, то они прибегали к чеканке монет с меньшим содержанием золота – просто примешивая туда другие металлы. Орем же говорил, что государь не может и не должен быть господином этих денег, они принадлежат тем, кто ими пользуется, а доход от «порчи монеты» мыслитель считал греховным хуже ростовщического.
Правда, в истории экономики эта закономерность называется законом Коперника-Грэшема. Да-да, того самого Николая Коперника, который описал гелиоцентрическую систему мира. Талантливый человек талантлив во всем.
Больше моего контента, в том числе, видео, можно посмотреть в Telegram, YouTube, VK. Подписывайтесь, где вам удобнее
Заначка из прошлого
На сумму 1310 рублей 55 копеек.
О МЁРЧАНДАЙЗИНГЕ
Слово и выглядит, и звучит настолько дико для российского уха, что я не мог им не заинтересоваться. Тем более, было это в самом начале 1990-х, когда коммерческие англицизмы только начинали засорять русский язык.
. а в 1978 году человек по фамилии Дорсет из Сиэтла написал письмо в службу поддержки владельцев Pontiac североамериканского автогиганта General Motors:
На снимке как раз такой Pontiac Grand LeMans Safari 1978 года, как был у мистера Дорсета.
В службе поддержки, конечно, долго ржали над письмом, но по регламенту полагалось проверить жалобу автовладельца. Ехать в Сиэтл выпало инженеру Стивенсу.
Дорсет оказался бизнесменом средней руки, человеком спокойным, образованным — и вполне вменяемым, в отличие от большинства тех, кто присылали жалобы в General Motors. Для проверки Стивенс поехал с ним вечером в магазин. Мужчины купили ванильное мороженое, вернулись в машину.
. и Pontiac не завёлся.
Стивенс потратил на эксперименты несколько дней. Он хронометрировал движение "понтиака"; фиксировал, каким бензином и на станциях каких компаний заправлялась машина; записывал погоду и вообще всё, что только поддавалось учёту.
Дотошность инженера принесла плоды.
Выяснилось, что у автомобиля, конечно, не было аллергии на ванильное мороженое. А реагировал Pontiac на работу мёрчандайзеров — представителей компании-производителя мороженого в торговой сети, которые отвечают за выкладку товара. Они помещали клубничное, шоколадное и другое мороженое в холодильник, расположенный в глубине торгового зала, а ванильное — в холодильник у входа. Дорсет быстро делал покупку и возвращался к машине до того, как двигатель успевал остынуть. В карбюраторе возникали пробки от испарения бензина, поэтому машина не заводилась.
Так старательные мёрчандайзеры, наблюдательный автовладелец Дорсет и вдумчивый инженер Стивенс помогли компании General Motors обнаружить конструктивный недостаток в пятилитровых карбюраторных двигателях Chevrolet, которыми комплектовали Pontiac в конце 1970-х.
Правда, ржать над письмами безумных автовладельцев сотрудники службы поддержки не перестали, но инженеру Стивенсу компания выплатила солидную премию, а Дорсету обменяли его машину на следующую модель Pontiac уже без дефекта, чтобы он мог с удовольствием ездить за мороженым для детей.
Как рухнула первая в мире финансовая пирамида
Первая в мире финансовая пирамида была создана в XVIII веке и имела вполне благородную цель – пополнить государственный бюджет. Казалось бы, откуда взять деньги, если на тот момент использовались золотые и серебряные монеты. Но предприимчивый шотландец Джон Ло попытался решить эту проблему выпуском бумажных денег, и вот что из этого получилось.
Филип Орлеанский, будучи регентом молодого Людовика XV (в 1715 году) столкнулся с печальным состоянием государственной казны. В этой ситуации требовались решительные меры, которые и предложил наш герой – Джон Ло.
В 1716 году он получает разрешение основать частный банк («Banque générale»), который спустя несколько месяцев открывается в Париже. Банк выпускает свои банкноты, и правительство объявляет их единственным средством уплаты налогов. Вынужденные обменивать золотые и серебряные монеты на эти банкноты, население и сборщики налогов пополняют хранилище банка драгоценным металлом.. Банк, в свою очередь, кредитует правительство на очень выгодных условиях. Денег в экономике, пусть и бумажных, становится достаточно, чтобы понизить стоимость кредитов, и стимулировать экономическую активность.
Дела шли так успешно, что через год (1717) Ло создает торговое общество, которое получает название Западная компания (позже - компания Миссисипи). Цель компании заключалась в колонизации земель штата Луизиана. а вся собственность французского государства в этой колонии уступалась компании безвозмездно на ближайшие 25 лет.
После поглощения ряда других компаний («Ост-Индской» и «Китайской компании», «Африканской компании») в 1719 году, акции компании Миссисипи начинают торговаться по всей Франции, и очень быстро растут в цене. Этому способствуют не успехи в освоении Нового света, а скорее спекуляции Ло. Мало того, что он заключал пари на рост цены акций и в случае проигрыша обещал вернуть разницу чистыми деньгами, так и акции нового выпуска продавались тем, кто предъявлял старые бумаги. Фактически, это первый в истории случай масштабного манипулирования рынком.
Уже вскоре банк и компания стали посредниками между казной Франции и ее кредиторами. Государству Ло реструктуризировал долги на выгодных условиях, а кредиторам казны предлагал конвертировать имеющиеся у них бумаги в акции своей компании.
Вдобавок ко всему банк получил от правительства право чеканки монеты, что вместе со слухами об успехах компании Миссисипи, вызвало небывалый ажиотаж среди инвесторов. Все от мала до велика бросились скупать акции компании.
Ло, понимая, что никакая реальная прибыль не даст разумного процента на ту гигантскую сумму, которую стоили акции, стал выплачивать дивиденды за счет нового выпуска акций. Бумаги подорожали еще больше. В результате к концу 1719 года стоимость всех акций компании на бирже составила почти 2 миллиарда ливров, при балансовой стоимости в 312 миллионов. Рынок переоценил активы компании чуть ли не в шесть раз.
Чтобы обеспечивать деньгами огромный оборот акций банк Ло увеличил и объемы выпуска ассигнаций. При такой поспешной эмиссии страдало качество печати банкнот, что облегчило их подделывание. Дошло до того, что бумажные деньги почти вытеснили металл из обращения.
Реальные же успехи компании в освоении земель нового Света были очень скромными и не могли обеспечивать фантастический рост цены ее акций (со 160 ливров при первых выпусках до 18 тыс. ливров в 1720 г.).
В результате наступил момент, когда акции потеряли свою привлекательность и денежная масса, крутившаяся в схеме Ло, выплеснулась наружу. Стало ясно, что ни деньги, ни акции ничем не обеспечены и являются по сути фантиками. Население ринулось в банк менять их на металлические деньги.
Банк, конечно, с этими набегами не справился и объявил себя банкротом, а к октябрю 1720 года все банковские билеты были изъяты из обращения. Обанкротившийся банк имел финансовые активы на 300 миллионов ливров, при том что в обращении имелось до 3 миллиардов банковых билетов.
Крах пирамиды стал шоком для всей Европы. В ничто обращались тысячи состояний, разорялись предприятия и ломались судьбы многих людей. Сам Джон Ло был вынужден бежать из Франции, а все его имущество было конфисковано.
Однако для экономической науки это был важный урок. Стало ясно что когда финансовый сектор отрывается от реального, то возникает пузырь, который рано или поздно лопнет. И все же первый этап эксперимента Ло показал, что эмиссия способна оживить экономику при разумном подходе. Поэтому сегодня монетарные инструменты – важная часть денежно-кредитной политики любого Центрального банка.
Этот, а также другой материал в видеоформате можно посмотреть в Telegram, YouTube, VK
Как устроен фондовый рынок
Знаете, сколько всего денег в мире? 37 триллионов долларов США. Это все наличные деньги, а также суммы на накопительных счетах. Если добавить сюда банковские депозиты, получим 215 триллионов. Вся недвижимость оценивается еще в 217. А знаете, что скрывается за суммой в 800 триллионов долларов? Ценные бумаги, которые обращаются на фондовых рынках.
Почему эта сумма такая большая? Давайте узнаем.
Привлекательность фондового рынка заключается в нескольких ключевых моментах:
Во-первых, на нем продается уникальный товар – ценные бумаги, которые дают возможность получить часть прибыли бизнеса, избегая при этом большинства предпринимательских рисков и сложных вопросов управления компанией.
Во-вторых, доходность вложений в ценные бумаги часто намного выше, чем вложений в другие активы. Например, положив в 2003 году 10 000 рублей на депозит в банк под 8% годовых, вы бы заработали 27100 рублей к 2015 году. Покупка портфеля из самых популярных российских акций на ту же сумму принесла бы вам 55200 рублей.
Вы можете резонно заметить, что если искать высокую доходность, то надо инвестировать в недвижимость. И отчасти будете правы. В последние десятилетия не только российская, но и зарубежная недвижимость выросла в цене значительнее, чем самый популярный фондовый индекс – S&P500.
И тут возникает третий ключевой момент в пользу инвестиций в ценные бумаги, а именно, низкий порог входа по сравнению с недвижимостью. Посудите сами, покупка квартиры как вложения требует большого начального капитала, да и еще никто не гарантирует, что именно эта жилплощадь вырастет в цене. Тогда как для начальных инвестиций в фондовый рынок хватит и 100 долларов.
Как же этот рынок работает?
Вот есть некая компания Лайт. Она занимается производством кроссовок и хочет привлечь деньги для расширения своего бизнеса. Для этого она становится акционерным обществом, выпускает акции и размещает их на бирже. То есть, проходит процедуру IPO.
Когда акции компании Лайт попадают на фондовую биржу, их может купить любой инвестор. Фактически, биржа это магазин, где эмитенты поставляют свои товары – ценные бумаги, а инвесторы покупают приглянувшиеся позиции на полках. Таких бирж в мире очень много, поэтому каждая компания сама решает, на какой бирже выгоднее всего разместить свои ценные бумаги.
После того, как Лайт реализовала свои акции, те становятся объектом купли-продажи среди двух категорий покупателей – дилеров и брокеров.
Дилеры это крупные компании, которые покупают и продают ценные бумаги за свой счет и на этом зарабатывают. Брокеры это посредники, которые обеспечивают доступ инвесторов к торгам. Это означает, что вы не можете самостоятельно зайти на биржу и купить акцию Теслы. Вам придется открыть специальный счет у брокера, основной доход которого - комиссия от сделок своих клиентов.
Итак, Лайт продала все свои акции на бирже, но как теперь узнать, кто их купил? Эту информацию собирает регистратор. Если наша компания выпустит другие ценные бумаги, то информацию об их владельцах тоже можно будет получить у него.
А как учитываются бумаги у инвесторов? Ведь все покупки на бирже проводятся в электронном формате, никто не получает стопку акций и не хранит ее дома под подушкой. Но продажа бумаги должна как-то фиксироваться! Услуги по учету и хранению бумаг инвесторов оказывают депозитарии – специальные юридические лица. На их счетах содержатся все данные о том, какие ценные бумаги есть у каждого клиента. То есть, регистратор ведет реестр всех владельцев ценных бумаг для эмитента, а депозитарий ведет счета каждого инвестора.
А теперь представьте, что за день на каждой бирже происходят миллионы сделок. Один и тот же инвестор может купить и продать ценную бумагу по несколько раз за торговую сессию, да и многие из этих сделок совершаются в кредит. Поэтому важно, чтобы был некий участник рынка, который будет проверять правильность всех расчетов. Этим занимается клиринговая организация.
Итак, давайте посмотрим, что происходит, когда вы нажимаете на кнопку «купить» в мобильном приложении брокера.
После этого нажатия брокер отправляет заявку о покупке на биржу, и там она будет висеть до тех пор, пока кто-то не пожелает продать именно такую ценную бумагу по вашей цене. Как только желания покупателя и продавца совпадают, биржа регистрирует сделку и передает информацию о ней в клиринговую организацию. Клиринговая компания проверяет достаточность денег у покупателя и бумаг у продавца, после чего проводит взаиморасчет и передает эти данные депозитарию. Тот фиксирует переход права собственности и переводит деньги от покупателя к продавцу, а бумагу – от продавца к покупателю. Сделка завершена.
Мы не рассмотрели многие вопросы – особенности IPO, листинг, андеррайтинг, внебиржевая торговля и прочее. Если эти темы вам интересны – дайте мне знать в комментариях.
Этот, а также другой материал на экономические темы можно посмотреть в моем Telegram, YouTube, VK
Ответ на пост «Клад СССР»
Моя найденная заначка
Клад СССР
Делал ремонт. Нашел клад.
Призрак инфляции (5)
Продолжаем знакомиться с книгой Томаса Майера "Призрак инфляции".
Все части сложены здесь.
Рассказав о кризисах, автор обращается к истории валютных союзов. Старушка-Европа может кое-что поведать на эту тему. Валютный союз – это когда национальные государства возлагают выпуск денег на наднациональный орган или хотя бы координируют эмиссию. Историческим предшественником Европейского валютного союза явился Латинский монетный союз.
В девятнадцатом веке господствовал металлический стандарт. Крупные монеты чеканились из золота, мелкие – из серебра и меди. Банкноты служили заменителем металла. Плохую службу в этих условиях служили изменчивые цены на металл. Далее, развитие торговли ставило на повестку дня нормирование монет. Эти причины послужили основанием для идеи континентального валютного союза. Эта идея появилась во Франции и продвигалась Феликсом Эскиру де Парьё. Да, у него были и политические цели: он хотел поставить европейскую политику на фундамент единого золотого стандарта. Наполеону Третьему идея понравилась, тот хотел добиться гегемонии, а также подорвать монополию англичан в иностранном кредите. Доминирование в деньгах должно было вызвать доминирование и в финансах, и в политике.
Мелкие и слабые страны типа Бельгии, Швейцарии или Италии желали уменьшить геополитическую зависимость от Франции в рамках единого форума нескольких государств. Остальные европейцы в большинстве своём вступать не стали, но переняли стандарты.
Страны, вступившие в союз, имели разные степени экономического развития, что послужило причиной его последующего краха. Изначально планировалось ввести единый золотой стандарт, но многие страны-участники потеряли бы при этом, выплавив серебро из монет, номинал которых превышал себестоимость металла. У той же Франции были огромные резервы из серебра, потому она была ярым поборником биметаллизма. В 1865 году был подписан договор с нормированием веса, содержания и размера монет. Участники обменивались также инфомацией об эмиссии.
И с самого начала пошли проблемы. В 1866 году в союз попросилась Папская область, и как только её приняли, стала чеканить серебряные монеты, как не в себя. Которыми стали платить французским наёмникам, защищающих от Италии. Папу сотоварищи выперли из союза, недолго думая. А потом и сама область перестала существовать. Остался крошечный Ватикан.
Как и в истории с Ньютоном, начались игры с содержанием серебра в монетах. Сначала стали пропадать монеты с относительно большим содержанием серебра, а после перехода Германской империи на золотой стандарт цена серебра упала ниже номинала монет. Потому и Латинскому союзу пришлось переходить на «хромой» золотой стандарт с остающимся в хождении серебром.
Но это были ещё цветочки. Страны навроде Италии и Греции, чтобы свести концы с концами, стали печатать необеспеченные банкноты. Их монеты, содержавшие всего 83,5% серебра, вывозились спекулянтами во Францию, где менялись на полновесные французские франки. Недовольство других членов союза привело Италию и Грецию к необходимости национализации серебряных монет и выплате компенсаций.
Первая мировая заставила воюющие страны перейти на бумажные деньги. Несмотря на попытки оживления, союз прекратил своё существование в 1926 году. Причиной неудачи автор называет многоликость денег как средства обмена, сохраниия ценности для граждан и средства политики для государства. На национальном уровне это всегда приводило к конфликтам, а когда деньги стали общими – эти конфликты стали межгосударственными. Однако, несмотря на этот неуспех, идея объединения Европы под французским началом посредством денег не умерла, пережив три войны с Германией.
Объединение Европы было мудрым решением послевоенного устройства, по сравнению с местью, прописанной в Версале. Не последнюю роль в попытке замирения и обеспечения французских интересов сыграла идея общей валюты. После многочисленных унизительных девальваций франка премьер-министр Жорж Помпиду заявил в 1969 году приоритет на создание валютного союза. Главной целью было сдерживание Германии. Под руководством люксембургского премьера Пьера Вернера был разработан план, названный его именем. Новая европейская валюта должна была включена в Бреттон-Вудскую систему, подобно монетам Латинского союза.
План предусматривал, что основные параметры бюджетов государств - траты, дефициты и их финансирование - должны были определяться совместно. То есть пилить бюджет планировалось на общеевропейском уровне. Региональные и структурные разрывы планировалось компенсировать специальными платежами. Разгорелись споры по поводу того, кто будет рулить этим общаком. На опасения, что разные страны, объединённые общим бюджетом, не смогут работать одинаково успешно, возражалось, что плавать лучше научиться, прыгнув в воду. Стерпится-слюбится. На это возражали экономисты, придерживающиеся "теории коронования". Они говорили, что прежде чем, как объединять валюты, необходимо сначала создать необходимые предпосылки. То есть, перед тем, как прыгнуть в бассейн, необходимо поупражняться на берегу тем, кто не готов. Развал Бреттон-Вудской системы убрал почву из под ног плана Вернера. Но идея осталась.
Падение влияния США в семидесятых и желание "приручить" Италию, симпатизирующую коммунистам, побудила руководителей Франции и Германии снова задуматься о валютной интеграции. В 1979 году в силу вступил Европейский валютный союз (ЕВС). Его система включала в себя матрицу двусторонних обменных курсов, которые могли болтаться в коридоре плюс-минус 2,5 процента. Италии дали плюс-минус 6. Одновременно ввели расчётную единицу под названием ЭКЮ: European currency unit. Это была корзина из нескольких валют стран-членов, каждая со своим весовым коэффициентом. Всё это добро должно было поддерживаться каким-то образом в равновесии. Под давлением Франции создали индикатор отклонения, при достижении которого уровня в 100 процентов делался вывод, что дальше курс валюты отклоняться не должен. На практике это не заработало. У системы не было якоря, и единственная валюта, которая была глобально резервной, была немецкая марка. В условиях высокого спроса на неё Бундесбанк должен был постоянно допечатывать, чтобы сохранить курс. Это было плохо и для цен, и для денежной политики стран-членов. В итоге Франции пришлось с огорчением убедиться, что ЕВС превратился в марку, к которой были прицеплены остальные валюты.
Наглядно это было продемонстрировано в начале девяностых. Бундесбанку пришлось задрать процентную ставку до 9,75%, чтобы придержать бум после объединения страны. Включился марочный пылесос. 14 сентября 1992 года упала итальянская лира, через три дня - испанская песета. Лире пришлось покинуть механизм обменных курсов, за ней последовал британский фунт (кстати, тот кризис был звёздным часом Джорджа Сороса, который поднял на ней миллиарды). Началась битва за французский франк. Сорос в ней благоразумно не участвовал, зная, что немцы не оставят французов в беде.
Франк бы не устоял, если бы не прямая помощь французам со стороны Бундесбанка. Помощь эта была непубличной, и автору книги, который спекулировал о ней на страницах прессы, потом нагорело от начальства. Параллельно процентную ставку, вслед за немцами, пришлось поднять и французам. После этого немцы снизили в 1993 году свою ставку, плюс занялись интервенциями на рынке. Хедж-фонды, однако, не сдавались и продолжали скидывать франк. В результате ширину коридора в ЕВС пришлось раздвинуть до 15%. Реально это значило, что курсы пустились в свободной плавание. Хедж-фондам в таких условиях предложить было нечего, и они сдались. Излишне будет упоминать, что необходимость следовать в немецком фарватере не слишком тешила самолюбие французов.
Действительно, кому понравится двигать свою процентную ставку вслед за немцами и смотреть, как проседает после этого твоя экономика. Неудивительно, что предложение немецкого министра иностранных дел Ганса-Дитриха Геншера о создании общей валюты и ЕЦБ было принято с распростёртыми объятиями в Париже и Риме. После падения Берлинской стены было особенно важно связать Германию тесными узами внутри ЕЭС. Евроинтеграция должна была сдержать Германию. А что же двигало немцами? Неужели Гельмут Коль не предвидел этого? Для него это было политической необходимостью: он не хотел создавать врагов своей стране.
В процессе переговоров о будущей валюте столкнулись два представления. Немцы хотели создать нечто вроде золотого стандарта, французы - государственные деньги при своём влиянии. Изначально немцы были в более выгодном положении со своей дойчмаркой. Но французам и итальянцам удалось разбавить требования, вписанные в договора. С течением времени влияние бывших членов Латинского союза только росло. Начиная с 2003 года, ЕЦБ руководят президенты исключительно из Франции и Италии. Любой кризис использовался для ослабления валюты, а сегодня и на те самые разбавленные договора положили с прибором.
Ещё в 2005 году автор предупреждал, что дисбалансы в фискальной и денежной политике стран-членов спровоцируют расхождения, чреватые "лиризацией евро". То есть инфляция грозит стать такой большой, как в Италии до вступления в евро.
Что было - мы знаем. Каждый новый кризис приводил в движение гигантские потоки капитала, исходящие из ЕЦБ и питающие слабые звенья еврозоны. Посодействовали этому финансовые рынки, наказывающие каждого слабака высоким ссудным процентом. В таких условиях европейский центробанк неизбежно стал кредитором последней надежды. Марио Драги с его "whatever it takes" окончательно определил характер европейской общей валюты: стопроцентные государственные деньги. То есть такие деньги, которые служат сперва государству, а затем уж его гражданам.
Но как могут быть государственные деньги без единого европейского государства, попытки создать которое были пресечены многочисленными референдумами? Ответом на это стало теневое государство, созданное под эгидой ЕЦБ и занимающееся распределением непрестанно печатаемых денег при помощи джентльменского набора механизмов типа ESRB, ESFS, SRM и т.д. В былом Латинском монетном союзе слабым звеньям пришлось допечатывать бумажные деньги. В современности банковские кредиты в таких странах финансируются в конечном счёте центробанками финансово крепких стран-членов. При этом риски перекладываются на плечи налогоплательщиков Германии, Нидерландов и т.д.
На этих графиках ясно видно, центробанки каких стран (подсказка: тех, что сверху) закрывают долги каких и в какой степени.
В итоге получилось, что евро теряет свою покупательную способность, в то время, как дефициты бюджета закрываются печатанием евро. И главное: ответственности за это - никакой! Немецкий орднунгсполитик с его государством правил и твёрдыми деньгами не потерпел крах - он оказался задвинутым в угол. Победила "латиноевропейская" экономическая культура, основанная на произвольных решениях и плановом вмешательстве государства в экономику. А центробанк играет вторую скрипку, не мешаясь под ногами со своими деньгами.
При таком раскладе высокая инфляция - закономерное следствие. Евро мутирует в мягкую валюту, рост производительности падает, а конкурентоспособность экономики ухудшается. Немцы сидят со всеми вместе на тонущем судне. Их политика по сохранению климата и платежи другим странам ЕС только ухудшают дело. И если крупные фирмы могут вынести бизнес на другие континенты, средний класс в полной мере имеет дело с последствиям.
Но пусть сегодня примат политики торжествует над хозяйской предусмотрительностью. В конце концов экономический закон подлым образом победит политическую власть. Так было и будет всегда.
Есть у меня знакомый, у него жена - шопоголик. Купила на прошлой неделе три вазы, он спросил, почём. Сотня евро, она сказала. Тот ужаснулся - так дорого! И ему было отвечено словами Моргунова : "Каждая! Не волнуйся милый, это всего лишь деньги. "
Нет. Деньги - это не "всего лишь". Это кровь экономики. Небрежное с ними обращение приносит беду, в которой расплачивается всегда слабый. Время расплаты - не за горами. К сожалению, немцы не могли выбрать "другую жену" для интеграции: соседей не выбирают. Но выходом из ситуации будет неизбежный развод. По-другому не бывает.